Постановление от 16 октября 2025 г. по делу № А76-18797/2025

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-9628/2025
г. Челябинск
17 октября 2025 года
Дело № А76-18797/2025

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Скобелкина А.П., рассмотрел без вызова сторон в порядке упрощенного производства апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Челябинской области от 11.08.2025 по делу № А76-18797/2025.

Общество с ограниченной ответственностью «НТС «Градиент» (далее – истец, ООО «НТС «Градиент») 28.11.2024 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1, предприниматель) о взыскании компенсации в размере 53 331 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 377532, судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 10 000 руб. и судебных издержек в сумме 10 720 руб., состоящих из стоимости товара в размере 370 руб., почтовых расходов 150 руб., размера государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП 200 руб., расходов на фиксацию правонарушения 10 000 руб.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 226 - 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел дело в порядке упрощенного производства.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 11.08.2025 (резолютивная часть от 04.08.2025) исковые требования удовлетворены.

Ответчик, не согласившись с вынесенным судебным актом, обратилась с апелляционной жалобой, просит решение суда отменить, указывая в обоснование доводов на следующие обстоятельства.

По мнению подателя жалобы, судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство о снижении размера компенсации. Как считает ответчик, в рассматриваемом случае имеются основания для снижения размера взыскиваемой компенсации, а именно: отсутствие доказательств грубого нарушения ответчиком прав истца, совершение правонарушения впервые, незначительная стоимость реализованного товара, отсутствие доказательства наличия у истца убытков вследствие заявленного нарушения в отношении ответчика, наличие у ответчика статуса субъекта малого предпринимательства (микропредприятие), отсутствие доказательств того, что реализация

контрафактного товара является существенной частью деятельности ответчика.

В представленном отзыве истец просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассмотрел апелляционную жалобу без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам. Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о принятии апелляционной жалобы к производству суда апелляционной инстанции, в том числе публично, путем размещения информации на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, ООО «НТС «Градиент» является обладателем исключительных прав на товарный знак № 377532 в виде словесного обозначения «VIVIENNE SABO», зарегистрированный в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ от 23.04.2009, со сроком действия исключительного права до 15.02.2028. Товарный знак № 377532 зарегистрирован, в том числе, в отношении товаров, указанных в 3 классе МКТУ. Спорный товар классифицируется как «средства для ресниц косметические».

Между компанией ВИВЬЕН САБО КОСМЕТИК САС (Лицензиар) и ООО «НТС «Градиент» (Лицензиат) заключен Лицензионный договор от 09.01.2023 предоставляющий право использования на исключительной основе товарного знака по свидетельству № 377532 в отношении всех товаров по всем классам МКТУ, указанных в свидетельстве.

Согласно п. 4.1 указанного договора, за предоставление права использования товарного знака Лицензиат уплачивает Лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 42 000 евро.

Согласно дополнительному соглашению № 01/23 от 03.08.2023 к лицензионному договору от 09.01.2023 в преамбулу договора был внесен товарный знак № 957758. За период с 03 августа 2023 г. по 31 декабря 2023 г. за предоставление прав за использование товарного знака № 957758 лицензиат уплачивает Лицензиару вознаграждение в размере 4 375 Евро в месяц. С 01 января 2024 года за предоставление прав, предусмотренных настоящим договором, лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 10 500 Евро, в том числе НДС 20 % за использование товарного знака № 957758.

В соответствии с пунктом 8.2 договора, если третьи лица нарушат права, предоставленные по настоящему договору лицензиату, то лицензиат самостоятельно предъявит иск к таким лицам и соответствующие расходы и/или поступления, понесенные и/или полученные в результате судебного решения или соглашения между истцом и ответчиком, будут отнесены на счет лицензиата, если стороны не договорились об этом.

Как указывает истец, 22.03.2025 в торговой точке, расположенной по адресу: <...> был установлен и задокументирован факт предложения к продаже и реализации от имени ответчика товара, обладающего техническими признаками контрафактности - средство для ресниц косметическое.

Факт реализации указанного товара подтверждается кассовым чеком от 22.03.2025, видеосъемкой, совершенной в целях самозащиты гражданских прав на основании статьи 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также спорным товаром.

В подтверждении соблюдения истцом претензионного порядка урегулирования спора, в адрес ответчика направлена претензия с требованием о прекращении продажи контрафактного товара, о возмещении компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 377532, расходов на фиксацию правонарушения, стоимости товара, почтовых расходов, которая оставлена ответчиком без удовлетворения.

Истец, полагая, что ответчиком при реализации указанного товара нарушено исключительное право на товарный знак № 377532, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Удовлетворяя исковые требования, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности истцом факта нарушения исключительных прав на товарный знак № 377532.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью) являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания, а также произведения искусства.

В соответствии со статьей 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если этим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать

другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Статьей 1479 ГК РФ установлено, что на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 Кодекса.

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак

зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходными с ним до степени смешения обозначениями, используемыми без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительными правами на спорный товарный знак, в отношении которого было зафиксировано нарушение его исключительных прав ответчиком.

Как следует из материалов дела, 22.03.2025 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, предлагался к продаже и реализован товар - средство для ресниц косметическое, обладающий техническими признаками контрафактности, с нанесенным на упаковку товара изображением, сходным до степени смешения с товарным знаком № 377532.

В подтверждение факта реализации ответчиком данного товара истец представил в материалы дела: кассовый чек от 22.03.2025; диск формата DVD- R, содержащий видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара; образец реализованного товара.

Статьей 497 ГК РФ предусмотрено, что договор розничной купли-продажи может быть заключен на основании ознакомления покупателя с образцом товара, предложенным продавцом и выставленным в месте продажи товаров (продажа товара по образцам) и на основании ознакомления покупателя с предложенным продавцом описанием товара посредством каталогов, проспектов, буклетов, фотоснимков, средств связи (телевизионной, почтовой, радиосвязи и других) или иными способами, исключающими возможность непосредственного ознакомления потребителя с товаром либо образцом товара при заключении такого договора (дистанционный способ продажи товара).

По смыслу статьи 493 ГК РФ товарный, кассовый чек является документом, подтверждающим факт заключения договора розничной купли-продажи.

Согласно статье 494 ГК РФ выставление в месте продажи (на прилавках, в витринах и т.п.) товаров, демонстрация их образцов или предоставление сведений о продаваемых товарах (описаний, каталогов, фотоснимков товаров и т.п.) в месте их продажи или в сети «Интернет» признается публичной офертой независимо от того, указаны ли цена и другие существенные условия договора розничной купли-продажи, за исключением случая, когда продавец явно определил, что соответствующие товары не предназначены для продажи.

В целях защиты своих законных интересов организация, являющаяся самостоятельным субъектом хозяйственной деятельности и несущая соответствующие риски, имеет право действовать не запрещенными законом способами так, чтобы добыть и зафиксировать информацию о событиях или действиях, которые нарушают названные исключительные права.

Как усматривается из информации, содержащейся на кассовом чеке от 22.03.2025, на нем содержатся сведения об ответчике ИП ФИО1, ИНН соответствующий ИНН ответчика, стоимости товара, дате покупки. Соответственно, товар приобретен именно у ответчика.

Содержащаяся на представленном истцом диске формата DVD-R видеозапись позволяет с достоверностью определить место, в котором была осуществлена реализация товара, и обстоятельства, при которых покупка была произведена.

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации, иными правовыми актами не установлен, то представленные истцом товарный чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения, лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам по делу. Видеозапись покупки отображает внутренний вид торгового пункта ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты, а также подтверждает, что представленный товар был приобретен у ответчика с выдачей покупателю кассового чека от 22.03.2025.

Частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2

статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

При таких обстоятельствах представленный в материалы дела диск с видеозаписью, фактически произведенной методом скрытой камеры, является допустимым доказательством.

О фальсификации чека или видеозаписи суду первой инстанции в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не было заявлено.

Оснований полагать, что данные доказательства получены с нарушением федерального закона, не имеется.

Таким образом, оценив доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о подтвержденности факта продажи контрафактного товара именно в магазине ответчика.

В соответствии с пунктом 34 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Исходя из положений, закрепленных в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», согласно которым вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, суд, основываясь на осуществленном им сравнении обозначений и изображений на товаре, и товарными знаками истца, приходит к выводу о том, что они являются сходными до степени смешения с товарными знаками истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного количества совпадающих признаков.

По смыслу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает

с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Таким образом, при сопоставлении обозначения и товарного знака основное правило заключается в том, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления от товарного знака и противопоставляемого обозначения.

Пунктом 42 Правил № 482 установлено, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам

В соответствии с пунктом 43 Правил № 482 изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:

1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение;

4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное);

5) сочетание цветов и тонов.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

При определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Как правило, первое впечатление является наиболее важным при определении сходства изобразительных и объемных обозначений, так как именно первое впечатление наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, уже приобретавшими такой товар. Следовательно, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявляет отличие за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления № 10, установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Суд при визуальном сравнении товарного знака № 377532 в виде

словесного обозначения истца и изображений, размещенных на спорном товаре, приходит к выводу о том, что словесное обозначение, размещенное на товаре ответчика «Vivienne Sabo» является сходным до степени смешения с товарным знаком № 377532. Сравниваемые обозначения, размещенные на товаре ответчика, и товарный знак истца содержат визуальное и графическое сходство, сходство внешней формы, одинаковое смысловое значение, словесное обозначение совпадает с зарегистрированным товарным знаком истца.

Данное обстоятельство позволяет ассоциировать сравниваемые объекты один с другим, а, следовательно, может вводить потребителя в заблуждение относительно изготовителя спорного товара.

С учетом изложенного, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьями 1229, 1484 ГК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что факт нарушения ответчиком прав истца на товарный знак путем реализации контрафактного товара подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорного объекта интеллектуальной собственности, в деле не имеется. Осуществляя его продажу без согласия истца, тем самым ответчик нарушил исключительные права истца на товарный знак.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как установлено судом, ООО «НТС «Градиент» избрало вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в размере 53 331 руб.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем.

Аналогичное разъяснение содержится в пункте 59 Постановления Пленума № 10.

В пунктах 59, 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в силу чего суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если

таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное воспроизведение).

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака.

Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам);

территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

При этом установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика, с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и 24.07.2020 № 40-П (пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021).

Суд апелляционной инстанции учитывает, что суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Как уже было указано выше размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 377532 рассчитан на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в размере 53 331 руб.

В качестве обоснования размера предъявленной к взысканию компенсации истец ссылается на положения лицензионного договора от 09.01.2023, заключенного между Вивьен Сабо Косметикс CAC (лицензиар) и ООО «НТС «Градиент» (лицензиат) о предоставлении права использования товарного знака, по которому лицензиар предоставляет лицензиату на срок действия договора за вознаграждение право использования товарных знаков № 377532, № 428602, № 625842, № 629763 в отношении всех товаров по всем классам МКТУ за ежегодное вознаграждение в размере 42 000 Евро.

Согласно дополнительному соглашению № 01/23 от 03.08.2023 к лицензионному договору от 09.01.2023 в преамбулу договора был внесен товарный знак № 957758. За период с 03.08.2023 по 31.12.2023 за предоставление прав за использование товарного знака № 957758 лицензиат уплачивает Лицензиару вознаграждение в размере 4 375 Евро, в том числе НДС 20% за использование товарного знака № 957758. С 01.01.2024 за предоставление прав, предусмотренных настоящим договором, лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 10 500 Евро, в том числе НДС 20 % за использование товарного знака № 957758.

Таким образом, ежегодное вознаграждение в отношении всех товаров по всем классам МКТУ с учетом дополнительного соглашения составило 52 500 Евро.

Согласно представленной истцом выписке из реестра товарных знаков Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам, исключительная лицензия предоставлена на срок действия

исключительного права на товарный знак на территории РФ.

Размер компенсации за нарушение прав истцом определен с учетом однократного нарушения ответчиком исключительных прав в отношении одного класса МКТУ, следующим образом: 52 500 евро * 91,4262 руб. (в зависимости от курса ЦБ на дату фиксации нарушения)/ 5 товарных знака / 1 класс МКТУ/3 способа использования/12 месяцев*2 (двукратная стоимость права использования) = 53 331 рублей.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Требования указанной нормы распространяется, в том числе, и на установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, а также двукратного размера такой цены.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчиком было заявлено ходатайство о снижении размера компенсации. В обоснование ходатайство ответчиком указано на отсутствие доказательств грубого нарушения ответчиком прав истца, совершение правонарушения впервые, незначительную стоимость реализованного товара, отсутствие доказательства наличия у истца убытков вследствие заявленного нарушения в отношении ответчика, наличие у ответчика статуса субъекта малого предпринимательства (микропредприятие), отсутствие доказательств того, что реализация контрафактного товара является существенной частью деятельности ответчика.

Рассмотрев указанное ходатайство, арбитражный суд первой инстанции оснований для его удовлетворения и снижения размера компенсации не установил.

В апелляционной жалобе ответчик указывает на необоснованное отклонение судом ходатайства о снижении размера компенсации.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для переоценки позиции суда первой инстанции в указанной части.

Истец заявил вид компенсации - исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака, рассчитанный в порядке, предусмотренном подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, а потому возражая в отношении заявленного размера компенсации, ответчик должен обосновать иной размер стоимости права использования соответствующего товарного знака исходя из существа нарушения, условий представленного истцом лицензионного договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика.

В рассматриваемом споре ответчик не опроверг сведения о стоимости лицензии как недостоверные, в связи с чем оснований не принимать во внимание размер компенсации, указанный истцом согласно лицензионному договору, не имелось.

При определении размера компенсации, рассчитанного на основании

подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях с учетом положений абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в пункте 3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» (далее - постановление № 40-П), будучи мерой гражданско-правовой ответственности, компенсация имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Соответственно, компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 03.07.2018 № 28-П "По делу о проверке конституционности пункта 6 статьи 1232 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Суда по интеллектуальным правам", при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1311 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

В соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое

снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Из материалов дела не усматривается, что ответчиком представлялись в подтверждение довода о чрезмерности, необоснованности размера компенсации, рассчитанной истцом, какие-либо доказательства, в том числе иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание предпринимателя на правовую позицию, изложенную в постановлении № 40-П, согласно которой суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ величины.

При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (то есть не может составлять менее стоимости права использования товарного знака).

Поскольку в данном деле размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак истцом рассчитан исходя из двукратной стоимости права (доказательства несоответствия установленной стоимости в лицензионном договоре цене, которая при сравниваемых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака способом, который использовал ответчик, в материалы дела не представлено) использования товарного знака, ограничив, однако ее размер, и, учитывая стоимость предлагавшегося к продаже товара, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для снижения размера компенсации.

При этом само по себе превышение размера истребуемой истцом компенсации над стоимостью товара не является безусловным критерием для снижения компенсации.

Кроме того, положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ предусматривающие возможность снижения размера компенсации, применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации. В рассматриваемом же случае отсутствует основной критерий, являющийся в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, - одновременное нарушение исключительных прав на

несколько объектов интеллектуальной собственности, поскольку в рамках настоящего дело судом установлено, что ответчиком нарушено исключительное право истца на один товарный знак.

Институт компенсации как мера ответственности за нарушение исключительных прав призван защищать интеллектуальную собственность. Требование о применении мер ответственности за нарушение исключительного права предъявляется к лицу, в результате противоправных действий которого нарушено исключительное право на конкретный объект интеллектуальной собственности.

Компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного произвольного снижения размера компенсации со стороны суда.

Распространение контрафактной продукции, с одной стороны, наносит урон репутации правообладателя, снижает доверие со стороны покупателей, а также негативно отражается на коммерческой деятельности правообладателя, в том числе снижает интерес потенциальных партнеров к заключению лицензионных договоров. С другой стороны, от использования контрафактного товара страдают интересы не только правообладателей, но и потребителей, поскольку те вводятся в заблуждение при покупке, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар.

По мнению апелляционного суда, сумма компенсации, рассчитанная истцом в размере 53 331 рублей, исходя из обстоятельств конкретного дела, является соразмерной компенсацией за допущенное правонарушение. Данная сумма, будет достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истца вследствие нарушения его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для того, чтобы ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.

Принимая во внимание обязанность добросовестного осуществления гражданских прав, арбитражный суд полагает, что у ответчика имеется обязанность проверять соблюдение интеллектуальных прав иных лиц в ходе осуществления своей предпринимательской деятельности (ст. 2 ГК РФ).

Реализованный ответчиком товар является контрафактным, поскольку незаконно воспроизводит изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца.

Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца на товарный знак, предпринимателем в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах исковые требования о взыскании компенсации подлежали удовлетворению в размере 53 331 рублей.

Истцом также были заявлены требования о взыскании судебных издержек в сумме 10 720 руб., состоящих из стоимости товара в размере 370 руб., почтовых расходов 150 руб., размера государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП 200 руб., расходов на фиксацию правонарушения 10 000 руб.

Статья 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закрепляет, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Учитывая документальное подтверждение понесенных истцом расходов на приобретение спорного товара (кассовых чек от 22.03.2025), почтовых расходов (почтовые квитанции), расходов на получение выписки из ЕГРИП (платежное поручение от 08.04.2025), расходов на фиксацию нарушения (акт № 880 о выполнении работ от 31.03.2025, платежное поручение № 7519 от 29.05.2025) в соответствии со статьями 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указанные расходы подлежат отнесению на ответчика.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение искового заявления также подлежат отнесению на ответчика.

Указание на то, что нарушение исключительных прав не носило грубого характера, использование товарного знака не являлось существенной деятельностью истца, подлежит отклонению, поскольку, учитывая неоднократность нарушений исключительных прав, данные обстоятельства не являются основанием для снижения размера компенсации.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой проверены в полном объеме, но не могут быть учтены как не влияющие на законность и обоснованность принятого по делу судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены решения и удовлетворения жалобы не имеется.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на

апеллянта.

Руководствуясь статьями 176, 268 - 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 11.08.2025 по делу № А76-18797/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Судья А.П. Скобелкин