Решение от 24 октября 2023 г. по делу № А40-49800/2022

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-49800/22-51-342
24 октября 2023 года
город Москва



Резолютивная часть решения объявлена 17 октября 2023 года

Решение в полном объеме изготовлено 24 октября 2023 года


Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Козленковой О. В., единолично,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Власенко А. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЭЛИТ ЛИГА-РЕГИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СЕТЕВЫХ СТОЛОВЫХ» (ОГРН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 317774600389676)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству РФ № 364388 в размере 200 000 руб.,

третье лицо - индивидуальный предприниматель ФИО2 (ОГРНИП 307505024000017),


при участии:

от истца – не явился, извещен;

от ответчика – ФИО3, по дов. № 1 от 20 января 2022 года;

от третьего лица – ФИО3, по дов. № 13 от 20 января 2022 года;



У С Т А Н О В И Л:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЭЛИТ ЛИГА-РЕГИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СЕТЕВЫХ СТОЛОВЫХ» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству РФ № 364388 в размере 200 000 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21 марта 2022 года исковое заявление было назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства по правилам Главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

06 мая 2022 года принята резолютивная часть решения (дата публикации – 07 мая 2022 года), в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

30 мая 2022 года по ходатайству истца изготовлено мотивированное решение по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022 решение Арбитражного суда города Москвы от 30 мая 2022 года по делу № А40-49800/22 оставлено без изменения.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 17 апреля 2023 года решение Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022 по делу № А40-49800/2022 отменены, дело № А40-49800/2022 направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15 мая 2023 года исковое заявление было назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства по правилам Главы 29 АПК РФ.

Определением от 17 июля 2023 года суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11 сентября 2023 года в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель ФИО2.

Истец, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явился.

С учетом своевременного размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, спор рассмотрен в отсутствие истца на основании статей 121, 123, 156 АПК РФ, п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2011 года № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 года № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ».

Ответчик против удовлетворения требований возражает по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Рассмотрев заявленные требования, выслушав представителя ответчика и третьего лица, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, истец является обладателем исключительных прав на товарный знак по свидетельству РФ № 364388, дата регистрации 11.11.2008, в отношении услуг 43 класса МКТУ - закусочные, кафе, рестораны.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В обоснование исковых требований истец указал, что ответчик незаконно использует наименование, схожее до степени смешения с товарным знаком истца, а именно - «Шашлычный дворик», в предприятии общественного питания, расположенного по адресу: Московская обл., г.о. Щелково, <...>.

Согласно п. 3 ст. 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В подтверждение заявленных требований истец приложил к иску фотографии заведения от 06.01.2022; скриншоты с сервиса google maps; кассовый чек заведения.

Отменяя решение Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022 по делу № А40-49800/2022, в постановлении от 17 апреля 2023 года Суд по интеллектуальным правам указал: «суды первой и апелляционной инстанций установили сходство сравниваемых обозначений по фонетическому и семантическому критериям за счет вхождения в них словесных элементов "ШАШЛЫЧНЫЙ ДВОР / ШАШЛЫЧНЫЙ ДВОРИК", что при отсутствии графического сходства данных обозначений позволило им сделать вывод о низкой степени сходства товарного знака истца и обозначения ответчика.

Действительно вывод о сходстве делается на основе восприятия не отдельных элементов, а обозначений в целом.

При этом значимость элемента в комбинированном обозначении зависит также от того, в какой степени этот элемент способствует осуществлению обозначением его основной функции, то есть отличать товары и услуги одних производителей от товаров и услуг других производителей.

В комбинированном обозначении, состоящем из изобразительного и словесного элементов, основным элементом, как правило, является словесный элемент, так как он запоминается легче изобразительного и именно на нем акцентируется внимание потребителя при восприятии обозначения.

Однако суды первой и апелляционной инстанций не определили, какие элементы, входящие в сравниваемые обозначения, относятся к сильным (доминирующим) элементам, выполняющим основную индивидуализирующую функцию.

Между тем, словесный элемент «ШАШЛЫЧНЫЙ ДВОР» в товарном знаке истца является единственным словесным элементов, а использованное ответчиком обозначение «ШАШЛЫЧНЫЙ ДВОРИК» состоит только из соответствующих слов. Именно эти элементы обусловили вывод судов первой и апелляционной инстанций о фонетическом и семантическом сходстве товарного знака истца и обозначения ответчика.

С учетом этого, вывод судов первой и апелляционной инстанций о низкой степени сходства товарного знака истца и обозначения ответчика только лишь ввиду различий по графическому критерию не может быть признан основанным на правильном применении норм материального права, полном и всестороннем исследовании сравниваемых обозначений, поскольку судами не проводился анализ сравниваемых обозначений применительно к установлению сильных (доминирующих) элементов и определению их влияния на степень сходства сравниваемых обозначений.

Кроме того, как отмечено выше, установление определенной степени сходства, в том числе и низкой, подразумевает необходимость дальнейшего анализа однородности товаров и услуг, в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца и используется обозначение ответчика, поскольку смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров (услуг).

В нарушение изложенных разъяснений высшей судебной инстанции, обжалуемые судебные акты не содержат анализа однородности услуг, для которых зарегистрирован товарный знак истца, и услуг, оказываемых ответчиком под спорным обозначением. Вывод о степени однородности таких услуг в обжалуемых судебных актах также отсутствует.

Вместо анализа однородности соответствующих услуг, суды первой и апелляционной инстанций сослались на то, что истец и ответчик находятся в разных регионах, что, по их мнению, исключает возможность введения потребителя в заблуждение.

Однако исключительное право на зарегистрированный товарный знак принадлежит его правообладателю и действует на всей территории Российской Федерации вне зависимости от использования этого товарного знака в границах той или иной географической территории или административного образования. Нахождение сторон спора в разных субъектах Российской Федерации не исключает возможность их смешения потребителями.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что вышеприведенную методологию установления вероятности смешения сравниваемых обозначений суды первой и апелляционной инстанций не соблюли, поскольку уклонились от установления однородности услуг, в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца, и услуг, для индивидуализации которых ответчик использовал спорное обозначение.

Таким образом, суд кассационной инстанции полагает вывод судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии вероятности смешения товарного знака истца и спорного обозначения ответчика обычными потребителями соответствующих услуг преждевременным, не соответствующим нормам материального права и разъяснениям, изложенным в пункте 162 Постановления № 10.

На основании изложенного Суд по интеллектуальным правам пришел к тому выводу, что при рассмотрении настоящего дела суды первой и апелляционной инстанций не исследовали и не установили все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу, не оценили представленные в материалы дела доказательства».

В пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 23 апреля 2019 года «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 10) разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара. Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

В соответствии с Руководством по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденным приказом директора ФИПС от 20 января 2020 года № 12 (далее – Руководство), вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг. Оценка сходства обозначений производится на основе общего впечатления. При этом формирование общего впечатления может происходить под воздействием любых особенностей обозначений, в том числе доминирующих словесных или графических элементов, их композиционного и цветового решения. В зависимости от конкретных обстоятельств каждый из факторов или их совокупность могут оказать влияние на вывод о наличии угрозы смешения сравниваемых товарных знаков (обозначений). Например, степень визуального сходства может иметь больший вес в связи с товарами, которые изучаются визуально, в то время как степень фонетического сходства может быть более значимой применительно к товарам и услугам, обычно заказываемым устно. В случае если обозначения выполнены в оригинальной графической манере, сходство будет ослаблено. При этом необходимо учитывать, что выполнение словесного обозначения в оригинальной графической манере может привести к утрате этим обозначением словесного характера, в связи с чем его экспертиза должна проводиться с учетом требований, предъявляемых к изобразительным обозначениям.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться не только положениями ст. ст. 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 года № 482 (далее - Правила № 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в постановлении № 10.

В соответствии с пунктом 41 Правил № 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 настоящих Правил.

В соответствии с пунктом 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В данном случае суду необходимо оценить сходство товарного знака истца и обозначения ШАШЛЫЧНЫЙ ДВОРИК.

Из полученной судом заявки на регистрацию товарного знака из открытых реестров ФИПС, комбинированный товарный знак представляет собой графическое изображение двух букв русского алфавита композиционно связанных так, что буква «К» образует нижнюю и среднюю часть треугольника, а верхнюю - буква «М». Все элементы композиции создают символическое изображение горящего очага, основанием которого служит слово «двор», а сводом - слово «шашлычный», выполненные шрифтом «Skazka for Sergie». Буква «К» - начальная в фамилии : ФИО4, а буква «М» - Михайлиди, которые принадлежат соучредителям предприятия. В целом композиция создает ощущение тепла, уюта и гостеприимства.

Спорное обозначение (исходя из приложенных к иску фотографий вывески заведения) выполнено прописными буквами, в кириллице, стандартным шрифтом, в красном цвете.

Звуковое сходство обусловлено фонетическим вхождением словесной части комбинированного знака «шашлычный двор» в спорное обозначение.

Семантическое сходство сравниваемых обозначений обусловлено сходством словесных элементов «ШАШЛЫЧНЫЙ ДВОР» и «ШАШЛЫЧНЫЙ ДВОРИК», которые имеют самостоятельное значение и на которые падает логическое ударение.

Учитывая указания суда кассационной инстанции, проведя сопоставление обозначений по графическому критерию, суд приходит к выводу о том, что спорные обозначения являются сходными до степени смешения по фонетическому и семантическому критериям за счет полного фонетического вхождения обозначения «ШАШЛЫЧНЫЙ ДВОР» в товарный знак истца.

Незначительные графические отличия не влияют на вывод о сходстве сравниваемых обозначений в целом. Напротив, исполнение словесного элемента буквами одного алфавита усиливает установленное выше фонетическое и семантическое сходство.

При этом суд считает, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется в связи со следующим.

Как установлено судом, спорное обозначение было размещено на вывеске предприятия общественного питания, расположенного по адресу: Московская обл., г.о. Щелково, <...>.

Вышеуказанный адрес объекта был указан в выданном ответчиком кассовом чеке от 06 января 2022 года (т. 1 л.д. 25).

При этом, исходя из распечаток Google Maps, приложенных к иску, следует, что фактический адрес данного объекта иной – Москва, <...> (т. 1 л.д. 24 – оборотная сторона).

В судебном заседании, состоявшемся 17 октября 2023 года, судом получены скриншоты Google Maps, из которых следует, что заведение «Шашлычный дворик» располагается в поселке Трубино Московской области, дом 166.

Как следует из представленных ответчиком доказательств, 01 сентября 2021 года между третьим лицом (арендодателем) и ответчиком (арендатором) был заключен договор № 3/Т аренды нежилых помещений. Предметом данного договора является нежилые помещения первого этажа, расположенные по адресу: Московская область, городской округ Щелково, <...>. Срок действия договора – с 01 сентября 2021 года по 31 июля 2022 года.

01 сентября 2021 года третьим лицом и ответчиком подписан акт приема-передачи имущества в аренду.

По условиям дополнительного соглашения от 07 октября 2021 года к договору арендатор не вправе менять установленные вывески и надписи в помещениях и вне их (на здании).

В постановлении Президиума Суда по интеллектуальным правам от 25.02.2019 по делу № СИП-337/2018 разъясняется, что для разрешения вопроса об использовании или неиспользовании товарного знака доказательства использования, представленные правообладателем, должны соответствовать следующим условиям: использование товарного знака в отношении тех товаров и/или услуг МКТУ, для которых он зарегистрирован, способами, предусмотренными пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ; введение в гражданский оборот и доведение до потребителя товаров, маркированных товарным знаком; использование товарного знака в том виде, в котором он зарегистрирован; использование товарного знака в оспариваемый трехлетний период.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ и пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Из пункта 3 статьи 1250 ГК РФ следует, что в основание ответственности за нарушение исключительных прав входит вина нарушителя. Абзацем вторым данного пункта установлена презумпция вины нарушителя исключительных прав (отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права).

Данный правовой подход изложен в пункте 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», согласно которому, компенсация подлежит взысканию с лица, нарушившего исключительное право на использование произведения, если оно не докажет отсутствие своей вины в этом нарушении.

В данном случае истцом не представлено доказательств того, что ответчик, выступая арендатором помещения, осуществлял оформление фасада здания, размещал на здании спорную вывеску, запечатленную на приложенных к иску фотографиях от 06 января 2022 года.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что в нарушение статьи 65 АПК РФ истец не доказал факт нарушения исключительного права на товарный знак именно ответчиком и наличие оснований для взыскания с него компенсации.

Суд также считает необходимым отметить следующее.

Частью 5 статьи 47 АПК РФ предусмотрено, что если истец не согласен на замену ответчика другим лицом или на привлечение этого лица в качестве второго ответчика, арбитражный суд рассматривает дело по предъявленному иску.

Исходя из системного толкования положений указанных норм права, привлечение соответчика к участию в деле возможно по ходатайству или при согласии истца, а при отсутствии такого согласия истца только в случае, когда федеральным законом предусмотрено обязательное участие в деле другого лица в качестве ответчика, а также по делам, вытекающим из административных и иных публичных правоотношений.

Рассматриваемые в настоящем деле исковые требования не вытекают из административных и иных публичных правоотношений, федеральный закон также не содержит специальной нормы, устанавливающей обязательное участие в качестве ответчика по делу определенное лицо.

Тем самым, в рамках спорных правоотношений право выбора ответчика отнесено к исключительной компетенции истца.

При этом истец должен прямо выразить свою волю на привлечение соответчиков. В отсутствие волеизъявления истца дело должно быть рассмотрено арбитражным судом по предъявленному иску.

Обеспечивая истцу возможность получения стабильного и окончательного судебного решения в разумный срок, суд не вправе определять ответчика или соответчиков по иску без согласия истца, даже в случае, когда требование истца, по мнению суда, не может быть удовлетворено без привлечения к участию в деле такого ответчика или соответчика. Инициатива суда по самостоятельному привлечению к участию в деле стороны, не указанной истцом в качестве ответчика, ограничена положениями части 6 статьи 46 АПК РФ, согласно которой, такое привлечение допускается лишь в случаях, когда федеральным законом предусмотрено обязательное участие в деле другого лица в качестве ответчика.

В силу части 5 статьи 47 АПК РФ дело рассмотрено судом по предъявленному иску.

При этом суд отклоняет довод ответчика о том, что исковые требования предъявлены по единому предполагаемому нарушению прав истца, поскольку в рамках дела № А41-16749/22 с третьего лица в пользу истца взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству РФ № 364388 в связи с фактом размещения обозначения на ином предприятии общественного питания, расположенном по адресу: <...>, в данном же деле компенсация предъявлена ко взысканию в связи с размещением обозначения на объекте, расположенном по адресу: Московская обл., г.о. Щелково, <...> (фактический адрес - Московская область, городской округ Щелково, <...>).

Поскольку истцу предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины, в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме, с истца в доход федерального бюджета Российской Федерации подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 9, 65, 110, 123, 156, 167 - 170 АПК РФ,



Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЭЛИТ ЛИГА-РЕГИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СЕТЕВЫХ СТОЛОВЫХ» в доход федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 7 000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья: О. В. Козленкова