Постановление от 27 марта 2023 г. по делу № А65-23979/2020

943/2023-28338(1)



ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда

27 марта 2023 года Дело № А65-23979/2020 гор. Самара 11АП-2527/2023, 11АП-3440/2023 Резолютивная часть постановления оглашена 20 марта 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 марта 2023 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гадеевой Л.Р., судей Львова Я.А., Машьяновой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев 20 марта 2023 года в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале № 2,

апелляционную жалобу ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 к ФИО5, ФИО3, ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела № А65-23979/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью ЖКО «Теплоэнергострой»,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – представитель ФИО6 по доверенности от 13.05.2022; от ФИО3 - представитель ФИО6 по доверенности от 15.03.2023; от иных лиц – не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.10.2020 по заявлению АО «Татэнерго» (ОГРН <***> ИНН <***>) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника – ООО Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» (ОГРН <***> ИНН <***>).

Определением арбитражного суда от 24.02.2021 в отношении общества с ограниченной ответственностью Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой», г. Казань (далее - должник), введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО7

Решением арбитражного суда от 07.06.2021 должник признан банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой», ФИО4 о привлечении ФИО5, ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» (ИНН <***>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.11.2021 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023 заявление удовлетворено частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» по основаниям п. 2 ст. 61.11 Федерального закона


«О несостоятельности (банкротстве)». Производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в указанной части приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. ФИО5, ФИО3, ФИО2 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» по основаниям п. 1 ст. 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». С ФИО5, ФИО3, ФИО2 взысканы солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» (ИНН <***>) денежные средства в сумме 1 477 616,50 руб.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023 по делу № А6523979/2020 отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности, в указанной части принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2023 апелляционная жалоба принята к производству.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО3 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023 по делу № А6523979/2020 отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности, в указанной части принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2023 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего ФИО4 поступил отзыв, согласно которому она возражает относительно доводов апелляционных жалоб.

Поступившие документы приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ФИО2 и ФИО3 доводы апелляционных жалоб поддержал в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и не явившихся в судебное заседание, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Из апелляционных жалоб усматривается, что ФИО2 и ФИО3 просят определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023 по делу № А65-23979/2020 отменить в части привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.


В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" указано, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзацах 3 и 4 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" арбитражный суд апелляционной инстанции пересматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы.

Возражений относительно проверки только части судебного акта от сторон не поступило, виду чего в остальной части законность и обоснованность судебного акта судебной коллегией не проверялись.

Рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены судебного акта в обжалуемой части.

В соответствии со ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как указано выше, судебный акт обжалуется в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3, в связи с чем выводы суда первой инстанции относительно наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 судом апелляционной инстанции не проверяются.

Как следует из материалов дела, обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3, конкурсный управляющий ФИО4 указывала на неисполнение указанными лицами обязанности по подаче заявления и признании общества с ограниченной ответственностью ЖКО «Теплоэнергострой» несостоятельным (банкротом).

В ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего судом первой инстанции установлено, что ФИО3 занимал должность директора Должника в период с 01.04.2003 по 02.04.2017; ФИО8 в период с 03.04.2017 по 19.11.2018 являлся директором.

ФИО9 являлся единственным учредителем должника в период времени с 01.04.2003 по 16.03.2019.

В обоснование заявленных требований в обжалуемой части конкурсный управляющий указывала, что по состоянию на 01.06.2018 кредиторская задолженность имелась перед АО «Татэнерго», МУП «Водоканал» и НО «Фонд ЖКХ РТ», и составляла более 600 000 рублей, период неисполнения указанных обязательств составлял период более трех месяцев. В последующем указанная задолженность увеличивалась.

По мнению конкурсного управляющего, на ФИО8, как на руководителе общества (должника), лежала обязанность по обращению в суд с заявлением не позднее 01.07.2018. На ФИО3, как на единственном учредителе, лежала обязанность по принятию решения об обращении в суд с соответствующим заявлением не позднее 01.08.2018.


В части наличия у должника неисполненных обязательств перед кредиторами конкурсный управляющий должника указала следующее.

Размер обязательств, возникших в период занятия должности руководителя должника ФИО8, после 01.07.2018 и до возбуждения дела о банкротстве, составляет сумму 27 061 647 (двадцать семь миллионов шестьдесят одна тысяча шестьсот сорок семь) рублей 30 копеек.

Размер обязательств, возникших в период занятия должности руководителя должника ФИО3, после 01.08.2018 и по день возбуждения дела о банкротстве, составляет сумму 26 638 509 (двадцать шесть миллионов шестьсот тридцать восемь тысяч пятьсот девять) рублей 50 копеек.

В данный момент в реестр требований кредиторов включено девять конкурсных кредиторов на общую сумму задолженности 28 683 049 (двадцать миллионов шестьсот восемьдесят три тысячи сорок девять) рублей 90 копеек.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (п. 9 ПП ВС от 21.12.2017 N 53, определение ВС РФ от 20.07.2017 N 309-ЭС17- 1801).

Момент возникновения упомянутой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, в связи с чем, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами (определение ВС РФ от 29.03.2018 N 306-ЭС17-13670(3)).

По смыслу ст. 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение (определения ВС РФ от 21.10.2019 N 305-ЭС19- 9992, от 27.07.2020 N 305-ЭС19-13378(3); п.п. 12, 14 ПП ВС РФ от 21.12.2017 N 53)

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Срок исполнения денежного обязательства не всегда совпадает с датой возникновения самого обязательства. Требование существует независимо от того, наступил ли срок его исполнения либо нет (определение ВС РФ от 06.07.2017 N 303-ЭС17-2748). В связи с этим, решая вопрос о том, какие обязательства могут быть отнесены к периоду с момента истечения срока на подачу заявления о банкротстве до даты возбуждения дела, на судах лежит задача попредметно проанализировать положенные в основание требований к должнику сделки,


принимая во внимание правовую природу соответствующих обязательств, и с учетом этого определять, относится ли возникновение требования к спорному периоду либо нет (определение ВС РФ от 28.09.2020 N 310-ЭС20-7837).

Таким образом, действующее законодательство и судебная практика исходят из того, что при возникновении признаков неплатёжеспособности и (или) недостаточности имущества руководитель обязан незамедлительно обратиться в суд с заявлением о признании общества банкротом. Игнорирование данных признаков, сокрытие их от кредиторов общества и усугубление тяжелого материального положения недопустимы. В противном случае для виновных лиц наступают негативные последствия, предусмотренные Законом о банкротстве.

Судом первой инстанции, на основании представленных в материалы дела конкурсным управляющим документов, установлено, что согласно сведениям картотеки арбитражных дел: стабильно кредиторская задолженность у должника начала образовываться с апреля 2018 года. Однако по данным Бухгалтерского баланса за 2017 год: по результатам деятельности в указанный год организация впервые показала убыток в размере 1 371 000,00 (один миллион триста тридцать одна тысяча) рублей. В последующем, согласно данным Бухгалтерской отчетности, убыточность организации лишь росла: в 2018 году – Должник показал убыток в размере 2 253 000,00 рублей, в 2019 гожу – 9 756 000,00 рублей, в 2020 году – 10 681 000,00 рублей.

Проанализировав состав кредиторской задолженности, момент ее возникновения, суд первой инстанции согласился с доводами конкурсного управляющего о том, что у ФИО8 возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества-должника не позднее 01.07.2018.

Положения п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве устанавливают перечень обстоятельств, при наличии которых у руководителя должника возникает обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением должника. Руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и/или признакам недостаточности имущества, и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности

На основании п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве (в редакции с учетом изменений, внесенных Законом N 266-ФЗ) неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Самостоятельный юридический состав для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, не связанный с совершением


контролирующими должника лицами действий или дачей обязательных указаний, вызвавших несостоятельность (банкротство) должника, установлен п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Субсидиарная ответственность лица, указанного в п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, наступает независимо от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника по смыслу нормы ч. 2 п. 3 ст. 56 ГК РФ и ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Для применения субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан доказать совокупность обстоятельств: возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 названного Закона о банкротстве обстоятельств и установление момента (даты) возникновения обстоятельства; неподачи каким-либо из указанных выше лиц заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым привлекаются к субсидиарной ответственности лицо (лица) перечисленные в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, после истечения срока, предусмотренного пунктом 3 статьи 9 этого же Закона.

Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 24 мая 2016 г. по делу N А65-21757/2014.

В силу п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

С учетом содержания норм Закона о банкротстве, суд, в зависимости от установленных по обособленному спору обстоятельств, должен установить точную дату возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств и возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника, а также установить сумму, подлежащую взысканию в пользу должника в случае удовлетворения требований.

Из материалов дела следует, что производство по делу о банкротстве возбуждено 15.10.2020 по заявлению конкурсного кредитора АО «Татэнерго».

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 6 июля 2016 г., даны следующие разъяснения.

Руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц, как кредиторы. Он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им в том числе в получении необходимой информации.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.


Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (п. 1 ст. 5, ст. 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве; - момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Для привлечения к субсидиарной ответственности по данному пункту в первую очередь подлежит доказыванию дата, когда у ответчика возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Кроме того, заявитель должен указать, какой из случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должен был явиться основанием для обращения в суд, какие именно обязательства должника возникли после истечения сроков, предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку субсидиарная ответственность руководителей должника - юридического лица, предусмотренная названной статьей, возможна лишь перед кредиторами, обязательства которых возникли после истечения срока на подачу заявления о банкротстве должника.

В предмет доказывания и исследования в данном случае входит наличие обстоятельств, перечисленных в статье 9 Закона о банкротстве, при которых у руководителя должника возникает обязанность по обращению с заявлением должника, факта нарушения данной обязанности лицами, привлеченными конкурсным управляющим к субсидиарной ответственности, состав и размер обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно расчету конкурсного управляющего 28 683 049,90 (общая сумма кредиторской задолженности Должника) – 575 541,30 (задолженность перед Фондом за период с 01.12.17 по 01.07.18 г.) – 680 585,71 (задолженность перед АО «Татэнерго» за период с 01.05.18 по 30.06.18 г.) – 365 275,62 (задолженность перед МУП «Водоканал» за период с 01.04.18 г. по 31.05.18 г.). Таким образом, размер субсидиарной ответственности ФИО8 составляет 27 061 647,3 рублей.


При этом доводы ответчика ФИО8 о наличии экономически обоснованного плана, выполняя который он добросовестно рассчитывал преодолеть финансовые трудности, не подтверждаются достаточными, относимыми и допустимыми доказательствами.

Относительно требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, суд первой инстанции согласился с доводами о том, что на ФИО3, как на единственном учредителе, лежала обязанность по принятию решения об обращении в суд с соответствующим заявлением не позднее 01.08.2018.

В свою очередь доказательства того, что ФИО3 принял меры по созыву собрания участников должника для решения вопроса об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, в материалы дела не представлено.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3), от 08.02.2019 N 304-ЭС18-24534 и от 01.09.2021 N 310-ЭС20-18311(2)).

Исходя из правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации, сформулированных в определении от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суды в качестве причины банкротства признают недобросовестные действия ответчиков, исключая при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

В соответствии с п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока:

собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве.

Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи.


Поскольку руководитель должника не обратился с заявлением о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что обязанность по принятию решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве лежала на учредителе ФИО3

Согласно расчету конкурсного управляющего 28 683 049,90 (общая сумма кредиторской задолженности Должника) – 670 946,90 (задолженность перед Фондом за период с 01.12.17 по 01.07.18 г.) – 731 788,68 (задолженность перед АО «Татэнерго» за период с 01.05.18 по 30.06.18 г.) – 641 804,86 (задолженность перед МУП «Водоканал» за период с 01.04.18 по 31.05.18), размер субсидиарной ответственности ФИО3 составляет 26 638 509,5 руб.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

С позиции совокупности установленных по делу обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для привлечения ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве.

При этом суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для снижения размера субсидиарной ответственности указанных лиц.

Устанавливая основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, судом первой инстанции установлено, что в результате совершения должником под руководством ФИО5 сделок, признанных впоследствии судом недействительными, должник утратил денежные средства в общем размере 29 795 914,40 руб.

Согласно данным инвентаризации по состоянию на 27.08.2021 общая сумма дебиторской задолженности жителей многоквартирных домов за оказанные им ЖКУ составила сумму 8 884 304,00 рубля.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу , что если бы должником не были совершены сделки, совершение которых вменено в вину ФИО5, на дату введения процедуры конкурсного производства у должника в наличии могли быть активы в сумме 38 680 021,40 рублей.

При этом общий размер кредиторской задолженности должника составляет 41 284 420,74 рубля (28 683 049,90 рублей – сумма, включенная в реестр требований кредиторов + сумма текущей задолженности по оплате коммунальных ресурсов составила 12 601 370,84 рубля.)

Согласно расчету конкурсного управляющего 41 284 420,74 (пассив) – 38 680 021,40 (актив), на дату введения процедуры конкурсного производства у организации имелся убыток в сумме 2 604 202,34 рубля, который не мог бы быть покрыт даже в счет имеющихся активов должника.

Согласно пояснениям конкурсного управляющего на момент рассмотрения заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности произошли структурные изменения в сумме текущей задолженности, поскольку организация до 31.05.2022 продолжала обслуживать многоквартирные дома: на данный момент сумма текущей задолженности перед ресурсоснабжающими организациями составляет 11 474 785,00 рублей, что в совокупности с суммой задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника меньше суммы имеющихся у должника активов на 1 477 616,50 рублей.

С учетом изложенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости снижения размера субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО2 до 1 477 616,50 руб.

Выражая несогласие с принятым судом первой инстанции судебным актом, придерживаясь консолидированной позиции, ФИО3 и ФИО2 в


обоснование доводов апелляционных жалоб указывали, что судом первой инстанции не учтена специфика деятельности общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой», а также тот факт, что у должника помимо наличия кредиторской задолженности, также имелась дебиторская задолженность, взыскание которой позволило бы покрыть просроченные обязательства.

Помимо прочего, ФИО8 указал на то, что конкурсным управляющим не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО8 и наступлением банкротства, поскольку несостоятельность должника возникла именно из-за действий, совершенных ФИО5

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, не находит оснований для несогласия с выводами суда первой инстанции.

Отклоняя доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия принимает во внимание, что из представленных в материалы дела конкурсным управляющим документов (актов сверок между должником и ресурсоснабжающими организациями за период с 2017 года по 2019 год) усматривается факт ежемесячного увеличения суммы кредиторской задолженности начиная с 2018 года.

На дату смены должности директора должника с ФИО8 на ФИО5, совокупный размер кредиторской задолженности (подтвержденная документально) превышал совокупный размер дебиторской задолженности (не подтвержденную) на 552 802,26 рублей, о чем ФИО8 не мог не знать.

ФИО8 указывал, что все денежные средства, полученные от собственников помещений по статьям услуг, направлялись на погашение существующей на тот момент задолженности перед ресурсоснабжающими организациями.

Между тем указанные доводы опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание пояснения конкурсного управляющего, из которых следует, что согласно данным, представленным МУП «Водоканал», до апреля 2018 года у организации в принципе отсутствовал долг, в апреле 2018 год он впервые составил сумму 55 761,32 рубля, в мае 2018 года оплата за услуги по холодному водоснабжению составила 0,00 рублей, в связи с чем долг возрос до 164 72196 рублей, в июне 2018 года была произведена оплата в сумме 100 000,00 рублей, долг уменьшился до 75 281,06 рублей, а с июля 2018 года по январь 2019 года оплата в принципе перестала производиться, поэтому к октябрю 2018 года долг уже составлял сумму в размере 172 642,80 рублей.

Аналогичная ситуация имела место быть по всем ресурсоснабжающим организациям, анализ задолженности перед которыми подробно проведен судом первой инстанции.

Относительно суммы дебиторской задолженности, на которую ссылается ФИО8, суд апелляционной инстанции отмечает, что в нарушение ст. 65 АПК РФ, ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие тот факт, что она действительно равнялась той сумме, что была отражена в данных Бухгалтерской отчетности.

Из пояснений конкурсного управляющего следует, что данные дебиторской задолженности на 2018 год, отраженные в Бухгалтерском балансе, не соотносились с теми, что были получены у ООО «Расчетный Информационный Центр».

Так, по данным ООО «РИЦ» на 01.01.2019 дебиторская задолженность жителей домов в разрезе по каждой квартире составляла сумму 4 010 914,76 рублей, тогда как в бухгалтерском отчете сумма дебиторской задолженности на 31.12.2018 указана в размере 6 900 000,00 рублей.

Таким образом, в момент занятия должности директора должника ФИО8 имело место быть не формальное превышение размера кредиторской задолженности над размерами активов, а планомерное увеличение суммы кредиторской задолженности в условиях отсутствия активов, достаточных для ее покрытия.

Ссылаясь на наличие активов у должника, которых было бы достаточно для покрытия увеличивающейся суммы кредиторской задолженности, ответчиком не представлено доказательств, что им в действительности велась работа с данными активами в целях уменьшения обязательств.


Доводы ответчика о том, что им проводились мероприятия по взысканию с жителей сумм кредиторской задолженности, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора.

Из материалов дела следует, что за период управления организацией ФИО8, должником с жителей МКД взыскана сумма дебиторской задолженности в общем размере 89 392,83 рубля на основании восьми вынесенных судебных приказов.

Судебная коллегия также принимает во внимание пояснения конкурсного управляющего, из которых следует, что своевременная подача заявления о банкротстве предприятия привела бы к тому, что дома перешли из управления ООО «ЖКО «Теплоэнергострой» в иную платежеспособную Управляющую компанию еще в 2018 году, а размер кредиторской задолженности ограничился бы 7-8 миллионами, и вырученных от взыскания дебиторской задолженности денежных средств хватило бы на покрытии большей суммы задолженности.

Учитывая данные обстоятельства, а также тот факт, что за период управления обществом ФИО8 сумма кредиторской задолженности перед ресурсоснабжающими организациями возросла с 4 721 572,06 рублей до 7 449 802,26 рубля, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что неисполнение ответчиком обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника причинило вред имущественным правам кредиторов, что является самостоятельным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по п. 1 ст. 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Ссылка ответчиков на то, что судом первой инстанции не исследован вопрос о наличии причинно-следственной связи между действиями ФИО8, ФИО3 и банкротством должника, отклоняется судебной коллегией, поскольку указанным лицам не вменялось в вину доведение до банкротства, в связи с чем установление указанных обстоятельств не требовалось.

Судом первой инстанции на основании представленных документов и их подробного анализа установлено, что у руководителя должника возникла обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 01.07.2018.

Возникновение у должника по состоянию на 01.06.2018 признаков неплатежеспособности ответчиками документально не опровергнуто.


При этом доказательств наличия экономически обоснованного плана по выходу из кризисной ситуации и осуществление мер, направленных на выход из такой ситуации, ответчиками в материалы дела не представлено.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, основания для ее непринятия у суда апелляционной инстанции отсутствуют. Кроме того, указанные доводы направлены на переоценку установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств дела и принятых им доказательств.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к законному и обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО10 и ФИО11 солидарной к субсидиарной ответственности по основаниям п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что апелляционная жалоба содержит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции, доводы жалобы направлены на их переоценку с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются материалами дела. В этой связи, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определение суда первой инстанции в обжалуемой части является законным и обоснованным.

В соответствии соложениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в настоящем случае не предусмотрена.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023 по делу № А6523979/2020 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Л.Р. Гадеева

Судьи Я.А. Львов

А.В. Машьянова

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России

Дата 11.04.2022 7:58:00Кому выдана Машьянова Альбина ВикторовнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России

Дата 07.02.2023 9:19:00Кому выдана Львов Яков АлександровичЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России

Дата 07.02.2023 2:49:00

Кому выдана Гадеева Лейсан Рамилевна