Решение от 12 апреля 2021 г. по делу № А13-11980/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛОГОДСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Герцена, д. 1 «а», Вологда, 160000


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А13-11980/2020
город Вологда
12 апреля 2021 года



Резолютивная часть решения объявлена 06 апреля 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 12 апреля 2021 года.


Арбитражный суд Вологодской области в составе судьи Курпановой Н.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном онлайн-заседании дело по иску Федеральной налоговой службы в лице Управление Федеральной налоговой службы России по Пермскому краю (ОГРН <***>) к арбитражному управляющему ФИО2 (ИНН <***>) о взыскании 3 313 096 рублей 17 копеек и арбитражному управляющему ФИО3 (ИНН <***>) о взыскании 2 662 907 рублей 03 копеек,

с участием в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «КунгурАгроСтрой», некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация «Сибирский центр экспертов антикризисного управления», общества с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь», общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «ТИТ», общество с ограниченной ответственностью «Центральное общество», общество с ограниченной ответственностью «Мясоперерабатывающий завод «Телец», общество с ограниченной ответственностью «КунгурАгроСтрой», председатель ликвидационной комиссии общества с ограниченной ответственностью «КунгурАгроСтрой» (ОГРН <***>) – ФИО4,

при участии от истца – ФИО5 по доверенности от 27.01.2021, ответчика – арбитражного управляющего ФИО3 по паспорту; от некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» – ФИО6 по доверенности от 21.05.2020,



у с т а н о в и л:

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы России по Пермскому краю (далее - УФНС России по Пермскому краю) обратилась в Арбитражный суд Пермского края с иском о признании обоснованным и доказанным факт причинения убытков кредиторам, в том числе уполномоченному органу, конкурсными управляющими общества с ограниченной ответственностью «КунгурАгроСтрой» ФИО2 и ФИО3 в размере 13 606 000 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 29 июля 2020 года указанный иск передан на рассмотрение Арбитражного суда Вологодской области.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 15 сентября 2020 года иск УФНС России по Пермскому краю принят судом к производству, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены некоммерческое партнерство «Саморегулируемая организация «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» (ОГРН <***>, далее - Организация), общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь» (ОГРН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «ТИТ» (ОГРН <***>).

Арбитражным судом Вологодской области удовлетворено заявление истца от 05.10.2020 № 17-08/17059 об уточнении предъявленных требований, к арбитражному управляющему ФИО2 о взыскании 3 312 096 рублей 17 копеек и арбитражному управляющему ФИО3 о взыскании 2 662 907 рублей 03 копейки убытков. В обоснование своей позиции ссылаются на ненадлежащее исполнение арбитражными управляющими своих обязанностей в ходе процедуры банкротства общества с ограниченной ответственностью «КунгурАгроСтрой» (ОГРН <***>, далее - ООО «КунгурАгроСтрой»).

Определением от 22 октября 2020 года судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Центральное общество» (ОГРН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Мясоперерабатывающий завод «Телец» (ОГРН <***>, далее – ООО «МПЗ «Телец»), ООО «КунгурАгроСтрой».

Определением суда от 08 декабря 2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен председатель ликвидационной комиссии ООО «КунгурАгроСтрой» (ОГРН <***>) – ФИО4.

В судебном заседании представитель истца поддержал уточненные требования.

Арбитражный управляющий ФИО2 надлежащим образом уведомлен о рассмотрении дела, отзыв по существу заявленных требований не представил, представитель в судебное заседание не прибыл.

Арбитражный управляющий ФИО3 в отзыве на исковое заявление и в судебном заседании заявленные к нему требования отклонил, сославшись на отсутствие его вины, передачу товарно-материальных ценностей ООО «МПЗ «Телец», а также на решение суда, которым истцом взысканы убытки с руководителя ООО «КунгурАгроСтрой».

Организация в отзыве на исковое заявление и представитель в судебном заседании полагают заявленные требования необоснованными, кроме того оспаривают размер предъявляемых убытков, представили котррасчет.

ООО «МПЗ «Телец» в отзыве на исковое заявление указали на то, что никаких товарно-материальных ценностей в их адрес от арбитражных управляющих ООО «КунгурАгроСтрой» не передавалось. Ходатайствуют о рассмотрении дела в отсутствии представителя.

Председатель ликвидационной комиссии общества с ограниченной ответственностью «КунгурАгроСтрой» ФИО4 указал, что все имущество, имевшееся на дату введения процедуры конкурсного производства находится в наличии в ООО «КунгурАгроСтрой» и по желанию уполномоченного органа может быть ему передано. Представитель в судебное заседание не прибыл.

Остальные третьи лица надлежащим образом уведомленные о времени и месте рассмотрения дела в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), представителей в судебное заседание не направили, отзывы на исковое заявление не представили.

Дело рассмотрено в соответствии со статьей 156 АПК РФ при имеющейся явке.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, суд считает, что уточненные исковые требования подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 06.06.2017 принято к производству заявление ликвидатора ООО «КунгурАгроСтрой» о признании общества несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, возбуждено дело о банкротстве (дело № А50-11225/2017).

Решением арбитражного суда от 13.07.2017 ООО «КунгурАгроСтрой» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника; конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Объявление о банкротстве опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 22.07.2017 № 132.

Определением от 27.11.2017 требования уполномоченного органа в сумме 15 817 рублей 40 копеек включены во вторую очередь реестра требований кредиторов должника, в сумме 9 811 933 рубля 55 копеек основного долга, 3 742 858 рублей 60 копеек пени и 962 909 рублей 43 копейки штрафов включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Определением от 21.06.2018 удовлетворена жалоба УФНС России по Пермскому краю, признаны ненадлежащими действия (бездействие) ФИО2 при исполнении обязанностей конкурсного управляющего должника, ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Данным же определением ФИО3 - член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» утвержден конкурсным управляющим должника.

Определением от 07.08.2019 удовлетворена жалоба УФНС России по Пермскому краю, признаны ненадлежащими действия (бездействие) ФИО3 при исполнении обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением суда от 19.07.2019 (резолютивная часть оглашена 12.07.2019) производство по делу о банкротстве ООО «КунгурАгроСтрой» прекращено по ходатайству уполномоченного органа в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве (абзац 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве).

Ссылаясь на то, что неправомерными действиями арбитражных управляющих ФИО2 и ФИО3 УФНС России по Пермскому краю причинены убытки в виде неудовлетворенных сумм требований, включенных в реестр требований кредиторов, истец обратился в суд с настоящим заявлением.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4. Закона о банкротстве), а также возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

После завершения конкурсного производства либо прекращения производства по делу о банкротстве требования о возмещении упомянутых убытков, если они не были предъявлены и рассмотрены в рамках дела о банкротстве, могут быть заявлены в общеисковом порядке в пределах оставшегося срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 29.12.2017) «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В абзаце восьмом пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный управляющий в числе прочего обязан принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.

Основной целью конкурсного производства является формирование конкурсной массы и пропорциональное удовлетворение требований кредиторов. Все перечисленные выше обязанности конкурсного управляющего направлены на достижение основной цели конкурсного производства - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов должника за счет сформированной конкурсной массы.

В пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» указано, что под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401 и пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) доказывается лицом, привлекаемым к ответственности в виде взыскания убытков.

Представленными в материалы дела доказательствами подтверждается факт ненадлежащего исполнения конкурсными управляющими ФИО2 и ФИО3 возложенных на них обязанностей, что в свою очередь привело к утрате имущества должника.

Вступившим в законную силу определением суда от 21.06.2018 по делу № А50-11225/2017 в рамках дела о банкротстве ООО «КунгурАгроСтрой» признаны ненадлежащими действия конкурсного управляющего ФИО2, выразившиеся, в том числе, в несвоевременном проведении инвентаризации имущества должника, несвоевременном опубликовании результатов инвентаризации, не проведении финансового анализа хозяйственной деятельности должника.

Как следует из текста данного определения, по данным бухгалтерского учета должник на 01.01.2017 имел оборотные активы в сумме 21 313 000 рублей, в том числе запасы в сумме 13 606 000 рублей. Балансовая стоимость имущества, включенного в конкурсную массу должника составила, в том числе по запасам, 6 062 900 рублей. Учитывая, что ликвидатором должника в заявлении о признании должника несостоятельным (банкротом) указывались активы должника в значительно большем объеме, чем включено конкурсным управляющим ФИО2 в инвентаризационную опись, суд делает вывод о том, что длительное не составление инвентаризационной описи (в течение 6 месяцев), длительное непринятие мер по реализации имущества должника привело к утрате (выбытию) значительной части имущества, запасы на сумму 7 543 100 рублей уменьшены (фактически утрачены), что привело к причинению убытков и повлияло на права кредиторов в деле о банкротстве должника.

Доказательства того, что конкурсным управляющим ФИО2 принимались какие-либо меры по розыску имущества, в материалах дела № А50-11225/2017 отсутствуют, в материалы настоящего дела не представлены.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 07.08.2019 в рамках дела о банкротстве ООО «КунгурАгроСтрой» признаны ненадлежащими действия (бездействие) ФИО3 при исполнении обязанностей конкурсного управляющего должника, которые выразились, в том числе, в не проведении надлежащего анализа финансового состояния должника, ненадлежащего проведения инвентаризации имущества должника.

В данном определении, судом сделаны выводы о том, что, конкурсным управляющим ФИО3 повторная инвентаризация имущества должника не проведена, кредиторам должника не раскрыта информация о месте нахождения запасов должника (в инвентаризационной описи запасов должника от 05.03.2018 нахождение запасов также не указано). При этом судом установлено, что у должника отсутствует какое-либо недвижимое имущество, где могли бы находиться запасы должника, а также отсутствуют действующие договоры аренды недвижимого имущества, договоры хранения.

Также суд указывает, что не представлено доказательств передачи имущества (запасов на сумму 6 062 902 рубля, указанных в инвентаризационной описи, составленной ФИО2) от конкурсного управляющего ФИО2 конкурсному управляющему ФИО3, а кроме того, суд ссылается на то, что никаких действий по реализации имущества должника после утверждения Положения о порядке, сроках, условиях продажи имущества, конкурсным управляющим ФИО3 не предпринималось.

С учетом вышеизложенных доводов, арбитражный суд Пермского края делает вывод о том, что представленными ФИО3 документами не подтверждается факт наличия какого-либо имущества у должника.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2019 данные доводы суда первой инстанции подтверждены.

Кроме того, из данных судебных актов следует, что ссылки конкурсного арбитражного управляющего ФИО3 на фотографии имущества, а также на заключение договора ответственного хранения подлежат отклонению как документально не подтвержденные.

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Доводы ответчика и третьего лица о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства передачи запасов на сумму 13 606 000 рублей ликвидатором ООО «КунгурАгроСтрой» конкурсному управляющему ФИО2, в связи с чем полагают, что вина конкурсных управляющих в утере имущества не доказана, являются несостоятельными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 130 Закона о банкротстве инвентаризация имущества осуществляется конкурсным управляющим в ходе конкурсного производства.

В соответствии с пунктами 1.3. Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина Российской Федерации от 13.06.1995 № 49, инвентаризации подлежит все имущество организации независимо от его местонахождения и все виды финансовых обязательств. Кроме того, инвентаризации подлежат производственные запасы и другие виды имущества, не принадлежащие организации, но числящиеся в бухгалтерском учете (находящиеся на ответственном хранении, арендованные, полученные для переработки), а также имущество, не учтенное по каким-либо причинам.

Пунктами 1.1., 1.4., 1.5., 2.5., 2.6., 2.7., 3.15. указанных методических указаний установлено, что основными целями инвентаризации являются: выявление фактического наличия имущества; сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета; проверка полноты отражения в учете обязательств. Сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных финансовых обязательств записываются в инвентаризационные описи или акты инвентаризации. Инвентаризационная комиссия обеспечивает полноту и точность внесения в описи данных о фактических остатках основных средств, запасов, товаров, денежных средств, другого имущества и финансовых обязательств, правильность и своевременность оформления материалов инвентаризации.

Как следует из пункта 1.5. Методических указаний, в соответствии с Положением о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации проведение инвентаризаций обязательно, в частности, при смене материально ответственных лиц (на день приемки-передачи дел).

Таким образом, заявленные доводы противоречат целям проведения инвентаризации и оценки имущества, поскольку в случае отсутствия у должника имущества об этом делается отметка в инвентаризационных ведомостях (описях), оценка такого имущества не проводится, имущество описывается и такое списание оформляется соответствующими документами.

В случае выявления отклонений от учетных данных, ФИО2, а в последующем ФИО3 должны были составить сличительные ведомости (пункт 4.1. Методических указаний по инвентаризации), а также предпринять все меры по истребованию отсутствующего имущества от ликвидатора.

Доказательств того, что спорные единицы имущества отсутствовали (были разукомплектованы или находились в негодном состоянии) в момент их инвентаризации или при первоначальной оценке, указанных в данных бухгалтерского учета должника по состоянию на 01.01.2017, в материалы дела не представлено.

При этом, как установлено судебными актами, инвентаризация проведена ФИО2 спустя 6 месяцев после признания должника банкротом, конкурсным управляющим ФИО3 повторная инвентаризация не проводилась, при этом нахождение запасов, включенных конкурсным управляющим ФИО2 в инвентаризационную ведомость 05.03.2018 не было установлено, кредиторам данная информация не раскрыта, доказательств реализации данного имущества, либо невозможности его реализации по каким-либо причинам, на что ссылается ФИО3 в материалы дела не представлено.

Также несостоятельными являются доводы арбитражного управляющего ФИО3 о наличии договора ответственного хранения в отношении имущества должника.

Данные обстоятельства не подтверждены достоверными доказательствами, а кроме того, как уже указывалось выше, опровергнуты вступившими в законную силу судебными актами в рамках дела о банкротстве должника.

Указание бывшего ликвидатора должника ФИО4 на то, что все имущество находится у ООО «КунгурАгроСтрой» и может быть передано истцу по его требованию, также является безосновательным и документально не подтвержденным.

Кроме того, согласно Выписке из Единого государственного реестра юридических лиц руководитель ООО «КунгурАгроСтрой» на дату рассмотрения дела не избран, единственным участником общества является ООО «МПЗ «Телец», которое в отзывах на исковое заявление неоднократно сообщало суду об отсутствии у него какого-либо имущества, принадлежащего ООО «КунгурАгроСтрой», в том числе переданного по копиям актов, представленных в суд ФИО3

Таким образом, полномочия ФИО4 на момент рассмотрения дела на распоряжение имуществом ООО «КунгурАгроСтрой» ничем не подтверждены.

На момент рассмотрения дела, согласно представленным налоговым органом данным ООО «КунгурАгроСрой» никакой хозяйственной деятельности не ведет, бухгалтерскую (налоговую) отчетность в налоговый орган не представляет.

При этом суд учитывает, что определением Арбитражного суда Пермского края от 19.07.2019 (резолютивная часть оглашена 12.07.2019) производство по делу о банкротстве ООО «КунгурАгроСтрой» прекращено по ходатайству уполномоченного органа и конкурсного управляющего ФИО3 связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве (абзац 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве).

При этом ссылка ФИО3 на то, что производство по делу прекращено не в связи с отсутствием у должника имущества, а в связи с отказом конкурсных кредиторов финансировать процедуру, судом не может быть принята.

В силу восьмого абзаца пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве арбитражный суд прекращает производство по делу о банкротстве в случае отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве», если в ходе рассмотрения дела о банкротстве обнаружится, что имеющегося у должника имущества (с учетом планируемых поступлений) недостаточно для осуществления расходов по делу о банкротстве, судья по своей инициативе, либо по ходатайству участвующего в деле лица назначает судебное заседание для рассмотрения вопроса о прекращении производства по делу.

Исходя из приведенных норм Закона о банкротстве и разъяснений законодательства в предмет доказывания по спору о прекращении производства по делу о банкротстве входит установление следующих обстоятельств: отсутствие у должника имущества, возможности обнаружения имущества должника, за счет которого могут быть покрыты расходы по делу о банкротстве; отсутствие письменного согласия кредиторов (кредитора) на финансирование расходов по делу о банкротстве.

Прекращая производство по делу о банкротстве ООО «КунгурАгроСтрой» суд руководствовался этими двумя установленными им обстоятельствами в совокупности.

В абзаце третьем пункт 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что если исходя из обстоятельств дела отсутствие финансирования процедур банкротства не препятствует вынесению определения о завершении конкурсного производства, производство по делу прекращению не подлежит.

Как следствие, при рассмотрении вопроса о прекращении производства по делу о банкротстве должника суд выясняет, кроме отсутствия согласия кредиторов на финансирование, возможность покрыть расходы за счет имущества должника, а также наличие возможности пополнить конкурсную массу. При наличии такой возможности суд отказывает в прекращении производства по делу о банкротстве.

Возможности покрыть расходы за счет имущества должника, либо наличия какой-либо возможности пополнить конкурсную массу, судом при прекращении процедуры банкротства ООО «КунгурАгроСтрой» не было выявлено, конкурсным управляющим не представлено.

При рассмотрении настоящего спора суд учитывает правовую позицию, изложенную в определении Верховного суда Российской Федерации от 28.05.2018 № 310-ЭС-8018, согласно которой наличие причинно-следственной связи между установленными вступившими в законную силу судебными актами обстоятельствами неправомерного действия конкурсного управляющего и возникшими на стороне должника и кредитора убытками презюмируется.

С учетом изложенного, является документально подтвержденным тот факт, что ненадлежащее исполнение ФИО2, а в дальнейшем ФИО3 обязанностей конкурсного управляющего, выразившееся в их бездействии по обеспечению сохранности имущества должника, привело к утрате имущества должника, как следствие, причинило вред имущественным правам кредиторов, под которыми в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве понимается, в том числе, уменьшение стоимости имущества должника.

Ссылка конкурсного управляющего ФИО3 на то, что в рамках дела № 33-14693/33-33/2018 с бывшего руководителя ООО «КунгурАгроСтрой» ФИО7 взыскан ущерб в сумме 8 292 791 рубль причиненный бюджету Российской Федерации в виде сумм неуплаченного ООО «КунгурАгроСтрой» налога на добавленную стоимость судом не принимается.

Эффективные меры по защите конкурсной массы и прав кредиторов в силу положений пункта 3 статьи 20.3 и статьи 129 Закона о банкротстве должны предприниматься прежде всего самим арбитражным управляющим.

Арбитражный управляющий как профессиональный участник антикризисных отношений, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства, а не кредиторы должника, планирует и реализует меры, направленные на возврат в конкурсную массу незаконно выведенного имущества должника накануне его банкротства.

Несмотря на то, что конкурсный управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов, а не отдельных лиц.

Именно этими принципами работы арбитражного управляющего, законодательно установленными правами и обязанностями арбитражного управляющего руководствовался суд Пермского края, признавая незаконным бездействие ФИО2 и ФИО3, повлекшие утрату имущества должника и, как следствие, причинение ущерба кредиторам.

Присуждение к взысканию с директора в пользу бюджета Российской Федерации в рамках других дел не препятствует привлечению конкурсных управляющих к самостоятельной гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков в настоящем деле, учитывая ненадлежащее исполнение ими обязанностей арбитражных управляющих.

Данная позиция согласуется с подлежащими применению при рассмотрении арбитражными судами дел о взыскании убытков с конкурсных управляющих разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» и Обзором судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3(2016).

Таким образом, в данном случае кредитор вправе предъявлять соответствующие требования к каждому из виновных в причинении ущерба лиц до полного возмещения своих имущественных потерь.

При этом, судебным приставом-исполнителем межрайонного отдела судебных приставов по Пермскому краю по запросу суда предоставлена информация об остатке задолженности по исполнительному производству № 11286/18/59046-ИП в отношении ФИО7, которая по состоянию на 05.04.2021 составляет 8 102 862 рубля 51 копейка.

Как следствие, размер удовлетворенных требований составил 189 928 рублей 49 копеек.

Ссылка истца, на то, что данная сумма не должна учитываться при определении размера ущерба, судом не может быть принята.

Правовым основанием для удовлетворения иска о возмещении причиненного преступлением ущерба являлись положения пункта 1 статьи 1064 ГК РФ, устанавливающие обязанность по возмещению вреда в полном объеме лицом, его причинившим. В частности, судом общей юрисдикции установлено, что ФИО7 как руководителем общества причинен вред казне (интересы которой представляет уполномоченный орган) посредством совершения умышленных действий, приведших к непоступлению сумм налогов в бюджет. Таким образом, судом общей юрисдикции был рассмотрен иск кредитора общества к его руководителю о возмещении причиненного данному кредитору вреда противоправными действиями руководителя.

Требование о возмещении убытков с конкурсных управляющих направлен на компенсацию последствий их негативных действий.

Такой иск фактически точно так же направлен на возмещение вреда, причиненного конкурсными управляющими кредитору.

При этом, основанием взыскания с руководителя убытков, явились результаты той же самой выездной налоговой проверки ООО «КунгурАгроСтрой», которые явились основанием и для включения налогового органа в реестр требований кредитора.

Как следствие, в данном случае, как руководитель, так и конкурсные управляющие несут солидарную ответственность по требованию налогового органа о возмещении убытков.

В институте солидарной ответственности остается неизменной генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующих требований заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам.

Таким образом, частичное исполнение решения суда общей юрисдикции ФИО7 уменьшило сумму требований, заявленных налоговым органом в рамках дела о банкротстве должника, как следствие, при расчете сумм, подлежащих взысканию убытков, надлежит исключить сумму 189 928 рублей 49 копеек.

Кроме того, поскольку конкурсным управляющим ФИО3 представлены доказательства понесения им текущих расходов в рамках процедуры банкротства должника в размере 12 517 рублей 72 копеек, суд полагает возможным при расчете подлежащих взысканию убытков включить данную сумму в сумму текущих платежей.

Поскольку установить фактическую стоимость утраченного в ходе проведения процедуры банкротства имущества должника не представляется возможным в виду его утраты, суд полагает обоснованным расчет истца исходя из указанных в определениях суда по делу № А13-11225/2017 сумм стоимости утраченного каждым из арбитражным управляющих имущества, сделанных исходя из инвентаризационной описи, составленной ликвидатором на момент введения в отношении общества процедуры банкротства и инвентаризационной описью составленной ФИО8 05.03.2018, а также судебных актов об отсутствии имущества на момент прекращения производства по делу о банкротстве должника.

Таким образом, в период исполнения обязанностей конкурсным управляющим ФИО2 утрачено имущества на сумму 7 543 100 рублей, ФИО3 - 6 062 902 рубля.

Как следствие, налоговым органом обоснованно исчислено процентное соотношение утраченного каждым конкурсным управляющим имущества от общей стоимости имущества, заявленной ликвидатором общества.

Ссылки Организации на то, что реальная стоимость утраченного имущества должна быть произведена по итогам проведенной оценки имущества судом не принимается, поскольку, как уже указывалось выше, определить фактическую рыночную стоимость имущества не представляется возможным ввиду его утраты. При этом, ответчиками каких-либо ходатайств по определению действительной стоимости утраченного имущества не заявлялось.

Ссылки арбитражного управляющего ФИО3 на то, что из размера подлежащих исчислению убытков, должны быть исключены расходы, составляющие стоимость публикаций по продаже имущества, которые он бы понес при реализации имущества должника, также несостоятельна, поскольку, как следует из материалов дела № А50-11225/2017, реализация имущества ФИО3 не производилась, как следствие, последний не нес никаких расходов по публикациям. Доказательств иного в материалы дела не представлено.

Также налоговым органом обоснованно составлена пропорция подлежащих возмещению ему убытков исходя из общего размер требований кредиторов третьей очереди – 22 060 4546 рублей 65 копеек к требованиям налогового органа – 9 811 933 рубля 55 копеек. При этом, с учетом поступившей по исполнительному производству суммы, объем требований налогового органа уменьшился на данную сумму и данное процентное соотношение будет составлять 43,62%.

Учитывая сумму 170 741 рубль и сумму 12 517 рублей 72 копейки по внеочередным текущим обязательствам, размер убытков данного кредитора составит 5 855 000 рублей 33 копейки.

С учетом пропорционального распределения данных убытков между конкурсными управляющими с учетом степени вины каждого в утрате имущества, арбитражным управляющим ФИО2 подлежат возмещению убытки в размере 3 246 012 рублей, арбитражным управляющим ФИО3 – 2 608 988 рублей 33 копейки.

В удовлетворении остальной части требований надлежит отказать.

При обращении с иском в суд, УФНС России по Пермскому краю освобождено от уплаты государственной пошлины в соответствии со статьей 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации.

При частичном удовлетворении требований, государственная пошлина подлежит взысканию в федеральный бюджет с арбитражных управляющих ФИО2 и ФИО3 пропорционально заявленным и удовлетворенным требованиям к каждому.

При изготовлении резолютивной части решения суда от 06 апреля 2021 года допущена арифметическая ошибка при определении сумм государственной пошлины, подлежащей взысканию с арбитражных управляющих в доход федерального бюджета.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика в доход федерального бюджета пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, если ответчик не освобожден от уплаты государственной пошлины.

Как следует из мотивировочной части решения, при обращении с иском в суд истец освобожден от уплаты госпошлины в соответствии со статьей 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации. В соответствии со статьей 110 АПК РФ госпошлина подлежит взысканию с ответчиков пропорционально заявленным и удовлетворенным требованиям к каждому.

Таким образом в абзаце четвертом резолютивной части решения суда размещенной на официальном сайте суда в сети Интернет допущена арифметическая ошибка при указании размера государственной пошлины, подлежащей взысканию с арбитражного управляющего ФИО2 в федеральный бюджет, а именно: вместо суммы «39 230 рублей» следовало указать сумму «38 771 рубль».

В абзаце пятом резолютивной части решения суда размещенной на официальном сайте суда в сети Интернет допущена арифметическая ошибка при указании размера государственной пошлины, подлежащей взысканию с арбитражного управляющего ФИО3. в федеральный бюджет, а именно: вместо суммы «36 045 рублей» следовало указать сумму «35 580 рублей».

Согласно части 3 статьи 179 АПК РФ арбитражный суд, принявший решение, по заявлению лица, участвующего в деле, судебного пристава - исполнителя, других исполняющих решение арбитражного суда органа, организации или по своей инициативе вправе исправить допущенные в решении описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его содержания.

Допущенные судом арифметические ошибки не влияют на содержание решения суда, не изменяют его содержания и подлежат исправлению в соответствии с частью 3 статьи 179 АПК РФ путем указания в резолютивной части решения по данному делу, изготовленного в полном объеме, правильных сумм государственной пошлины, подлежащих взысканию с ответчиков в федеральный бюджет.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Вологодской области



р е ш и л:

взыскать с арбитражного управляющего ФИО2 в пользу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы России по Пермскому краю 3 246 012 рублей в возмещение убытков.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО3 в пользу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы России по Пермскому краю 2 608 988 рублей 33 копейки в возмещение убытков.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО2 в федеральный бюджет государственную пошлину в размере 38 771 рубль.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО3 в федеральный бюджет государственную пошлину в размере 35 580 рублей.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня принятия в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд.


Судья

Н.Ю. Курпанова