Решение от 7 марта 2024 г. по делу № А79-821/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ-ЧУВАШИИ

428000, Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Ленина, 4 http://www.chuvashia.arbitr.ru/







Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А79-821/2023
г. Чебоксары
07 марта 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 21 февраля 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 07 марта 2024 года.


Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии в составе судьи Павловой О.Л., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом заседании суда дело по заявлению

Министерства здравоохранения Чувашской Республики, 428004, <...>

закрытого акционерного общества «ДРГ Техсистемс», 121248, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Чувашской Республике-Чувашии, 428018, <...>

о признании недействительным решения от 16.12.2022 по делу № 021/01/17-210/2022,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора – Прокуратура Чувашской Республики, Контрольно-счетная палата Чувашской Республики, Государственная служба Чувашской Республики по конкурентной политике и тарифам, Министерство финансов Чувашской Республики, АУ «Республиканский клинический онкологический диспансер» Минздрава Чувашии (ИНН <***>), ООО «БИМК-Кардио-Волга» (ИНН <***>), ООО «Ренталити» (ИНН <***>), ООО «Ньюмедтех» (ИНН <***>), ООО «Айди Партнер» ИНН <***>), ФИО2,

при участии: представителя Минздрава Чувашии – ФИО3, по доверенности от 26.12.2023 № 05/10-20492, представителя ЗАО «ДРГ Техсистемс»– ФИО4, по доверенности от 15.01.2024, представителя Чувашского УФАС России – ФИО5, по доверенности от 17.01.2024 № 4, представителя Прокуратуры Чувашской Республики – Федорова М.В., по доверенности от 13.11.2023 № 8-21-2023, представителей Контрольно-счетной палаты Чувашской Республики – ФИО6, по доверенности от 15.02.2024 № 3, ФИО7, по доверенности от 15.02.2024 № 2, третьего лица – ФИО2,

установил:

Министерство здравоохранения Чувашской Республики (далее – Минздрав Чувашии) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Чувашской Республике-Чувашии (далее – Чувашское УФАС России, антимонопольный орган) о признании незаконным решения от 16.12.2022 по делу №021/01/17-210/2022, поскольку считает его принятым с нарушением норм процессуального и материального права, не соответствующим фактическим обстоятельствам дела, а значит, подлежащим отмене. Делу присвоен №А79-821/2023.

Также закрытое акционерное общество «ДРГ Техсистемс» (далее – ЗАО «ДРГ Техсистемс») обратилось в арбитражный суд с заявлением к Чувашскому УФАС России о признании недействительным и отмене решения от 16.12.2022 по делу №021/01/17-210/2022, которым Министерство здравоохранения Чувашской Республики и закрытое акционерное общество «ДРГ Техсистемс» признаны нарушившими пункт 1 части 1 статьи 17 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции», что выразилось в заключении и участии (реализации) соглашения, которое имело своей целью создание преимущественных условий участия в торгах для закрытого акционерного общества «ДРГ Техсистемс» и могло привести (привело) к ограничению конкуренции в торгах с реестровым №0115200001120000821. Делу присвоен №А79-1208/2023.

Определением суда от 22.03.2023 дела №А79-821/2023 и А79-1208/2023 объединены в одно производство с присвоением делу номера А79-821/2023.

Определением суда от 30.05.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Прокуратура Чувашской Республики, Контрольно-счетная палата Чувашской Республики, ООО «БИМК-Кардио-Волга».

Определением суда от 17.08.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АУ «Республиканский клинический онкологический диспансер» Минздрава Чувашии, ООО «Ренталити», ООО «Ньюмедтех».

Определением суда от 26.09.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2.

Определением суда от 17.01.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Айди Партнер», Государственная служба Чувашской Республики по конкурентной политике и тарифам, Министерство финансов Чувашской Республики.

В судебном заседании представитель Минздрава Чувашии поддержала заявленные требования по основаниям, изложенным в заявлении.

Представитель ЗАО «ДРГ Техсистемс» просил признать недействительным и отменить решение Чувашского УФАС России от 16.12.2022 по делу №021/01/17-210/2022 по доводам, изложенным в своем заявлении, отзыве, объяснениях.

Представитель Чувашского УФАС России просила отказать в удовлетворении заявленных требований по доводам, изложенным в отзыве.

Представитель Прокуратуры Чувашской Республики устно изложил свою позицию по делу.

ФИО2 поддержал позицию своего отзыва.

Представители Контрольно-счетной палаты Чувашской Республики поддержали доводы согласно своему отзыву.

Иные лица, участвующие в деле, о дате и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом, явку своих представителей в суд не обеспечили.

Государственная служба Чувашской Республики по конкурентной политике и тарифам представила отзыв, в котором просила рассмотреть дело без участия своего представителя.

На основании статей 121, 123, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом определено рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Как видно из материалов дела, 29.04.2020 в 16:34 в Единой информационной системе в сфере закупок www.zakupki.gov.ru и на сайте оператора электронной площадки размещено извещение №0115200001120000821 о проведении открытого аукциона в электронной форме на поставку медицинского изделия – система линейного ускорителя, ввод в эксплуатацию медицинского изделия, обучение правилам эксплуатации специалистов, эксплуатирующих медицинское изделие, с начальной (максимальной) ценой контракта 340 000 000 руб.

Заказчиком закупки является Минздрав Чувашии, а уполномоченным органом – Государственная служба Чувашской Республики по конкурентной политике и тарифам.

В ходе проведения аукциона №0115200001120000821 были поданы две заявки: ЗАО «ДРГ Техсистемс» и ООО «БИМК-Кардио-Волга».

Рассмотрев представленные оператором электронной площадки первые части заявок на соответствие требованиям, установленным документацией об электронном аукционе, аукционная комиссия приняла решение допустить обе заявки к участию в аукционе и признать участниками аукциона.

Согласно протоколу проведения электронного аукциона при проведении аукциона №0115200001120000821 участниками аукциона были даны следующие ценовые предложения:

1. ЗАО «ДРГ Техсистемс» - 324 700 000 руб., что составило снижение в 4,5% от начальной (максимальной) цены контракта.

2. ООО «БИМК-Кардио-Волга» - 326 400 000 руб., что составило снижение в 4% от начальной (максимальной) цены контракта.

Таким образом, в результате рассмотрения вторых частей заявок принято решение признать победителем закупки ЗАО «ДРГ Техсистемс», как участника, предложившего наиболее низкую цену контракта.

19.06.2020 между Минздравом Чувашии и ЗАО «ДРГ Техсистемс» заключен государственный контракт №10-16/722 на поставку медицинского изделия – система линейного ускорителя, ввод в эксплуатацию медицинского изделия, обучение правилам эксплуатации специалистов, эксплуатирующих медицинское изделие по цене 324 700 000 руб.

В Чувашское УФАС России из Следственного управления Следственного комитета России по Чувашской Республике поступила информация (вх. №01-17/43 ДСП) о признаках неправомерных действий должностных лиц Минздрава Чувашии, АУ «Республиканский клинический онкологический диспансер» Минздрава Чувашии и ЗАО «ДРГ Техсистемс» при осуществлении закупки с реестровым номером №0115200001120000821 на поставку медицинского изделия – система линейного ускорителя, ввод в эксплуатацию медицинского изделия, обучение правилам эксплуатации специалистов, эксплуатирующих медицинское изделие, предназначенное для АУ «Республиканский клинический онкологический диспансер» Минздрава Чувашии.

Усмотрев в действиях победителя и заказчика указанных торгов признаки заключения антиконкурентного соглашения, которое имело своей целью ограничение конкуренции и создание преимущественных условий в торгах победителю, Чувашское УФАС России возбудило дело о нарушении антимонопольного законодательства №021/01/17-210/2022.

По результатам рассмотрения дела, исходя из представленных Следственным управлением Следственного комитета России по Чувашской Республике документов, антимонопольным органом вынесено решение от 16.12.2022 по делу №021/01/17-210/2022 о признании Минздрава Чувашии и ЗАО «ДРГ Техсистемс» нарушившими пункт 1 части 1 статьи 17 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции), что выразилось в заключении и участии (реализации) соглашения, которое имело своей целью создание преимущественных условий участия в торгах ЗАО «ДРГ Техсистемс» и могло привести (привело) к ограничению конкуренции в торгах с реестровым номером 0115200001120000821.

Посчитав указанное решение антимонопольного органа незаконным, Минздрав Чувашии и ЗАО «ДРГ Техсистемс» обратились в арбитражный суд с настоящими заявлениями.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, дав им оценку в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200, частью 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 6 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для удовлетворения требований о признании недействительными решений государственных органов необходимо наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

При этом обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 1 Закона о защите конкуренции целями регулирования настоящего Федерального закона являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков.

Согласно статьи 3 Закона о защите конкуренции данный федеральный закон распространяется на отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, и в которых участвуют российские юридические лица и иностранные юридические лица, организации, федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные осуществляющие функции указанных органов органы или организации, а также государственные внебюджетные фонды, Центральный банк Российской Федерации, физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели.

Статьей 22 Закона о защите конкуренции установлено, что антимонопольный орган обеспечивает государственный контроль за соблюдением антимонопольного законодательства федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, хозяйствующими субъектами, физическими лицами, в том числе в сфере использования земли, недр, водных объектов и других природных ресурсов; выявляет нарушения антимонопольного законодательства, принимает меры по прекращению нарушения антимонопольного законодательства и привлекает к ответственности за такие нарушения.

В соответствии с Положением о Федеральной антимонопольной службе, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 №331, ФАС России является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, выполняющим функции, в том числе по контролю за соблюдением антимонопольного законодательства, и осуществляет свою деятельность непосредственно и через свои территориальные органы.

Согласно части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции к полномочиям антимонопольного органа относится, в том числе, возбуждение и рассмотрение дел о нарушениях антимонопольного законодательства.

В соответствии с частью 2 статьи 8 Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе) конкуренция при осуществлении закупок должна быть основана на соблюдении принципа добросовестной ценовой и неценовой конкуренции между участниками закупок в целях выявления лучших условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг. Запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям данного Федерального закона, в том числе приводят к ограничению конкуренции.

В силу пункта 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Признаки ограничения конкуренции установлены в пункте 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции, к которым относятся, в том числе, сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке.

Таким образом, из смысла указанных норм следует, что конкурирующие субъекты обязаны вести самостоятельную и независимую борьбу за право заключить контракт на поставку соответствующих товаров, а попытки любого рода кооперации в этом вопросе нарушают запреты антимонопольного законодательства.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 17 Закона о защите конкуренции при проведении торгов, запроса котировок цен на товары (далее - запрос котировок), запроса предложений запрещаются действия, которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции, в том числе координация организаторами торгов, запроса котировок, запроса предложений или заказчиками деятельности их участников, а также заключение соглашений между организаторами торгов и (или) заказчиками с участниками этих торгов, если такие соглашения имеют своей целью либо приводят или могут привести к ограничению конкуренции и (или) созданию преимущественных условий для каких-либо участников, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации.

Пунктом 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции определено, что под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 №2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» (далее – Постановление №2) разъяснено, что с учетом положений пункта 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции соглашением хозяйствующих субъектов могут быть признаны любые договоренности между ними в отношении поведения на рынке, в том числе как оформленные письменно (например, договоры, решения объединений хозяйствующих субъектов, протоколы) так и не получившие письменного оформления, но нашедшие отражение в определенном поведении. Факт наличия соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок.

Наличие соглашения может быть установлено исходя из того, что несколько хозяйствующих субъектов намеренно следовали общему плану поведения (преследовали единую противоправную цель), позволяющему извлечь выгоду из недопущения (ограничения, устранения) конкуренции на товарном рынке.

В пункте 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 16.03.2016, указано, что факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок, и может быть доказан, в том числе с использованием совокупности иных доказательств, в частности фактического поведения хозяйствующих субъектов.

Таким образом, соглашением может быть признана договоренность хозяйствующих субъектов в любой форме, о которой свидетельствуют скоординированные и целенаправленные действия (бездействие) данных субъектов, сознательно ставящих свое поведение в зависимость от поведения других участников рынка, совершенные ими на конкретном товарном рынке, подпадающие под критерии ограничения конкуренции и способные привести к результатам, определенным Законом о защите конкуренции.

Факт наличия соглашения, ограничивающего конкуренцию, устанавливается исходя из совокупности доказательств по делу. При этом само по себе ограничение конкуренции в случае наступления либо возможности наступления негативных последствий предполагается и не требует доказывания.

Согласно оспариваемому решению Чувашское УФАС России пришло к выводу о заключении заказчиком закупки №0115200001120000821 антиконкурентного соглашения с участником закупки, ставшего победителем закупки – ЗАО «ДРГ «Техсистемс». Техническая часть документации об аукционе подготовлна представителем победителя аукциона, начальная максимальная цена контракта в проанализированном аукционе также формировалась на основании данных, представленных представителем участника аукциона, которому до заключения самого контракта заказчик доверил представлять его интересы при рассмотрении жалобы потенциального участника аукциона.

По мнению Чувашского УФАС России вышеизложенные обстоятельства указывают на изначальное предоставление доступа представителю ЗАО «ДРГ «Техсистемс» в приоритетном порядке к формированию документов, связанных с проведением торгов, которое в последующем привело к созданию преимущественных условий участия в торгах и могло привести к ограничению конкуренции, что не может не указывать на признаки заключения заказчиком и участником торгов антиконкурентного соглашения в целях ограничения конкуренции на рынке поставки комплекса оборудования для лучевой терапии и созданию обществу возможности победить в аукционе. Сведения о наличии письменного соглашения между заказчиком и победителем торгов отсутствуют, однако из совокупности имеющихся и проанализированных документов и информации Управление посчитало, что между Минздравом Чувашии при содействии АУ «Республиканский клинический онкологический диспансер» Минздрава Чувашии и ЗАО «ДРГ «Техсистемс» заключено антиконкурентное соглашение в устной форме.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу, что антимонопольным органом не доказано наличие совокупности условий, указывающих на наличие оснований для квалификации действий Минздрава Чувашии и ЗАО «ДРГ «Техсистемс», свидетельствующих о достигнутом между ними соглашения, которое имело своей целью либо которое привело или способно привести к ограничению конкуренции и созданию преимущественных условий для хозяйствующего субъекта – ЗАО «ДРГ «Техсистемс».

В ходе рассмотрения дела Комиссия Чувашского УФАС России установила, что начальная максимальная цена контракта в проанализированном аукционе формировалась на основании данных, представленных представителем участника аукциона, а при обосновании начальной цены контракта использованы коммерческие предложения ООО «Фабрика радиотерапевтической техники», ЗАО «ДРГ Техсистемс», ООО «Торговый дом Синергия», ООО «ДжиИ Хэлскеа».

Между тем, согласно отчету Контрольно-счетной палаты Чувашской Республики от 26.05.2022 при определении начальной максимальной цены контракта для аукциона был запрошен еще ряд организаций, неотраженных в оспариваемом решении Чувашского УФАС России, а именно: ООО «РИП», ООО «Электа», ООО «Инжиниринговый центр прогресс» и ООО «Хайнеманн медицин техник».

Таким образом, при определении начальной максимальной цены контракта заказчиком направлялись запросы обширному кругу организаций, а не только ООО «Фабрика радиотерапевтической техники», ЗАО «ДРГ Техсистемс», ООО «Торговый дом Синергия», ООО «ДжиИ Хэлскеа».

При этом материалы дела свидетельствуют о том, что в рассматриваемом случае ограничение конкуренции отсутствовало в виду того, что при проведении аукциона №0115200001120000821 было подано две заявки, участвовало два участника и аукцион был признан состоявшимся.

Так, в аукционе участвовали две компании: ЗАО «ДРГ Техсистемс» и ООО «БИМК-Кардио-Волга», являющимися конкурентами на рынке.

В ходе аукциона ЗАО «ДРГ Техсистемс» предложило цену на 4,5% ниже начальной цены контракта. ООО «БИМК-Кардио-Волга», предложившее цену на 4% ниже начальной цены контракта, также имело возможность стать победителем аукциона.

Таким образом, по итогам аукциона поставка осуществляется с существенным снижением цены товара от начальной (максимальной) цены контракта, а именно на 15 300 000 руб. или 4,5%.

Согласно аналитическому отчету Чувашского УФАС России от 24.11.2022 по результатам проведения анализа состояния конкуренции на рынке поставки медицинского изделия – система линейного ускорителя, ввода в эксплуатацию медицинского изделия, обучения правилам эксплуатации специалистов, эксплуатирующих медицинское изделие, для Минздрава Чувашии установлено, что за временный интервал исследования с 29.04.2020 по 30.04.2021 конкурентами между собой являлись ЗАО «ДРГ Техсистемс», ООО «БИМК-Кардио-Волга», ООО «Фабрика радиотерапевтической техники», ООО «Торговый дом Синергия», ООО «Ньюмедтех», ООО «Айди Партнер», ООО «Ренталити».

В оспариваемом решении антимонопольный орган также указывает, что организации, участвовавшие в спорном аукционе, ЗАО «ДРГ Техсистемс» и ООО «БИМК-Кардио-Волга» являются между собой конкурентами на рынке.

Таким образом, содержащийся в решении Чувашского УФАС России вывод о заключении заказчиком и победителем аукциона антиконкурентного соглашения, опровергается фактическими обстоятельствами проведенного аукциона.

Также суд не усматривает наличия ограничения конкуренции, выраженный в том, что запрос на поставку конкретного медицинского оборудования мог привести к ограничению конкуренции, поскольку любой участник аукциона имел возможность заказать это оборудование у его производителей.

Указанный вывод следует из того обстоятельства, что закупка медицинского оборудования с заявленными техническими параметрами не вызвала проблем у второго участника аукциона – ООО «БИМК-Кардио-Волга», который мог поставить оборудование, отвечающее предложенному в техническом задании.

Из письменных пояснений ООО «БИМК-Кардио-Волга» следует, что ООО «Фабрика радиотерапевтической техники» является производителем медицинского оборудования, аналог которого производится только за рубежом. На территории Российской Федерации ООО «Фабрика радиотерапевтической техники» является единственным производителем оборудования данного класса. ООО «Фабрика радиотерапевтической техники» осуществляет реализацию медицинского оборудования напрямую, без посредников и дистрибьютеров.

Следовательно, любой участник аукциона имел возможность заказать это оборудование у его производителей и официальных дилеров, отвечающее предложенному в техническом задании.

При этом суд отмечает, что Чувашское УФАС России не представило доказательств невозможности поставки иными лицами медицинского оборудования, указанного в техническом задании к аукциону.

В жалобах ООО «Айди Партнер», ООО «НьюМедТех» и ООО «Ренталити», на которые ссылается антимонопольный орган, не указывается о невозможности поставить оборудование, отвечающее предложенному в техническом задании, поскольку эти организации хотели поставлять другое оборудование. Признав ранее эти жалобы необоснованными, Чувашское УФАС России обоснованно указало, что заказчик вправе выбирать объект закупки, руководствуясь существующей у него потребностью.

В оспариваемом решении Чувашское УФАС России указало, что четвертое коммерческое предложение, представленное ООО «ДжиИ Хэлскеа» исх. №8/5361-20 от 22.04.2020, указывает на то, что технические характеристики запроса составлены таким образом, что некоторые его пункты исключают возможность предложения оборудования производства GE Healthcare, а среди оборудования производства GE Healthcare наиболее подходящим по техническим характеристикам, указанным в запросе, является томограф компьютерный Discovery RT с принадлежностями. Участие оборудования производства GE Healthcare в торгах возможно в случае внесения изменений в соответствующие пункты запроса. Одновременно ООО «ДжиИ Хэлскеа» указало на то, что внесение соответствующих изменений в техническое задание торгов позволит расширить количество участников размещения заказа и предоставит возможность другим производителям предложить аналогичные модели оборудования.

Однако в указанном коммерческом предложении ООО «ДжиИ Хэлскеа» указывается на необходимость внесения изменений в технические характеристики направленного запроса, чтобы предоставить возможность производителям предложить аналогичные модели оборудования.

Приведенные обстоятельства Комиссия антимонопольного органа трактовала как косвенные доказательства того, что техническая документация проведенного в июне 2020 года аукциона могла привести к ограничению конкуренции.

Между тем замечания ООО «ДжиИ Хэлскеа» (исх.№ 8/5361-20 от 22.04.2020) касались именно первоначальных характеристик 2019 года, а необходимость их корректировки, как указало ООО «ДжиИ Хэлскеа» вызвана тем, что ни один из аппаратов, представленных на российском рынке не соответствует требуемым значениям, то есть аппараты с запрошенными характеристиками отсутствуют.

Замечания ООО «ДжиИ Хэлскеа» были учтены заказчиком при подготовке технического задания аукциона, проведенного в июне 2020 года.

Таким образом, недоказанность самого факта ограничения конкуренции при проведении указанного аукциона исключает возможность вменения Минздраву Чувашии и ЗАО «ДРГ Техсистемс» нарушение пункта 1 части 1 статьи 17 Закона о защите конкуренции.

Кроме того, антимонопольный орган уже давал оценку закупочной документации электронного аукциона №0115200001120000821, что подтверждается решениями Чувашского УФАС России от 02.06.2020 по делу №021/06/64-631/2020, от 26.06.2020 по делу №021/06/64-594/2020, от 26.06.2020 по делу №021/06/64-605/2020, от 26.06.2020 по делу №021/06/64-592/2020, в которых отсутствуют выводы о нарушении заявителями конкуренции, в частности сделаны следующие выводы:

1. Нет оснований для вывода о том, что приведенное в документации об электронном аукционе описание объекта закупки не соответствует имеющимся у заказчика потребностям, обусловленным спецификой его деятельности. Включение в техническое задание спорных характеристик товара, обусловленных его спецификой, не может рассматриваться как нарушение Закона о контрактной системе (решение от 02.06.2020 по делу №021/06/64-631/2020).

2. Довод о необоснованном объединении в один лот оборудования, которое технологически и функционально не связанно с предметом закупки, комиссия признала необоснованным (решение от 02.06.2020 по делу №021/06/64-631/2020, решение от 26.06.2020 по делу №021/06/64-605/2020).

3. Довод о сложности заполнения заявки, в том, что инструкция по заполнению заявки вводит участников закупки в заблуждение, признан несостоятельным (решение от 26.06.2020 по делу №021/06/64-594/2020).

4. Закупаемое оборудование является товарами медицинского назначения одного товарного рынка и закупаются в соответствии с потребностями заказчика, спецификой его деятельности и направленностью применения закупаемых материалов (решение от 26.06.2020 по делу №021/06/64-594/2020, решение от 26.06.2020 по делу №021/06/64-605/2020).

5. Возможность осуществления поставки товара предусмотрена для неограниченного числа поставщиков (решение от 26.06.2020 по делу №021/06/64-605/2020).

6. Закупаемый товар является социально значимыми, а формирование лота позволяет обеспечить качественную и своевременную поставку товаров, рациональное использование бюджетных средств (решение от 26.06.2020 по делу №021/06/64-605/2020).

Таким образом, по данным делам при неоднократной проверке положений аукционной документации, в том числе в части возможного ограничения конкуренции путем специального формирования или описания объекта закупки, Чувашское УФАС России не нашло каких-либо нарушений и (или) признаков недобросовестной конкуренции.

Однако в оспариваемом решении от 16.12.2022 по делу №021/01/17-210/2022 антимонопольный орган, вопреки ранее сделанным выводам, указывает на наличие сговора между хозяйствующими субъектами.

Таким образом, указанные выводы, изложенные в решении от 16.12.2022 по делу №021/01/17-210/2022, были опровергнуты в решениях самого Чувашского УФАС России еще в 2020 году, в которых нарушений антиконкурентного законодательства не выявлено, жалобы признаны необоснованными, в которых Чувашское УФАС России указало, что заказчик вправе включить в документацию об аукционе в электронной форме такие качественные, технические и функциональные характеристики товаров, которые отвечают его потребностям, а отсутствие у кого-либо из лиц, заинтересованных в заключении контракта, возможности поставить товар конкретных производителей, не свидетельствует о нарушении заказчиком прав этих лиц, а также об ограничении заказчиком числа участников закупки.

Также в оспариваемом решении антимонопольный орган пришел к выводу о взаимосвязях гражданина ФИО2 с тремя организациями, коммерческие предложения которых использованы заказчиком при формировании начальной цены контракта, а именно: ООО «Фабрика радиотерапевтической техники» ЗАО «ДРГ «Техсистемс», ООО «Торговый дом Синергия».

Так, согласно решению от 16.12.2022 по делу №021/01/17-210/2022 признаком нарушения заявителями положения пункта 1 части 1 статьи 17 Закона о защите конкуренции является заключение антиконкурентного соглашения между заказчиком и ЗАО «ДРГ Техсистемс», поскольку гражданин ФИО2 имел краткосрочные договоры гражданско-правового характера: с апреля 2018 года по октябрь 2019 года с ООО «НТЦ Синергия», входящей в группу лиц с ООО «Торговый дом Синергия»; в 2019 году с ООО «Фабрика радиотерапевтической техники»; в 2020 году с ЗАО «ДРГ Техсистемс», что свидетельствует о признаке аффилированности между ООО «Фабрика радиотерапевтической техники», ЗАО «ДРГ Техсистемс» и ООО «Торговый дом Синергия».

Вместе с тем, из договора оказания услуг №03-4 от 01.03.2020 усматривается, что ФИО2 оказывал ЗАО «ДРГ Техсистемс» консультационные услуги технического специалиста по медицинскому оборудованию, в том числе по соблюдению требований по подготовке помещений к монтажу оборудования (срок действия договора с 01.03.2020 по 01.03.2021).

Таким образом, гражданско-правовой договор на оказание консультационных услуг по соблюдению требований по подготовке помещений к монтажу медицинского оборудования заключен в марте 2020 года, то есть до того, как ЗАО «ДРГ Техсистемс» выиграло аукцион на поставку оборудования в АУ «Республиканский клинический онкологический диспансер» Минздрава Чувашии.

Следовательно, заключение гражданско-правового договора с ФИО2 в марте 2020 года не было связано с вышеуказанным аукционом. Более того, суд считает, что заключение гражданином ФИО2 гражданско-правовых договоров на оказание консультационных услуг с организациями, занимающимися поставкой медицинским учреждениям медицинского оборудования, осуществление им консультационных услуг само по себе не может являться признаком аффилированности указанных организаций и служить признаком заключения устного антиконкурентного соглашения.

В этой связи суд соглашается с доводами заявителей по делу, что в законодательстве отсутствует подобный признак аффилированности, тем самым вывод антимонопольного органа об аффилированности указанных лиц противоречит статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» и статье 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции», устанавливающих понятие аффилированности и группы лиц.

Кроме того, Комиссия Чувашского УФАС России пришла к выводу, что участие ФИО2, в качестве представителя заказчика по делу №021/06/64-631/2020 при рассмотрении жалобы потенциального участника и создание заказчиком условий для этого, может свидетельствовать лишь о совместном желании не допускать конкуренцию на торгах и создать благоприятные условия участия в торгах участнику, к которому ФИО2 имеет непосредственное отношение.

Судом установлено, что в решении Чувашского УФАС России от 02.06.2020 по делу №021/06/64-631/2020 в качестве представителей заказчика – Минздрава Чувашии указаны ФИО8 и ФИО2.

Между тем, в данном решении не изложено, что ФИО2 участвовал именно по доверенности от 21.05.2020 №08/16-8746.

Доказательства наличия данной доверенности в деле №021/06/64-631/2020 отсутствуют, как и протокол заседания комиссии либо аудиозапись по данному делу.

Из пояснений лиц, участвующих в деле, ФИО2 участвовал по делу №021/06/64-631/2020 в качестве привлеченного специалиста.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в материалах настоящего дела отсутствуют доказательства представительства ФИО2 от лица Минздрава Чувашии по делу №021/06/64-631/2020.

Более того, в объяснениях ФИО8 от 20.08.2021 указано, что от лица Минздрава Чувашии посредством ВКС участвовала только она одна.

ФИО2 в ходе настоящего дела пояснил суду, что указанная доверенность ему не вручалась, подтверждением чего является отсутствие его подписи на доверенности от 21.05.2020 №08/16-8746.

Согласно договору оказания услуг от 01.03.2020 №03-4 ФИО2 оказывает ЗАО «ДРГ «Техсистемс» консультационные услуги технического специалиста по медицинскому оборудованию, в том числе по соблюдению требований по подготовке помещений к монтажу оборудования (срок действия договора с 01.03.2020 по 01.03.2021), поэтому в рамках арбитражного дела №А79-10763/2020 ФИО2 участвовал в качестве специалиста, привлеченного ЗАО «ДРГ Техсистемс», для дачи пояснения по техническим вопросам.

При этом суд отмечает, что полная техническая документация поставленных медицинских аппаратов находится в свободном доступе на официальном сайте Единой информационной системы в сфере государственных закупок. Любое заинтересованное лицо может ознакомиться с аукционной документацией состоявшихся в различных регионах торгов, выбрать те, в ходе которых закупалось интересующее его оборудование, в электронном виде открыть контракт и получить все необходимые технические характеристики данного оборудования. Для этого не нужен какой-либо посредник (ФИО2 или иное лицо).

Кроме того, в данном случае форма технического задания не может создать преимущества какому-либо потенциальному участнику аукциона, поскольку является описанием характеристик медицинского аппарата и его комплектации, и любой участник аукциона может заказать данное оборудование.

Как отмечалось в заявлении ЗАО «ДРГ Техсистемс», аналогичное Техническое задание на указанном аукционе ранее уже многократно использовалось на торгах в других регионах, где ЗАО «ДРГ Техсистемс» не принимало участие, что свидетельствует о востребованности данного оборудования.

Форма технического задания не может создать преимущества какому-либо потенциальному участнику аукциона, поскольку является описанием необходимых требований к медицинскому аппарату (его характеристика и комплектация).

Вышеизложенные обстоятельства позволяют суду сделать вывод об отсутствии в данном случае доказательств наличия антиконкурентного соглашения, запрещенного пунктом 1 части 1 статьи 17 Закона о защите конкуренции.

При этом все обстоятельства, оцененные антимонопольным органом и вменяемые как антиконкурентное соглашение, имели место до проведения торгов и объявления аукциона, тогда как положения пункта 1 части 1 статьи 17 Закона о защите конкуренции направлены на регулирование и предотвращение действий, которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции в ходе организации и проведения торгов. Доказательств обратного суду не представлено.

Также суд считает необходимым отметить, что в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 №2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» разъяснено, что рассматривая дело об оспаривании актов, решений, действий (бездействия) антимонопольных органов, арбитражный суд на основании части 1 статьи 64 АПК РФ, по общему правилу, проверяет законность соответствующего акта, решения, действия (бездействия) на основании доказательств, собранных и раскрытых в ходе производства по делу о нарушении антимонопольного законодательства.

Поскольку судебное разбирательство не подменяет установленный Законом порядок рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства (статьи 39, 43 Закона о защите конкуренции), дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом в случае, если лицо, ходатайствующее об их принятии, включая антимонопольный орган, обосновало невозможность их представления на стадии рассмотрения дела в антимонопольном органе по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными, в частности, если имелись объективные препятствия для получения и (или) представления доказательств до вынесения оспариваемого акта. Например, не может быть принят в качестве доказательства, представляемого антимонопольным органом, аналитический отчет, составленный после завершения рассмотрения в административном порядке дела о нарушении антимонопольного законодательства.

В случае принятия дополнительных доказательств суд по ходатайству лица, участвующего в деле, в целях предоставления другой стороне возможности ознакомления с новыми доказательствами и представления опровергающих их доказательств вправе объявить перерыв в судебном заседании или отложить судебное разбирательство (статьи 158 и 163 АПК РФ).

В силу части 2 статьи 45 Закона о защите конкуренции рассмотрение дела о нарушении антимонопольного законодательства осуществляется на заседании комиссии.

Согласно части 4 статьи 45 Закона о защите конкуренции на заседании комиссии:

1) заслушиваются лица, участвующие в деле;

2) заслушиваются и обсуждаются ходатайства, принимаются по ним решения, которые должны быть отражены в протоколе заседания;

3) исследуются доказательства;

4) заслушиваются мнения и пояснения лиц, участвующих в деле, относительно доказательств, представленных лицами, участвующими в деле;

5) заслушиваются и обсуждаются мнения экспертов, привлеченных для дачи заключений;

6) заслушиваются лица, располагающие сведениями об обстоятельствах рассматриваемого дела;

7) по ходатайству лиц, участвующих в деле, или по инициативе комиссии обсуждаются вопросы об основаниях и о необходимости объявления перерыва в заседании, об отложении, о приостановлении рассмотрения дела.

При рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства комиссия вправе запрашивать у лиц, участвующих в деле, документы, сведения и пояснения в письменной или устной форме по вопросам, возникающим в ходе рассмотрения дела, привлекать к участию в деле иных лиц (часть 5 статьи 45 Закона о защите конкуренции).

В соответствии с частью 1 статьи 45.1 Закона о защите конкуренции под доказательствами по делу о нарушении антимонопольного законодательства понимаются сведения о фактах, которые получены в установленном настоящим Федеральным законом порядке и на основании которых комиссия устанавливает наличие либо отсутствие нарушения антимонопольного законодательства, обоснованность доводов лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для полного и всестороннего рассмотрения дела.

Между тем, практически все выводы Чувашского УФАС России основаны на материалах, собранных Следственным управлением Следственного комитета России по Чувашской Республике.

Суд считает, что поступившие из Следственного управления Следственного комитета России по Чувашской Республике материалы не были рассмотрены Комиссией Чувашского УФАС России в заседаниях, не были проверены на соответствие фактическим обстоятельствам и оценены самостоятельно, поэтому содержащиеся в них сведения не могут считаться в полной мере раскрытыми и доказанными, а также использоваться в качестве доказательств при принятии оспариваемого решения.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что Чувашским УФАС России не установлено ни одного прямого доказательства заключения между Минздравом Чувашии и ЗАО «ДРГ Техсистемс» соглашения, которое имело своей целью создание преимущественных условий участия в торгах для ЗАО «ДРГ Техсистемс» и могло привести (привело) к ограничению конкуренции в торгах №0115200001120000821.

В соответствии с частью 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Таким образом, решение Чувашского УФАС России от 16.12.2022 по делу №021/01/17-210/2022 не соответствует требованиям действующего законодательства и нарушает права и законные интересы заявителей, в связи с чем заявленные требования Минздрава Чувашии и ЗАО «ДРГ Техсистемс» подлежат удовлетворению.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации понесенные ЗАО «ДРГ Техсистемс» расходы по уплате государственной пошлины относятся на антимонопольный орган. Минздравом Чувашии государственная пошлина не уплачивалась, поскольку в силу пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации указанное лицо освобождено от ее уплаты.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176, 200 и 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

заявления Министерства здравоохранения Чувашской Республики, закрытого акционерного общества «ДРГ Техсистемс» удовлетворить.

Решение Управления Федеральной антимонопольной службы по Чувашской Республике - Чувашии от 16.12.2022 по делу № 021/01/17-210/2022 признать недействительным.

Взыскать с Управления Федеральной антимонопольной службы по Чувашской Республике-Чувашии (ОГРН <***>) в пользу закрытого акционерного общества «ДРГ Техсистемс» 3 000 руб. (Три тысячи рублей) в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд, г. Владимир, в течение месяца с момента его принятия.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Волго-Вятского округа, г. Нижний Новгород, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Кассационная жалоба может быть подана в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемых решения, постановления арбитражного суда.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.



Судья

О.Л. Павлова