Постановление от 10 июня 2024 г. по делу № А56-59238/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-59238/2023
11 июня 2024 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена     03 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  11 июня 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Аносовой Н.В.

судей  Барминой И.Н., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания Беляевой Д.С.

при участии:  согласно протоколу судебного заседания от 03.06.2024

рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А56-59238/2023/сд.1 по правилам суда первой инстанции

по заявлению ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов, по заявлению финансового управляющего имуществом должника о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, 



установил:

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 23.06.2023 посредством системы «Мой Арбитр» поступило заявление ООО «Охранная организация «Карат Сервис» (далее – кредитор) о признании гражданина ФИО2 (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 25.07.2023 в отношении должника возбуждено производство по делу о банкротстве.

ФИО2 18.07.2023 также обратился в суд с заявлением о собственном банкротстве в порядке статьи 213.4 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Решением арбитражного суда от 31.08.2023, резолютивная часть которого объявлена 23.08.2023, заявления ООО «Охранная организация «Карат Сервис» и ФИО2 о признании последнего несостоятельным (банкротом) признаны обоснованными, ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №172(7617) от 16.09.2023.

В суд поступило заявление ФИО1 (далее - кредитор) о включении в реестр требований кредиторов должника требования в следующем размере:

- в первую очередь реестра - задолженности в размере 880 645,16 руб.;

- в третью очередь реестра - задолженности в размере 123 253,23 руб. неустойки.

Определением от 18.11.2023 указанное заявление принято к производству суда с присвоением обособленному спору номера А56-59238/2023/тр.1.

В рамках обособленного спора №А56-59238/2023/сд.1 к производству суда принято заявление финансового управляющего ФИО3 о признании недействительным соглашения об уплате алиментов от 04.03.2023, заключенного между должником и ФИО1

Названные обособленные споры в одно производство с присвоением объединенному обособленному спору номера №А56-59238/2023/сд.1.

Определением от 08.02.2024 суд определил: Признать недействительным соглашение об уплате алиментов от 04.03.2023 78 АВ 3531219, заключенное между ФИО2 и ФИО1. Отказать ФИО1 во включении требования в размере 880 645,16 руб. об уплате алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка и неустойки в размере 123 253,23 руб. в реестр требований кредиторов гражданина ФИО2.

ФИО1 не согласилась с вынесенным определением и обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

Определением от 29.02.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 13.05.2024.

Определением от 13.05.2024 апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции; привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора Отдел опеки и попечительства МО №15 Санкт-Петербурга; отложил судебное заседание на 03.06.2024.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО1 доводы своего заявления поддержал, с учетом письменный пояснений.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов".

Из материалов дела следует, что 04.03.2023 между ФИО2 и ФИО1 заключено нотариально удостоверенное соглашение об уплате алиментов на содержание ребенка (далее - Соглашение), которым в соответствии с главой 16 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) родители установили размер, условия и порядок уплаты алиментов на содержание не совершеннолетнего ребенка.

Стороны пришли к соглашению, что размер алиментов составляет сумму равную 50 000 руб., начиная с 09.10.2020.

Указанное соглашение действует до наступления совершеннолетия ребенка.

ФИО1, обратившись в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по уплате алиментов на содержание несовершеннолетней дочери должника за период с 09.10.2020 по 22.08.2023 в размере 880 645,16 руб. и неустойки от суммы невыплаченных алиментов в размере 123 253,23 руб., начисленной за период с 04.03.2023 по 22.08.2023, ссылалась на заключение соглашения от 04.03.2023.

Полагая, что Соглашение от 04.03.2023 заключено в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства,   суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве", части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления N 63 указано, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно данным нормам Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (пункт 6 Постановления N 63).

В порядке пункта 7 Постановления N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В абзаце 4 пункта 4 Постановления N 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес, соответственно, для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны должника, но и со стороны ответчика.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" внесудебное соглашение об уплате алиментов может быть признано недействительным по заявлению финансового управляющего, кредиторов должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, в той части, в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов (статья 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Материалами дела подтверждается, что оспариваемая сделка совершена в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На дату заключения соглашения об уплате алиментов у должника имелись неисполненные обязательства перед ООО «Охранная организация «Карат Сервис», задолженность перед которым включена в реестр требований кредиторов должника, на основании заявления указанного Общества возбуждено дело о банкротстве.

Таким образом, подписывая соглашение об уплате алиментов, должник принял на себя обязательства, выполнить которые был не в состоянии.  Обратного из дела не следует.

Факт осведомленности о признаках неплатежеспособности должника и отсутствия у последнего дохода ФИО1 не отрицает, подтверждает, что ФИО2 и ФИО1 зарегистрированы в одной квартире, проживают совместно с общей несовершеннолетней дочерью.

Вместе с тем, исходя из позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2017 N 310-ЭС17-9405 особенность настоящего спора состоит в том, что интересу кредитора в возврате долга не противопоставляется запрещенный законом интерес должника в уклонении от исполнения взятых на себя обязательств (в связи с чем отсутствует и признак сокрытия имущества), а противопоставляются интересы детей как кредиторов должника по алиментному соглашению.

Таким образом, разрешая вопрос о допустимости оспаривания данного соглашения, необходимо соотнести две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (статья 27 Конвенции о правах ребенка от 20.11.1989), с одной стороны, и закрепленное в статьях 307 и 309 Гражданского кодекса Российской Федерации право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны, - и установления между названными ценностями баланса.

При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов. Коль скоро Российская Федерация является социальным государством (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам. Равным образом данный вывод следует из положений пунктов 2 и 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которым алиментные требования к гражданину-банкроту в отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению.

Следовательно, недействительность алиментного соглашения применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этим соглашением положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.

Для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что согласованный (бывшими) супругами размер алиментов носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. При этом необходимо исходить не из относительного (процентного) показателя согласованного сторонами размера алиментов, а из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика алиментов). В случае, если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 N 11-П), соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 Семейного кодекса Российской Федерации). Если же признак явного превышения размером алиментов уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей ребенка, не доказан, то такое соглашение не может быть квалифицировано в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника.

Спорное соглашение не содержит порядок расчета сторонами минимальной суммы ежемесячных отчислений должника в пользу кредитора по соглашению в размере 50 000 руб. и не позволяет определить источник денежных средств, из которого должник (при наличии непогашенных обязательств перед иным кредитором, установленными судом в рамках настоящего дела) имеет реальную возможность осуществлять выплаты алиментов в указанном размере ежемесячно, а также единовременно сумму в размере 600 000 руб.

Таким образом, установление столь завышенного размера ежемесячной суммы в размере 50 000 руб., а также единовременной суммы в размере 600 000 руб., подлежащей уплате в качестве алиментов, является не следствием исполнения должником  обязанностей по содержанию ребенка, а имеет целью причинение имущественного вреда правам кредиторов должника.

В рассматриваемом случае Соглашения недействительно в части размера алиментов, превышающего размер, установленный нормами статьи 81 СК РФ, а также в части единовременной выплаты.

В качестве последствий недействительности сделки, апелляционный суд полагает возможным самостоятельно определить сумму алиментных обязательств должника по Соглашению, которая будет разумной и достаточной потребностям ребенка в материальном содержании.

Пунктом 1 статьи 80 СК РФ установлено, что родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Данная обязанность в силу пункта 1 статьи 61 СК РФ является равной для обоих родителей. До достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его воспитание и содержание несут родители.

То есть в соответствии со статьей 61 СК РФ родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей, в связи с чем мать также в равной степени с должником должна нести расходы на их содержание.

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 83 Семейного кодекса Российской Федерации при отсутствии соглашения родителей об уплате алиментов на несовершеннолетних детей и в случаях, если родитель, обязанный уплачивать алименты, имеет нерегулярный, меняющийся заработок и (или) иной доход, либо если этот родитель получает заработок и (или) иной доход полностью или частично в натуре или в иностранной валюте, либо если у него отсутствует заработок и (или) иной доход, а также в других случаях, если взыскание алиментов в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу родителя невозможно, затруднительно или существенно нарушает интересы одной из сторон, суд вправе определить размер алиментов, взыскиваемых ежемесячно, в твердой денежной сумме; размер твердой денежной суммы определяется судом исходя из максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня его обеспечения с учетом материального и семейного положения сторон и других заслуживающих внимания обстоятельств.

Как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 56 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов", с учетом положений пункта 2 статьи 117 Семейного кодекса Российской Федерации при установлении размера алиментов, подлежащих взысканию в твердой денежной сумме, судам следует исходить из действующей на день вынесения решения суда величины прожиточного минимума для соответствующей социально-демографической группы населения, установленной в субъекте Российской Федерации по месту жительства лица, получающего алименты, а при отсутствии указанной величины - величины прожиточного минимума для соответствующей социально-демографической группы населения в целом по Российской Федерации (далее - соответствующая величина прожиточного минимума).

Конституционным Судом Российской Федерации принято постановление от 14.04.2022 N 15-П "По делу о проверке конституционности положений пункта 3 статьи 213.25 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", абзаца восьмого части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также пункта 1 статьи 61 и пункта 1 статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО4", опубликованное на официальном интернет-портале правовой информации http://pravo.gov.ru 19.04.2022.

Конституционным Судом Российской Федерации в данном постановлении был выявлен конституционно-правовой смысл положений пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзаца восьмого части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также пункта 1 статьи 61 и пункта 1 статьи 80 Семейного кодекса, согласно которому в системе действующего правового регулирования эти нормы не предполагают отказа в исключении из конкурсной массы гражданина, признанного несостоятельным (банкротом), денежных средств на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума для несовершеннолетнего ребенка, находящегося на иждивении гражданина-должника, в том числе и при отсутствии доказательств неисполнения вторым родителем обязанностей по содержанию ребенка в соответствии с Семейным кодексом.

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что положения Семейного кодекса Российской Федерации ни сами по себе, ни во взаимосвязи с другими оспариваемыми нормами, не могут служить основанием для лишения несовершеннолетнего ребенка, находящегося на иждивении гражданина-должника, признанного несостоятельным (банкротом), содержания в виде величины прожиточного минимума для детей, даже если отсутствуют доказательства неисполнения вторым родителем обязанностей по содержанию ребенка.

Непредставление таких доказательств не имеет юридического значения для оценки правового положения детей, находящихся на иждивении гражданина-должника, при решении вопроса об исключении из конкурсной массы денежных средств на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума для несовершеннолетнего ребенка.

Именно в таком смысле данные законоположения соответствуют Конституции Российской Федерации, и лишь в таком смысле эти нормы, направленные на защиту прав не только самого гражданина-должника, но и лиц, находящихся на его иждивении, должны пониматься и исполняться правоприменителями.

Принимая во внимание баланс имущественных интересов кредиторов должника и прав ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития, учитывая, что родители несут равную обязанность по содержанию несовершеннолетних детей, суд апелляционной инстанции полагает, что алименты в размере 1/2 прожиточного минимума для детей, установленного постановлением Правительства Санкт-Петербурга, не могут быть признаны явно завышенными и чрезмерными, соответствуют разумно достаточным потребностям ребенка в материальном содержании.

Апелляционный суд, определяя размер алиментов,  учитывает и то, что ФИО5 назначены пенсионные выплаты как ребёнку-инвалиду в размере 19 392,12 руб.

Доводы ФИО1 о нуждаемости в ежемесячных дополнительных затратах, значительно превышающих размер прожиточного минимума на несовершеннолетних в Санкт-Петербурге с учетом состояния здоровья несовершеннолетнего, апелляционным судом рассмотрены и отклонены.

Так, действительно в материалы дела представлены доказательства несения расходов на лечение несовершеннолетнего ребенка в значительных размерах (с мая 2018 года по март 2024 год на лечение дочери инвалида первой группы потрачено в общей сумме 1 418 117  рублей.).

Вместе  с тем, как сама указывает ФИО1 она не имеет материальной возможности самостоятельно оплачивать медицинские расходы, однако, и не представила доказательств самостоятельного несения таких расходов, указав лишь на обращение за помощью к друзьям и родственникам. Таким образом, доход посредством которого были оплачены медицинские услуги за периоды, предшествующие заключению оспариваемого Соглашения не раскрыт.

Следует отметить, что ФИО1 не лишена возможности обратиться в суд с заявлением о необходимости исключения из конкурсной массы должника не менее 50% суммы необходимой на лечения ребенка в будущем.

С учетом вышеизложенного, апелляционный суд находит обоснованным заявление ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника суммы основного долга по Соглашению в размере 29 282 руб. (1/2 прожиточного минимума на несовершеннолетних в Санкт-Петербурге за апрель, май, июнь и июль 2023 года), неустойки в размере 2 035 руб., начисленной за период с 05.03.2023 по 25.07.2023.

В остальной части в удовлетворении ФИО1 требования предшествующего дате принятия заявления о признании должника банкротом следует отказать, тогда как производство по требованию, возникшему после 25.07.2023 подлежит прекращению в силу его текущего характера (данное требование может быть заявлено в порядке искового производства). 

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 08.02.2024 по делу №  А56-59238/2023/сд.1 отменить.

Признать недействительным соглашение об уплате алиментов от 04.03.2023 78 АВ 3531219, заключенное между ФИО2 и ФИО1 в части размера месячной выплаты 50 000 руб., а также в части определения задолженности в размере 600 000 руб.

Применить  последствия недействительности сделки в виде установления алиментов на несовершеннолетнего ребенка (ФИО5) в размере 1/2 величины прожиточного минимума за период не ранее апреля 2023 года.

Включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ФИО1 по алиментным обязательствам в размере                       29 282 руб., неустойку в размере 2 035 руб.

Производство по требованию о включении в реестр платежей по алиментным обязательствам за период после 25.07.2023 прекратить.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

Н.В. Аносова

Судьи

И.Н. Бармина

 И.В. Сотов