Постановление от 28 апреля 2025 г. по делу № А40-278565/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Москва

29.04.2025

Дело № А40-278565/19


Резолютивная часть постановления объявлена 23.04.2025

Полный текст постановления изготовлен  29.04.2025


Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Калининой Н.С.,

судей: Каменецкого Д.В., Трошиной Ю.В.

при участии в заседании:

конкурсный управляющий ООО «Контент ФИО1» ФИО2 - лично, паспорт,

от ФИО3: ФИО4, дов. от 09.12.2022,

ФИО5: лично, паспорт,

рассмотрев 23 апреля 2025 года в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Контент ФИО1» ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 16 сентября 2024 года

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 31 января 2025 года

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Контент ФИО1» о привлечении  к субсидиарной ответственности

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Контент ФИО1»,           

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.02.2020 в отношении ООО «Контент ФИО1» (далее - должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО2, о чем опубликован сообщение об в газете «КоммерсантЪ» от 15.02.2020.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.07.2020 ООО «Контент ФИО1» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2021 производство по делу о банкротстве ООО «Контент ФИО1» прекращено на основании абзаца седьмого пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2021 определение Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2021 по делу № А40- 278565/19 отменено,  в удовлетворении заявления АО «Телекомпания «СТРИМ» о признании требований кредиторов ООО «Контент ФИО1» удовлетворенными в полном объеме и прекращении производства по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Контент ФИО1 отказано.

 В Арбитражный суд города Москвы 06.12.2022 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО5, ФИО3, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Контент ФИО1».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.06.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено в части, привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Контент ФИО1» ФИО3 и ФИО5, в удовлетворении заявления в части привлечения ФИО6 и ФИО7  отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 19.06.2023 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 26.12.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 19.06.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2023 по делу № А40-278565/2019 отменены в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО3, в указанной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Отменяя судебные акты и направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд округа указал, что наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании сделки должника недействительной не является преюдицией по смыслу статьи 69 АПК РФ при рассмотрении обособленного спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Юридически значимым для настоящего дела являлось установление наличия или отсутствия виновного деяния (бездействия) со стороны привлекаемых к ответственности лиц, повлекшее по смыслу статьи 61.11 Закона о банкротстве несостоятельность подконтрольного общества.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Контент ФИО1» отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2025 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

С выводами судов первой и апелляционной инстанций не согласился конкурсный управляющий ООО «Контент ФИО1» ФИО2, обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение и постановление, принять новый судебный акт, которым заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий указывает, что вопреки выводам судов, доказано наличие оснований для привлечения ФИО3, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с совершением под контролем указанных лиц или в их пользу, сделок, причинивших вред независимым кредиторам ООО «Контент ФИО1».

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции конкурсный управляющий ООО «Контент ФИО1» ФИО2  поддержал доводы кассационной жалобы, просил об отмене определения и постановления.

ФИО5  и представитель ФИО3 по доводам кассационной жалобы возражал.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения участвующих в деле лиц, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума №53), предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении контролирующих ООО «Контент ФИО1» лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий исходил из совершения указанными лицами сделок, повлекших, по мнению конкурсного управляющего, существенное ухудшение финансового состояния общества, и в результате совершения которых должник стал окончательно неплатежеспособным. В частности, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021 отменено определение Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2021, признан недействительным договор залога акций от 20.09.2017 №4- 755, заключенный между ООО «Контент ФИО1» и ООО «Норд», уведомление залогодателя ООО «Контент ФИО1» об исполнении обязательства, обеспеченного залогом, № 344 от 19.06.2018, передаточное распоряжение № 189/1551-1 от 05.07.2018, применены последствия недействительности сделки в виде истребования в конкурсную массу ООО «Контент ФИО1» акций АО «Телекомпания «Стрим» в количестве 74 штук, что составляет 74% уставного капитала АО «Телекомпания «Стрим».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе, сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как разъяснено в пункте 20 Постановления Пленума № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Исходя  из содержания подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Кроме того, именно суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Судами при повторном рассмотрении обособленного спора по существу, с учетом выводов, изложенных в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 26.12.2023, установлены следующие фактические обстоятельства.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2022 отменено определение Арбитражного суда города Москвы от 20.04.2022, признаны недействительными взаимосвязанные сделки, оформленные передаточным распоряжением № 136/1551-1 от 04.09.2017 на основании договора купли-продажи ценных бумаг № Б/Н от 04.09.2017 и передаточным распоряжением № 204/1551-1 от 29.12.2018 на основании договора купли-продажи ценных бумаг № Б/Н от 28.12.2018 по отчуждению из владения ООО «Контент ФИО1» ценных бумаг – именных бездокументарных акций АО «Телекомпания «Стрим» (ИНН <***>) в количестве 26 штук уставного капитала АО «Телекомпания «Стрим» номинальной стоимостью 100 руб. каждая, что составляет 26% уставного капитала АО «Телекомпания «Стрим») в пользу АО «Квантум Тренд», применены последствия недействительности сделки в виде списания обыкновенных именных бездокументарных акций АО «Телекомпания «Стрим» (ИНН <***>) в количестве 26 штук с лицевого счета АО «Квантум Тренд» (ИНН <***>), и зачислении их на расчетный счет ООО «Контент ФИО1» в количестве 26 штук, номинальной стоимостью 100 руб. каждая, что составляет 26% уставного капитала АО «Телекомпания «Стрим», прекращен залог обыкновенных акций АО «Телекомпания «Стрим» в количестве 26 штук, номинальной стоимостью 100 руб. каждая, что составляет 26% уставного капитала АО «Телекомпания «Стрим», номер гос. регистрации 1-01-64396-Н, дата регистрации 19.11.2007, установленного в соответствии с договором залога акций № Б/Н от 01.12.2021 между АО «Квантум Тренд» и ООО «100 Медиа».

ФИО5 в период с 29.05.2017 по 12.03.2018 являлся генеральным директором должника.

Кроме того, в период с 27.08.2018 по 23.05.2019, ФИО5 являлся генеральным директором АО «Телекомпания «СТРИМ», которое в период с 25.01.2019 по 22.07.2019 являлось участником должника (47,77% уставного капитала).

ФИО3 являлся участником должника, владея в период с 19.10.2016 по 07.11.2016 - 31,24% долей в уставном капитале должника, в период с 07.11.2016 по 22.07.2019 - 32,24% долей в уставном капитале должника.

ФИО3 также являлся генеральным директором АО «Телекомпания «СТРИМ».

Судом установлено, что должник являлся единственным акционером АО «Телекомпания «СТРИМ», 100 акций АО «Телекомпания «СТРИМ», составляющие 100% его уставного капитала, являлись основным активом должника.

Повторно рассматривая обособленный спор, суды пришли к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказано, что ФИО3 и ФИО5 получили существенный актив должника, выбывший из владения последнего по сделкам, совершенным должником в ущерб интересам должника и его кредиторам, равно как не представлено доказательств того, что должник совместно с другими лицами являлся участником системы организации предпринимательской деятельности, направленной на перераспределение совокупного дохода в пользу других лиц с одновременным аккумулированием основной долговой нагрузки на стороне должника, а ответчики извлекли из такой системы существенные преимущества.

Само по себе совершение сделок, в том числе признанных недействительными в судебном порядке, субсидиарной ответственности не влечет.

Акции АО «Телекомпания «СТРИМ» были возвращены в конкурсную массу должника и впоследствии реализованы им самим с публичных торгов.

Для разрешения вопроса о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности необходимо установить, что должник извлекал прибыль из владения акциями АО «Телекомпания «СТРИМ», а также установить наличие у ООО «Контент Юнион» возможности исполнить обязательства перед Банком ВТБ в случае, если бы признанные недействительными сделки не были совершены. Однако, такие обстоятельства установлены не были. Напротив, судами установлено, что на момент приобретения должником акций АО «ТК Стрим» их стоимость, согласно договору купли-продажи, составляла 760 000 000 рублей. По условиям договора купли продажи акций должник внес первый платеж за приобретаемые акции в размере 228 000 000 рублей. Указанный платеж был уплачен в качестве задатка, который в силу ч. 2 ст. 381 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнение договора купли-продажи акций со стороны должника не подлежит возврату. Следовательно, получение кредита в Банке ВТБ в размере 668 572 226 рублей именно для оплаты договора купли-продажи оставшейся части стоимости акций для должника являлось вынужденной мерой.

Кредит был предоставлен должнику под 13% годовых, при этом процентная ставка подлежала увеличению при условии изменении финансовых показателей компаний, входящих в группу SUMMIT CAPITAL HOLDINGS.

В качестве обеспечения, исполнения обязательств по возврату кредита Банку ВТБ было предоставлено: залог долей участников должника ФИО8, ФИО3 и ФИО9;поручительство тринадцати юридических лиц, входящих в группу SUMMIT CAPITAL HOLDINGS и являющимися аффилированными с Должником; личные поручительства ФИО8, ФИО3, ФИО9 и ФИО5; залог 100% акций АО «ТК Стрим»; залог недвижимого имущества, принадлежащего АО «Сервинком» земельный участок и здание, расположенные по адресу: <...>;  залог векселей Банка ВТБ на сумму 372 000 000 рублей. По условиям кредитного соглашения, без согласия Банка БТБ должнику было запрещено осуществлять погашения любых займов перед третьими лицами. Для облегчения условий кредитного соглашений, установленных Банком ВТБ, а также для уменьшения процентной ставки, 26.06.2017 АО «ТК Стрим» был получен займ у ООО «Восток-Сервис Спецкомплектация», где была установлена процентная ставка в размере 11% годовых (договор займа от 26.06.2017). Размер предоставленного займа ООО «Восток-Сервис Спецкомплектация» АО «ТК «Стрим» составил 350 000 000 рублей. При этом пунктом 1.4 договора займа было предусмотрено, что цель полученного займа -  исполнение АО «ТК Стрим», как третьего лица, за ООО «Контент ФИО1» обязательств перед Банком ВТБ по возврату кредита предоставленного Банком ВТБ ООО «Контент ФИО1» по кредитному соглашению №01656/МР.  Использование АО «ТК Стрим» предоставленного займа ООО «Восток-Сервис Спецкомплектация» не предусматривается.

Таким образом, свершение указанной сделки, хотя и признанной недействительной в судебном порядке, не стало причиной объективного банкротства должника или сделкой, в результате совершения которого восстановление платежеспособности общества и продолжение им хозяйственной деятельности, окончательно утрачено.

Иными словами, обстоятельства совершения сделки и экономические последствия такой сделки для ООО «Контент ФИО1» проверены судами, и установлено, что такие обстоятельства субсидиарной ответственности для ФИО5 и ФИО3 не влекут. При этом рассмотрению подлежал обособленный спор только в отношении указанных двух привлекаемых к ответственности лиц - ФИО5 и ФИО3, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.12.2023 судебные акты в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Контент ФИО1» и ФИО6 и ФИО7 оставлены без изменения.

Оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы участвующих в деле лиц в их совокупности и взаимной связи, судами правильно применены нормы материального права и сделан вывод об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований исходя из установленных фактических обстоятельств конкретного спора.

Доводы кассационной жалобы проверены судебной коллегией в пределах предоставленных полномочий и не нашли своего подтверждения, выводы арбитражных судов соответствуют  установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 16 сентября 2024 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31 января 2025 года по делу № А40-278565/19 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья                                                   Н.С. Калинина


Судьи:                                                                                               Д.В. Каменецкий


                                                                                               Ю.В. Трошина