Постановление от 22 октября 2025 г. по делу № А56-43103/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


23 октября 2025 года

Дело №

А56-43103/2024

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Чернышевой А.А., Яковлева А.Э.,

при участии от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 17.12.2024), от публичного акционерного общества «Балтийский инвестиционный банк» ФИО3 (доверенность от 23.12.2024),

рассмотрев 09.10.2025 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО4 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2025 по делу № А56-43103/2024/сд.1,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.06.2024 принято к производству заявление ФИО1 о признании ФИО4, несостоятельной (банкротом).

Решением от 30.08.2024 настоящее дело объединено с делом № А56-43951/2024, объединенному делу присвоен номер А56-43103/2024; в отношении ФИО4 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Кредитор ФИО1 08.09.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительным переход права собственности на квартиру № 23 с кадастровым номером 78:07:0003061:123, расположенную по адресу: <...>, от ФИО4 и ФИО6 к публичному акционерному обществу «Балтийский инвестиционный банк» (далее – Банк), совершенный 22.04.2024; применить последствия недействительности в виде обязания Банка вернуть квартиру.

Определением от 09.10.2024 заявление ФИО1 принято к производству, этим же определением к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО6

Определением от 04.03.2025 суд первой инстанции в удовлетворении ходатайства ФИО6 об истребовании доказательств отказал; в удовлетворении ходатайства об оставлении заявления без рассмотрения отказал; признал недействительной сделку по переходу права собственности на квартиру; применил последствия недействительной в виде обязания Банка возвратить квартиру.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2025 определение от 04.03.2025 отменено, принят новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления ФИО1 отказано.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела, а также на неправильное применение судом норм материального права, просит постановление от 09.07.2025 отменить, оставить в силе определение от 04.03.2025.

По мнению подателя жалобы, суд апелляционной инстанции не учел, что спорная квартира передана судебным приставом-исполнителем Банку с нарушением норм действующего законодательства и прямого запрета, установленного абзацем вторым части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), в связи с чем постановление судебного пристава-исполнителя от 20.01.2015 является ничтожным в силу норм права, закрепленных в статьях 166, 168 и 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

ФИО1 утверждает, что Банк являлся участником дела № 2-809/2015, следовательно, знал, что утратил права залогодержателя, однако, при этом регистрируя право на квартиру в 2024 году на основании ничтожного постановления, действовал недобросовестно.

Податель жалобы возражает против вывода суда апелляционной инстанции об отсутствии совокупности обстоятельств, позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной на основании норм Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В кассационной жалобе ФИО4, ссылаясь на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела, а также на неправильное применение судом норм материального права, просит постановление от 09.07.2025 отменить, оставить в силе определение от 04.03.2025.

По мнению подателя жалобы, суд апелляционной инстанции не исследовал документы, на основании которых у Банка возникло право на спорную квартиру, а именно состав имущества, субъективный состав сделки и период действия договора ипотеки от 05.08.2008; означенное, по мнению ФИО4, послужило основанием для принятия неверного судебного акта.

ФИО4 считает, что суд апелляционной инстанции ошибочно указал дату возбуждения настоящего дела о банкротстве должника, что влияет на совокупность оснований для признания ее недействительной.

Податель жалобы ссылается на безосновательное преодоление судом апелляционной инстанции преюдиции, установленной апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 22.06.2015 по делу № 33-7105/2015.

ФИО4 указывает на отсутствие у Банка права удовлетворить свои требования за счет принадлежащей ей доли в общем имуществе супругов, ссылаясь на отсутствие правоотношений с Банком, прекращение залога и удовлетворение его требований в большем размере.

Податель жалобы полагает, что момент выбытия спорной квартиры из собственности ФИО4 и ФИО6, с которого исчисляется период подозрительности для целей применения специальных норм Закона о банкротстве при оспаривании сделок должника, суд апелляционной инстанции определил неверно.

В отзыве Банк, считая обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а кассационные жалобы ФИО1 и ФИО4 – без удовлетворения.

В отзыве кредитор ФИО7 доводы кассационных жалоб ФИО1 и ФИО4 поддержал.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы жалобы своего доверителя и кассационной жалобы ФИО4 поддержала, представитель Банка возражал против их удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного разбирательства, своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО4 и ФИО6 05.08.2008 для обеспечения исполнения обязательств ФИО6 по кредитному договору от 05.08.2008 № 3008-0115 передали в залог Банку принадлежащую им (по доле ? у каждого) квартиру.

Решением Кингого) исеппского городского суда Ленинградской области от 11.03.2012 по делу № 2-6/2012 с ФИО4 и ФИО6 в пользу Банка взыскана задолженность и обращено взыскание на заложенное имущество – квартиру.

Решение суда от 11.03.2012 ни ФИО6, ни ФИО4 не исполнено.

Судебным приставом исполнителем 28.10.2013 вынесено постановление о передаче арестованного имущества на торги.

Арестованное имущество 28.08.2014 по акту приема-передачи передано на торги.

Составлен протокол от 09.09.2014, согласно которому аукцион по продаже вышеуказанного имущества признан несостоявшимся.

Вынесено постановление от 12.09.2014 о снижении цены имущества, переданного на реализацию, на 15%.

Составлен протокол от 23.09.2014, согласно которому аукцион по продаже арестованного имущества признан несостоявшимся.

Постановлением от 24.10.2014 исполнительные производства от 28.08.2014 № 58602/14/78014-ИП, 58603/14/78014-ИП объединены в сводное исполнительное производство № 58603/14/78014-ИП/СВ.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 24.10.2014 сводное исполнительное производство № 58603/14/78014-ИП/СВ объединено с исполнительным производством от 10.07.2012 № 36613/12/14/78 в сложное сводное исполнительное производство № 36613/12/14/78/СЛ.

Банк 09.12.2014 представил судебному приставу-исполнителю объяснение, из которого следует, что предложение от 09.09.2014 об оставлении нереализованного имущества за собой он не получал.

Представителю Банка 15.01.2015 вручено предложение об оставлении нереализованного имущества за собой от 29.09.2014.

Согласие Банка о принятии нереализованного имущества получено судебным приставом-исполнителем 20.01.2015.

Постановление о передаче нереализованного имущества должника взыскателю вынесено 20.01.2015, составлен акт передачи.

Судебный пристав-исполнитель ФИО8 21.01.2015 вынес постановление об окончании исполнительного производства в связи с фактическим исполнением должником требований исполнительного производства.

Право собственности Банка на спорное имущество зарегистрировано в установленном законом порядке 22.04.2024.

В настоящем заявлении кредитор ФИО1 подчеркнул, что Банк не оформлял переход права собственности на квартиру в течение девяти лет, а оформил менее чем за 1 месяц до поступления в суд заявления о признании должника банкротом.

Кредитор указал, что в результате сделки нарушены права кредиторов должника, так как в случае, если бы Банк не оформил право собственности на спорную квартиру, должник имел бы возможность произвести расчет по своим обязательствам перед кредиторами.

Банк возражал против удовлетворения заявленных требований, ссылаясь  на то, что спорная квартира приобретена им в 2014 году посредством оставления за собой нереализованного на торгах имущества; государственная регистрация права осуществлена только в мае 2024 года, поскольку в период с 2015 по 2024 существовали объективные причины в виде ограничительных мер по запрету на совершение регистрационных действий, принятых в том числе и по заявлению ФИО1

Суд первой инстанции, исследовав представленные в материалы документы в их совокупности и взаимосвязи, оценив позиции участвующих в деле лиц, пришел к выводу, что Банк утратил преимущественное право на оставление квартиры за собой, свободная от ипотеки квартира с 24.10.2014 приобрела статус единственного жилого помещения, пригодного для проживания должника и членов его семьи, следовательно, на нее распространяется исполнительский иммунитет, который запрещает обращение взыскания на нее в рамках исполнительного производства; в связи с этим квартира не может быть передана на торги или Банку. Указанные выводы послужили основанием для удовлетворения заявления ФИО1

Апелляционный суд отменил судебный акт суда первой инстанции. Суд установил, что как в рамках исполнительного производства, так и при государственной регистрации перехода права Банк не мог знать о признаках неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, а также о наличии у него иных кредиторов. Суд апелляционной инстанции счел, что ФИО1 не доказано, что оспариваемая сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредиторов. Кроме того, апелляционная инстанция посчитала недоказанным, что вследствие оспариваемой сделки Банк, являясь залогодержателем, получил удовлетворение большее, чем он получил бы при проведении процедур по правилам статьи 138 Закона о банкротстве. Суд отметил, что на момент реализации Банком своих прав заявление о признании должника банкротом отсутствовало, при этом Банк предпринимал последовательные действия по снятию с квартиры арестов и обременений с целью оставления залогового имущества за собой.

Проверив законность обжалуемого судебного акта и обоснованность доводов, приведенных в кассационных жалобах и отзывах на них, Арбитражный суд Северо-Западного округа пришел к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно части 1 статьи 79 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (в редакции от 22.12.2014; далее - Закон № 229-ФЗ») взыскание не может быть обращено на принадлежащее должнику-гражданину на праве собственности имущество, перечень которого установлен Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 446 ГПК РФ (в редакции от 31.12.2014) взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Пунктом 1 статьи 50 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (в редакции от 31.12.2014; далее – Закон № 102-ФЗ) предусмотрено, что залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества названных в статьях 3 и 4 данного Федерального закона требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное. При расхождении условий договора об ипотеке и условий обеспеченного ипотекой обязательства в отношении требований, которые могут быть удовлетворены путем обращения взыскания на заложенное имущество, предпочтение отдается условиям договора об ипотеке.

Согласно статье 334 ГК РФ (в редакции от 31.12.2014) в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В силу пункта 11 статьи 87 Закона № 229-ФЗ, если имущество должника не было реализовано в течение одного месяца после снижения цены, то судебный пристав-исполнитель направляет взыскателю предложение оставить это имущество за собой.

В случае отказа взыскателя от имущества должника либо непоступления от него уведомления о решении оставить нереализованное имущество за собой имущество предлагается другим взыскателям, а при отсутствии таковых (отсутствии их решения оставить нереализованное имущество за собой) возвращается должнику (пункт 13 статьи 87 Закона № 229-ФЗ).

Согласно части 3 статьи 92 Закона № 229-ФЗ в случае объявления вторичных торгов несостоявшимися судебный пристав-исполнитель направляет взыскателю предложение оставить имущество за собой в порядке, установленном статьей 87 Закона № 229-ФЗ, и в течение 5 дней с момента получения указанного уведомления взыскатель обязан уведомить судебного пристава-исполнителя о решении оставить нереализованное имущество за собой.

В соответствии с частью 12 статьи 87 Закона № 229-ФЗ нереализованное имущество должника передается взыскателю по цене на двадцать пять процентов ниже его стоимости, указанной в постановлении судебного пристава-исполнителя об оценке имущества должника.

Пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 29.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 (далее – Постановление № 63), при оспаривании на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за собой в ходе исполнительного производства) необходимо учитывать следующее.

Такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца пятого пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, лишь если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности: а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве; б) оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 138 Закона о банкротстве в случае, если залогом имущества должника обеспечиваются требования конкурсного кредитора по кредитному договору, из средств, вырученных от реализации предмета залога, восемьдесят процентов направляется на погашение требований конкурсного кредитора по кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника, но не более чем основная сумма задолженности по обеспеченному залогом обязательству и причитающихся процентов.

Оставшиеся средства от суммы, вырученной от реализации предмета залога, вносятся на специальный банковский счет должника в следующем порядке: пятнадцать процентов от суммы, вырученной от реализации предмета залога, - для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества должника в целях погашения указанных требований; оставшиеся денежные средства - для погашения судебных расходов, расходов по выплате вознаграждения арбитражным управляющим и оплаты услуг лиц, привлеченных арбитражным управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей. По общему правилу признание судом сделки недействительной не может повлечь ухудшение положения залогового кредитора в той части, в которой обязательство было прекращено без признаков предпочтения.

В пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, указано, что, если залоговый кредитор получает удовлетворение не в соответствии с процедурой, предусмотренной статьями 134, 138 и 142 Закона о банкротстве, а в индивидуальном порядке (в том числе в периоды, указанные в пунктах 2 и 3 статьи 61.3 данного Закона), он в любом случае не может считаться получившим предпочтение в части названных в статьей 138 Закона о банкротстве 80 процентов. Если в залоге находится имущество целиком, то восемьдесят процентов вырученных средств подлежат направлению залоговому кредитору.

При оспаривании подобной сделки с учетом периода ее совершения заявитель должен доказать факт оказания кредитору (в данном случае Банку) предпочтения в удовлетворении его требования, а также подтвердить, что кредитор был надлежащим образом осведомлен о неплатежеспособности должника и, следовательно, осознавал получение преимущества, заключающегося в удовлетворении его требования в большем размере, чем он получил бы в процедуре реализации имущества должника.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления № 63, при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Отсутствие заинтересованности Банка по отношению к должнику исключает презумпцию того, что Банк знал о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Бремя доказывания осведомленности Банка о наличии у ФИО4 признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, в данном случае лежало на ФИО1

Суждение ФИО1, с которым согласился суд первой инстанции, об осведомленности Банка о неплатежеспособности должника основано на установленном факте наличия просроченной задолженности перед Банком.

Между тем такая позиция противоречит сложившейся судебной практике. Недопустимо отождествлять неоплату конкретного долга отдельному кредитору с неплатежеспособностью. Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним. Однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что данный кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12).

Как верно отметил суд апелляционной инстанции, как в рамках исполнительного производства, так и при государственной регистрации перехода права Банк не мог знать о признаках неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, поскольку на момент реализации Банком своих прав как залогодержателя заявление о признании должника банкротом отсутствовало.

Вопреки доводам ФИО1, осведомленность Банка о наличии у должника обязательств перед иными лицами, не является достаточным основанием для вывода об оказании ему предпочтения перед этими кредиторами и о его недобросовестности.

Из пункта 5 статьи 58 Закона № 102-ФЗ следует, что, если залогодержатель не воспользуется правом оставить предмет ипотеки за собой в течение месяца после объявления повторных публичных торгов несостоявшимися, ипотека прекращается. Залогодержатель считается воспользовавшимся указанным правом, если в течение месяца со дня объявления повторных публичных торгов несостоявшимися направит организатору торгов или, если обращение взыскания осуществлялось в судебном порядке, организатору торгов и судебному приставу-исполнителю заявление (в письменной форме) об оставлении предмета ипотеки за собой. Протокол о признании повторных публичных торгов несостоявшимися, заявление залогодержателя об оставлении предмета ипотеки за собой и документ, подтверждающий направление заявления организатору торгов, являются достаточными основаниями для регистрации права собственности залогодержателя на предмет ипотеки.

Как установил суд апелляционной инстанции, Банк получил квартиру в рамках исполнительного производства, в порядке, предусмотренном в пункте 5 статьи 58 Закона № 102-ФЗ, в связи с признанием публичных торгов несостоявшимися.

При этом апелляционный суд отметил апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 22.06.2015 по делу № 33-7105/2015, которым оставлено в силе решение Петроградского районного суда города Санкт-Петербурга от 27.01.2015 по делу № 2-809/2015.

Из анализа означенных судебных актов следует, что Банк получил предложение судебного пристава-исполнителя об оставлении нереализованного имущества за собой 05.12.2014 и 08.12.2014 представил в Петроградский отдел Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу свое согласие об оставлении нереализованного имущества за собой.

Как отметил в своем определении от 22.06.2015 Санкт-Петербургский городской суд, «то обстоятельство, что согласие Банком было направлено судебному приставу исполнителю намного позже после прекращения ипотеки, по мнению судебной коллегии, не является существенным. В данном случае банк находился в зависимости от действий судебного пристава-исполнителя по направлении предложение, которые являются обязательными».

Таким образом, довод кассационной жалобы ФИО4 о прекращении у Банка залога, подлежит отклонению.

В свою очередь ФИО4 не раскрыла обстоятельства неисполнения решения Кингисеппского городского суда Ленинградской области от 11.03.2012 по делу № 2-6/2012 с момента вступления его в законную силу.

Кроме того, должник не обосновала причину, по которой при наличии у нее признаков неплатежеспособности не обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом).

Не обратился в разумный срок с заявлением о признании ФИО4 банкротом и кредитор ФИО1, перед которым должник имела долг в размере 24 200 000 руб. (заем от 01.04.2008), подтвержденный решением Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 25.09.2014; ФИО1 обратился в суд лишь 04.05.2024, то есть по прошествии более 10 лет.

В заседании кассационной инстанции представитель Банка пояснил, что  ФИО1 является родственником мужа ФИО4 (сводный брат), они вместе были зарегистрированы и проживали в одной квартире, ФИО6 и ФИО1 являлись участниками общества с ограниченной ответственностью «Дача у озера», на протяжении 14 лет ФИО6 и ФИО1 работают в одной организации. Этим и были обусловлены условия предоставления займа на столь значительную сумму в 2008 году без какого либо обеспечения и неистребование долга в течение длительного времени.

ФИО7 с суммой требований более 47 000 000 руб., также является заинтересованным лицом по отношению к должнику (зять).

Обстоятельства, препятствующие ФИО4 обжаловать в судебном порядке постановление судебного пристава-исполнителя от 20.01.2015 о передаче нереализованного имущества должника взыскателю она не раскрыла.

Доводы ФИО4 о необходимости исследования судом апелляционной инстанции обстоятельств сложившихся правоотношений выходят за пределы доказывания, при этом с самостоятельным требованием о признании сделки недействительной ФИО4 не обращалась.

Иные доводы кассационной жалобы ФИО4 свидетельствуют о несогласии с установленными по делу фактическими обстоятельствами и с оценкой, данной судом апелляционной инстанции представленным доказательствам.

Переоценка доказательств и установленных фактических обстоятельств дела в силу статей 286 и 287 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Суд апелляционной инстанции отклонил довод ФИО1 о пропуске Банком срока, установленного пунктом 5 статьи 58 Закона о Закон № 102-ФЗ.

Согласно пункту 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2023 № 23 «О применении судами правил о залоге вещей», момент начала исчисления срока, в течение которого залогодержатель вправе направить заявление об оставлении имущества за собой, определяется датой публикации извещения об объявлении повторных публичных торгов несостоявшимися. Для наступления обстоятельств, которые привели к признанию торгов несостоявшимися (отсутствие заявок участников, явка на торги менее двух покупателей, невнесение покупной цены победителем торгов и т.п.), не имеет правового значения для целей исчисления данного срока.

В случаях, когда залогодержатель (взыскатель в исполнительном производстве) не участвовал в публичных торгах в качестве покупателя и публикация извещения об объявлении публичных торгов несостоявшимися отсутствует, указанный срок исчисляется с даты получения залогодержателем уведомления судебного пристава-исполнителя о праве оставить за собой нереализованное имущество (часть 3 статьи 92 Закона № 229-ФЗ). Соответствующее уведомление считается доставленным по правилам, определенным статьей 165.1 ГК РФ.

Вопреки доводам кассационной жалобы ФИО1, из материалов дела следует, что Банк на протяжении всего исполнительного производства предпринимал последовательные действия, в которых прослеживается воля на выражение согласия об оставлении нереализованного имущества за собой.

В подтверждение указанных обстоятельств, Банком представлены в материалы дела копии постановлений судебного пристава-исполнителя, которые допустимыми и достоверными доказательствами не опровергнуты.

В таком случае довод подателя кассационной жалобы о наличии совокупности обстоятельств, позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной, основан на ошибочном толковании норм процессуального права и подлежит отклонению.

Суд кассационной инстанции обращает внимание подателя жалобы на то, что согласно указанным им сведениям в пользу ФИО1 05.02.2015 возбуждено исполнительное производство № 4518/15/47024-ИП, должником по которому выступала ФИО4

При этом в материалах дела отсутствуют пояснения ФИО1 о том, что мешало кредитору принять своевременные меры по обжалованию постановления судебного пристава-исполнителя о передаче нереализованного имущества должника Банку, вынесенного 20.01.2015.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы суда апелляционной инстанции, послужившие основанием для принятия обжалуемого судебного акта, сделаны в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и основаны на правильном применении перечисленных норм права.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13.08.2025 ФИО4 была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы. В связи с отказом в удовлетворении кассационной жалобы с ФИО4 на основании подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации следует взыскать в доход федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2025 по делу № А56-43103/2024 оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1 и ФИО4 - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО4 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.


Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи


А.А. Чернышева

А.Э. Яковлев