Постановление от 11 октября 2023 г. по делу № А60-15365/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7318/19

Екатеринбург

11 октября 2023 г.


Дело № А60-15365/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2023 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Морозова Д.Н.,

судей Новиковой О.Н., Павловой Е.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.05.2023 по делу № А60-15365/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2023 по тому же делу.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа принял участие финансовый управляющий ФИО2.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.


Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.01.2018 по заявлению Федеральной налоговой службы в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Решением суда от 16.06.2018 должник признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

Решением суда от 18.09.2020 по делу № А60-19934/2020 ФИО3 признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина.

Определением суда от 11.02.2022 дела № А60-19934/2020 и № А60-15365/2017 объединены в одно производство для совместного рассмотрения с присвоением объединенному делу № А60-15365/2017.

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной как единой сделки по отчуждению принадлежащего должнику ФИО3 недвижимого имущества, оформленной договорами купли-продажи: от 16.07.2015, заключенного между должником и ФИО4 в отношении объекта незавершенного строительства площадью застройки 145 кв.м., расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер: 66:63:1801002:543; и от 23.08.2018, заключенного между ФИО4 и ФИО1 в отношении жилого дома площадью 345,5 кв.м., кадастровый номер: 66:63:1801002:1475 и находящегося под ним земельного участка, кадастровый номер: 66:63:1801002:7, расположенных по адресу: <...> (далее – спорное имущество); применении последствий недействительности сделки (с учетом уточнения).

К участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно его предмета, привлечена ФИО5.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.05.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2023, договоры купли-продажи от 16.07.2015 между ФИО3 и ФИО4 и от 23.08.2018 между ФИО4 и ФИО1 признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника здания площадью 345,5 кв.м., кадастровый номер: 166:63:1801002:1475 и находящегося под ним земельного участка, кадастровый номер: 66:63:1801002:7, расположенных по адресу: <...>.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда от 22.05.2023 и постановление суда от 16.07.2015 отменить, принять новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявления финансового управляющего в части требования о признании договора купли-продажи от 23.08.2018 недействительным и примененного последствия недействительности сделки.

В кассационной жалобе ответчик ссылается на необоснованность выводов судов о его заинтересованности по отношению к ответчику ФИО4 Таким образом, кассатор полагает, что презумпция осведомленности о наличии у должника признаков неплатежеспособности к нему неприменима.

ФИО1 приводит обстоятельства заключения договора купли-продажи. В обоснование наличия финансовой возможности приобрести спорное имущество ответчик утверждает, что для оплаты покупки он использовал деньги, полученные от продажи принадлежавшей ему квартиры, расположенной по адресу: <...>, по договору купли-продажи от 21.08.2018.

Заявитель кассационной жалобы относительно цены договора приводит довод о том, что она сформировалась исходя из реальных вложений в данный объект, которые требовались для его достройки (спорный дом имел степень готовности 75%, нет разводки электричества, отделки и отопления).

Учитывая вышеизложенное, ответчик ссылается на то, что он является добросовестным приобретателем спорного имущества: купил по возмездной сделке у собственника, срок владения объектами недвижимости которого составил более трех лет. При этом никакой информации о том, что спорный объект формально или юридически принадлежал ФИО3, нигде не содержалось.

В судебном заседании суда кассационной инстанции финансовый управляющий просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения, считает их законными и обоснованными.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 16.07.2015 между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) подписан договор купли-продажи, по условиям которого должник продал ФИО4 объект незавершенного строительства площадью застройки 145 кв.м., степень готовности объекта: 75%, кадастровый номер: 66:63:1801002:543, расположенный по адресу: <...>. Объект незавершенного строительства находился на земельном участке, площадью 1384 кв.м., кадастровый номер: 66:63:1801002:7 (спорный земельный участок), принадлежавшем должнику на основании договора временного пользования землей от 07.08.2001 № 0140, соглашения от 27.03.2014 к нему, заключенных с муниципальным образованием «Город Сухой Лог» (пункт 2 договора). В силу пункта 3 договора объект незавершенного строительства продан покупателю за 500 000 руб.

Право собственности ФИО4 зарегистрировано 29.07.2015.

23.08.2018 между ФИО4 (продавец) и ФИО1 (покупатель) подписан договор купли-продажи, согласно условиям которого ФИО1 покупает недвижимое имущество: спорный земельный участок и расположенный на нем спорный дом. Земельный участок принадлежит продавцу на праве собственности на основании договора купли-продажи земельного участка от 13.10.2017 № 142, заключенного с Администрацией городского округа Сухой Лог (право собственности ФИО4 на участок зарегистрировано 25.10.2017, на завершенный строительством жилой дом – 02.10.2017). Объекты недвижимости проданы по цене 970 000 руб., в том числе 200 000 руб. стоимость земельного участка, 770 000 руб. – жилого дома (пункт 4 договора).

Право собственности ФИО1 зарегистрировано 27.08.2018.

Ссылаясь на наличие оснований для признания спорных сделок недействительными в силу пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (осуществлены в отсутствие встречного предоставления с целью причинения вреда имущественным правам должника и его кредиторов при наличии у должника признаков неплатежеспособности, без намерения создать соответствующие правовые последствия), финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании договоров купли-продажи от 16.07.2015 и 23.08.2018 недействительными.

Возражая против заявленных требований, соответчик ФИО1 указал на то, что он является добросовестным приобретателем, представил объяснения относительно обстоятельств заключения сделки, источнике получения денежных средств на приобретение спорного имущества по договору от 23.08.2018; сослался на отсутствие признаков заинтересованности между ним и соответчиком ФИО4, относительно стоимости объектов по договору указал на то, что в условиях наличия у земельного участка кадастровой стоимости (179 490 руб.) и цены выкупа ФИО4 у муниципального образования (1615 руб.) довод о заниженной стоимости имущества не имеет правового значения; отметил, что в заключениях экспертов имеются нарушения, в связи с чем действительная стоимость объектов недвижимости ниже.

Определением от 04.11.2019 судом первой инстанции назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ФИО6. В соответствии с выводами эксперта рыночная стоимость объекта незавершенного строительства на дату 16.07.2015 составляла 8 076 000 руб., земельного участка – 208 500 руб.; на дату 27.08.2018 – 8 949 000 руб. и 239 000 руб., соответственно.

Определением суда от 13.09.2020 назначена повторная судебная экспертиза по определению рыночной стоимости спорного объекта на дату совершения сделки, производство которой поручено эксперту ФИО7. Согласно выводам эксперта рыночная стоимость объекта незавершенного строительства на дату 16.07.2015 составляла 5 276 493 руб., земельного участка – 222 824 руб.; на дату 27.08.2018 – 3 821 158 руб. и 271 264 руб., соответственно.

Удовлетворяя заявленные финансовым управляющим требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии с положениями статьи 61.1 Закона о банкротстве совершенные должником или другими лицами за счет должника сделки могут быть признаны недействительными как по основаниям и в порядке, указанным в Закона о банкротстве, так и в соответствии с гражданским законодательством.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. При этом стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При рассмотрении спора судами установлено, что спорные договоры заключены 16.07.2015 и 23.08.2018, а дело о банкротстве ФИО3 возбуждено 18.07.2017.

Исходя из периода образования задолженности (решения арбитражного суда, судов общей юрисдикции о взыскании с должника задолженности), включенной в реестр требований кредиторов должника (с 24.06.2014 по 20.10.2015), суды установили, что отчуждение спорного имущества произведено в период, когда у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, в связи с чем пришли к выводу о том, что в период заключения сделки должник обладал признаком неплатежеспособности.

Оценивая доводы о заинтересованности ФИО4 по отношению к должнику, судами установлено, что ФИО4 является родной сестрой матери должника, в связи с чем пришли к выводу о том, что должник и соответчик являются заинтересованными лицами, что предполагает (презюмирует) осведомленность ФИО4 о финансовом положении должника на момент заключения первого договора купли-продажи и общей цели их заключения.

Кроме того суды оценили выводы, изложенные в заключениях экспертов, проведенных в рамках обособленного спора; судами сделан вывод об обоснованности доводов управляющего о том, что цена объектов в размере 500 000 руб. является заниженной.

В отсутствие документов, подтверждающих возможность ФИО4 передать спорную сумму должнику, учитывая, что в рамках настоящего дела о банкротстве ранее признаны недействительными заключенные между должником и ФИО4 договоры купли-продажи гаража (кадастровый номер 66:63:0101029:286) от 03.11.2015, земельного участка (кадастровый номер 66:63:0101035:415) и нежилого помещения (кадастровый номер 66:07:1002009:2148) от 16.07.2015, суды также признали обоснованными доводы финансового управляющего о том, что передача ФИО4 денежных средств должнику не производилась.

Учитывая пассивное процессуальное поведение как должника, так и ФИО4, суды пришли к заключению о недоказанности данным ответчиком наличия у него финансовой возможности приобрести спорный объект незавершенного строительства, в связи с чем констатировали, что в результате совершения должником спорных сделок причинен вред имущественным правам кредиторов в виде уменьшения размера имущества должника, приведшего к частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для признания договора купли-продажи от 16.07.2015 ничтожной сделкой – совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Кроме того, судами установлено, что в последующем между соответчиками ФИО4 и ФИО1 подписан договор купли-продажи спорного имущества от 23.08.2018.

Проверяя доводы финансового управляющего о том, что ФИО3 оставался действительным собственником спорного имущества и являлся реальной стороной совершенной сделки, на основании которой в 2018 г. имущество выбыло из владения должника, суды исходили из следующего.

С даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично (абзац 2 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу 3 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего), в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны.

Оспариваемая сделка осуществлена 23.08.2018, то есть после введения в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина (16.06.2018).

Наличие нетипичной для гражданского оборота ситуации, в которой находились стороны при заключении договоров купли-продажи, предполагает детальное изучение всех обстоятельств совершения оспариваемых сделок. Разумно действующий покупатель, когда ему предлагают приобрести объекты от имени лица, не являющегося действительной стороной договора, обычно предпринимает дополнительные меры для проверки полномочий и установлению иных сопутствующих совершению сделки обстоятельств.

Оценивая доказательства исполнения ФИО1 договорной обязанности по оплате спорного имущества, суды отнеслись критически к представленным им доказательствам: ответчик, осуществлявший риелторскую деятельность, ссылался на то, что денежные средства в конце 2018 г. были необходимы ему для личных целей ввиду болезни супруги ответчика, между тем ответчиком в 2019 г. приобретено иное недвижимое имущество; сведения об источниках дохода в указанный период ответчиком не раскрыты, как не раскрыты и сведения о том, из каких источников он узнал о реализации спорного объекта. Судами также отмечено, что, приобретя жилой дом в августе 2018 г., ФИО1 не произвел с ним какие-либо ремонтные работы, не законсервировал, не очистил от мусора и инородных предметов, что не свойственно собственнику недвижимости. Несовершение минимальных действий по обеспечению сохранности объекта недвижимости, а также объяснения управляющего о том, что при выезде специалистов на объект для проведения судебной экспертизы ответчик ФИО1 не знал местонахождение спорного дома на местности, при этом в доме находились материалы и оборудование, принадлежащие должнику, сочтено судами доказательствами того, что объект, в действительности, не выбывал из владения должника.

При таких обстоятельствах суды двух инстанций пришли к выводу о недоказанности ответчиком наличия у него финансовой возможности покупки спорного имущества, в связи с чем судами сделан вывод о том, что расчеты по оспариваемой сделке также произведены не были; суды пришли к выводу, что должником предпринята попытка оставить ликвидное имущество за собой с целью его последующей реализации вне рамок процедуры банкротства, поскольку спорный объект реализован ФИО8 в пользу ФИО1 в августе 2018 г., когда финансовым управляющим поданы заявления об оспаривании иных сделок должника.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства в их взаимосвязи и совокупности, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, принимая во внимание совершение сделки после введения процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника, установив, что ФИО1 не опровергнуты разумные сомнения о том, что он является заинтересованным к должнику лицом ввиду нетипичности условий сделки, в отсутствие в материалах дела надлежащих доказательств осуществления расчетов за спорное имущество, а также то, что в результате заключения спорной сделки причинен вред имущественным правам кредиторов в виде выбытия из собственности должника дорогостоящего имущества, реализация которого может привести к частичному удовлетворению требований кредиторов, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для признания договора кули-продажи от 23.08.2018 недействительным.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, суды применили последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника спорного имущества в том виде, в котором оно существовало на дату отчуждения в 2018 году.

Доводы кассационной жалобы о том, что ФИО1 является добросовестным приобретателем (об отсутствии заинтересованности, об источнике происхождения денежных средств на оплату цены оспариваемой сделки, о факторах формирования цены договора и др.), аналогичные доводам апелляционной жалобы ответчика и его доводам, представленным в суде первой инстанции (т. 7, л.д. 63-84, 100-104), судом округа рассмотрены и отклоняются, поскольку являлись предметом оценки судов, о нарушении ими норм права не свидетельствует, представляют собой попытку переоценки доказательств. Вместе с тем оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Иная оценка заявителем жалобы фактических обстоятельств дела, а также иное толкование им положений закона не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены/изменения постановленных ими судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не выявлено, следует признать, что обжалуемые судебные акты отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.05.2023 по делу № А60-15365/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Д.Н. Морозов



Судьи О.Н. Новикова



Е.А. Павлова