Постановление от 3 июля 2019 г. по делу № А51-21667/2016

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-21667/2016
г. Владивосток
03 июля 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 июля 2019 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.С. Шевченко,

судей Д.А. Глебова, С.Б. Култышева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «АЛС-ЭМ», ФИО3,

апелляционные производства № 05АП-2176/2019, 05АП-2177/2019, 05АП-2310/2019

на решение от 21.02.2019 судьи В.В. Краснова

по делу № А51-21667/2016 Арбитражного суда Приморского края

по иску ФИО4

к обществу с ограниченной ответственностью «АЛС-ЭМ»

(ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации: 28.11.2002); ФИО3; ФИО2

третье лицо: ИФНС России по Ленинскому району г. Владивостока

о признании недействительной сделки об отчуждении доли и применении последствий её недействительности,

при участии:

от истца: ФИО4, лично, паспорт;

от ФИО4: адвокат Агафонова Ю.Е., по доверенности от 02.08.2016 сроком на 3 года, удостоверение.

от ООО «АЛС-ЭМ» - представитель ФИО5, по доверенности от 21.10.2016 сроком действия на 3 года, паспорт;

от ФИО3- адвокат Родькин Е.В., по доверенности от 03.08.2016, сроком на 3 года, удостоверение;

от ФИО2 – представитель ФИО6, по доверенности от 06.07.2018, сроком действия на 5 лет, паспорт;

ФИО2 - лично, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 (далее – ФИО4, истец) обратился в Арбитражный суд Приморского края с иском к ответчикам - обществу с ограниченной ответственностью «АЛС-ЭМ», ФИО3, ФИО2 (далее – Общество, ФИО3, ФИО2) о признании недействительной (ничтожной) сделки по отчуждению доли в уставном капитале Общества в размере 94,6%, совершенной путем принятия в состав участников Общества ФИО2, увеличения уставного капитала Общества за счет дополнительно внесенных вкладов и перераспределения долей участников в уставном капитале Общества, оформленной решением № 1/16 единственного участника Общества ФИО3 от 12.07.2016 и протоколом № 1/16 внеочередного общего собрания участников Общества от 04.08.2016; применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде восстановления права ФИО3 на долю в уставном капитале Общества в размере 100% с уставным капиталом 6 406 руб. и прекращения права ФИО2 на долю в уставном капитале Общества в размере 94,6% (с учетом уточнений, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Приморского края от 14.02.2017 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2017 решение отменено, производство по делу прекращено со ссылкой на неподведомственность спора арбитражному суду.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 11.07.2017 вывод о неподведомственности спора арбитражному суду признан ошибочным, судебный акт апелляционного суда отменен, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд второй инстанции для разрешения спора по существу заявленных требований.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2017 решение суда первой инстанции от 14.02.2017 оставлено без изменения.

Постановлением Федерального Арбитражного Суда Дальневосточного округа от 07.08.2018 №Ф03-451/2018 решение от 14.02.2017, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2017 по делу №А51- 21667/2016 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в первую инстанцию арбитражного суда Приморского края.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 21.02.2019 признана недействительной сделка по увеличению уставного капитала общества с ограниченной ответственностью «Алс-Эм», совершенная путем принятия в состав участников общества ФИО2, внесения за его счет дополнительных вкладов в уставной капитал общества в общем размере 111 393 рубля и перераспределением долей участников в уставном капитале общества, оформленные решением № 1/16 единственного участника ООО «Алс-Эм» ФИО3 от 12.07.2016 и протоколом № 1/16 внеочередного общего собрания участников ООО «АлсЭм» от 04.08.2016. Применены последствия недействительности сделки путем восстановления размера уставного капитала общества с ограниченной ответственностью «Алс-Эм» до 6 406 рублей, восстановления доли ФИО3 в размере 100%, существовавшем до совершения сделки. Взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Алс-Эм» в пользу ФИО2 111 393 рубля.

Не согласившись с вынесенным решением, ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «АЛС-ЭМ», ФИО3 обратились в апелляционный суд с жалобами, в которых просят решение от 21.02.2019 отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

ООО «АЛС-ЭМ» в своей апелляционной жалобе указывает, что законом прямо предусмотрен способ включения нового участника в общество путем внесения вклада в уставный капитал (п.2 ст. 19 Закона № 14-ФЗ). При этом, если участник общества состоит в браке, то такая сделка считается совершенной с его согласия и не требует нотариального согласия супруга. Признать такую сделку недействительной по мотивам отсутствия согласия супруга учредителя можно, если только будет доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (п.2 ст. 35 СК РФ). Полагает, что выводы суда о том, что обе стороны оспариваемой сделки знали о несогласии истца на их совершение, не подтверждены надлежащими доказательствами и не основаны на нормах права. Считает, что судом необоснованно проигнорирована экономическая обоснованность включения ФИО2 в состав участников ООО «Алс-Эм».

ФИО3 в обоснование своих доводов указывает, что нарушения каких-либо прав отсутствуют, поскольку право общей совместной собственности на долю в размере 100 % было прекращено, имущество в виде долей в обществе уже выбыло из режима совместной собственности. Полагает, что действия ФИО4 по оспариванию сделок по увеличению уставного капитала попадают под диспозицию ст. 10 ГК РФ, то есть являются злоупотреблением правом. Отмечает, что судом первой инстанции не рассмотрено ходатайство о фальсификации электронного письма от ФИО4 в адрес ФИО3

ФИО2 указывает, что обязательным обстоятельством, подлежащим установлению судом, в рассматриваемом случае является осведомленность ФИО2 о несогласии истца на вхождение его в состав участников общества, однако, он находит недоказанным обстоятельства своей осведомленности. Отмечает, что приобретение ФИО2 доли уставного капитала общества было обусловлено сугубо экономическими интересами самого общества.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2019 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 28.05.2019.

Судебное заседание откладывалось до 26.06.2019.

Представители общества «АЛС-ЭМ», ФИО2, ФИО3, поддержали доводы апелляционных жалоб, которые совпадают с текстом апелляционных жалоб, имеющихся в материалах дела. Решение суда первой инстанции просили отменить по основаниям, изложенным в апелляционных жалобах.

Представитель ФИО4 на доводы апелляционных жалоб возражал. Решение Арбитражного суда Приморского края считает законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что между ФИО4 и ФИО3 заключен брак 17.03.1993, расторгнут 16.06.1998. Впоследствии между указанными лицами заключен брак 15.01.1999, расторгнут 26.06.2001. В дальнейшем между указанными лицами брак заключен 29.10.2004, расторгнут 27.09.2016. Брачный договор между указанными лицами не заключался.

Товарищество с ограниченной ответственностью «Алс-Эм» (ОГРН <***>) создано 14.09.1994, его учредителями являлись АООТ «АКФЕСЛада-Сервис» с долей 50%, ФИО3 с долей 50%.

В соответствии с протоколом общего собрания участников ТОО «АлсЭм» № 1 от 29.02.1996 приняты решения: о выходе из состава участников ООО «Алс-Эм» общества АООТ «АКФЕС-Лада-Сервис», принятии в состав участников ФИО4, об увеличении уставного капитала товарищества до 6 406 250 рублей за счет взноса ФИО4 как вновь принятого участника, о распределении долей: ФИО3 – 16%, ФИО4- 84%.

В связи с приведением в соответствие с законом об обществах с ограниченной ответственностью ТОО «Алс-Эм» в 1998 году преобразовано в ООО «Алс-Эм».

Впоследствии между ФИО4 и ФИО3 в связи с частичным отчуждением доли заключен учредительный договор в редакции от 27.09.2005, которым участники ООО «Алс-Эм» распределили доли следующим образом: ФИО4 – 70%, ФИО3 – 30%.

29.03.2007 между ФИО4 и ФИО3 заключен договор купли-продажи доли в ООО «Алс-Эм», согласно которому ФИО4 продал 70% доли в уставном капитале ООО «Алс-Эм» своей супруге ФИО3 за 4 484 руб., в результате чего последняя стала единственным участником и руководителем ООО «Алс-Эм».

На основании решения № 1/16 от 12.07.2016 единственного участника ООО «Алс-Эм» ФИО3 в состав участников ООО «Алс-Эм» принят ФИО2, уставной капитал общества увеличен за счет внесения им вклада в размере 11 393 руб., уставной вклад стал составлять 17 799 руб., доли за счет этого распределены следующим образом: доля ФИО3 составляет 36%, доля ФИО2 составляет 64%.

В соответствии с протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Алс-Эм» от 04.08.2016 № 1/16, уставной капитал увеличен за счет внесения ФИО2 вклада в уставной капитал общества в размере 100 000 руб., в результате уставной капитал увеличен за счет внесения вклада ФИО2 и стал составлять 117 799 руб. вместо 17 799 руб., доли участников перераспределились: доля ФИО3 стала составлять – 5,4%, доля ФИО2 – 94,6%.

Истец, полагая, что сделка по распоряжению совместным имуществом, совершенная путем включения в состав участников общества ФИО2, с перераспределением долей в уставном капитале ООО «Алс-Эм», является ничтожной, так как совершена в нарушение закона, что явилось основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции обоснованно пришел к следующему.

На момент создания ТОО «АЛС-ЭМ» 14.09.1994 (т. 1 л.д. 63) ФИО4 и ФИО3 являлись супругами, брак между которыми был заключен 17.03.1993, расторгнут впоследствии 16.06.1998.

Отношения собственности супругов на указанный момент создания общества подлежали регулированию положениями Гражданского кодекса РСФСР (далее ГК РСФСР, утв. ВС РСФСР 11.06.1964), Кодекса о браке и семье РСФСР (далее КоБС РСФСР , утв. ВС РСФСР 30.07.1969).

В соответствии со статьей 116 ГК РСФСР имущество может принадлежать на праве общей собственности двум или нескольким колхозам или иным кооперативным и другим общественным организациям, либо государству и одному или нескольким колхозам или иным кооперативным и другим общественным организациям, либо двум или нескольким гражданам. Различается общая собственность с определением долей (долевая собственность) или без определения долей (совместная собственность).

Согласно статье 20 КоБС РСФСР имущество, нажитое супругами во время брака, является их общей совместной собственностью. Супруги имеют равные права владения, пользования и распоряжения этим имуществом.

Таким образом, к моменту создания товарищества с ограниченной ответственностью «АЛС-ЭМ», доли участия в таковом, приобретенные ФИО3, являлись общей совместной собственностью супругов Ш-вых.

Непосредственно ФИО4 приобрел статус участника ТОО «АлсЭМ» по итогам проведения общего собрания участников ТОО «Алс-ЭМ» от 26.02.1996 (т. 1 л.д. 64). Данным собранием из состава участников товарищества выведено АООТ «Акфес-Лада-Сервис», в состав участников введен ФИО4, осуществлено увеличение уставного капитала товарищества до 6 406 250 рублей за счет средств вновь принятого участника (ФИО4), распределены доли участников (ФИО4 84%, ФИО3 16%).

Указанные действия, с учетом вступления в силу Семейного кодекса РФ только с 01.03.1996, подпадают под правовое регулирование Части первой Гражданского кодекса РФ, КоБС РСФСР.

Осуществляя толкование содержания протокола №1 от 26.02.1996 с учетом положений статей 254, 431 ГК РФ, судебная коллегия не усматривает оснований для оценки состоявшегося распределения долей участников товарищества пропорционально внесенным вкладам.

К моменту расторжения 16.06.1998 брака между ФИО4 и ФИО3, приобретенное имущество, в частности, в виде долей участия в товариществе «АЛС-ЭМ», ввиду отсутствия осуществления раздела имущества, нажитого в браке, продолжило оставаться общим совместным имуществом данных лиц, сохранив этот статус и после вступления указанных лиц в повторный брак 15.01.1999, расторгнутый 26.06.2001, также без осуществления раздела совместно нажитого имущества к указанному моменту. Аналогичным образом указанное имущество сохранило свой статус общего совместного имущества и к моменту вступления лиц в в брак в третий раз 29.10.2004.

Также не подлежит признанию в качестве соглашения, направленного на раздел совместно нажитого супружеского имущества учредительный договор между супругами Ш-выми, заключенный 27.09.2005 о распределении долей в уставном капитале ООО «АЛС-ЭМ» (ФИО4 70%, ФИО3 30%), в силу следующего.

Осуществление распределения долей в уставном капитале юридического лица по итогам проведения общего собрания участников такого лица, являясь действием, предусмотренных положениями законодательства о соответствующих юридических лицах, даже будучи осуществленным между лицами, являющимися на соответствующий момент супругами, в силу своей правовой природы, направленной на установление и изменение корпоративных правоотношений, не может быть безусловно отнесено к соглашению о разделе совместно нажитого супружеского имущества для целей изменения законного режима такового с общей совместной собственности супругов на индивидуальную собственность каждого из супругов.

Напротив, соглашение о разделе совместно нажитого супружеского имущество по своему содержанию должно прямо свидетельствовать о достижении супругами согласия именно на раздел такого имущества для целей изменения его правового режима с общей совместной собственности на личную собственность супругов, не допуская произвольного толкования в силу неопределенности своего содержания применительно к семейно-имущественным отношениям, исключая возможность изменения в будущем подхода к оценке его содержания со стороны самих супругов, а также третьих лиц, включая наследников и контрагентов.

Данная определенность правового волеизъявления о разделе совместно нажитого супружеского имущества для придания ему правового режима личной собственности направлена на защиту интересов самих супругов на будущее время (в том числе, в случае изменения характера личных взаимоотношений, имеющихся на момент заключения соответствующего соглашения), их наследников (для целей определения размера и состава наследственной массы), договорных контрагентов (для формирования четкой позиции о наличии либо отсутствии необходимости получения согласия второго супруга на совершение тех или иных сделок со спорным имуществом), фискальных и правоохранительных органов.

В силу изложенного, ранее действовавшая редакция указанного пункта 2 статьи 38 СК РФ о допустимости заключения соглашений о разделе общего имущества супругов их соглашению в иной форме, подлежит толкованию в смысле необходимости прямого указания в соответствующем соглашении на выражаемую волю сторон в виде прекращения режима общей совместной собственности, установления в отношении подлежащего разделу имущества режима индивидуальной собственности, в том числе путем ссылки на пункт 2 статьи 38 СК РФ.

Вместе с тем, ни одному из приведенных критериев учредительный договор между супругами Ш-выми, заключенный в редакции 27.09.2005, не отвечает, будучи направленным исключительно на формирование корпоративных правоотношений между указанными лицами.

Оценивая содержание договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «АЛС-ЭМ» от 29.03.2007, согласно которому ФИО4 продал 70% доли в уставном капитале ООО «АЛС-ЭМ» ФИО3 за 4 484 руб., в результате чего последняя стала единственным участником ООО «АСЛ-ЭМ», судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований полагать, что ФИО3 на основании указанного договора приобрела право личной собственности на отчуждаемые ФИО4 70% долей в уставном капитале общества.

Так, указанная сделка затрагивала долю в уставном капитале, изначально имеющую режим общей совместной собственности супругов в силу изложенного выше, данная доля приобреталась ФИО3 при нахождении в брачных отношениях с ФИО4, оплачивалась ею за счет денежных средств, относящихся к совместной собственности супругов, при недоказанности материалами дела обратного.

Формирование супругами Ш-выми оптимальной на соответствующий период их взаимоотношений формы принадлежности корпоративных прав для консолидации управления обществом единолично ФИО3, в рассматриваемом случае не оказало влияние на правовой режим принадлежности долей участия в уставном капитале общества, относившихся и продолживших относиться к общему совместному имуществу супругов.

Приведенный подход соответствует существу позиции Верховного Суда РФ о порядке формирования состава общей совместной собственности супругов, закрепленный в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 № 15 (ред. от 06.02.2007) «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака».

Суд кассационной инстанции отметил, что доказательств раздела в установленном порядке совместно нажитого супружеского имущества в части спорной доли не имеется, корпоративные решения относительно распределения долей между участниками, также как и продажа при нахождении в брачных отношениях одним из супругов второму принадлежащей первому доли в уставном капитале общества, такой раздел не подтверждают. В этой связи доли участия в уставном капитале общества были и оставались (до даты раздела в судебном порядке) общим совместным имуществом супругов.

Учитывая позицию Арбитражного суда Дальневосточного округа, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для переоценки указанных выводов суда первой инстанции, которые сделаны в соответствии с обстоятельствами дела и при правильном применении норм материального права.

На основании изложенного, доводы ФИО3 о том, что имущество в виде долей в обществе уже выбыло из режима совместной собственности судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными.

Довод жалобы ФИО3 о том, что действия ФИО4 по оспариванию сделок по увеличению уставного капитала являются злоупотреблением правом, подлежит отклонению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Гражданское законодательство не допускает осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано судом недобросовестным при установлении очевидного отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения может отказать в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применить иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Суд апелляционной инстанции, оценив обстоятельства дела, не усматривает в действиях истца злоупотребление правом, ответчиками таких доказательств в материалы дела не представлено.

Также подлежит отклонению, как не соответствующий материалам дела, довод ФИО7 о нерассмотрении судом ходатайства о фальсификации электронного письма ФИО4 в адрес ФИО3

Из протокола судебного заседания Арбитражного суда Приморского края от 14.02.2019 (т.8, л.д. 129) усматривается, что заявленное ходатайство о фальсификации доказательств судом рассмотрено и отклонено, поскольку судом в ходе проведения проверки было установлено, что представленные в материалы дела документы не привели к достоверному и однозначному подтверждению ни факта получения электронного письма ФИО3, ни факта его отправки.

Суд кассационной инстанции, направляя рассматриваемое дело на новое рассмотрение, указал на то, что при новом рассмотрении дела судам следует оценить данную сделку на предмет ее ничтожности в силу притворности (статья 170 Кодекса), выяснив, не прикрывает ли сделка по увеличению уставного капитала сделку по отчуждению доли в уставном капитале и, в зависимости от установленного, к сделке, которую стороны действительно имели в виду, применить последствия с учетом существа сделки.

Согласно правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Сделки по введению в состав Общества ФИО2 и по увеличению уставного капитала за счет вклада нового участника с перераспределением доли участия в его пользу, с её установлением в размере 94,6%, совершены в июле и августе 2016 года – в период начавшегося бракоразводного процесса между ФИО8 (брак прекращен 27.09.2016).

Эти сделки, при отсутствии объективной необходимости в увеличении уставного капитала общества за счет вкладов третьих лиц (с учетом наличия или отсутствия возможности увеличить капитал за счет имущества самого Общества или за счет вкладов участника), а также при доказанности внесения новым участником неэквивалентного вклада (исходя из действительной, а не номинальной стоимости доли, учитывая стоимость чистых активов Общества) могут рассматриваться как сделки, направленные на достижение такого же результата, как отчуждение доли в уставном капитале Общества в размере 94,6%, то есть, являясь притворными, прикрывать собой сделку отчуждения доли (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Приведенное толкование норм содержится в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 №9913/13.

В период оспариваемых действий не было острой необходимости на увеличение уставного капитала ни по причине действующего законодательства, ни по причине финансового состояния фирмы, так как продукция фирмы была востребована, угрозы несостоятельности (банкротства) не представлялось, увеличение уставного капитала было возможно за счет собственных ресурсов общества (следует из анализа балансов представленных ИФНС за период 2015-2016 годов), оборот общества составлял более 200 000 руб. Увеличение уставного капитала не показало существенного роста доходности фирмы. Государственных контрактов в 2016 году не заключалось, также как и контрактов с иностранными агентами после внесенных ФИО2 инвестиций. Также ответчиками не представлено доказательств необходимости увеличения уставного капитала для возможности участия в государственных закупках (на что указывали в своих пояснениях ответчики). Доказательств наличия таких требований в аукционной (конкурсной) документации каких либо торгов, проводимых муниципальными или государственными заказчиками, и в которых участвовало бы общество, в материалы дела не представлено.

Таким образом, ответчиками не представлены документы, свидетельствующие, что с введением нового участника и внесением им дополнительных денежных средств общество оптимизировало, увеличило свою финансовую деятельность.

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции правомерно признал оспариваемые истцом сделки притворными по смыслу части 2 статьи 170 ГК РФ, прикрывающими собой сделку отчуждения ФИО3 в пользу ФИО2 части доли в размере 94,6% уставного капитала общества.

Довод ФИО2 о том, что приобретение им доли уставного капитала общества было обусловлено сугубо экономическими интересами общества отклоняется судом как необоснованный. Доказательств в обоснование своей позиции ФИО2 не представил, материалы дела таких доказательств также не содержат.

В соответствии с пунктом 2 статьи 35 СК РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

С учетом фактически сложившихся отношений между ФИО4 и ФИО3 (что подтверждается материалами дела), приобретая долю участия в уставном капитале общества в размере 94,6 % накануне расторжения ими брака в очередной раз, ФИО2 (сын ФИО3 и пасынок ФИО4) вряд ли мог исходить из презумпции согласия ФИО4 на совершение сделки его супругой ФИО3, в результате которой их общая совместная собственность в имуществе общества значительно уменьшалась (от 100 % в уставном капитале до 5,4 %). Напротив, проявляя должную степень осмотрительности, действуя разумно и добросовестно, он должен был выяснить волеизъявление ФИО4 в отношении такой сделки, существенно затрагивающей имущественные права и интересы истца по настоящему делу.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что на момент совершения оспариваемых сделок ФИО3 и ФИО2 знали о несогласии ФИО4 на отчуждение доли ООО «Алс-Эм». Основания для переоценки выводов суда первой инстанции в данной части у апелляционной коллегии отсутствуют, поскольку указанные выводы подтверждены материалами дела.

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, свидетельствуют о несогласии заявителей с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом первой инстанции доказательств, но не опровергают их.

Апелляционные жалобы не содержат доводов, которые бы могли повлиять на правовую оценку спорных правоотношений.

Таким образом доводы апелляционных жалоб не нашли своего подтверждения, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по госпошлине по апелляционным жалобам относятся на заявителей.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 21.02.2019 по делу №А51-21667/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

А.С. Шевченко

Судьи

Д.А. Глебов

С.Б. Култышев