Постановление от 29 октября 2025 г. по делу № А56-84818/2024

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-84818/2024
30 октября 2025 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 30 октября 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Орловой Н.Ф., судей Богдановской Г.Н., Смирновой Я.Г.,

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Орфеновым К.А.,

при участии:

стороны: не явились, извещены, подключение к онлайн-заседанию не осуществлено при наличии технической возможности,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-19045/2025) общества с ограниченной ответственностью «Т.Е.М.А.» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.06.2025 по делу № А56-84818/2024, принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «Т.Е.М.А.» к обществу с ограниченной ответственностью «Пивоваренная компания Балтика» о признании недействительными дополнительных соглашений к договору,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Т.Е.М.А.» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области к обществу с ограниченной ответственностью «Пивоваренная компания «Балтика» (далее – ответчик) с исковым заявлением о признании недействительными следующих сделок: дополнительного соглашения от 30.11.2023 № 18 и дополнительного соглашения от 28.06.2024 № 19 к договору энергоснабжения от 07.04.2022 № 28/ОУК/Р.

Решением от 09.06.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, истец обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит вынесенное решение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает следующее:

1) по имеющимся в деле доказательствам суд первой инстанции не мог установить то, что ответчик не является производителем электроэнергии (мощности); указанный вывод сделан вследствие неправильного применения судом первой инстанции положений действующего законодательства;

2) вывод суда первой инстанции о том, что подпункт 1.3 пункта 1 дополнительного соглашения от 28.06.2024 № 19 не предусматривает устранение ответственности ответчика за нарушение электроснабжения истца, не соответствует буквальному значению содержащихся в нем слов и выражений;

3) суд первой инстанции не рассмотрел и не дал оценку следующим доводам истца:

- об осведомленности ответчика о неремонтоспособности газотурбинной установки, невозможности по такой причине обеспечить надежность поставки электроэнергии истцу, недобросовестном сокрытии ответчиком такой информации от истца при заключении договора;

- о несоответствии условия подпункта 1.3 пункта 1 дополнительного соглашения от 28.06.2024 № 19 нормам абзаца 3 пункта 5 статьи 28 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон № 35-ФЗ) и (или) пункту 7 Основных положений о функционировании розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 «О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии» (далее – Основные положения № 442);

- о противоречии условия подпункта 1.3 пункта 1 дополнительного соглашения от 28.06.2024 № 19 существу правового регулирования отношений в сфере электроэнергетики установленным законом принципам обеспечения бесперебойного и надежного функционирования электроэнергетики в целях удовлетворения спроса на электрическую энергию потребителей;

4) изложенный в оспариваемом судебном акте вывод о том, что договор энергоснабжения не является публичным, свидетельствует о неправильном применении судом первой инстанции норм Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ);

5) допустив ошибку в определении правовой природы договора энергоснабжения, заключенного между сторонами по настоящему делу, суд первой инстанции уклонился от рассмотрения и оценки доводов истца о недействительности (ничтожности) подпункта 1.5 пункта 1 дополнительного соглашения от 28.06.2024 № 19. По существу такие доводы истца судом были полностью проигнорированы;

6) требования истца о недействительности оспариваемых сделок по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 3 статьи 179 ГК РФ, судом не рассматривались. Судом полностью проигнорированы доводы истца о совершении оспариваемых сделок под угрозой прекращения электроснабжения истца, о кабальности дополнительного соглашения от 28.06.2025 № 19 для истца, а также о недобросовестности ответчика при заключении и изменении договора;

7) дело рассмотрено судом первой инстанции в одном судебном заседании в отсутствие истца, которому не была обеспечена возможности участия в заседании; суд первой инстанции нарушил принципы состязательности и равноправия сторон;

8) текст обжалуемого решения выполнен путем прямого копирования текста дополнительного отзыва ответчика № 1 на исковое заявление от 13.02.2025 № ОКП-25/02-24, дословно совпадает с текстом такого отзыва ответчика, включая орфографию, пунктуацию и синтаксис. Судом первой инстанции нарушен принцип непосредственности судебного разбирательства.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 08.10.2025.

03.10.2025 в суд апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ответчик просит оставить обжалуемое решение без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Указанный отзыв приобщен судом к материалам дела.

Лица, участвующие в деле и надлежащим образом извещенные о дате и времени рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, своих представителей не направили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 07.04.2022 между истцом (абонент) и ответчиком (энергоснабжающая организация) заключен договор энергоснабжения № 28/ОУК/Р (далее – договор), предметом которого согласно пункту 1.1 является поставка электрической энергии.

Из пункта 2.1 договора следует, что энергоснабжающая организация обязалась:

- подавать бесперебойно электрическую энергию и мощность абоненту по указанному адресу в объеме (приложение № 1), установленным настоящим договором, с учетом категоричности электроприемников абонента;

- поддерживать на границе балансовой принадлежности электросети показатели качества электрической энергии (ПКЭ), определенные ГОСТ 32144-2013. Граница балансовой принадлежности электросети и эксплуатационной ответственности сторон, категория надежности электроснабжения абонента устанавливаются актом разграничения балансовой принадлежности (приложение № 2);

- при получении от абонента сообщения об отклонении показателей качества электроэнергии от договорных величин, в срок, 2-х рабочих дней, организовать совместные измерения, анализ и оформление их двусторонним актом;

- при аварийных и внеплановых отключениях возобновление электроснабжение производится согласно заявке в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации. Время операционных переключений выбирается энергоснабжающей организацией исходя из рабочих часов оперативного персонала.

Согласно пункту 2.3 договора абонент обязуется:

- производить расчеты за электрическую энергию и мощность в порядке, предусмотренном разделом 4 настоящего договора «Расчеты за пользование электрической энергией»;

- обеспечивать сохранность, исправность и безопасность эксплуатации электрооборудования, линий электропередачи, устройств системной противоаварийной автоматики и других электроустановок и устройств, принадлежащих абоненту и находящихся на его территории.

В течение 2 календарных дней с момента обнаружения неисправности сообщать энергоснабжающей организации в письменной форме обо всех нарушениях схем и неисправностях в работе приборов учета электрической энергии;

- сообщать энергоснабжающей организации об изменениях и представлять документацию для переоформления условий договора при предстоящих: увеличении мощности токоприемников выше установленной приложением № 3 к договору, реорганизации, изменении схемы электроснабжения и учета

электроэнергии, подключении новых объектов, изменении режимов энергопотребления;

- проводить контроль значения коэффициента мощности – cos (f) при изменении и значении ниже 0,9 сообщить энергоснабжающей организации;

- предоставлять энергоснабжающей организации заявку об установлении объема энергопотребления на предстоящий год с разбивкой по месяцам до 1 сентября текущего года.

Настоящий договор вступает в силу с момента подписания обеими сторонами и действует по 07.04.2023 (пункт 7.1 договора).

30.11.2023 между сторонами заключено дополнительное соглашение № 18, в соответствии с пунктом 1.1 которого стороны договорились изложить пункт 7.1 договора в следующей редакции: «7.1. Настоящий договор вступает в силу с момента подписания обеими сторонами и действует по 30.06.2024, а в части оплаты действует до полного исполнения обязательств.».

28.06.2024 между сторонами заключено дополнительное соглашение № 19, в соответствии с пунктом 1.1 которого стороны договорились изложить пункт 1.1 договора в следующей редакции: «1.1. Предметом настоящего договора является поставки энергоснабжающей организацией абоненту электроэнергии (излишек собственной генерации электроэнергии, вырабатываемой газотурбинной установкой (ГТУ) модель Taurus 70S, модификация 10301s), инвентарный номер № BDSDAA-1100-006 (далее – оборудование). Абонент обязуется оплачивать принятую энергию в порядке и на условиях, предусмотренных договором, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением электроэнергии.».

Согласно пункту 1.3 дополнительного соглашения от 28.06.2024 № 19 стороны договорились дополнить договор пунктом 6.4 следующего содержания: «6.4. Регламентом совета ЕС от 31.07.2014 № 833/2014 оборудование и комплектующие для его ремонта и технического обслуживания включены в санкционный список, с учетом чего ремонт оборудования в случае аварийной остановки, не представляется возможным. Принимая во внимание указанные обстоятельства, к энергоснабжающей организации не применяется ответственность за прекращение поставки электроэнергии в случае, указанном в пункте 2.2.4, а также в случаях аварийной остановки/поломки оборудования.».

Пункт 7.1 договора согласно дополнительному соглашению от 28.06.2024 № 19 изложен в следующей редакции: «7.1. Договор вступает в силу с момента подписания уполномоченными представителями сторон и действует до 31.08.2024, а в случае аварийной остановки/поломки оборудования, прекращает действие в день аварийной остановки/поломки оборудования.».

Пункт 7.2 договора согласно дополнительному соглашению от 28.06.2024 № 19 изложен в следующей редакции: «Договор может быть расторгнут досрочно при применении нормативно-правового законодательства Российской Федерации в области электроэнергетики. При выявлении обстоятельств. Которые могут привести к аварийному останову/поломке оборудования, договор может быть расторгнут энергоснабжающей организацией в одностороннем внесудебном порядке с уведомлением абонента за 24 часа до даты расторжения. В указанном случае надлежащим способом уведомления абонента о расторжении договора стороны признают направление соответствующего уведомления на электронную почту абонента».

Письмом от 29.11.2024 № 437-Р ответчик уведомил истца о том, что срок действия договора продлеваться не будет.

Письмом от 24.12.2024 № 487-Р ответчик уведомил истца о прекращении поставки электрической энергии 31.12.2024 по причине окончания срока действия договора.

31.12.2024 ответчик прекратил поставку электрической энергии истцу по причине окончания срока действия договора.

Истец, полагая, что условия оспариваемых дополнительных соглашений №№ 18 и 19 к договору являются недействительными на основании пунктов 1 и 3 статьи 179 и 426 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Суд первой инстанции не усмотрел правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого решения по доводам апелляционной жалобы в силу следующего.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

В силу пункта 2 Закона № 35-ФЗ законодательство Российской Федерации об электроэнергетике основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), настоящего Федерального закона и иных регулирующих отношения в сфере электроэнергетики федеральных законов, а также указов Президента Российской Федерации и постановлений Правительства Российской Федерации, принимаемых в соответствии с указанными федеральными законами.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 35-ФЗ нормативные правовые акты в области государственного регулирования отношений в сфере электроэнергетики принимаются в соответствии с федеральными законами Правительством Российской Федерации и уполномоченными им федеральными органами исполнительной власти.

Согласно пункт 1 статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 546 ГК РФ, в случае, когда абонентом по договору энергоснабжения выступает юридическое лицо, энергоснабжающая организация вправе отказаться от исполнения договора в одностороннем порядке по основаниям, предусмотренным статьей 523 настоящего Кодекса, за исключением случаев, установленных законом или иными правовыми актами.

Истец считает, что договор является фактически договором на оказание услуг по передаче электрической энергии, договором публичным, а, следовательно, он должен соответствовать требованиям статьи 422, статьи 426 ГК РФ. Условия публичного договора, не соответствующие требованиям, установленным пунктами 2 и 4 статьи 426 ГК РФ ничтожны.

Как верно установлено арбитражным судом первой инстанции, заключенный между сторонами договор не является публичным, а, соответственно, условия договора определяются по усмотрению сторон на основании статьи 421 ГК РФ: в частности, исходя из принципа свободы договора стороны согласовали подпункты 1.2 и 1.5 пункта 1 дополнительного соглашения № 19 к договору.

Так, в соответствии с пунктом 28 Основных положений № 442 по договору энергоснабжения гарантирующий поставщик обязуется осуществлять продажу электрической энергии (мощности), а также самостоятельно или через привлеченных третьих лиц оказывать услуги по передаче электрической энергии и услуги, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям, а потребитель (покупатель) обязуется оплачивать приобретаемую электрическую энергию (мощность) и оказанные услуги. Исполнение обязательств гарантирующего поставщика по договору энергоснабжения в отношении энергопринимающего устройства осуществляется, начиная с указанных в договоре даты и времени, но не ранее даты и времени начала оказания услуг по передаче электрической энергии в отношении такого энергопринимающего устройства.

Договор энергоснабжения, заключаемый с гарантирующим поставщиком, является публичным. Для надлежащего исполнения договора энергоснабжения гарантирующий поставщик обязан в порядке, установленном Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, урегулировать отношения, связанные с передачей электрической энергии, путем заключения договора оказания услуг по передаче электрической энергии с сетевой организацией.

Таким образом, действующим законодательством обязанность по урегулированию отношений с сетевой организацией, связанных с передачей электроэнергии, в том числе и по оплате услуг последней, возложена на гарантирующего поставщика.

Согласно пункту 233 Основных положений № 442 федеральный орган исполнительной власти в области регулирования тарифов ведет федеральный

информационный реестр гарантирующих поставщиков и зон их деятельности на основании сведений о присвоении организациям статуса гарантирующего поставщика, об утрате организациями статуса гарантирующего поставщика, изменении границ зон деятельности гарантирующих поставщиков и иных изменениях, связанных с деятельностью гарантирующего поставщика, предоставляемых ему уполномоченным федеральным органом, уполномоченным органом субъекта Российской Федерации, а также предоставляемых ему из иных источников информации в соответствии с настоящим документом и утверждаемым Федеральной антимонопольной службой порядком рассмотрения документов, представляемых в Федеральную антимонопольную службу для формирования и ведения федерального информационного реестра гарантирующих поставщиков и зон их деятельности.

Из распоряжения Комитета по тарифам Санкт-Петербурга от 18.10.2006 № 88-р «О согласовании границ зон деятельности гарантирующих поставщиков электрической энергии на территории Санкт-Петербурга» не следует, что ответчик является гарантирующим поставщиком, имеющим право оказывать услуги по передаче электрической энергии в рамках публичного договора.

Вопреки позиции апеллянта указанное распоряжение является источником официальной информации, опираясь на которое можно делать вывод о наличии у ответчика статуса гарантирующего поставщика.

Довод истца о том, что ответчик является производителем электрической энергии (мощности) на розничном рынке противоречит положениям абзаца 7 пункта 2 Основных положений № 442, поскольку газотурбинная установка ответчика не входит в единую энергетическую систему России и не находится под централизованным оперативно-диспетчерским управлением, а также не входит ни в одну из территориальных электроэнергетических систем, указанных в перечне технологически изолированных электроэнергетических систем, указанных в Перечне технологически изолированных территориальных электроэнергетических систем, являющимся приложением № 1 (1) к Правилам технологического функционирования электроэнергетических систем, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2018 № 937.

При указанных обстоятельствах ссылка истца на пункт 15 постановления Пленума Верховного суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» неприменимы к настоящему делу, поскольку указанный пункт постановления не учитывает специальный характер правоотношений, регулируемых нормативно-правовыми актами в области электроэнергетики, которые определяют круг субъектов, обязанных заключать публичный договор.

Суд апелляционной инстанции также отклоняет довод апелляционной жалобы о ничтожности подпункта 1.3 пункта 1 дополнительного соглашения от 28.06.2024 № 19, поскольку он предусматривает устранение ответственности ответчика за нарушение электроснабжения истца.

Согласно пункту 4 статьи 401 ГК РФ заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства ничтожно.

Из содержания подпункта 1.3 пункта 1 дополнительного соглашения от 28.06.2024 № 19 следует, что он устанавливает объективные обстоятельства, при наступлении которых дальнейшее энергоснабжение истца в условиях санкционных ограничений не представляется возможным.

Указанный подпункт не содержит условий об устранении ответственности ответчика за умышленное нарушение обязательств.

Так, согласно пункту 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» стороны обязательства вправе по своему усмотрению ограничить ответственность должника (пункт 4 статьи 421 ГК РФ).

Из изложенного следует, что условие об ограничении ответственности ответчика при наступлении обстоятельств, которые не связаны с умышленными действиями и/или бездействием истца, установленное подпунктом 1.3 пункта 1 дополнительного соглашения от 28.06.2024 № 19, является законным и согласованным сторонами.

В указанной части суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для признания дополнительного соглашения от 28.06.2024 № 19 недействительным на основании пункта 4 статьи 401 ГК РФ.

Довод истца о кабальности дополнительного соглашения от 28.06.2024 № 19 и о злоупотреблении ответчиком правом не подтвержден относимыми, допустимыми доказательствами, в связи с чем также подлежит отклонению. Материалами дела подтверждается, что истец был заблаговременно уведомлен ответчиком о риске, связанном с невозможностью проведения ремонта газотурбинной установки ответчика, однако истец действий по энергоснабжению своих объектов посредством альтернативного источника электроснабжения не совершил.

Ссылка истца на то, что судом первой инстанции не дана оценка всем доводам стороны подлежит отклонению как несостоятельная, поскольку не отражение в судебном акте всех имеющихся в деле доказательств либо доводов сторон не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной оценки и проверки (определение Верховного суда Российской Федерации от 09.02.2021 № 306-ЭС20-1899).

Аргументы подателя жалобы о том, что ввиду невозможности подключения к судебному заседанию посредством веб-конференции истец был лишен возможности участвовать в судебном заседании, а также то, что суд первой инстанции необоснованно рассмотрел настоящее дело в одном судебном заседании, также отклоняются судом апелляционной инстанции.

В силу части 1 статьи 153.2 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса могут участвовать в судебном заседании путем использования системы веб-конференции при условии заявления ими соответствующего ходатайства и при наличии в арбитражном суде технической возможности осуществления веб-конференции..

Право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (статьи 17 и 18, части 1 и 2 статьи 46, статья 52 Конституции Российской Федерации).

Реализация прав участников арбитражного процесса на доступ к правосудию предполагает соблюдение процедур, установленных АПК РФ.

Заявляя ходатайство о проведении заседания посредством онлайн-связи, участник процесса принимает на себя риски, связанные с вероятностью технической невозможности участвовать в судебном заседании (например, по причине отсутствия в месте его нахождения интернет-соединения, возникновения технических неполадок).

Риски, связанные с техническими проблемами, повлекшими невозможность обеспечения связи, в отсутствие доказательств наличия вины со в этом стороны суда, несет та сторона, которая заявила об участии в судебном заседании посредством использования интернет-ресурса.

Ходатайство истца от 05.05.2025 об участии в судебном заседании 22.05.2025 путем использования системы веб-конференции (онлайн-заседании) одобрено судом первой инстанции.

Поскольку доказательств наличия технического сбоя со стороны «Картотеки арбитражных дел», а также необеспечения судом возможности участия представителя истца в судебном заседании посредством онлайн-связи 22.05.2025, подателем жалобы в материалы дела не представлено, суд первой инстанции правомерно провел судебное заседание в отсутствие истца, надлежащим образом извещенного о рассмотрении дела.

Истец не был лишен возможности заблаговременно до судебного заседания представить в суд все необходимые в обоснование своей правовой позиции доказательства, письменную правовую позицию по делу. Истец не заявил возражений относительно рассмотрения дела в отсутствие его представителей, в связи с чем суд первой инстанции правомерно с учетом положений статей 137, 156 АПК РФ завершил предварительное судебное заседание, перешел к рассмотрению дела по существу в судебном заседании и вынес решение по существу спора.

При этом арбитражный суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что участие представителя истца в судебном заседании 08.10.2025 посредством системы веб-конференции также не было обеспечено при наличии технической возможности.

Доводы жалобы о том, что решение суда было изготовлено путем частичного копирования отзыва ответчика, являются необоснованными, поскольку изложение судом первой инстанции положений законов, которыми руководствовался суд и которые имеются в отзыве, не свидетельствуют о копировании арбитражным судом отзыва ответчика. Суд апелляционной инстанции не усматривает в изложении судом доводов отзыва ответчика нарушений принципов равноправия и состязательности сторон. Вопреки мнению истца, суд первой инстанции также изучил доводы искового заявления и дал им надлежащую правовую оценку. В связи с чем, указанные обстоятельства не повлияли на правильность вынесенного судом первой инстанции судебного акта в соответствии с частью 3 статьи 270 АПК РФ.

Учитывая изложенное, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений судом первой инстанции норм материального или процессуального права, которые согласно статье 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. Решение суда является законным, обоснованным и отмене не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе остаются на истце.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.06.2025 по делу № А56-84818/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий Н.Ф. Орлова

Судьи Г.Н. Богдановская

Я.Г. Смирнова