Постановление от 7 мая 2024 г. по делу № А56-79953/2017

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-79953/2017
07 мая 2024 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2024 года Постановление изготовлено в полном объеме 07 мая 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Ракчеевой М.А., судей Балакир М.В., Целищевой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания до перерыва помощником ФИО1, после перерыва помощником ФИО2,

при участии от публичного акционерного общества «Совкомбанк» до перерыва представителей ФИО3 (доверенность от 16.10.2023) и ФИО4 (доверенность от 01.08.2021), после перерыва - ФИО4, от конкурсного управляющего акционерным обществом «Звезда-Энергетика» до перерыва представителя ФИО5 (доверенность от 10.04.2024), после перерыва представителя ФИО6 (доверенность от 10.04.2024), от общества с ограниченной ответственностью «Кипер» до и после перерыва представителя ФИО7 (доверенность от 08.06.2023), от общества с ограниченной ответственностью «Звезда - Комплексные энергетические решения» до перерыва представителя ФИО8 (доверенность от 01.01.2023), от акционерного общества «Акционерный банк «Россия» до перерыва представителя

ФИО9 (доверенность от 24.11.2023),

рассмотрев 11.04.2024 и 18.04.2024 в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-2833/2024) публичного акционерного общества «Совкомбанк» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.12.2023 по делу № А56-79953/2017/сд.7,

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.12.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Звезда-Энергетика», адрес: 188505, Ленинградская обл., Ломоносовский р-н, Красносельское ш. (промышленная зона Пески), стр. 2, каб. 401, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество, должник).

Определением от 23.10.2022 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10.

Решением суда от 18.04.2023 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО11.

В сентябре 2023 года конкурсный управляющий должником обратился с заявлением о признании недействительными сделками:

1) кредитного договора от 08.05.2018 <***>, заключенного между Обществом и публичным акционерным обществом «Восточный Экспресс Банк», адрес: 675004, <...>, ОГРН: <***>, ИНН: <***>, дата прекращения деятельности: 14.02.2022 (далее – ПАО «ВЭБ») (правопреемник - публичное акционерное общество «Совкомбанк», адрес: 156000, <...>, ОГРН: <***>, ИНН: <***> (далее – Банк)),

2) платежей на общую сумму 186 970 749 руб. 57 коп., осуществленных Обществом в адрес ПАО «ВЭБ» в период с 17.05.2018 по 23.11.2020, из которых 10 669 414 руб. 58 коп. комиссии по банковским гарантиям от 21.07.2017 <***>-БГ, № 16/2017-БГ, 103 634 655 руб. 67 коп. по кредитному договору от 21.06.2017 <***>, 72 666 679 руб. 32 коп. по кредитному договору от 08.05.2018 <***>,

а также применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с Банка в конкурсную массу должника 186 970 749 руб. 57 коп., а также исключения требований Банка из реестра текущих платежей, вытекающих из кредитного договора от 08.05.2018 <***>.

Определением от 29.12.2023 по обособленному спору № А56-79953/2017/сд.7 суд признал единой недействительной сделкой кредитный договор от 08.05.2018 № 0002-18- 001/КОРП, заключенный между Обществом и ПАО «ВЭБ», в части выдачи денежных средств в размере 103 634 655 руб. 67 коп. и платежи, совершенные Обществом в пользу ПАО «ВЭБ» на сумму 152 171 617 руб. 76 коп., а также платежи от 19.07.2018 на сумму 8 966 103 руб. 13 коп., от 20.07.2018 на сумму 53 311 руб. 45 коп., от 23.11.2020 на сумму 1 650 000 руб., применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с Банка в конкурсную массу Общества 162 841 032 руб. 18 коп., признания отсутствующим права требования Банка к должнику на сумму 103 634 655 руб. 67 коп. по кредитному договору от 08.05.2018 № 0002-18001/КОРП; кроме того, с Банка в конкурсную массу должника взыскано 6 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины; в удовлетворении остальной части заявления судом отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, Банк обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить в части удовлетворенных требований конкурсного управляющего.

В обоснование апелляционной жалобы Банк указывает, что материалы дела не содержат доказательства, подтверждающие наличие обстоятельств, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), следовательно, у суда отсутствовали основания для признания сделок ничтожными в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); кроме того, у суда отсутствовали основания для признания оспариваемой сделки притворной в соответствии со статьей 170 ГК РФ, поскольку в период с даты возбуждения дела о банкротстве Общества и до даты введения наблюдения, то есть в течении 5 лет, должник продолжал производственную хозяйственную деятельность, в том числе получал новые кредиты, банковские гарантии, осуществлял исполнение контрактов,

обслуживание кредиторской задолженности и т.п.; исходя из того, что задолженность погашалась должником вплоть до введения процедуры наблюдения, Банк не мог быть осведомлен о наличии у должника просроченных денежных обязательств перед иными кредиторами, а равно признаках неплатежеспособности либо недостаточности имущества; факт обращения к должнику с исками не подтверждает неплатежеспособность последнего либо недостаточность имущества, и является лишь свидетельством нормальной хозяйственной деятельности должника; неплатежеспособность должника возникла в период после заключения должником договора купли-продажи оборудования от 15.05.2019 № 13-ЗЭ/19-КП-1043/3В/19, в результате которого на аффилированное лицо был осуществлен не только перевод имущества, но и бизнеса; в период совершения сделок должник вел хозяйственную деятельность, исполнял обязательства по заключенным контрактам, исполнение обязательств должника по контракту от 09.09.2016 № 6144ОН-000-РО-4123-00002-50009 обеспечивалось банковскими гарантиями от 21.07.2017 <***>-БГ, от 21.07.2017 № 16/2017-БГ; помимо прочего Банк полагает, что суд первой инстанции сделал необоснованный вывод о недействительности платежей по уплате процентов за пользование кредитом от 08.05.2017, поскольку сумма данных платежей 48 536 961 руб. 93 коп. не соответствует сумме процентов, которые были бы начислены на сумму невозвращенной части долга по кредитному договору от 21.06.2017 <***> к дате введения процедуры наблюдения; при определении размера платежей, направленных на погашение процентов по кредитному договору от 08.05.2018 судом неверно произведен расчет суммы, так как 2 721 316 руб. 65 коп. были уплачены должником не в счет погашения процентов, а в счет оплаты основного долга по кредитному договору от 08.05.2018, в части которого судом сделан вывод об отсутствии оснований для признания платежей недействительными.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должником против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, указал, что в результате выдачи кредита в 2018 году Банк злоупотребил своим правом и в соответствии с абзацем третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве повысил очередность удовлетворения своего требования с реестрового до текущих платежей; в соответствии с абзацем пятым пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве погашение процентов по кредитному договору от 08.05.2018 в действительности являлось погашением процентов по договору от 21.06.2017, оплата по банковской гарантии производилась после возбуждения дела о банкротстве и ответчик не доказал, что платежи совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности; кроме того, поскольку имущество должнику не было возвращено, суд правомерно не восстановил права требования Банка.

В письменных пояснениях Банк указал, что осуществление должником в течении длительного времени после возбуждения дела о банкротстве производственно-хозяйственной деятельности, погашение требований кредиторов, обратившихся с заявлением о банкротстве, указывают на избранную должником модель ведения бизнеса; в ходе исполнения обязательств по банковской гарантии, признаки преимущественного удовлетворении требований отсутствовали; спорные платежи совершены не с целью прикрыть другую сделку, а с целью достичь тех правовых последствий, которые предусмотрены условиями кредитных договоров; оспариваемый кредитный договор не направлен на рефинансирование задолженности по ранее заключенным кредитным договорам.

Конкурсный управляющий должником в своих пояснениях подтвердил приведенный в апелляционной жалобе Банка довод в части допущения

управляющим ошибки в части указания суммы уплаченных должником процентов по оспариваемому договору от 08.05.2018, которая фактически составила 45 815 645 руб. 28 коп.

Общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Звезда - Комплексные энергетические решения» (далее – ООО «ЗВЭК») в своем отзыве на жалобу полагало ее не подлежащей удовлетворению, указало, что Банк занимает непоследовательную позицию в отношении неплатежеспособности Общества; так, доводы жалобы Банка противоречат его позиции неоднократно отраженной в процессуальных документах по делу о несостоятельности Общества, согласно которой неплатежеспособность должника наступила еще 2017 году, следовательно, на момент заключения оспариваемой сделки Банк был осведомлен о неплатежеспособности должника; вследствие совокупности оспариваемых сделки и платежей задолженность Общества перед Банком, носившая реестровый характер, была преобразована в характер текущих платежей; кроме того, платежи по договору от 08.05.2018 носили транзитный характер, в связи с чем кредитор полагал, что заключение сделки было обусловлено намерением сторон изменить очередность удовлетворения требования Банка, а, следовательно, сделка и совершенные по ней платежи подлежат признанию недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 168 ГК РФ.

В судебном заседании 11.04.2024 представитель Банка поддержал доводы апелляционной жалобы с учетом впоследствии представленных письменных пояснений, представители конкурсного управляющего и ООО «Кипер» против удовлетворения жалобы возражали по мотивам, изложенным в отзывах, представитель АО «Акционерный банк «Россия» также полагал не подлежащей удовлетворению апелляционную жалобу Банка.

В судебном заседании объявлен перерыв до 18.04.2024.

После продолжения заседания представитель Банка поддержал ранее изложенную позицию, в том числе с учетом письменных пояснений, направленных в суд 15.04.2024 с учетом доводов АО «Акционерный банк «Россия»; представитель ООО «Кипер» полагал, что увеличение процентной ставки в течение одного года свидетельствует о недобросовестных действиях Банка, направленных на повышение очередности в ущерб реестровым кредиторам, при таком положении деятельность Банка нельзя признать обычной хозяйственной, в том числе с учетом того обстоятельства, что сумма кредита превышает 1% балансовой стоимости актов должника; представитель конкурсного управляющего должником указал, что независимые кредиторы Общества должны были узнать о неплатежеспособности Общества с 15.08.2018, когда было подано заявление ПАО «АК БАРС», при этом части кредиторов, в том числе Банку, о неудовлетворительном положении должника было известно в более ранний период; заключая оспариваемую сделку, ответчик осуществил действия по искусственному повышению очередности удовлетворения своего требования, а значит злоупотребил своим правом, в связи с чем положения статьи 61.4 Закона о несостоятельности не подлежат применению.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке только в обжалуемой части в соответствии с положениями части 5 статьи 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в ходе проведения мероприятий в процедуре конкурсного производства конкурсным управляющим выявлены подозрительные сделки, а именно кредитный договор от 08.05.2018 № 0002-18001/КОРП, заключенный между Обществом и ПАО «ВЭБ», а также платежи,

совершенные должником в период с 17.05.2018 по 23.11.2020, направленные на исполнение обязательств Общества по указанному договору, а также по заключенному между теми же сторонами кредитному договору от 21.06.2017 <***>, комиссии по банковским гарантиям от 21.07.2017 <***>-БГ, № 16/2017-БГ.

Так, 21.06.2017 между ПАО «ВЭБ» (кредитор) и Обществом (заемщик) был заключен кредитный договор <***>, по условиям которого заемщику предоставлен кредит с лимитом выдачи 150 000 000 руб. (пункт 1.2 договора), при этом процентная ставка установлена в размере 24% годовых за первые 90 календарных дней, начиная с даты выдачи первого кредита, 9% годовых, начиная с 91 календарного дня с даты выдачи первого кредита.

Согласно пункту 1.4 договора погашение кредита по каждому траншу осуществляется заемщиком ежемесячно равными долями, начиная с 10 месяца, следующего за месяцем выдачи первого транша. Погашение производится не позднее последнего рабочего дня текущего месяца. Срок возврата каждого отдельного кредита составляет не более 12 месяцев, но при этом окончательное погашение основного долга по договору должно быть осуществлено не позднее даты закрытия кредитной линии – 21.06.2018; на предоставленную в кредит сумму начисляются проценты в соответствии с пунктом 1.3 договора; уплата процентов за пользование кредитом осуществляется заемщиком ежемесячно в следующем порядке: уплата процентов за первый месяц пользования кредитом – не позднее последнего рабочего дня месяца предоставления первого кредита; уплата процентов за последующие месяцы пользования кредитом осуществляется ежемесячно не позднее последнего рабочего дня текущего месяца, а в последний месяц пользования кредитом - одновременно с погашением всей суммы основного долга по кредиту. Дата закрытия кредитной линии – 21.06.2018.

По названному договору Обществу были выданы транши на общую сумму 150 000 000 руб., а именно 21.06.20217 на сумму 94 988 864 руб. 85 коп., 23.06.2017 на сумму 23 717 536 руб. 94 коп., 26.06.2017 на сумму 25 000 000 руб., 27.06.2017 на сумму 6 293 598 руб. 21 коп.

Позднее 08.05.2018 между теми же лицами был заключен кредитный договор <***> с лимитом выдачи в размере 200 000 000 руб. (пункт 1.2 договора), по условиям которого процентная ставка составляет 16% годовых (пункт 1.3 договора).

Пунктом 1.2.2 договора установлено, что совокупная задолженность кредитных обязательств Общества по кредитному договору от 05.05.2017 № 08/2017 и 21.06.2017 <***> на момент выдачи первого транша по договору не должна превышать 100 000 000 руб., общая сумма задолженности с учетом договора <***> не должна превышать 200 000 000 руб.

Согласно пункту 1.4 договора заемщик обязуется возвратить кредиты (транши) и уплатить начисленные на него проценты в следующем порядке: погашение задолженности основного долга по каждому траншу осуществляется заемщиком ежемесячно равными долями, начиная с 7 месяца, следующего за месяцем заключения договора. Погашение производится не позднее последнего рабочего дня текущего месяца. Срок возврата каждого отдельного кредита составляет не более 14 месяцев, но при этом окончательное погашение основного долга по договору должно быть осуществлено не позднее даты закрытия кредитной линии – 08.07.2019; на предоставленную в кредит сумму начисляются проценты в соответствии с пунктом 1.3 договора; уплата процентов за пользование кредитом осуществляется заемщиком ежемесячно в следующем порядке: уплата процентов за первый месяц пользования кредитом – не позднее последнего рабочего дня месяца предоставления первого кредита; уплата

процентов за последующие месяцы пользования кредитом осуществляется ежемесячно не позднее последнего рабочего дня текущего месяца, а в последний месяц пользования кредитом - одновременно с погашением всей суммы основного долга по кредиту. Дата закрытия кредитной линии – 08.07.2019.

Впоследствии 29.12.2018, 31.05.2019 между сторонами были заключены дополнительные соглашения № 1, 2 к договору от 08.05.2018 пункт 1.4 изложен сторонами в новой редакции, изменен график погашения задолженности по договору.

Дополнительными соглашениями от 30.09.2019 № 3 и от 31.10.2019 № 4, от 27.02.2020 № 5 сторонами в пункте 1.4 договора помимо графика погашения основного долга и порядка уплаты процентов также последовательно была изменена дата закрытия кредитной линии на 31.10.2019, а впоследствии на 20.12.2023 и 20.12.2024 соответственно.

По вышеозначенному договору Обществу были выданы следующие транши: 10.05.2018 – 100 000 000 руб., 16.05.2018 – 50 000 000 руб., 18.05.2018 – 26 000 000 руб., 21.05.20218 – 24 000 000 руб.

В период с 17.05.2018 по 01.06.2018 должник совершил платежи в адрес ПАО «ВЭБ» на общую сумму 103 634 655 руб. 67 коп. в качестве исполнения обязательств по кредитному договору от 21.06.2017.

В период с 22.05.2018 по 28.02.2020 должник совершил платежи в адрес упомянутого кредитора на общую сумму 72 666 679 руб. 32 коп. в качестве исполнения обязательств по кредитному договору от 08.05.2018.

Также Обществом в пользу ПАО «ВЭБ» 19.07.2018 и 20.07.2018 были перечислены 8 966 103 руб. 13 коп. и 53 311 руб. 45 коп. соответственно предоплаты комиссии за пролонгацию банковской гарантии от 21.07.2017 № 16/2017-БГ, 23.11.2020 - 1 650 000 руб. комиссии по гарантии от 21.07.2017 <***>-БГ за ООО «Звезда-Энергоинжиниринг».

Решением единственного акционера ПАО «ВЭБ» от 25.10.2021 № 2 названное лицо реорганизовано путем присоединения к Банку.

Таким образом, Банк является правопреемником ПАО «ВЭБ».

Конкурсный управляющий должником, полагая, что указанные сделки, в том числе кредитный договор от 08.05.2018 и платежи, имеют признаки оказания Банку предпочтения, обратился с настоящим заявлением.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал, что оспариваемые сделки совершены после 07.12.2017, то есть после даты возбуждения производства по делу о несостоятельности Общества, при этом платежи на сумму 103 634 655 руб. 67 коп. направлены на повышение очередности удовлетворения требований кредиторов путем рефинансирования задолженности, в связи с чем оспорены по основаниям, предусмотренным абзацем третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, что касается платежей на сумму 72 666 679 руб. 32 коп., они, по мнению управляющего, совершены с целью причинения вреда кредиторам Общества, в связи с чем оспорены в соответствии со статьей 10 ГК РФ, платежи на сумму 10 669 414 руб. 58 коп. были направлены на преимущественное удовлетворение требований, возникших до возбуждения дела о несостоятельности, не связанных с кредитными обязательствами, в связи с чем оспорены управляющим по основаниям, предусмотренным положениями абзаца пятого пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, частично удовлетворяя требования, посчитал, что полученные по кредитному договору от 08.05.2018 денежные средства были направлены на погашение обязательств перед Банком по договору от 21.06.2017; денежные средства фактически из владения Банка не выбывали; таким образом,

денежные требования Банка, вытекающие из договора от 21.06.2017, подлежащие удовлетворению в порядке реестровой очередности, были трансформированы в текущие требования; кредитный договор от 08.05.2018 и совершенные должником платежи являются взаимосвязанными сделками и направлены на причинение вреда интересам кредиторов путем повышения очередности удовлетворения требований Банка в преимущественном перед остальными кредиторами порядке; Банк, увеличивая процентную ставку с 9% до 16% годовых, преследовал цель уплаты процентов по договору от 21.06.2017, но в составе текущих платежей; с учетом приведенных доводов суд пришел к выводу о ничтожности совершенных сделок в силу их притворности; в части выдачи кредита по договору от 08.05.2018 в сумме, превышающей 103 634 655 руб. 67 коп., суд оснований для признания сделки недействительной не нашел, поскольку денежные средства в превышающей части направлены на пополнение оборотных средств, а не на погашение кредита по договору от 21.06.2017; что касается платежей, осуществленных за пролонгацию банковских гарантий, суд, в отсутствие доказательств осуществления названных платежей в рамках обычной хозяйственной деятельности, также признал их недействительными.

Апелляционный суд, исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, приходит к следующим выводам.

Из содержания пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве следует, что сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

При этом законодательством о банкротстве установлены особенности оспаривания расчетных операций, направленных на исполнение обязательств, вытекающих из кредитных договоров.

Так, в пункте 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве закреплен специальный критерий, который применяется в отношении кредитных обязательств. В соответствии с упомянутой нормой, если оспариваемые платежи не отличались по срокам и размеру от платежей, подлежащих выплате по условиям кредитного договора, предусмотренные статьей 61.3 Закона о банкротстве неблагоприятные последствия для кредитной организации наступают лишь в том случае, когда в ее

распоряжении на момент исполнения обязательства действительно имелись сведения о наличии у должника уже просроченных денежных обязательств перед иными лицами или просроченных обязательств перед бюджетом.

Производство по делу о банкротстве Общества возбуждено определением суда от 07.12.2017.

Оспариваемый в рамках настоящего спора договор заключен сторонами 08.05.2018, платежи совершены в период с 17.05.2018 по 25.10.2019 (погашение задолженности по договору от 21.06.2017 и процентов по договору от 08.05.2018), а также с 19.07.2018 по 23.11.2020 (за пролонгацию банковской гарантии), то есть попадают в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Указанные конкурсным управляющим обстоятельства в качестве оснований для признания недействительным кредитного договора от 08.05.2018 (изменение очередности), полностью охватываются диспозицией пункта 1 статьи 61.3 Закона и не свидетельствуют о совершении сделки с целью прикрыть другую сделку – соглашение о рефинансировании.

При этом условия договора от 08.05.2018 не содержат обязательство должника по погашению полученными денежными средствами обязательств по кредитному договору от 21.06.2017 <***>. Согласно пункту 3.9 договора от 08.08.2018 предоставление первого кредита (транша) производится в размере не более 50% от размера кредитной линии, указанного в пункте 1.2.1 договора; предоставление последующих кредитов (траншей) осуществляется после полного погашения кредитного договора от 05.05.2017 № 08/2017. Пунктом 1.9 договора установлено, что надлежащее обеспечение исполнения заемщиком своих обязательств по настоящему договору, из которого кредитор исходит при его заключении, обусловлено заключением договоров залога прав требования, принадлежащих Обществу в соответствии с контрактами от 12.11.2017 № 44217/П, от 28.03.2018 № S-2018-1478. согласно пункту 2.1 договора от 08.05.2018 заемщик обязуется использовать полученный кредит исключительно в целях пополнения оборотных активов.

Установленный пунктом 1.2.2 договора от 08.05.2018 размер совокупной задолженности не свидетельствует о намерении сторон осуществить рефинансирование обязательств, предусмотренных договором от 21.06.2017

<***>, а лишь направлено на предупреждение увеличения задолженности. На момент выдачи 10.05.2018 первого транша сумма задолженности по ранее заключенным кредитным договорам составляла 100 000 000 руб.

Таким образом, оснований считать, что кредитный договор от 08.05.2018 в части выдачи денежных средств на сумму 103 634 655 руб. 67 коп. не соответствует положениям пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, которыми ограничено право на заключение сделок, влекущих изменение очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки, у суда апелляционной инстанции не имеется. Следовательно, основания для признания указанного договора недействительной сделкой и применения последствий ее недействительности в виде взыскания в конкурсную массу полученных по указанному договору процентов за пользование кредитом и признания отсутствующим права требования Банка по этому кредитному договору отсутствуют.

Поскольку погашение задолженности по договору от 21.06.2017 производилось в размере и в сроки, установленные условиями договора, при этом доказательств осведомленности Банка о наличии у должника уже просроченных денежных обязательств перед иными лицами или просроченных обязательств перед бюджетом, в материалы дела не представлено, правовых

оснований для признания недействительными платежей от 17.05.2018, от 21.05.2018, от 22.05.2018, от 01.06.2018, направленных на погашение кредита по договору от 21.06.2017 <***> и процентов по нему на общую сумму 103 634 655 руб. 67 коп., с учетом положений пункта 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве у суда апелляционной инстанции также не имеется.

Сама по себе подача кредитором заявления о признании Общества несостоятельным (банкротом) о такой осведомленности не свидетельствует, в том числе с учетом наличия действующих контрактов, в целях исполнения которых привлекались денежные средства, оборотов по счетам Общества, активов Общества и соотношения размера активов с задолженностью, послужившей основанием для обращения с заявлениями о признании должника банкротом по состоянию на май 2018 года (на сумму более 16 млн. руб. перед ООО «ТФК «Большой Урал» (определением от 07.12.2017 по настоящему делу заявление возвращено в связи с отказом от его подачи); на сумму более 61 млн. руб. перед ООО «Инженерный центр «Европейская электротехника», подтвержденных решение от 31.03.2017 по делу № А56-884/2017 (определением от 25.05.2018 утверждено мировое соглашение и прекращено производство по заявлению о банкротстве ввиду, в том числе погашения требований); на сумму 56 566 евро перед ООО «Индустриальные морские проекты», подтвержденных решением от 21.09.2017 по делу № А56-38713/2017 (отказ от заявления о признании банкротом)). Также следует учесть, что процедура наблюдения введена в отношении Общества через 4 года после совершения оспариваемых платежей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период. Бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.

Для правильного разрешения вопроса о совершении расчетной операции в процессе обычной хозяйственной деятельности следует учитывать, что к таковым не могут быть отнесены платежи, совершенные при наличии обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагента несостоятельного должника, который, в частности, согласился принять исполнение без учета принципов очередности и пропорциональности, располагая информацией о недостаточности имущества должника для проведения расчетов с другими кредиторами.

Согласно представленному в материалы дела бухгалтерскому балансу должника на конец 2017 года стоимость активов должника составила 11 369 726 000 руб. (1% составляет 113 697 260 руб.), при этом ни один из оспариваемых платежей не превышает одного процента стоимости активов должника.

Доказательств, свидетельствующих о недобросовестности Банка при принятии платежей в счет погашения кредита, конкурсным управляющим не представлено. Само по себе увеличение процентной ставки при предоставлении кредита в 2018 году таким доказательством не является. Более того, по договору от 21.06.2017 № 15/201726 процентная ставка за пользование кредитом за первые 90 календарных дней составляла 24% годовых.

Что касается платежей по выплате вознаграждения за предоставление банковских гарантий, суд апелляционной инстанции также полагает, что оснований для признания их недействительными у суда первой инстанции не имелось, поскольку они также совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности, при этом названные платежи являются платой за оказание банковских услуг, в связи с чем являются текущими вне зависимости от даты заключения договора о предоставлении банковской гарантии.

С учетом приведенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии у суда первой инстанции правовых оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований, в связи с чем определение суда подлежит отмене, а в удовлетворении заявления следует отказать.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 29.12.2023 по делу № А56-79953/2017/сд.7 отменить.

В удовлетворении заявления отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий М.А. Ракчеева Судьи М.В. Балакир

Н.Е. Целищева