Постановление от 22 апреля 2024 г. по делу № А27-21245/2022

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А27-21245/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 22 апреля 2024 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Куклевой Е.А.,

судей Кадниковой О.В.,

ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Кемеровская генерация» на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 30.11.2023 (судья Кучеба Т.Г.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2024 (судьи Дубовик В.С., Иванов О.А., Сбитнев А.Ю.) по делу № А27-21245/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (город Кемерово), принятые по заявлению ФИО3 о процессуальном правопреемстве.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО2 (далее – ФИО2, должник) ФИО3 (далее – ФИО3, заявитель) обратилась в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о процессуальном правопреемстве.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 30.11.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2024, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, акционерное общество «Кемеровская генерация» (далее – общество «Кемеровская генерация», общество) обратилось с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В обоснование кассационной жалобы общество указывает следующие доводы: вывод суда апелляционной инстанции о наличии у общества «Кемеровская генерация», статуса управляющей компании и обязанности по заключению договоров энергоснабжения с организациями, осуществляющими оказание коммунальных и бытовых услуг, ошибочен, общество является теплоснабжающей организацией (поставщиком коммунальных услуг), что подтверждается вступившим в законную силу определением суда от 20.07.2023 по настоящему делу, выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц, следовательно, судом апелляционной инстанции необоснованно применены нормы права, определяющие полномочия управляющей компании; не учтено, что переданная по договору уступки права требования (цессии) от 31.08.2023 № КТ-23/857 (далее – договор уступки) задолженность сформировалась за поставку ресурсов в виде теплоснабжения и горячего водоснабжения, которая взыскана с должника в пользу ресурсоснабжающей организации, в период с 25.10.2021 по 29.09.2022 (период образования задолженности) должник являлся индивидуальным предпринимателем, основным видом его деятельности являлась аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом; нежилые помещения использовались должником в коммерческих целях (аренда под магазины); указанная задолженность по своей правовой природе отличается от платежей за жилые помещения, в отношении которых установлены ограничения оборотоспособности, и может уступаться третьим лицам.

Финансовый управляющий имуществом должника ФИО4 (далее – управляющий) в отзыве на кассационную жалобу возражает против её доводов, просит судебные акты оставить без изменения.

В заседании на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлялся перерыв до 08.04.2024.

От должника поступили дополнительные письменные пояснения, из которых следует, что ФИО2 на праве собственности принадлежит два нежилых помещения, которые используются в предпринимательских целях – сдаются в аренду, в том числе помещение № 136 площадью 65,5 кв. м, расположенное в доме 44 по улице Строителей в городе Кемерово (далее – помещение № 136), передано в аренду ФИО5, договор аренды представлен в материалы банкротного дела, указанное помещение используется под магазин; в отношении помещения 42 площадью 57,9 кв. м, расположенного в доме 123 по улице Красноармейская в городе Кемерово (далее – помещение № 42), размещено объявлении о поиске арендатора для сдачи в аренду под магазин.

От управляющего поступило дополнение к отзыву, в котором указывается на отсутствие у должника в период 2019 -2020 годы дохода от предпринимательской деятельности, наличия у последнего статуса индивидуального предпринимателя в период с 25.10.2021 по 29.09.2022.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания кассационная жалоба согласно части 3 статьи Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых определения и постановления, суд округа приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебных актов.

Из материалов дела следует, что определением суда от 20.03.2023 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов.

Определением суда от 20.07.2023 требование общества «Кемеровская генерация» включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в сумме 37 006,83 руб., отдельно в реестре учтены 881,97 руб. пени.

Между обществом «Кемеровская генерация» (цедент) и ФИО3 (цессионарий) заключён договор уступки, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования исполнения обязательств по оплате за потребляемую тепловую энергию и горячую воду по заключённым с должником договорам теплоснабжения и поставки горячей воды от 26.11.2018 № 77953.

Согласно пункту 1.2 указанного договора, право требования цедента к должнику на дату подписания договора включает сумму задолженности в размере 37 880,8 руб., включённую в реестр требований кредиторов по настоящему делу.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, ФИО3 обратилась в суд с настоящим заявлением.

Суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в удовлетворении заявления, пришли к выводу о ничтожности договора уступки, отметив, что положениями части 18 статьи 155 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – Жилищный кодекс) установлен запрет на уступку права требования по возврату просроченной задолженности по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги третьим лицам, не представлено доказательств отнесения ФИО3 к организациям, в отношении которых установлено исключение из общего правила ограничения оборотоспособности указанной задолженности.

Отклоняя ссылки заявителя на обстоятельства наличия задолженности по коммунальным ресурсам в отношении нежилых помещений, суды указали, что положения Жилищного кодекса не содержат специальных норм по внесению платы собственниками нежилых помещений, расположенных в многоквартирном жилом доме, следовательно, запрет уступки права требования распространяется и в отношении нежилых помещений, собственниками которых являются физические лица.

Суд апелляционной инстанции дополнительно отметил, что предусмотренное положениями части 18 статьи 155 Жилищного кодекса регулирование обусловлено, по сути, посреднической функцией управляющей организации между поставщиками коммунальных ресурсов, исполнителями услуг и собственниками помещений.

Суд округа полагает, что судами при рассмотрении спора по существу не учтено следующее.

Право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона; для перехода к другому лицу прав кредитора согласие должника не требуется, если иное не предусмотрено законом или договором, и, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (пункты 1, 2 статьи 382, пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – Гражданский кодекс).

В случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (уступка требования и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте, и правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса (часть 1 статьи 48 АПК РФ).

Процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому и возможно только тогда, когда правопреемство произошло в материальном правоотношении. Осуществление процессуального правопреемства обусловлено необходимостью реализации процессуальных прав в рамках дела о банкротстве, оформление процессуального правопреемства судебным актом необходимо для реализации прав новым кредиторов в деле о банкротстве.

В рассматриваемом случае судами установлено и из вступившего в законную силу определения суда от 20.07.2023 следует, что должник является собственником нежилых помещений № 136 и № 42 (далее совместно – нежилые помещения), общество «Кемеровская генерация» является теплоснабжающей организацией (поставщиком коммунальных услуг), задолженность по указанным помещениям сформировалась за поставку ресурсов в виде теплоснабжения и горячего водоснабжения.

По правилам пунктов 1, 2 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору, не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

В соответствии с частью 18 статьи 155 ЖК РФ управляющая организация, товарищество собственников жилья либо жилищный кооператив или иной специализированный потребительский кооператив, ресурсоснабжающая организация, региональный оператор по обращению с твердыми коммунальными отходами, которым в соответствии с настоящим Кодексом вносится плата за жилое помещение и коммунальные услуги, не вправе уступать право (требование) по возврату просроченной задолженности по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги третьим лицам, в том числе кредитным организациям или лицам, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц. Заключенный в таком случае договор об уступке права (требования) по возврату просроченной задолженности по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги считается ничтожным. Положения настоящей части не распространяются на случай уступки права (требования) по возврату просроченной задолженности по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги вновь выбранной, отобранной или определенной управляющей организации, созданным товариществу собственников жилья либо жилищному кооперативу или иному специализированному потребительскому кооперативу, иной ресурсоснабжающей организации, отобранному региональному оператору по обращению с твердыми коммунальными отходами.

В пояснительной записке к проекту Федерального закона № 662059-7 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» содержатся разъяснения о том, что законопроект направлен на устранение коллизии норм и конкретизацию гарантии защиты прав граждан от действий, связанных с взиманием просроченной задолженности по жилищно-коммунальным платежам путем передачи полномочий по взысканию данной задолженности кредитным организациям или лицам, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности физическим лицам в качестве основного вида деятельности.

В заключении Комитета Государственной Думы по финансовому рынку по указанному законопроекту указано, что законопроект направлен на устранение коллизии норм и усиление гарантий защиты граждан.

Таким образом, запрет на уступку, установленный частью 18 статьи 155 ЖК РФ, распространяется только на просроченную задолженность граждан по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги. Иная задолженность (юридических лиц и публично-правовых образований в отношении жилых помещений, собственников и владельцев нежилых помещений) под действие данной нормы не подпадает.

Аналогичный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2021 № 304-ЭС21-22198.

Исходя из площади спорных нежилых помещений, пояснений должника следует, что нежилые помещения используется в коммерческих целях (сдача в аренду), следовательно, выводы судов о ничтожности договора уступки и применения к спорным правоотношениям положений части 18 статьи 155 Жилищного кодекса являются неправомерными.

Вывод суда апелляционной инстанции о наличии оснований для применения к спорным правоотношениям положений Жилищного кодекса, регулирующий деятельность управляющих компаний, противоречит фактически обстоятельствам о наличии у общества обществом «Кемеровская генерация» статуса теплоснабжающей организации.

Поскольку суды неправильно применили нормы права, однако фактические обстоятельства спора ими установлены, суд кассационной инстанции в пределах полномочий, предоставленных пунктом 2 части 1 статьи 287 АПК РФ, считает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления ФИО3 о процессуальном правопреемстве.

Руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 30.11.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2024 по делу № А27-21245/2022 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Заявление ФИО3 о процессуальном правопреемстве удовлетворить.

Произвести замену кредитора – акционерного общества «Кемеровская генерация» с требованием, включённым в реестр требований кредиторов должника – ФИО2 определением Арбитражного суда Кемеровской области от 20.07.2023, его правопреемником ФИО3.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.


Председательствующий Е.А. Куклева


Судьи О.В. Кадникова


ФИО1