Постановление от 25 ноября 2019 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 ноября 2019 года

Дело №

А56-45062/2014

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Богаткиной Н.Ю,

ФИО1,

при участии от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 15.05.2018), от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 03.04.2018), от ООО «Мегатранс» директора ФИО6 (решение от 04.06.2007) и представителя ФИО7 (доверенность от 13.11.2018), от конкурсного управляющего ОАО «Птицефабрика Приморская» ФИО8 представителя ФИО9 (доверенность от 02.09.2019),

рассмотрев 19.11.2019 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2 и ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.12.2018 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2019 по делу № А56-45062/2014/истр.1,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.02.2015, резолютивная часть которого объявлена 06.02.2015, открытое акционерное общество «Птицефабрика Приморская», адрес: 188840, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***> (далее – должник), признано несостоятельным (банкротом) и в его отношении по упрощенной процедуре ликвидируемого должника введена процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утвержден ФИО10.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 07.03.2015.

Определением от 16.01.2017 ФИО10 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением от 20.01.2017 конкурсным управляющим утвержден ФИО11.

Определением от 21.02.2018, резолютивная часть которого объявлена 15.12.2017, ФИО11 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим Общества утверждена ФИО8.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО11 обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), об истребовании у бывшего конкурсного управляющего ФИО10, ликвидатора ФИО2, паспорт <...>, и бывшего генерального директора ФИО4, паспорт 41 08

№ 136458, имущества должника, в том числе комплекса «Staalkat-Moda», яйцесортировальной машины «SELECTA 12R», линии по термоусадке яичной упаковки «ULMA», лебедки ручной «СТ-116», двух холодильных машин (компрессорный агрегат «МВВЧ-1-2»), навигатора с картой, сварки «ВДУЧ-1371», холодильника «Саратов»; правоустанавливающих документов на имущество должника; документов, подтверждающих приобретение и продажу имущества должника в период с 08.08.2011 по 20.01.2017; оригиналов сданной в налоговую инспекцию бухгалтерской отчетности должника, в том числе бухгалтерских балансов за 2011, 2012, 2013, 2014, 2015, 2016 годы, расшифровок к ним (в т.ч. по основным средствам, дебиторской и кредиторской задолженности); первичных документов, подтверждающих права требования (дебиторскую задолженность в размере 104 588 000,00 рублей): договоров, актов выполненных работ, актов сверок, решений судов о взыскании, исполнительных листов (с указанием наименования дебитора, даты возникновения, его почтового адреса и суммы долга); справок о наличии задолженности перед сотрудниками на дату принятия судом заявления о банкротстве должника и дату признания должника банкротом, штатного расписания должника, табелей рабочего времени по сотрудникам, приказов о премировании, отпусках, больничных и иных первичных документов, необходимых для расчета задолженности перед сотрудниками должника за период с августа 2011 по 20.01.2017.

Определением от 27.12.2018, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2019, заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Суд обязал арбитражного управляющего ФИО10, ФИО2, ФИО4 передать конкурсному управляющему Общества ФИО11 бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности должника.

В кассационных жалобах ФИО2 и ФИО4 просят отменить определение от 27.12.2018 и постановление от 19.08.2019, прекратить производство по делу в отношении них.

Как указывают податели кассационных жалоб, выводы, изложенные в судебных актах, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, суды неправильно применили нормы материального права, неполно выяснили обстоятельства, имеющие значение для дела.

По мнению ФИО2, судами не принят во внимание довод об отсутствии ее вины в непередаче конкурсному управляющему ФИО10 бухгалтерской и иной документации должника, что отражено в постановлении мирового судьи Выборгского района Ленинградской области от 04.12.2015 по делу № 3-340/15-27.

Кроме того, ФИО12 указывает, что ею были приняты все возможные меры, направленные на передачу документов, при том, что она не является надлежащим субъектом передачи документации и имущества.

В обоснование кассационной жалобы ФИО4 ссылается на то, что не являлась руководителем должника на дату принятия решения о ликвидации, открытия конкурсного производства и, следовательно, не может являться надлежащим субъектом передачи документации и имущества конкурсному управляющему.

Податели кассационных жалоб также указывают, что суды двух инстанций не оценили, является ли исполнение обязательства по передаче документов и имущества должника в натуре объективно возможным; считают принятое решение неисполнимым, поскольку перечень истребуемых документов и имущества судами не конкретизирован.

В судебном заседании представители ФИО4 и ФИО2 поддержали доводы поданных ими кассационных жалоб, представители конкурсного управляющего и общества с ограниченной ответственностью «Мегатранс» (далее - ООО «Мегатранс») возражали против удовлетворения жалоб, считая судебные акты законными и обоснованными.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомлены о месте и времени рассмотрения кассационных жалоб, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, настоящие требования заявлены со ссылкой на непередачу конкурсному управляющему имущества, бухгалтерской и иной документации должника, при том, что отсутствие указанного имущества и документов делает невозможным исполнение конкурсным управляющим своих обязанностей и достижение цели банкротства - соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Руководствуясь статьями 94, 97, 126, 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), с учетом разъяснений, изложенных в пункте 47 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012

№ 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), суды признали заявление подлежащим удовлетворению.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с частью 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены Законом о банкротстве.

В Постановлении № 35 разъяснено, что в случае отказа или уклонения руководителя должника от передачи перечисленных документов и ценностей арбитражному управляющему он вправе обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об их истребовании по правилам частей 4 и 6-12 статьи 66 АПК РФ (при этом для конкурсного управляющего истребуются оригиналы документов и сами ценности). В определении об их истребовании суд указывает, что они должны быть переданы арбитражному управляющему; в случае неисполнения соответствующего судебного акта суд вправе выдать исполнительный лист, а также наложить на нарушивших свои обязанности лиц штраф (часть 9 статьи 66 АПК РФ). В случае необходимости суд вправе также истребовать их у бывших руководителей должника, а также у других лиц, у которых имеются соответствующие документы.

Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Иными словами, обязательство бывшего руководителя должника по передаче документов подчинено общим правилам исполнения обязательства в натуре, установленным статьей 308.3 ГК РФ.

Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7), согласно пункту 1 статьи 308.3, статье 396 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. При этом следует учитывать, что в соответствии со статьями 309 и 310 ГК РФ должник не вправе произвольно отказаться от надлежащего исполнения обязательства.

При предъявлении кредитором иска об исполнении должником обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным.

Разрешая вопрос о допустимости понуждения должника исполнить обязанность в натуре, суд учитывает не только положения Гражданского кодекса Российской Федерации, иного закона или договора, но и существо соответствующего обязательства.

Не может быть отказано в удовлетворении иска об исполнении обязательства в натуре в случае, когда надлежащая защита нарушенного гражданского права истца возможна только путем понуждения ответчика к исполнению в натуре и не будет обеспечена взысканием с ответчика убытков за неисполнение обязательства, например, обязанностей по представлению информации, которая имеется только у ответчика, либо по изготовлению документации, которую правомочен составить только ответчик.

Кредитор не вправе требовать по суду от должника исполнения обязательства в натуре, если осуществление такого исполнения объективно невозможно, в частности, в случае гибели индивидуально-определенной вещи, которую должник был обязан передать кредитору (пункт 23 Постановления

№ 7).

По смыслу этих разъяснений, а также положений всего раздела «Ответственность за неисполнение обязательства в натуре» Постановления

№ 7 и позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 30.01.2017 № 305-ЭС16-14210, от 24.10.2017

№ 308-ЭС17-8172, возлагаемая по суду обязанность по исполнению обязательства в натуре для ответчика должна быть объективно и субъективно исполнимой.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора для возложения обязанности по предоставлению документов ответчики должны обладать этими документами либо (при их отсутствии) иметь возможность их восстановления.

В том случае, если они не обладают необходимыми документами и не имеют возможности их восстановления, обязанность по их передаче возложена на них быть не может, что, однако, не освобождает ответчиков от иных негативных последствий невыполнения обязанности по передаче документов, заключающихся в публично-правовой ответственности, а также привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по правилам главы III.2 Закона о банкротстве.

Подобный подход согласуется с пунктами 7, 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.01.2011 № 144 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ» (далее - Информационное письмо № 144).

В то же время следует учитывать, что конкурсный управляющий может не обладать всей полнотой информации о видах, датах и наименованиях документов, которые должны иметься у бывшего руководителя должника. Поэтому он вправе конкретизировать перечень и виды документов с той степенью, которая соответствует его осведомленности, четкий же список документов определяется в ходе принудительного исполнения судебного акта (пункт 4 Информационного письма № 144).

Однако приводя строго определенный перечень документов, подлежащих истребованию, конкурсный управляющий должен разумным образом обосновать свое утверждение об объективном существовании поименованных им документов, а также наличие у бывшего руководителя должника нормативно установленной обязанности по их хранению (пункт 16 Информационного письма № 144, статья 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», Перечень типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков хранения, утвержденный приказом Министерства культуры Российской Федерации от 25.08.2010 № 558).

Подобное обоснование переводит на лицо, ответственное за хранение документов и обязанное их передать во исполнение абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, бремя доказывания положительных фактов передачи документов, их утраты и невозможности восстановления, в том числе совершения действий по истребованию документации у предыдущего руководителя либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.). Сказанное согласуется со смыслом пункта 24 Постановления № 53 и позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2017 № 305-ЭС17-13674.

В данном случае суды обязали ФИО2, ФИО4,

ФИО10 передать конкурсному управляющему ФИО11 бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности должника.

Вместе с тем, суды не конкретизировали перечень и виды истребуемых документов, имущества должника, вопрос о фактическом наличии документации и имущества должника у названных лиц суды не исследовали, не учли, что ФИО11 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего определением от 21.02.2018.

В отзывах, представленных в суд первой инстанции, ФИО2 и ФИО13 указали, что указанное конкурсным управляющим имущество и документация им не передавались, а то, что передавалось, в свою очередь, передано конкурсному управляющему ФИО14 по акту.

При этом часть имущества и документации была передана

ФИО8 в процессе рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции, после чего она обращалась в суд с заявлениями об уточнении требований.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суды не аргументировали объективного существования конкретных документов и имущества, истребованных у ответчиков, с учетом заявленных ими возражений.

В данном случае судами не установлено, представлены ли в материалы дела документальные доказательства, достоверно и безусловно свидетельствующие о том, что какие-либо документы должника в настоящее время находятся непосредственно у ФИО2 и у ФИО4 и что они отказываются их передавать конкурсному управляющему или намеренно уклоняются от их передачи (статья 65 АПК РФ).

Кроме того, обязывая ответчиков передать печати и штампы, суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований.

Изложенное позволяет суду кассационной инстанции сделать вывод о том, что суды нижестоящих инстанций не только вышли за пределы заявленных конкурсным управляющим требований, но и не рассмотрели спор исходя из последнего принятого судом уточнения требований.

В связи с этим суду следовало проверить обоснованность требования конкурсного управляющего в полном объеме и, исходя из фактических обстоятельств настоящего обособленного спора, с учетом процессуального поведения участников спора, предложить сторонам представить пояснения с указанием причин и мотивов, по которым конкурсный управляющий полагает, что истребуемые и непереданные имущество и документы удерживаются ответчиками, и пояснения причин, по которым ответчики не могут передать все истребованные конкурсным управляющим документы и имущество. После чего суду было необходимо оценить представленные доказательства с соблюдением норм процессуального права и принять законный и обоснованный судебный акт.

В связи с этим, поскольку для разрешения спора требуется оценка доказательств и установление обстоятельств дела, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции, судебные акты подлежат отмене, а обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции на основании пункта 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 АПК РФ.

При новом рассмотрении настоящего обособленного спора суду первой инстанции следует устранить отмеченные нарушения в соответствии с частью 2.1 статьи 289 АПК РФ, определить обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, распределить бремя их доказывания, учитывая объективные возможности сторон по доказыванию, но не возлагая на них обязанности доказывания отрицательных фактов, в частности, предложить конкурсному управляющему обосновать, что истребуемые им имущество и документы объективно существуют и находятся у ответчиков, установить факт обладания ими или возможность их восстановления и возложить обязанность по их передаче в натуре лишь при наличии объективной и субъективной исполнимости данного обязательства.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.12.2018 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2019 по делу № А56-45062/2014 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

Н.Ю. Богаткина

ФИО1