Постановление от 29 ноября 2023 г. по делу № А47-3356/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7964/20

Екатеринбург

29 ноября 2023 г.


Дело № А47-3356/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 23 ноября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 ноября 2023 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Морозова Д.Н., Кудиновой Ю.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО2, финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 01.06.2023 по делу № А47-3356/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном посредством видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области, приняли участие:

ФИО3 (лично, предъявлен паспорт);

представитель ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 17.10.2023;

представитель акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – общество «Россельхозбанк», банк) – ФИО7 по доверенности от 11.09.2021.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель ФИО2 – ФИО8 по доверенности от 16.08.2023.

ФИО5 18.03.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 25.03.2019 по заявлению ФИО5 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО3(далее также – должник).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.12.2019 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4

Финансовый управляющий должника 30.01.2023 обратился в суд с заявлением о признании договора поручительства от 10.06.2011 № 110517/0035-9, заключенного с ФИО3, обществом «Россельхозбанк» и снабженческо-потребительским кооперативом «Подольский мясопром» (далее – кооператив «Подольский мясопром»), недействительным (ничтожным).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.03.2023 в одно производство для совместного рассмотрения объединены указанное заявление финансового управляющего и аналогичное заявление ФИО2 о признании названного договора поручительства физического лица недействительной сделкой.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 01.06.2023, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2023, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенными определением от 01.06.2023 и постановлением от 11.09.2023, ФИО2, финансовый управляющий ФИО4 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами, в которых просят указанные судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт.

В кассационной жалобе ФИО2 приводит доводы о том, что решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 27.12.2022 по делу №3524/2022 установлены обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии обязательств ФИО3 перед обществом «Россельхозбанк», и, как следствие, перед кредитором ФИО5, а именно, установлен факт фальсификации подписи ФИО3 в оспариваемом договоре поручительства. Кредитор указывает на то, что по настоящему делу складывается ситуация, когда вступившим в законную силу судебным актом установлено, что подпись ФИО3 в договоре поручительства, на основании которого взыскана задолженность, сфальсифицирована, а Банк, в нарушение собственных инструкций подписывает договор поручительства и не отрицает данного факта, при этом суд первой инстанции признает действия Банка и должника правомерными и не усматривает признаков недобросовестности.

ФИО2 ссылается на неправомерное применение положения об эстоппеле, указывая на то, что для применения пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) важно наличие основания, о котором контрагент, оспаривающий сделку, знал или должен был знать при проявлении его воли на сохранение сделки, ссылаясь на то, что, если сделка оспаривается по другому основанию, о котором стало известно уже после того, когда была выражена соответствующая воля, право оспорить сделку по такому основанию сохраняется, следовательно, при оспаривании договора поручительства следовало оценить поведение должника и банка при заключении данного договора, а также последствия его заключения для иных кредиторов.

Финансовый управляющий ФИО4 в кассационной жалобе приводит доводы о том, что должник не давал согласия на поручительство по кредитному договору от 10.06.2011 № 110517/0035-9, что подтверждается выводами экспертизы в рамках гражданского дела № 3524/2022, из которой следует, что подпись в спорном договоре поручительства выполнена с подражанием подписи должника иным лицом, при этом Банк указывал в отзыве, что при заключении договора знал, что ФИО3 не приходил в банк с целью заключения договора, однако Банк продолжал заключать и дополнительные соглашения к договору в отсутствие волеизъявления указанного лица. Управляющий также указывает, что сделка по уступке долга совершена практически без встречного предоставления. Кроме того, судебные акты 2015 года о взыскании задолженности в пользу общества «Россельхозбанк» с должника преюдицией являться не могут.

В отзыве ФИО5 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284-287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационных жалоб, суд округа оснований для их отмены не усмотрел.

Как установлено судами и следует из материалов настоящего обособленного спора, в реестр требований кредиторов должника включено требование ФИО5 в размере 6 765 085 руб. 80 коп.

Задолженность ФИО3 перед кредитором ФИО5 подтверждена решением Центрального районного суда г. Оренбурга от 24.02.2015 по делу № 2-294/2015 о взыскании с кооператива «Подольский мясопром» и ФИО3 (поручителя) в пользу общества «Россельхозбанк» денежных средств в размере 4 991 035 руб. 16 коп.

Апелляционным определением Оренбургского областного суда указанный судебный акт оставлен без изменения, апелляционная жалоба ФИО3 - без удовлетворения.

Право требования к ФИО3 перешло к ФИО5 на основании договора уступки прав (требований) от 27.12.2018, заключенному с обществом «Россельхозбанк».

Кроме того, определением Арбитражного суда Оренбургской области от 06.11.2019 по делу № А47-3356/2019 в реестр требований кредиторов должника включено требование ФИО5 в размере 1 774 050 руб. 64 коп. неустойки, начисленной за период с 20.05.2015 по 06.08.2019.

В 2021 году ФИО3 обращался в Центральный районный суд г. Оренбурга с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам судебного решения Центрального районного суда от 24.02.2015 о взыскании денежных средств, однако вступившим в законную силу определением Центрального районного суда г. Оренбурга от 10.08.2021 ему отказано в удовлетворении заявленного требования.

Затем ФИО3 в 2022 году обратился в Ленинский районный суд г. Оренбурга с заявлением о признании незаключенным договора поручительства физического лица от 10.06.2011 №1105172/0035-9, между ФИО3, обществом «Россельхозбанк» и кооперативом «Подольский мясопром».

Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 27.12.2022 по делу № 3524/2022 в удовлетворении заявления ФИО3 отказано, в частности с указанием на пропуск срока исковой давности по заявленным требованиям и на нормы о преюдиции.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 23.03.2023 решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от 27.12.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО3 без удовлетворения.

При этом в рамках данного гражданского дела проведена почерковедческая экспертиза, согласно заключению эксперта общества с ограниченной ответственностью «Оренбургская экспертиза документов» от 09.11.2022 № 67/1.1-02 подпись в спорном договоре поручительства, а также в трех дополнительных соглашениях к данному договору, не принадлежит ФИО3, а выполнена с подражанием его подписи и с предварительной тренировкой.

Ленинский районный суд г. Оренбурга дал оценку данному заключению, признав его отвечающим требованиям статей 84-86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Финансовый управляющий и конкурсный кредитор ФИО2, ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, полагая, что имеются основания для признания договора поручительства физического лица от 10.06.2011 №1105172/0035-9 недействительной сделкой на основании статей 10, 166-168 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратились в суд с соответствующими заявлениями.

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции отказал в их удовлетворении ввиду отсутствия оснований для квалификации оспариваемого договора как недействительной сделки, отметив, что в деле о банкротстве ФИО3 действует недобросовестно, отрицая, в нарушение принципа эстоппель, существование обстоятельств, которые им до этого подтверждались и на которые полагалось другое лицо.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился.

При этом суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более 10% общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац 2 пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Статья 10 ГК РФ содержит общую норму о том, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Исходя из содержания названной статьи, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех ее участников (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Заявление об оспаривании сделки должника на основании статей 10 и 168 ГК РФ может быть удовлетворено только в том случае, если доказано наличие в сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При этом согласно части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного акта, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П).

В рассматриваемом случае судами первой и апелляционной инстанций установлено, что вступившим в законную силу решением Центрального районного суда г. Оренбурга от 24.02.2015 удовлетворены исковые требования общества «Россельхозбанк», расторгнут кредитный договор от 10.06.2011 № 110517/0035 с кооперативом «Подольский мясопром», с ФИО3 взыскана солидарно задолженность по указанному кредитному договору, договору поручительства от 10.06.2011 № 1105172/0035-9.

Названный кредитный договор от 10.06.2011 № 110517/0035 подписан обществом «Россельхозбанк» с кооперативом «Подольский мясопром», денежные средства выданы заемщику, израсходованы им.

ФИО3 являлся работником данного юридического лица-заемщика, его представителем, а сын должника - ФИО9 занимал руководящую должность в кооперативе «Подольский мясопром» (кредитный договор от имени юридического лица подписан им).

В заявлении на выдачу денежных средств, подписанном руководителем кооператива «Подольский мясопром» ФИО9, обозначено, что к данному заявлению прилагаются следующие документы, а именно:

- кредитный договор от 10.06.2011 № 110517/0035, приложение № 1, 2, 3;

-договор поручительства физического лица от 10.06.2011 № 110517/0035- 9;

- договор о залоге оборудования от 10.06.2011 № 110517/0035-5, Приложение № 1.

Таким образом, оспариваемый договор поручительства представлен в банк руководителем кооператива «Подольский мясопром» - ФИО9, сыном ФИО3

Впоследствии факт подписания договора поручительства от 10.06.2011 №110517/0035-9 ФИО3 открыто, неоднократно и прямо признавался лично, как в 2015 году в Центральном районном суде города Оренбурга в судебных заседаниях и подписанных им процессуальных документах, поданных в суды первой и апелляционной инстанций, так и впоследствии вплоть до 2021 года.

При рассмотрении дела о взыскании задолженности в Центральном районном суде г. Оренбурга ответчик ФИО3 не ставил под сомнение свою подпись в договоре поручительства и дополнительных соглашениях к нему.

ФИО3 в рамках указанного дела подавался встречный иск о признании спорного договора поручительства ничтожным по мотиву несоответствия закону конкретных его условий; в удовлетворении встречных исковых требований судом отказано.

В последующем, ФИО3 обращался в Центральный районный суд г. Оренбурга с заявлением о пересмотре вышеназванного решения суда, в удовлетворении которого также отказано.

О том, что подпись в названном договоре поручительства ему не принадлежит, должник стал утверждать спустя 6 лет после вступления в законную силу решения суда от 24.02.2015 по делу № 2-294/2015 о взыскании задолженности - лишь в 2021 году.

Судами отмечено, что действительно, заключением общества «Оренбургская экспертиза документов» от 09.11.2022 № 67/1.1-02, представленном в рамках дела № 3524/2022, установлено, что подпись в спорном договоре поручительства не принадлежит ФИО3, а выполнена с подражанием его подписи и с предварительной тренировкой.

Между тем, выполнение подписи неустановленным лицом само по себе не свидетельствует априори об отсутствии договора как сложившегося между его сторонами правоотношения.

Как верно отмечено судами первой и апелляционной инстанций, доводы лица, отрицающего подписание договора, не имеют правового значения, если его поведение давало другим лицам основание полагаться на действительность и заключенность договора (пункт 5 статьи 166 и пункт 3 статьи 432 ГК РФ, пункт 70 постановления № 25, пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Лицо, не подписывавшее договор, несет вытекающие из него обязательства также в случае его последующего одобрения (в том числе путем подписания дополнительных соглашений к нему) (пункт 2 статьи 83 ГК РФ, пункт 123 постановления № 25).

В том же заключении судебной экспертизы установлена подлинность подписи ФИО3 в дополнительных соглашениях от 29.05.2012 и от 19.09.2012 к спорному договору поручительства, из которых однозначно возможно установить все существенные условия обеспечиваемого кредитного договора, такие как: сумма кредита 4 000 000 руб., процентная ставка, наименование заемщика - кооператив «Подольский мясопром», срок кредита.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив все доводы и доказательства в их совокупности, учитывая вышеустановленные обстоятельства, придя к выводу о том, что ФИО3 фактически одобрил заключение оспариваемого в настоящее время договора поручительства путем подписания дополнительных соглашений к данному договору и затем делая на протяжении длительного периода времени публичные заявления в судебных заседаниях о том, что действительно является поручителем по обязательствам перед обществом «Россельхозбанк» по кредитному договору от 10.06.2011 № 110517/0035, принимая во внимание, что заключение сделки неустановленным лицом имеет те же правовые последствия, что и заключение сделки неуполномоченным лицом, поскольку последующее одобрение сделки порождает для одобрившего ее лица все правовые последствия; поскольку материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих об осуществлении банком своих прав исключительно с намерением причинить вред ФИО3, являющемуся поручителем, не исполнившим обязательства по кредитному договору, либо его кредиторам, суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ и отказали в удовлетворении заявленных требований.

Оснований не согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций у суда округа не имеется.

Доводы заявителей кассационных жалоб судом округа отклоняются, поскольку о нарушении судами норм права не свидетельствуют, выводов судов не опровергают, являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, при этом заявители фактически ссылаются не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражают несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просят еще раз пересмотреть данное дело по существу, переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, представленные сторонами доказательства полно и всесторонне исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Их переоценка не входит в компетенцию суда кассационной инстанции (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационных жалоб не имеется, определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 01.06.2023 по делу № А47-3356/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2, финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.




Председательствующий Е.А. Павлова


Судьи Д.Н. Морозов


Ю.В. Кудинова