Решение от 26 февраля 2019 г. по делу № А32-38841/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

г. Краснодар, ул. Постовая 32.

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А32-38841/2018
г. Краснодар
26 февраля 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 февраля 2019 года.

Решение в полном объеме изготовлено 26 февраля 2019 года.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Погорелова И.А., при ведении протокола помощником судьи Лабашевой М.В., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ООО «ПСФ «Спецфундаментстрой», г. Геленджик (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Инспекции Федеральной налоговой службы России по городу-курорту Геленджику Краснодарского края, г. Геленджик

о признании недействительным решения от 20.06.2018 № 6 в части

при участии в заседании:

от заявителя: ФИО1 – доверенность от 14.03.2018;

ФИО2 – доверенность от 07.12.2016;

от заинтересованного лица: ФИО3 – доверенность от 28.11.2017;

ФИО4 – доверенность от 09.01.2019.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная фирма «Спецфундаментстрой», г. Геленджик (далее – общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы России по городу-курорту Геленджику Краснодарского края, г. Геленджик (далее – заинтересованное лицо, инспекция) о признании недействительным решения инспекции от 20.06.2018 № 6 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части.

Заявление мотивировано тем, что инспекция сделала ошибочный вывод о необоснованном завышении расходов текущего налогового периода на стоимость изготовления специальной оснастки – кондукторов на сумму 10 211 855 рублей. По мнению общества, оно доказало факт изготовления и применения кондукторов исключительно с целью выполнения работ по погружению свай при строительстве транспортного перехода через Керченский пролив (Крымский мост). Срок полезного использования кондукторов составил менее 12 месяцев, что исключает возможность их отнесения к основным средствам (амортизируемому имуществу) вне зависимости от их стоимости. Инспекция не представила надлежащие доказательства получения необоснованной налоговой выгоды по договору аренды оборудования (сваебойное оборудование Гидромолот S-280 1НС HYDROHAMMER). Экспертное заключение ООО «Параллель» не может быть использовано для доказательства несоответствия размера арендной платы рыночной в силу имеющихся в нем нарушений.

В дополнениях к заявлению общество указало, что правомерно отнесло расходы по изготовлению кондукторов к косвенным расходам, поскольку согласно пункту 1 статьи 318 Налогового кодекса Российской Федерации к косвенным относятся все иные суммы расходов (кроме прямо отнесенных к прямым расходам), они в полном объеме относятся к расходам текущего отчетного (налогового) периода в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 318 Кодекса. Спецоснастка (кондукторы) в качестве комплектующих изделий в состав готовой продукции не входят, следовательно, по этому основанию отсутствует обязанность учесть их стоимость в составе прямых расходов при исчислении налога на прибыль. Доказательств умысла, направленного на получение необоснованной налоговой выгоды по арендным отношениям, инспекция не привела, поэтому правом контроля цены она не обладала.

В отзыве инспекция просит отказать в удовлетворении заявленных требований, поскольку доводы заявителя основаны на неправильном толковании норм материального права и противоречат фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что понесенные обществом затраты на изготовление кондукторов связаны с процессом производства продукции, поэтому при исчислении налога на прибыль должны учитываться в качестве прямых расходов и у налогоплательщика имелась реальная возможность их распределения и отнесения на себестоимость выполненных работ. Общество и его контрагент в арендных отношениях ООО ПСФ «Инициатива» являются взаимозависимыми лицами. При проведении проверки инспекцией установлено, что стоимость арендных платежей за предоставленное в аренду имущество отличается от реальной рыночной стоимости. Претензии к экспертному заключению необоснованны, поскольку замечаний к протоколу ознакомления с постановлением о назначении экспертизы налогоплательщиком не представлено, общество не возражало против проведения экспертизы ООО «Экспертное бюро «Параллель». Общество преследовало цель по получению необоснованной налоговой выгоды в связи с завышением расходов, уменьшающих доход и занижения суммы налога на прибыль по итогам 2016 года в результате установления завышенной цены сделки по договору аренды оборудования (гидромолот S-280 IHC HYDROHAMMER) заключенному с аффилированной организацией ООО «Инициатива» и установлении завышенной стоимости арендных платежей за временное пользование вышеуказанным оборудованием.

Представители заявителя настояли на удовлетворении заявленных требований по основаниям, изложенным в заявлении и дополнительных письменных пояснениях.

Представители заинтересованного лица возразили против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве и дополнительных письменных пояснениях.

Суд, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и оценив в совокупности все представленные доказательства, считает, что требования общества подлежат удовлетворению.

Как видно из материалов дела и установлено судом, инспекция на основании решения заместителя начальника инспекции от 29.05.2017 № 8 провела выездную налоговую проверку общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2014 по 31.12.2016.

В ходе проверки инспекция сделала вывод о том, что налогоплательщиком завышены внереализационные доходы и расходы в части исчисленной положительной и отрицательной курсовой разницы, неправомерно приняты в целях налогообложения прибыли прямые расходы по изготовлению специального вспомогательного сооружения и устройства «Кондуктор» без учета их отнесения на расходы текущего налогового периода по мере реализации продукции (работ, услуг) в стоимости которых они учтены. Кроме того, в ходе проверки установлено, что налогоплательщиком получена необоснованная налоговая выгода в виде увеличения расходов при определении величины налоговых обязательств по налогу на прибыль в результате завышения цены сделки в рамках арендных отношений.

По итогам проверки составлен акт налоговой проверки от 16.02.2018 № 3, который в тот же день вручен руководителю общества.

Инспекция известила налогоплательщика о времени и месте рассмотрения материалов проверки, что подтверждается уведомлением от 21.03.2018 № 368/1 о вызове налогоплательщика на 26.03.2018, которое вручено лично.

Налогоплательщик реализовал свое право, предоставленное пунктом 6 статьи 100 Налогового кодекса Российской Федерации, и направил инспекции возражения по акту выездной налоговой проверки.

В соответствии с решением от 23.04.2018 № 5 проведены дополнительные мероприятия налогового контроля, с которыми заявитель также ознакомлен.

По итогам рассмотрения материалов проверки, представленных письменных возражений, дополнительных мероприятий налогового контроля инспекция в присутствии руководителя общества вынесла решение от 20.06.2018 № 6 о привлечении заявителя к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому предлагается уплатить 9 331 615,90 руб., в т.ч. налог на прибыль за 2014, 2016 гг. в сумме 7 402 341,80 руб., пени за несвоевременную уплату указанного налога в размере 1 373 716,60руб. и штрафные санкции, предусмотренные п. 1 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации в размере 555 557,50 руб.

Не согласившись с решением инспекции от 20.06.2018 № 6, общество обжаловало его в части в Управление ФНС России по Краснодарскому краю, которое решением от 06.11.2018 № 24-12-1963 отказало в удовлетворении жалобы.

Считая решение инспекции от 20.06.2018 № 6 незаконным в части, общество обжаловало его в арбитражный суд.

Принимая решение по делу, суд руководствовался следующим.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Статьей 101 Налогового кодекса Российской Федерации определено, что рассмотрение акта проверки и других материалов налоговой проверки, в ходе которой выявлены нарушения законодательства о налогах и сборах, а также представленных проверяемым лицом письменных возражений по указанному акту, завершается вынесением решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения либо об отказе в привлечении к ответственности.

В соответствии с пунктом 14 статьи 101 Кодекса несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных Кодексом, может служить основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом.

Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

К таким существенным условиям относятся обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Таким образом, участие лица, в отношении которого проводилась налоговая проверка, в рассмотрении имеющихся у налогового органа материалов, должно быть обеспечено на всех стадиях осуществления налогового контроля.

Судом установлено и обществом не оспаривается, что налоговой инспекцией обеспечены условия для участия представителя налогоплательщика во всех стадиях рассмотрения материалов налоговой проверки, включая рассмотрение материалов, полученных в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля.

Поскольку общество реализовало право на участие в рассмотрении материалов налоговой проверки, каких-либо возражений относительно содержания указанных документов не заявляло, доводов о нарушениях в процедуре не заявило, суд считает процедуру рассмотрения материалов налоговой проверки соблюденной.

Оценивая законность обжалованного ненормативного акта налогового органа, суд учитывает следующее.

По эпизоду завышения прямых расходов за 2016 год в ходе проверки инспекцией установлено, что общество в учетной политике на 2016 год к прямым расходам, связанным с производством и реализацией товаров, (работ, услуг), отнесло:

-материальные расходы, согласно статье 254 Налогового кодекса Российской Федерации, за исключением общехозяйственного назначения;

-заработную плату рабочих, занятых в основном производстве, за исключением АУП; ЕСН с зарплаты, которая относится к прямым расходам;

-суммы начисленной амортизации по основным средствам, используемым при производстве и реализации товаров (работ, услуг), за исключением общехозяйственного назначения.

В рассматриваемый период общество, действуя в качестве субподрядчика, выполняло работы по договорам от 24.11.2015 № СГМ/15-31, от 10.12.2015 № СГМ/15-35, заключенным с ООО «СГМ- Мост» (генеральный подрядчик).

Из пункта 4.3 договоров следует, что в стоимость работ включены все затраты, понесенные заявителем, в том числе стоимость необходимых для выполнения работ по договору, материалов, оборудования, комплектующих изделий, строительной техники, инструментов и инвентаря, а также специальных вспомогательных сооружений и устройства с учетом оборачиваемости, связанные с выполнением условий указанных договоров.

Материалами дела подтверждается, что общество включило в состав расходов за 2016 год затраты на изготовление специального вспомогательного сооружения и устройства «Кондуктор» в 2016 году в количестве 39 опор на общую сумму 36 205 775 рублей, в том числе:

- расходы на разработку проектной документации на изготовление кондукторов по договорам с ООО «Спецфундаментстрой» от 01.12.2015 № 41 и от 15.01.2016 № 16 – 12 331 924,70 рублей;

- стоимость материалов (сталь листовая, стальные балки, и т.п.), используемых обществом для изготовления кондукторов – 11 289 906,17 рублей;

- заработная плата работников общества, занятых изготовлением указанных сооружений – 2 661 105 рублей, а также обязательные отчисления – 822 281 рубль;

- расходы на оплату работ субподрядных организаций (ООО «ЮгСтальКонструкция» по договору от 11.04.2016 № 11/04-2016 и ЗАО НМУС «Асстек» по договору от 15.02.2016 № 2/16) по изготовлению кондукторов – 9 100 557,80 рублей.

С учетом изложенных обстоятельств инспекция сделала вывод о том, что единовременное включение обществом указанной суммы в состав расходов за 2016 год произведено в нарушение пункта 2 статьи 318 и пункта 1 статьи 319 Налогового кодекса Российской Федерации. При расчете расходов следовало исходить из оборачиваемости специальных вспомогательных сооружений и устройства, исходя из количества установленных 28 опор в период 2016 год, что составляет 25 993 890 рублей.

Согласно пункту 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации, для исчисления налога на прибыль налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 Кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 Налогового кодекса Российской Федерации – убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

В соответствии с пунктом 2 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направления деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы.

Согласно пункту 1 статьи 272 Налогового кодекса Российской Федерации расходы, принимаемые для целей налогообложения с учетом положений настоящей главы, признаются таковыми в том отчетном (налоговом) периоде, к которому они относятся, независимо от времени фактической выплаты денежных средств и (или) иной формы их оплаты и определяются с учетом положений статей 318 – 320 Налогового кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 318 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что если налогоплательщик определяет доходы и расходы по методу начисления, расходы на производство и реализацию определяются с учетом положений настоящей статьи.

Для целей главы 25 Налогового кодекса Российской Федерации расходы на производство и реализацию, осуществленные в течение отчетного (налогового) периода, подразделяются на прямые и косвенные.

К прямым расходам могут быть отнесены, в частности:

- материальные затраты на приобретение сырья и (или) материалов, используемых в производстве товаров (выполнении работ, оказании услуг) и (или) образующих их основу либо являющихся необходимым компонентом при производстве товаров (выполнении работ, оказании услуг) (подпункт 1 пункта 1 статьи 254 Налогового кодекса Российской Федерации)

- материальные затраты на приобретение комплектующих изделий, подвергающихся монтажу, и (или) полуфабрикатов, подвергающихся дополнительной обработке у налогоплательщика подпункт 4 пункта 1 статьи 254 Кодекса);

- расходы на оплату труда персонала, участвующего в процессе производства товаров, выполнения работ, оказания услуг, а также расходы на обязательное пенсионное страхование, на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, обязательное медицинское страхование, обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, начисленные на указанные суммы расходов на оплату труда;

- суммы начисленной амортизации по основным средствам, используемым при производстве товаров, работ, услуг.

К косвенным расходам относятся все иные суммы расходов, за исключением внереализационных расходов, определяемых в соответствии со статьей 265 Налогового кодекса Российской Федерации, осуществляемых налогоплательщиком в течение отчетного (налогового) периода.

Налогоплательщик самостоятельно определяет в учетной политике для целей налогообложения перечень прямых расходов, связанных с производством товаров (выполнением работ, оказанием услуг).

При этом сумма косвенных расходов на производство и реализацию, осуществленных в отчетном (налоговом) периоде, в полном объеме относится к расходам текущего отчетного (налогового) периода с учетом требований, предусмотренных настоящим Налоговым кодексом Российской Федерации. В аналогичном порядке включаются в расходы текущего периода внереализационные расходы.

Прямые расходы относятся к расходам текущего отчетного (налогового) периода по мере реализации продукции, работ, услуг, в стоимости которых они учтены в соответствии со статьей 319 Налогового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, расходы могут быть отнесены к прямым в случае если их таковыми назвал сам налогоплательщик. Во всех остальных случаях они по умолчанию являются косвенными.

Налогоплательщик самостоятельно определяет перечень прямых расходов, связанных с производством продукции (выполнением работ, оказанием услуг), и закрепляет его в учетной политике для целей налогообложения.

Данное правило введено для сближения налогового и бухгалтерского учета.

Соответственно, вид расходов для налогового учета находится в зависимости от того, как они учтены в бухгалтерском учете.

При таких условиях произвольная смена вида расходов не возможна.

Глава 25 Налогового кодекса Российской Федерации не содержит прямых положений, ограничивающих налогоплательщика в отнесении тех или иных расходов к прямым или косвенным.

Однако из норм статей 252, 318, 319 Налогового кодекса Российской Федерации, следует, что выбор налогоплательщика в отношении расходов, формирующих в налоговом учете стоимость произведенной и реализованной продукции, должен быть обоснованным.

Более того, в статье 318 Налогового кодекса Российской Федерации отражена норма, предусматривающая включение в состав прямых расходов именно тех расходов, которые связаны с производством товаров (выполнением работ, оказанием услуг).

Это означает, что механизм распределения затрат на производство и реализацию должен содержать экономически обоснованные показатели, обусловленные технологическим процессом. При этом налогоплательщик вправе в целях налогообложения отнести отдельные затраты, связанные с производством товаров (работ, услуг), к косвенным расходам только при отсутствии реальной возможности отнести указанные затраты к прямым расходам, применив при этом экономически обоснованные показатели.

На основании изложенного, право самостоятельно определять перечень расходов требует от налогоплательщика обоснования принятого решения. Такое полномочие может быть использовано налогоплательщиком в целях учета особенностей, характерных для разных отраслей промышленности.

В то же время, для того чтобы право налогоплательщика самостоятельно определять в учетной политике перечень прямых и косвенных расходов (пункт 1 статьи 318 Налогового кодекса Российской Федерации) было наполнено реальным содержанием, налоговые органы не должны произвольно вмешиваться в выбор налогоплательщика и переоценивать распределение расходов.

Предоставляя налогоплательщикам указанное право, законодатель допускает, что распределение расходов может зависеть от конкретных условий хозяйствования и носить отчасти условный характер. Строгой нормативной регламентации по данному вопросу нет.

Так, в пункте 1 статьи 318 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрен рекомендательный и неисчерпывающий перечень прямых расходов - использована формулировка «к прямым расходам могут быть отнесены, в частности...». В состав таких расходов рекомендовано включать некоторые материальные затраты, заработную плату основного персонала, амортизацию основного оборудования. Что касается материальных затрат, то в пункте 1 статьи 318 Налогового кодекса Российской Федерации дана отсылка только к двум (1 и 4) из семи подпунктов открытого перечня пункта 1 статьи 254 Кодекса. В подпункте 1 предусматриваются расходы на приобретение сырья и (или) материалов, используемых в производстве товаров (выполнении работ, оказании услуг) и (или) образующих их основу либо являющихся необходимым компонентом при производстве товаров (выполнении работ, оказании услуг); в подпункте 4 – расходы на приобретение комплектующих изделий, подвергающихся монтажу, и (или) полуфабрикатов, подвергающихся дополнительной обработке у налогоплательщика. Многие другие виды материальных затрат также непосредственно связаны с производством продукции, работ, услуг и прямо формируют его стоимость, однако не включены законодателем в рекомендательный перечень прямых расходов пункта 1 статьи 318 Кодекса. Например: – расходы на приобретение материалов для упаковки и иной, в т.ч. предпродажной подготовки товаров к реализации; на другие производственные и хозяйственные нужды (проведение испытаний, контроля, содержание, эксплуатацию основных средств и иные подобные цели) (подпункт 2 пункта 1 статьи 254 Кодекса); - расходы на приобретение топлива, воды, энергии всех видов, расходуемых на технологические цели, выработку (в том числе самим налогоплательщиком для производственных нужд) всех видов энергии, отопление зданий, а также расходы на производство и (или) приобретение мощности, расходы на трансформацию и передачу энергии (подпункта 5 пункта 1 статьи 254 Кодекса).

Таким образом, законодатель, осознавая, что без определенных видов расходов выпуск и реализация готовой продукции невозможна, тем не менее не обязывает и даже не рекомендует налогоплательщикам, признавать соответствующие расходы прямыми, следовательно, при распределении расходов между прямыми и косвенными присутствует существенный элемент усмотрения налогоплательщика – хозяйствующего субъекта.

Данное усмотрение может быть ограничено только явной экономической и технологической необоснованностью или явной нацеленностью исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды в результате искусственного переноса момента учета расхода на существенно более ранний период времени.

Иной поход не соответствует толкованию пункта 1 статьи 318 Налогового кодекса Российской Федерации в его взаимосвязи с другими положениями налогового законодательства.

Из материалов дела следует, что заявитель в рамках выполнения работ по договорам подряда изготовил специальные вспомогательные сооружения и устройства –кондукторы. Согласно представленному в материалы дела проекту производства работ на устройство свайного основания автодорожного моста на участках № 3 и 4, кондуктор К2 предназначен для погружения вертикальных и наклонных свай, из стальных труб диаметром 1420 мм, для устройства свайного основания опор транспортного перехода через Керченский пролив на участках № 3 и 4 (с суши). Кондуктор представляет собой каркасное сооружение габаритами 8,65х14,8 м, высотой 16 м из прокатных профилей, преимущественно из квадратной трубы.

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, указанное сооружение является вспомогательным и необходимо для обеспечения погружения свай, используемых для строительства моста. При этом кондукторы не являются сырьём, материалом, необходимым компонентом, или комплектующим изделием результата работ и были демонтированы после выполнения соответствующего этапа строительства, что инспекцией не опровергнуто.

В связи с этим в налоговом учете расходы на изготовление кондукторов являются косвенными расходами, поскольку не образуют основу и не являются частью готовой продукции, а необходимы лишь для обеспечения погружения свай.

Материальные затраты на возведение кондукторов имеют экономическое обоснование – для обеспечения выполнения работ по погружению свай.

В отношении эпизода с завышением расходов на стоимость арендной платы за гидромолот суд установил следующее.

Общество и ООО «ПСФ "Инициатива"» заключили договор аренды оборудования (сваебойное оборудование Гидромолот S-280 НС HYDROHAMMER) от 15.01.2016 № 03, по условиям которого размер ежемесячной арендной платы составляет 6 710 132 руб. При этом указанное оборудование ранее находилось в собственности общества и в октябре 2015 года реализовано им ООО «ПСФ "Инициатива"» по договору купли-продажи.

По данным бухгалтерского и налогового учета налогоплательщиком за 2016 год понесены расходы по аренде оборудования в сумме 77 166 518 руб.

В ходе проверки инспекция установила, что учредителем обеих организаций-сторон сделки на момент подписания и исполнения договора аренды оборудования являлся ФИО5 с долями участия в уставном капитале общества – 51%, ООО «ПСФ "Инициатива"» – 100%.

При этом взаимозависимое по отношению к заявителю ООО «ПСФ "Инициатива"» с 2013 года применяет специальный налоговый режим в виде упрощенной системы налогообложения (далее – УСН) с объектом «доходы», доходы исчисляет по кассовому методу. В соответствии с представленной в налоговый орган декларацией по УСН за 2016 год ООО «ПСФ "Инициатива"» заявлен доход в сумме 50 325 990 руб., с которого исчислен налог по ставке 6% в сумме 3 019 559 руб.

Согласно налоговому учету у общества по указанной операции отражены начисленные расходы по аренде оборудования в сумме 77 166 518 рублей, что уменьшило сумму исчисленного за 2016 год налога на прибыль организаций по ставке 20% на 15 433 303 рубля.

В результате проведенного инспекцией анализа операций по счетам ООО «ПСФ "Инициатива"» в банке установлено, что денежные средства в размере 50 255 827 рублей, полученные от общества за аренду спорного имущества, в день зачисления сразу же перечислялись на счета ФИО5 и ЗАО «Геленджикский Дельфинарий» с комментариями «возврат займа ФИО5», который выступал учредителем общества, ЗАО «Геленджикский Дельфинарий», ООО «ПСФ "Инициатива"».

Инспекция, определяя рыночную стоимость сделки, исходила из экспертного заключения ООО «Параллель» от 24.10.2017 № ЭБП-7-648/2017, которое было составлено по результатам проведения экспертизы, назначенной налоговым органом в рамках статьи 95 Налогового кодекса Российской Федерации в ходе выездной налоговой проверки. В результате исследования установлено, что реальная рыночная стоимость арендной платы за указанное исправное и работоспособное сваебойное оборудование составляет 5 005 000 рублей в месяц. Отклонение стоимости арендной платы от установленного уровня рыночных цен составляет 1 705 132 рубля в месяц и 19 609 018 рублей из расчета за весь период пользования арендованным имуществом.

Указанные обстоятельства стали основанием для вывода инспекции о получении обществом необоснованной налоговой выгоды в виде занижения налоговой базы в результате увеличения расходов, связанных с арендой оборудования у взаимозависимой организации – ООО «ПСФ "Инициатива"» по завышенным по сравнению с рыночными ценам, и доначисления налога на прибыль организаций.

В соответствии с пунктом 1 статьи 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в настоящем пункте лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 105.3 Налогового кодекса Российской Федерации в случае, если в сделках между взаимозависимыми лицами создаются или устанавливаются коммерческие или финансовые условия, отличные от тех, которые имели бы место в сделках, признаваемых в соответствии с настоящим разделом сопоставимыми, между лицами, не являющимися взаимозависимыми, то любые доходы (прибыль, выручка), которые могли бы быть получены одним из этих лиц, но вследствие указанного отличия не были им получены, учитываются для целей налогообложения у этого лица.

Определение в целях налогообложения доходов (прибыли, выручки) взаимозависимых лиц, являющихся сторонами сделки, которые могли бы быть получены этими лицами, но не были получены вследствие отличия коммерческих и (или) финансовых условий указанной сделки от коммерческих и (или) финансовых условий такой же сделки, сторонами которой являются лица, не признаваемые взаимозависимыми, производится федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов, с применением методов, установленных главой 14.3 настоящего Кодекса.

Из положений статьи 105.3 Налогового кодекса Российской Федерации следует, что взаимозависимость участников сделки, повлиявшая на размер доходов (расходов, прибыли), учитываемых налогоплательщиком в целях налогообложения, является основанием для определения налоговой базы исходя из рыночных цен в порядке, установленном разделом V.1 названного Кодекса, если такая сделка признается контролируемой в соответствии со статьей 105.14 Кодекса.

При этом в силу прямого запрета, установленного в абзаце 3 пункта 1 статьи 105.17 Налогового кодекса Российской Федерации, контроль соответствия цен, примененных в контролируемых сделках, не может быть предметом выездных и камеральных проверок. На основании пункта 2 статьи 105.3 Кодекса он может осуществляться Федеральной налоговой службой (ее центральным аппаратом) посредством проведения мероприятий налогового контроля в порядке, установленном главой 14.5 Кодекса.

Следовательно, по общему правилу в случаях, не предусмотренных разделом V.1 Налогового кодекса Российской Федерации, налоговые органы не вправе оспаривать цену товаров, указанную сторонами сделки и учтенную при налогообложении.

Вместе с тем отклонение цены сделки от рыночного уровня в совокупности с иными обстоятельствами может иметь значение, если при проведении камеральной или выездной налоговой проверки установлены признаки получения необоснованной налоговой выгоды.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 3 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 и статьи 269 Налогового кодекса Российской Федерации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, по общему правилу в случаях, не предусмотренных разделом V.1 Кодекса, налоговые органы не вправе оспаривать цену товаров (работ, услуг), указанную сторонами сделки и учтенную при налогообложении. Несоответствие примененной налогоплательщиком цены рыночному уровню не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации, отличие примененной налогоплательщиком цены от уровня цен, обычно применяемых по идентичным (однородным) товарам, работам или услугам другими участниками гражданского оборота, не может служить самостоятельным основанием для вывода о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, возникновении у него недоимки, определяемой исходя из выявленной ценовой разницы, поскольку судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности.

Однако многократное отклонение цены сделки от рыночного уровня может учитываться в качестве одного из признаков получения необоснованной налоговой выгоды в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, указывающими на несоответствие между оформлением сделки и содержанием финансово-хозяйственной операции.

В соответствии с Постановлением Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53) судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Согласно содержащимся в Постановлении № 53 разъяснениям, налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

О необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

При этом следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Обоснованность получения налоговой выгоды не может быть поставлена в зависимость от способов привлечения капитала для осуществления экономической деятельности (использование собственных, заемных средств, эмиссия ценных бумаг, увеличение уставного капитала и т.п.) или от эффективности использования капитала.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией.

Судом установлено, и сторонами по существу не опровергнуто, что спорное имущество (гидромолот) используется ООО «ПСФ "Инициатива"» в предпринимательской деятельности – сдается в аренду, с полученного дохода исчислен и уплачен налог по УСН. Многократного превышения стоимости аренды по сравнению с определенной в экспертном заключении ООО «Параллель» от 24.10.2017 № ЭБП-7-648/2017 рыночной стоимостью сделки, не установлено.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации положенные в основу оспариваемого решения доводы налогового органа и доводы налогоплательщика и представленные сторонами в материалы дела доказательства, суд считает, что инспекцией не доказано получение обществом необоснованной налоговой выгоды путем завышения налоговых вычетов в результате многократного отклонения цены по спорным сделкам от рыночного уровня цен.

Налоговым органом не было установлено наличие обстоятельств, указанных в Постановлении № 53, в том числе свидетельствующих о согласованных действиях взаимозависимых лиц в целях получения необоснованной налоговой выгоды, не обусловленных разумными экономическими или иными причинами, участия их в схемах, направленных на уклонение от уплаты налогов.

С учетом изложенного, заявленные требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Судебные расходы по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возлагаются на инспекцию.

На основании вышеизложенного, руководствуясь названными нормативными актами, статьями 167-170, 176, 198-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Решение Инспекции Федеральной налоговой службы России по городу-курорту Геленджику Краснодарского края, г. Геленджик от 20.06.2018 № 6 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенное в отношении ООО «ПСФ «Спецфундаментстрой», г. Геленджик (ИНН <***>, ОГРН <***>) признать незаконным и отменить в части доначисления налога на прибыль за 2016 год в сумме 2 678 493 рублей, соответствующих пеней и в части штрафа в размере 267 854 рублей, как несоответствующее Налоговому кодексу Российской Федерации.

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы России по городу-курорту Геленджику Краснодарского края, г. Геленджик в пользу ООО «ПСФ «Спецфундаментстрой», г. Геленджик (ИНН <***>, ОГРН <***>) 3 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его принятия в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья И.А. Погорелов