Постановление от 30 декабря 2019 г. по делу № А41-86889/2015

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Москва

30.12.2019 Дело № А41-86889/2015


Резолютивная часть постановления объявлена 23.12.2019

Постановление в полном объеме изготовлено 30.12.2019


Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Зеньковой Е.Л. и Мысака Н.Я.

при участии в заседании:

от ф/у ФИО1 - ФИО2 – лично, паспорт, ФИО3 по дов. от 23.12.2019;

от Компании с ограниченной ответственностью ФИО4 Риал Эстейт Инвестмент Компани» – ФИО5 по дов. от 04.04.2019,

рассмотрев в судебном заседании 23.12.2019 кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО2

на определение от 22.07.2019 Арбитражного суда Московской области,

постановление от 15.10.2019 Десятого арбитражного апелляционного суда,

принятые по жалобе Компании с ограниченной ответственностью ФИО4 Риал Эстейт Инвестмент Компани» на действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО1 ФИО2

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 14.12.2015 ФИО1 (далее – ФИО1, должник) был признан несостоятельным (банкротом), финансовым управляющим утверждена ФИО2 (далее – ФИО2).

В рамках дела о банкротстве ФИО6 в Арбитражный суд Московской области обратился 13.12.2018 один из кредиторов должника, чьи требования были признаны судом обоснованными определением от 25.03.2016, - Компания с ограниченной ответственностью «ФИО4 Риал Эстейт Инвестмент Компани» (далее – Компания или кредитор) с жалобой на действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО1, заявив и ходатайство об отстранении финансового управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего.

В обоснование жалобы кредитор указывал, что бездействие финансового управляющего должника выражалось в систематическом нарушении требований Закона о банкротстве, постановлений Правительства Российской Федерации № 299 и 855, что привело к:

1. представлению недостоверного «Заключения об отсутствии (наличии) признаков преднамеренного, фиктивного банкротства», не соответствующего фактическим обстоятельствам (изначально, до уточнения заявления в данной части, было заявлено о бездействии по не представлению соответствующего заключения);

2. не оспариванию сделок по отчуждению 100% уставного капитала ООО «Остеровский ЛДК», заключенных 10.02.2015;

3. не исполнению решения кредиторов, выразившемуся в не подготовке ходатайства о назначении экспертизы;

4. не исполнению решения кредиторов, выразившемуся в попытке отчуждения 70% акций Sandrock Holdings Limited;

5. недобросовестному исполнению обязанностей по оспариванию сделок должника.

Возражая против удовлетворения требований кредитора, финансовый управляющий указывала, что требование о не предоставлении отчета было предметом рассмотрения в рамках другого обособленного спора, в удовлетворении которого судом было отказано в связи с тем, что была установлена невозможность сбора информации, необходимой для составления указанного отчета, а также обратила внимание, что в 2016 году финансовым управляющим было составлено предварительное заключение.

Относительно доводов кредитора о неоспаривании сделок должника, финансовый управляющий указывала, что это было обусловлено тем, что не все сделки являлись сделками должника, а оспаривание должно быть реальным и эффективным, вести к возврату в конкурсную массу должника имущества, отчужденного по таким сделкам, вместе с тем, доли в других юридических лицах никогда не находились в непосредственной собственности должника.

Возражая против доводов кредитора о формальном отношении к судебным процессам с участием финансового управляющего должника, ФИО2 считала, что поскольку она не обладает юридическим образованием, то в целях представления ее интересов в суде целесообразно было привлечь специалиста – представителя с юридическим образованием, что соответствует требованиям законодательства.

Определением Арбитражного суда Московской области от 22.07.2019, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2019, была удовлетворена жалоба на действия (бездействие) финансового управляющего.

Признаны незаконными действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 выразившиеся в:

1. представлении недостоверного «Заключения об отсутствии (наличии) признаков преднамеренного, фиктивного банкротства» не соответствующего фактическим обстоятельствам;

2. не оспаривании сделок по отчуждению 100% уставного капитала ООО «Остеровский ЛДК», заключенных 10.02.2015;

3. не исполнении решения кредиторов, выразившемся в не подготовке ходатайства о назначении экспертизы;

4. не исполнении решения кредиторов, выразившемся в попытке отчуждения 70% акций Sandrock Holdings Limited;

5. формальном, недобросовестном исполнении обязанностей по оспариванию сделок должника.

ФИО2 была отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего должника, новым финансовым управляющим должника утвержден ФИО7.

Удовлетворяя жалобу кредитора, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что оспариваемые действия (бездействие) финансового управляющего могут повлечь убытки для должника и его кредиторов в значительном размере, нарушают требования Закона о банкротстве.

Проверяя доводы кредитора о не предоставлении финансовым управляющим заключения об отсутствии (наличии) признаков преднамеренного фиктивного банкротства в течение длительного времени (такое заключение было составлено только 23.04.2019 и представлено 24.04.2019) и доводы о представлении ненадлежащего заключения, суды установили, что оно содержит недостоверные сведения и противоречащие обстоятельствам дела выводы о том, что за трехлетний предшествующий возбуждению дела о банкротстве период должником не совершались:

- сделки по отчуждению имущества должника, не являющиеся сделками купли-продажи, направленные на замещение имущества должника менее ликвидным имуществом;

- сделки купли-продажи, осуществляемые с имуществом должника, заключенные на заведомо невыгодных для должника условиях, а также осуществленные с имуществом, без которого невозможна его основная деятельность;

- сделки, связанные с возникновением обязательств должника, не обеспеченные имуществом, а также влекущие за собой приобретение неликвидного имущества;

- сделки по замене одних обязательств другими, заключенными на заведомо невыгодных условиях.

Суды отметили, что в заключении финансовый управляющий указывает сделки: договоры дарения от 24.12.2014, от 25.02.2015, от 24.12.2014, договор уступки права требования от 22.05.2015, сделку по отчуждению доли в уставном капитале ООО «Тартан» от 21.01.2015, сделки купли-продажи доли в ООО «Осетровский ДЛК» от 10.02.2015, которые были заключены в трехлетний период до возбуждения дела о банкротстве должника, что свидетельствует об ошибочности и несоответствии выводов финансового управляющего фактическим обстоятельствам дела, которые были раскрыты в заключении о признаках преднамеренного (фиктивного) банкротства гражданина.

Суды отклонили возражения финансового управляющего должника о том, что данному обстоятельству была дана оценка при рассмотрении жалобы Компании на действия финансового управляющего, поскольку пришли к выводу, что постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2017 не имеет преюдициальной силы для рассматриваемого спора в порядке статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, так как в данном случае было установлено содержание в спорном заключении противоречивых и недостоверных сведений, что стало одним из оснований для отстранения финансового управляющего.

Также суды признали необоснованным довод финансового управляющего об отсутствии судебного акта, признающего заключение недействительным, поскольку он не требуется для признания действий ФИО2 ненадлежащим исполнением обязанностей финансового управляющего.

Суды установили, что 26.05.2016 ОАО «Морской банк» направило информацию финансовому управляющему об имуществе ФИО1 (его доли в уставном капитале «Осетровский ЛДК»).

24.10.2016 ООО КБ «РТБК» направлено в адрес ФИО2 письмо с требованием получения информации из регистрационного дела ООО «Осетровский ЛДК» в налоговом органе с целью дальнейшего обращения с заявлением о признании сделок по отчуждению долей в уставном капитале ООО «Осетровский ЛДК» недействительными и возвращении данного имущества в конкурсную массу.

24.10.2016 ООО КБ «РТБК» направлен запрос в адрес финансового управляющего о приобщении к материалам дела копий всех документов, представленных на собрании кредиторов, которые не были представлены финансовым управляющим в дело №А41-86889/2015.

Вместе с тем, несмотря на получение указанных сведений, финансовый управляющий не предприняла действий для выявления и возврата в конкурсную массу должника спорного имущества: не направила запросы с целью получения информации по сделкам из регистрационного дела ООО «Осетровский ЛДК»; не подала заявления об оспаривании данных сделок и признании их недействительными.

С целью соблюдения срока на предъявление требования о признании сделки недействительной 13.12.2016 конкурсные кредиторы ООО КБ «РТБК» и КОО «ФИО4 Риал Эстейт Инвестмент Компани» подали заявление о признании недействительными взаимосвязанных сделок, направленных на вывод актива – «Осетровский ЛДК» из конкурсной массы должника.

Установив указанные обстоятельства, суды пришли к выводу, что финансовый управляющий проявил бездействие, поставив под угрозу оспаривание сделки в пределах срока исковой давности.

Суды также указали, что после обращения кредиторов с заявлениями об оспаривании сделки финансовый управляющий не принимала в судах активного должного участия по предоставлению доказательств и обоснований, по обжалованию доводов противостоящей стороны, в связи с чем постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.05.2019 отменено определение от 17.10.2018 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2019 по делу № А41-86889/2015, дело повторно направлено на новое рассмотрение.

Суд кассационной инстанции в постановлении от 22.05.2019, направляя спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указал, что судами не была дана достаточная оценка доводам кредиторов в пользу признания недействительной сделки, таким образом, довод заявителя жалобы об отсутствии перспектив оспаривания сделок должника несостоятелен.

Отклоняя довод финансового управляющего о том, что оспаривание сделок тщетно и безосновательно, поскольку судами они не были признаны недействительными, суды исходили из того, что при оценке деятельности финансового управляющего подлежат учету предпринятые им меры по сохранению и восполнению конкурсной массы должника, результативность таких действий не является единственно возможным критерием, вместе с тем, обстоятельства дела свидетельствуют о том, ФИО2 в нарушение требований закона не осуществляла в полной мере и с должной долей ответственности деятельность по оспариванию сделок должника.

Также суды признали ошибочным довод ответчика о том, что опаривание указанных сделок не привело бы к пополнению конкурсный массы. В рамках обособленных споров финансовый управляющий не проявила должной заинтересованности, однако предвидеть исход рассмотрения спора судом на тот момент не могла.

Суды установили, что кредиторы неоднократно обращались к финансовому управляющему о проведении оценки актива 70% акций «Сэндрок Холдингз Лимитед».

20.06.2018 кредитором был направлен запрос финансовому управляющему с просьбой провести оценку 100% доли в уставном капитале ООО «Осетровский ЛДК» по состоянию на 10.02.2015.

В связи с рассмотрением заявления об оспаривании сделок, на собрании кредиторов 17.08.2018 кредиторами было принято решение о проведении оценки доли ФИО1 в Компании «Сэндрок Холдингз Лимитед» в размере 70% и о проведении оценки этой же доли с учетом стоимости 100% доли ООО «Осетровский ЛДК» за счет имущества должника.

Однако оценка рыночной стоимости имущества, отчужденного по оспариваемой сделке не была проведена, решение собрания финансовым управляющим не было исполнено.

Ссылка финансового управляющего на то, что решение собрания кредиторов об оценке имущества исполнено 22.07.2019, была судами отклонена, так как оценка имущества была проведена в рамках установления начальной стоимости для реализации на торгах.

Суды также отметили, что доводы заявителя жалобы о том, что расходы по проведению экспертизы финансовый управляющий должен нести из собственных средств, противоречит решению собрания кредиторов.

Каких-либо препятствий, объективно исключающих оперативную подготовку ходатайства, в ходе судебных заседаний финансовый управляющий не указала, при этом соответствующий спор рассматривался в арбитражном суде более года.

Также суды установили, что на собрании кредиторов 08.10.2018, финансовый управляющий поставила на голосование решение о продаже активов должника, в том числе, об утверждении лота № 4 - доля в компании «Сэндрок Холдингз Лимитед».

Кредиторы большинством голосов проголосовали против продажи доли в компании «Сэндрок Холдингз Лимитед» на собрании, состоявшемся 17.08.2018.

Не смотря на это, финансовым управляющим ФИО2 было опубликовано сообщение о принятии решения о продаже доли компании «Сэндрок Холдингз Лимитед» в обход решения собрания кредиторов (Сообщение о результатах проведения собрания кредиторов от 08.10.2018).

Указанным решением кредиторы были намерены предотвратить заведомо невыгодное отчуждение имущества должника, заявление финансового управляющего о том, что данный вопрос не относится к компетенции общего собрания кредиторов, было признано необоснованным, поскольку кредиторами не было утверждено Положение о порядке, сроках и условиях продажи имущества.

Изложив указанные обстоятельства, учитывая важность роли финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) должника гражданина, очевидное отсутствие результатов, имевших бы место при условии эффективной добросовестной работы финансового управляющего, с учетом определенных законодателем сроков процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, суды пришли к выводу о недобросовестности финансового управляющего при исполнении своих обязанностей и необходимости удовлетворения заявления об отстранении финансового управляющего ФИО2

Также суд апелляционной инстанции проверил и отклонил довод финансового управляющего должника о том, что уточнением заявления в части указания на непредставление заключения, а затем – указания на представление ненадлежащего заключения кредитор изменил основание и предмет заявления, поскольку посчитал, что приведенные в жалобе примеры изменения относятся к вариантам формулировки одних и тех же оснований.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства, применив нормы Закона о банкротстве, суды пришли к выводу об обоснованности требований кредитора о признании незаконными действий (бездействий) финансового управляющего ФИО2 и об ее отстранении от исполнения обязанностей управляющего.

Не согласившись с принятыми по жалобе кредитора судебными актами, ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает, что кредитор, не заявляя ходатайство об изменении предмета либо основания жалобы, в дополнениях к жалобе изменил и предмет и основание жалобы, а суды, в свою очередь, процессуально не разрешили вопрос о принятии указанных уточнений к производству, в связи с чем управляющий полагает, что суды рассмотрели по существу новые как по предмету, так и по основанию требования.

Также управляющий указывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие недостоверность заключения о признаках преднамеренного (фиктивного) банкротства должника, отмечает, что в рамках иного обособленного спора с участием того же кредитора судами были сделаны иные выводы относительного данного заключения, которые в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются преюдициальными, и обращает внимание, что данное заключение не оспаривалось и кредитор не ходатайствовал о назначении судебной экспертизы с целью проверки его достоверности.

Относительно доводов кредитора о формальном отношении управляющего к судебным процессам, ФИО2, ссылаясь на положения статьи 20.5 Закона о банкротстве, в кассационной жалобе указала, что ввиду отсутствия у нее юридического образования, она не лишена возможности привлечь к участию в деле специалистов с юридическим образованием для представления ее интересов в суде.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы была размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

В заседании суда кассационной инстанции финансовый управляющий ФИО2 и ее представитель поддержали доводы кассационной жалобы, просили определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, обратили внимание, что в настоящее время финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО1 нет, так как назначенный вместо ФИО2 финансовый управляющий подал заявление об освобождении по собственному желанию.

Представитель кредитора возражала против удовлетворения кассационной жалобы и полагала обжалуемые определение и постановление законными и обоснованными.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав финансового управляющего ФИО2 и ее представителя, представителя кредитора, обсудив доводы кассационной жалобы, устных возражений на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в определении и постановлении, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к выводу, что определение и постановление подлежат отмене в части признания незаконными действий (бездействий) финансового управляющего ФИО2, выразившихся в представлении недостоверного Заключения об отсутствии (наличии) признаков преднамеренного, фиктивного банкротства, и в формальном, недобросовестном исполнении обязанностей по оспариванию сделок должника, а также в части отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника, а обособленный спор в указанной части – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку судами обеих инстанций не были в полном объеме проверены обстоятельства, на которые ссылались финансовый управляющий и кредитор в обоснование доводов о недостоверности заключения об отсутствии (наличии) признаков преднамеренного, фиктивного банкротства, а также о формальном, недобросовестном исполнении финансовым управляющим обязанностей по оспариванию сделок должника, что могло привести к принятию неправильных судебных актов по обособленному спору, в остальной части суд кассационной инстанции считает, что определение и постановление подлежат оставлению без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено Законом о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. Основанием для удовлетворения жалобы является установление арбитражным судом не только несоответствия действий (бездействия) арбитражного управляющего требованиям законодательства, регламентирующего его деятельность при проведении мероприятий в рамках процедуры, применяемой в деле о банкротстве, но и нарушение обжалуемыми действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя жалобы.

В этой связи интересы должника, кредиторов и общества могут считаться соблюденными лишь при условии соответствия действий (бездействия) арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, которые регламентируют деятельность арбитражного управляющего по осуществлению процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Основные права и обязанности, полномочия финансового управляющего определены в статье 20.3, в пункте 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

Абзацем 3 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве на финансового управляющего должника возложена обязанность проводить анализ финансового состояния гражданина.

Принципы и условия проведения арбитражным управляющим финансового анализа, а также состав сведений, используемых арбитражным управляющим при его проведении, определены Правилами проведения арбитражным управляющим финансового анализа, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.06.2003 № 367 (далее - Правила проведения финансового анализа).

К целям проведения финансового анализа гражданина-должника, исходя из пункта 2 Правил проведения финансового анализа, относятся подготовка предложения о возможности (невозможности) восстановления платежеспособности должника и обоснования целесообразности введения в отношении должника соответствующей процедуры банкротства, определение возможности покрытия за счет имущества должника судебных расходов.

В соответствии с пунктом 5 Правил проведения финансового анализа при проведении финансового анализа арбитражный управляющий должен руководствоваться принципами полноты и достоверности, в соответствии с которыми в документах, содержащих анализ финансового состояния должника, указываются все данные, необходимые для оценки его платежеспособности; в ходе финансового анализа используются документально подтвержденные данные; все заключения и выводы основываются на расчетах и реальных фактах.

Абзацем 4 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность финансового управляющего выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства.

Порядок проведения арбитражным управляющим проверки наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства установлен Временными правилами проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 855 (далее - Временные правила).

В силу пункта 2 Временных правил при проведении арбитражным управляющим проверки за период не менее 2 лет, предшествующих возбуждению производства по делу о банкротстве, а также за период проведения процедур банкротства, исследуются в том числе договоры, на основании которых производилось отчуждение или приобретение имущества должника, изменение структуры активов, увеличение или уменьшение кредиторской задолженности, и иные документы о финансово-хозяйственной деятельности должника; перечень имущества должника на дату подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), а также перечень имущества должника, приобретенного или отчужденного в исследуемый период.

В рамках дела о банкротстве ФИО1 при рассмотрении аналогичной жалобы кредитора о непредставлении ФИО2 в 2017 году итогового Заключения о признаках преднамеренного банкротства ФИО1 суды апелляционной и кассационной инстанций пришли к выводу, что ФИО2 не имела возможности на основании вышеуказанных Временных правил составить данное Заключение, мотивировав это тем, что ФИО1 не является юридическим лицом и как гражданин, объективно не мог иметь бухгалтерской отчетности, в связи с чем не представляется возможным признать незаконным бездействие ФИО2 по непредставлению заключения на основании вышеуказанных Временных правил, поскольку его исполнение предполагает использование регистров бухгалтерского учета для расчета установленных временными правилами коэффициентов.

При рассмотрении в последующем настоящего обособленного спора по повторной жалобе кредитора с аналогичными доводами суды сделали иные выводы о том, что еще в 2017 году ФИО2 только лишь на основании одних Временных правил имела возможность сделать Заключение о признаках преднамеренного банкротства ФИО1, но при этом не указали причин, по которым в настоящем обособленном споре сделали иные выводы о возможности применения Временных правил в деле о банкротстве гражданина, что было необходимо в целях устранения ситуации принятия противоречивых судебных актов.

Кроме того, делая вывод о недостоверности составленного финансовым управляющим Заключения, суды не поставили на обсуждение вопрос о целесообразности проведения судебной экспертизы (привлечения специалиста) данного Заключения, что могло иметь значение с учетом необходимости применения специальных познаний.

Делая вывод о формальном, недобросовестном исполнении ФИО2 обязанностей финансового управляющего по оспариванию сделок должника, суды согласились с соответствующими доводами кредитора, которые сводились в этой части жалобы на финансового управляющего к тому, что финансовый управляющий не участвовала лично в судебных процессах по оспариванию сделок должника, суды не учли следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право привлекать для обеспечения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве на договорной основе иных лиц с оплатой их деятельности за счет средств должника, если иное не установлено настоящим Федеральным законом, стандартами и правилами профессиональной деятельности или соглашением арбитражного управляющего с кредиторами.

Материалами дела подтверждено и никем документально не опровергнуто, что ФИО2 ввиду отсутствия у нее юридического образования в порядке статьи 20.3 Закона о банкротстве привлекла к участию в деле специалистов с юридическим образованием с целью представления ее интересов в судебных заседаниях по делу о банкротстве должника (статья 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем судам, удовлетворившим жалобу кредитора и по этому основанию, следовало четко указать, какую норму Закона о банкротстве нарушила ФИО2, чей представитель участвовал в судебных процессах по оспариванию сделок должника.

При таких обстоятельствах, не в полном объеме проверенных судами по вышеуказанным основаниям жалобы, не может быть признан обоснованным и вывод судов о наличии оснований для отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве арбитражный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей нарушило права или законные интересы заявителя жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов.

Таким образом, основанием для отстранения финансового управляющего по заявлению одного из кредиторов является совокупность следующих условий: неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей; нарушение прав или законных интересов заявителя жалобы таким неисполнением или ненадлежащим исполнением обязанностей; неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов.

Арбитражный суд не может удовлетворить ходатайство об отстранении управляющего, если допущенные нарушения не являются существенными. Отстранение финансового управляющего должно использоваться в той мере, в какой оно позволяет восстановить нарушенные права или устранить угрозу их нарушения. Отстранение финансового управляющего должно применяться только тогда, когда финансовый управляющий показал свою неспособность к надлежащему ведению процедуры банкротства должника, что проявляется в ненадлежащем исполнении обязанностей финансового управляющего.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 56 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» и абзаце 3 пункта 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», отстранение арбитражного управляющего по ходатайству собрания кредиторов либо лица, участвующего в деле о банкротстве, связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

Принимая во внимание исключительность названной меры, недопустимость фактического установления таким образом запрета на профессию и необходимость ограничения во времени риска ответственности за совершенные нарушения, суд должен также учитывать, что основанием для подобных отказа или отстранения не могут служить нарушения, допущенные управляющим по неосторожности, несущественные нарушения, нарушения, не причинившие значительного ущерба, а также нарушения, имевшие место значительное время назад.

Учитывая изложенное, разрешение вопроса об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО1 является в данный момент, до полной и всесторонней проверки обоснованности двух вышеуказанных оснований для отстранения финансового управляющего, преждевременным.

Поскольку для принятия законного и обоснованного судебного акта в вышеуказанной части необходимо установление обстоятельств, исследование доказательств и их оценка, что исключено из полномочий суда кассационной инстанции, то судебная коллегия суда кассационной инстанции вынуждена направить обособленный спор по жалобе кредитора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении жалобы суду необходимо будет учесть изложенное, проанализировать возможность применения Временных правил в деле о банкротстве гражданина, поставить на обсуждение вопрос о целесообразности проведения судебной экспертизы (привлечения специалиста) для оценки подготовленного ФИО2 заключения, сделать вывод о том, что именно было нарушено финансовым управляющим при привлечении специалиста для участия в судебных заседаниях, после чего разрешить вопрос о наличии или отсутствии оснований для отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО1

Отменяя судебные акты в указанной части, суд кассационной инстанции, вместе с тем, не находит оснований для отмены определения и постановления в полном объеме, поскольку соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанции о наличии оснований для признания незаконными действий (бездействия) финансового управляющего должника, выразившихся в не оспаривании сделок по отчуждению 100% уставного капитала ООО «Остеровский ЛДК», заключенных 10.02.2015; не исполнении решения кредиторов, выразившимся в не подготовке ходатайства о назначении экспертизы; не исполнении решения кредиторов, выразившимся в попытке отчуждения 70% акций Sandrock Holdings Limited, так как указанные обстоятельства подтверждены имеющимися в материалах дела доказательствами, а доводы кассационной жалобы в указанной части по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в целом повторяют доводы, которые были предметом исследования в суде апелляционной инстанций и им дана надлежащая правовая оценка с указанием в судебном акте мотивов их отклонения.

Правом иной оценки исследованных судами доказательств суд кассационной инстанции не обладает, поскольку согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права, но не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 22.07.2019 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2019 по делу № А41-86889/2015 отменить в части признания незаконными действий (бездействий) финансового управляющего ФИО2, выразившихся в представлении недостоверного Заключения об отсутствии (наличии) признаков преднамеренного, фиктивного банкротства и в формальном, недобросовестном исполнении обязанностей по оспариванию сделок должника, а также в части отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО1.

В указанной части обособленный спор по жалобе кредитора направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В остальной части определение и постановление оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.


Председательствующий – судья Е.А. Петрова

Судьи: Е.Л. Зенькова

Н.Я. Мысак