Постановление от 22 мая 2023 г. по делу № А60-44135/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1743/23

Екатеринбург

22 мая 2023 г.


Дело № А60-44135/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 мая 2023 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н. В.,

судей Новиковой О. Н., Плетневой В. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО5 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.11.2022 по делу № А60-44135/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 03.02.2022 66АА № 7108029.


Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.07.2022 ФИО1 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утверждена ФИО3

Финансовый управляющий 11.04.2022 обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительной сделки по отчуждению ФИО1 в пользу ФИО5 объекта недвижимого имущества - нежилого помещения, кадастровый номер 66:25:0000000:7631, общей площадью 35,1 кв.м, расположенного на 1 этаже здания с кадастровым номером 66:25:0000000:3470 по адресу: Свердловская область, Сысертский район в 1,5 км. Юго-Западнее п. Верхняя Сысерть (далее – нежилое помещение), на основании положений пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, и применении последствий недействительности данной сделки.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Высота ПромГрупп», ФИО4.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.11.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023, заявление финансового управляющего удовлетворено, признан недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 02.12.2020, заключенный между ФИО1 и ФИО5; применены последствия недействительности сделки в виде возврата нежилого помещения в конкурсную массу ФИО1; прекращения права собственности ФИО5 на нежилое помещение и признания права собственности ФИО1 на указанное имущество.

ФИО1 и ФИО5 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами, в которых просят принятые по спору определение от 16.11.2022 и постановление от 13.02.2023 отменить, вынести по обособленному спору новый судебный акт.

ФИО1 в своей кассационной жалобе приводит доводы о том, что суд первой инстанции неправомерно отказал в приобщении к материалам дела декларации супруга ФИО5 – индивидуального предпринимателя ФИО5 в подтверждение финансовой возможности ответчицы приобрести нежилое помещение; указывает также, что судом первой инстанции некорректно сформулирован запрос в налоговый орган о предоставлении сведений о доходе ФИО5, поскольку были запрошены только сведения по форме 2 НДФЛ, отражающие лишь доходы, полученные от заработной платы, вместе с тем, как указывает кассатор, основной доход супруга ответчицы поступает от осуществляемой им предпринимательской деятельности. Также кассатор указывает на то, что при вынесении судебных актов судами первой и апелляционной инстанций не были учтены доводы и представленные в его подтверждение доказательства расходования полученных от продажи нежилого помещения денежных средств, которые, как указывает ФИО1, были направлены им на финансирование своего предприятия – общества с ограниченной ответственностью «Высотка ПромГрупп» для покрытия кассовых разрывов, поскольку генеральный подрядчик и застройщик своевременных расчетов с обществом «Высотка ПромГрупп» не производили. Кроме того, кассатор настаивает на том, что реальность передачи денежных средств при заключении договора купли-продажи недвижимости подтвержден нотариально удостоверенной распиской; вместе с тем, в удовлетворении ходатайства о вызове в качестве свидетеля нотариуса, совершившего нотариальное удостоверение расписки, с целью подтвердить факт удостоверения спорной сделки, судом первой инстанции было отказано. Кассатор полагает, что судами не выяснены обстоятельства, являющиеся значимыми для настоящего обособленного спора, что привело к неверным выводам судов и принятию неправильных судебных актов.

ФИО5 в своей кассационной жалобе приводит доводы о том, что ей не было известно о неплатежеспособности ее зятя ФИО1, поскольку он всегда был обеспеченным человеком, полагает выводы доводы финансового управляющего, а также выводы судов, опровергающих это обстоятельство, надуманными и бездоказательными. Указывает на то, что денежные средства в размере 2 500 000 руб. были переданы ею лично ФИО1 в присутствии нотариуса, что подтверждается распиской удостоверенной нотариально; деньги переданы с целью расчетов с контрагентами ФИО1 по строительному бизнесу; пояснила также, что супруги П-вы были заинтересованы в приобретении спорного недвижимого имущества, поскольку хотели иметь свой загородный дом и жить в нем. Кассатор указывает, что у супругов П-вых имелась финансовая возможность приобрести нежилое помещение, поскольку ФИО5 является индивидуальным предпринимателем и имеет реальный доход, что подтверждается декларациями по УСН за 2018, 2019, 2020 годы, которые ФИО5 уже приобщал к материалам настоящего банкротного дела №А60-44135/2021 в рамках иного обособленного спора об оспаривании сделки, что судами учтено учтены не было.

Приложенные к кассационным жалобам ФИО1 и ФИО5 дополнительные доказательства – «налоговые декларации по УСН ИП ФИО6» судом кассационной инстанции не принимаются, поскольку ранее при рассмотрении спора по существу не представлялись, являются новыми доказательствами, имеющими отношение к установлению обстоятельств по делу (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

В письменных возражениях на кассационные жалобы финансовый управляющий ФИО3 против доводов кассационных жалоб возражает, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

При рассмотрении спора судами первой и апелляционной инстанций установлено, что 02.12.2020 между ФИО1 и ФИО5 заключен договор купли-продажи нежилого помещения, с рассрочкой платежа: 1 000 000 руб. в течение 10 календарных дней с даты подписания договора; 1 500 000 руб. в срок до 31.01.2021.

Государственная регистрация права собственности ФИО5 на приобретенную ей квартиру произведена 07.12.2020.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.09.2021 на основании заявления Коммерческого банка «Кольцо Урала» возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО1

Ссылаясь на безвозмездный характер указанной сделки по отчуждению нежилого помещения, совершенной в пользу аффилированного с должником лица, в ущерб интересам кредиторов должника, в условиях неплатежеспособности последнего, финансовый управляющий обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании сделки недействительной.

Удовлетворяя требования финансового управляющего, признавая договор купли-продажи недвижимого имущества от 02.12.2020 недействительной сделкой, суды первой и апелляционной инстанции руководствовались следующим.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве (статья 61.2 Закона о банкротстве).

Так, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В силу указанной нормы цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из иных указанных в данном пункте условий. Предполагается также, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате ее совершения такой вред был причинен; контрагент знал или должен был знать об указанной противоправной цели в момент совершения сделки (пункт 5постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). При этом в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве закреплены презумпции совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и осведомленности контрагента о противоправной цели совершения сделки.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано ответчиком по обособленному спору.

Как разъяснено в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 названного Кодекса).

При этом в отношении конкурсного оспаривания сделок судебной практикой выработан подход о том, что квалификация противоправной сделки по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки и, в частности, статьи 61.2 Закона о банкротстве, которой предусмотрены специальные основания для конкурсного оспаривания сделок.

В данном случае судами первой и апелляционной инстанций установлено, что оспариваемая сделка совершена 02.12.2020, переход права собственности на нежилое помещение зарегистрирован 07.12.2020 и, применительно к дате возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве – 06.09.2021, оспариваемая сделка попадает в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами также установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника ФИО1 имелись неисполненные обязательства перед обществом с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Кольцо Урала» (правопреемник – публичного акционерного общества «Московский Кредитный Банк») по договору поручительства № <***> прч2-18 от 11.12.2018, заключенному в обеспечение исполнения кредитных обязательств общества «Высотка Промгрупп» по кредитному договору № <***> клз-18 от 11.12.2018, на общую сумму 25 945 807 руб. 64 коп., поскольку срок погашения кредитных обязательств наступил в ноябре 2020 года. Указанные обстоятельства установлены определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.12.2021 по настоящему делу.

Помимо этого, судами установлено и не оспаривается участниками спора, что стороны оспариваемой сделки на момент ее совершения находились между собой в отношениях заинтересованности, поскольку ответчик ФИО5 является тещей должника ФИО1

Суды верно исходили из того, что в силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве указанные обстоятельства образуют презумпции совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и осведомленности второй стороны сделки о противоправной цели ее совершения; данные презумпции должником ФИО1 и ответчиком по обособленному спору ФИО5 в рассматриваемом случае не опровергнуты.

Кроме того, финансовый управляющий указала на то, что фактически нежилое помещение выбыло из имущественной массы должника безвозмездно, оплата за него не производилась.

Со стороны возражающих лиц в материалы спора в подтверждение оплаты по сделке представлена нотариальная расписка от 09.03.2021 о получении должником денежных средств в размере 2 500 000 руб.

Изучив данный документ, суды, с учетом разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», а также положений статьи 80 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, не признали представленную расписку достаточным доказательством оплаты должнику денежных средств в указанной сумме, верно отметив, что нотариус, свидетельствуя подлинность подписи, не удостоверяет фактов, изложенных в документе, а лишь подтверждает, что подпись сделана определенным лицом.

При этом иных доказательств, с достаточной степенью убедительности подтверждающих факт оплаты, в частности, доказывающих, что финансовое положение ФИО5 позволяло предоставить должнику денежные средства в размере 2,5 млн. руб., в том числе, демонстрирующих, что указанная сумма была аккумулирована наличными денежными средствами к дате платежа, а также свидетельствующих, что именно полученные от ФИО5 денежные средства были истрачены должником на заявленные им цели, не представлено.

В связи с изложенным суды признали, что оспариваемая сделка повлекла уменьшение размера имущества должника, привела к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет отчужденного имущества, таким образом, сделкой причинен вред имущественным правам кредиторов ФИО1

Учитывая названные обстоятельства, и то, что должником в преддверии банкротства совершен ряд сделок по отчуждению имущества аффилированным лицам, суды первой и апелляционной инстанций заключили о наличии в рассматриваемом случае осознаваемой и преследуемой сторонами сделки цели, направленной на причинение вреда имущественным правам иных кредиторов, и ее достижение, в связи с чем обоснованно констатировали наличие необходимых условий для признания оспариваемого договора купли-продажи недействительным по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.6. Закона о банкротстве правильно применили последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО1 нежилого помещения; прекращения права собственности ФИО5 на это имущество и признания права собственности на него за ФИО1

По результатам рассмотрения кассационных жалоб, изучения материалов дела, суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций все приведенные сторонами рассматриваемого спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, определены верно, нормы законодательства о банкротстве, регулирующие институт конкурсного оспаривания сделок, применены правильно, выводы судов о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Довод кассаторов о финансовой возможности совершить спорную сделку, что следует из деклараций о доходах супруга ФИО5 – индивидуального предпринимателя ФИО5 судом округа изучен и подлежит отклонению. Данный довод был предметом исследования в суде апелляционной инстанции, при этом суд учел, что в рамках иного обособленного спора по оспариванию другой сделки должника (договора купли-продажи снегохода) с целью установления факта передачи денежных средств арбитражным судом были исследованы представленные налоговые декларации индивидуального предпринимателя ФИО5 за 2018 - 2021 годы, признано, что указанные декларации, подтверждающие доход ФИО5 за предыдущий промежуток времени, не отражают его реального финансового состояния, не доказывают наличие (аккумулирование) денежных средств на дату передачи денег по сделке. Как уже указано выше, в настоящем споре таких доказательств также представлено не было.

Ссылки должника на то, что судом первой инстанции некорректно сформулирован запрос в налоговый орган о предоставлении сведений о доходе ФИО5, поскольку были запрошены только сведения 2 НДФЛ, судом округа также отвергается.

В силу статьей 65, 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

Из материалов обособленного спора следует, что суд первой инстанции неоднократно (определения от 27.06.2022, 26.07.2022, 08.09.2022, 04.10.2022) предлагал ФИО5 представить доказательства финансовой возможности оплаты по договору в размере 2 500 000 руб., однако последней каких-либо доказательств, в частности, налоговых деклараций супруга ФИО5, представлено не было, обращения к суду за процессуальным содействием в получении именно данных документов, из материалов настоящего спора не усматривается. Кроме того, с учетом того, что названные декларации приложены к рассматриваемым кассационным жалобам, а также, как указывают кассаторы, предоставлялись в материалы иных споров, суд округа не усматривает оснований для вывода о том, что у ФИО5 имелись объективные затруднения в получении и своевременном представлении данных доказательств.

Иные доводы кассационных жалоб выражают несогласие кассаторов с выводами нижестоящих судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Поскольку определением суда кассационной инстанции от 03.04.2023 при принятии кассационной жалобы к производству удовлетворено ходатайство ФИО1 о предоставлении ему отсрочки уплаты государственной пошлины до окончания кассационного производства, с ФИО1 подлежит взысканию в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.11.2022 по делу № А60-44135/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1, ФИО5 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины по кассационной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Н.В. Шершон


Судьи О.Н. Новикова


В.В. Плетнева