Решение от 14 июля 2022 г. по делу № А55-12877/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ

443001, г.Самара, ул. Самарская,203Б, тел. (846) 207-55-15



Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



14 июля 2022 года

Дело №

А55-12877/2021



Резолютивная часть решения оглашена 07 июня 2022 года

Полный текст решения изготовлен 14 июля 2022 года



Арбитражный суд Самарской области


в составе

судьи Бунеева Д.М.


при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем ФИО1, после перерыва помощником судьи Алиевой Г.Е.


рассмотрев в судебном заседании 07 июля 2022 года дело по иску


Общества с ограниченной ответственностью "Стройнефть"


к Обществу с ограниченной ответственностью "Строй Электро Монтаж Автоматика"


о взыскании 3 828 387 руб. 50 коп.

и по встречному иску о взыскании 209 456 руб. 19 коп.


третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Акционерное общество «Международный аэропорт «Уфа»


при участии в заседании


от истца – представитель ФИО2

от ответчика – не явился

от третьего лица - не явился

в судебном заседании объявлялся перерыв с 30.06.2022 до 07.07.2022

после перерыва в заседании участвовали

от истца – представитель ФИО2

от ответчика – не явился

от третьего лица - не явился

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Стройнефть" (истец) обратилось в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Строй Электро Монтаж Автоматика" (ответчик) о взыскании 3 828 387 руб. 50 коп., в том числе 3 350 000 руб. неосновательное обогащение в виде неосвоенного аванса по договору субподряда от 09.07.2019 № 09/07-НС, 253 357 руб. 50 коп. пени за нарушение сроков исполнения договорных обязательств на основании п.21.4 указанного договора и 225 000 руб. штраф на основании п.21.8 указанного договора. Кроме того, в п.3 искового заявления истец просил взыскать с ответчика проценты за пользование чужими средствами (ст.395 Гражданского кодекса РФ), но не указывал, на какую сумму он просит их начислять.

В судебном заседании 30.06.2022 истец представил заявление об уменьшении исковых требований, в котором уменьшил размер требования о взыскании неосновательного обогащения до 2 215 053 руб. 11 коп., и уточнил, что проценты за пользование чужими денежными средствами с даты вынесения решения он просит начислять на указанную сумму неосновательного обогащения. Эти изменения приняты судом на основании ч.1 ст.49 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Ответчик представил отзыв на исковое заявление, в котором возражал против начисления пени на общую цену договора, без учета выполненного объема работ, ссылаясь на условие п.21.4 договора, согласно которому пеня начисляется на цену договора, уменьшенную на сумму фактически исполненных субподрядчиком обязательств, а также представил контррасчет пени за период с 03.09.2019 по 07.04.2020 на сумму 172 947 руб. 68 коп.

Кроме того, ответчик возражал против удовлетворения иска, ссылаясь на то, что он передавал истцу акты выполненных работ на общую сумму 3 698 096 руб. 98 коп., а также исполнительную документацию, которые истцом не проверялись, работы не принимались, замечания по объему либо качеству выполненных работ не предъявлялись. На основании п.8.12 договора, истец должен проверить предъявленные работы по объему и качеству и принять их либо направить мотивированный отказ от их приемки до 21.04.2020. Однако, 02.06.2020 от истца поступила претензия, в которой указано, что работы выполнены с нарушением условий договора, а также ненадлежащего качества, однако доказательства этого истцом не представлены, выполненные работы с участием ответчика не осмотрены, мотивированный отказ от приемки работ не заявлен.

На основании вышеизложенного, ответчик обратился со встречным исковым заявлением о взыскании с истца 209 456 руб. 19 коп., в том числе 198 096 руб. 98 коп. основной долг по оплате выполненных ответчиком работ по договору субподряда от 09.07.2019 № 09/07-НС и 11 359 руб. 21 коп. пени за нарушение срока оплаты на основании п.21.9 указанного договора с последующим их начислением по день фактической уплаты долга, которое принято к производству определением от 18.06.2021.

Истец отклонил доводы ответчика, ссылаясь на то, что в представленных в материалы дела актах выполненных работ объемы работ не соответствуют исполнительной и проектной документации. Кроме того, работы выполнялись ответчиком с ненадлежащим качеством, а документы передавались ответчиком представителю истца, не наделенному соответствующими полномочиями.

Третье лицо представило письменные пояснения, в которых сообщило, что 22.06.2018 оно заключило с истцом договор на выполнение работ по объекту: «Реконструкция аэровокзального комплекса внутренних воздушных линий АО «Международный аэропорт «Уфа». 1 этап» № М-470/18, условия которого не препятствуют заключению истцом договора субподряда, и просило рассмотреть дело в отсутствие его представителя.

Таким образом, между сторонами возник спор, для разрешения которого необходимо разъяснение вопросов, требующих специальных знаний, поэтому в соответствии с ч.1 ст.82 Арбитражного процессуального кодекса РФ определением от 09.09.2021 суд назначил судебную строительно-техническую экспертизу, проведение которой поручил эксперту Ассоциации «Поволжское межрегиональное объединение судебных экспертов» ФИО3.

28.03.2022 от Ассоциации «Поволжское межрегиональное объединение судебных экспертов» поступило заключение эксперта ФИО3 от 22.03.2022 № 200-11-2021-006, которое оглашено в судебном заседании 07.07.2022 согласно ч.3 ст.86 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

14.06.2022 ответчик представил в суд дополнение к отзыву на исковое заявление, в котором заявил, что акты о приемке выполненных работ, справка о их стоимости на сумму 3 698 096 руб. 98 коп. и исполнительная документация первоначально были переданы им ответчику (видимо, имея в виду – истцу) в декабре 2019 года, однако, поскольку в течение длительного времени переданные истцу документы не проверялись, а работы не принимались, ответчик повторно передал ответчику (видимо, имея в виду – истцу) вышеуказанные документы с сопроводительным письмом от 07.04.2020 № 021 и реестром исполнительной документации от 07.04.2020 № 1. Факт получения указанных документов подтверждается подписью о получении сотрудника истца ФИО4, чьи полномочия на получение документов отрицает истец, однако ответчик считает, что такие полномочия этого работника явствовали из обстановки, в которой она действовала. На основании изложенного ответчик утверждает, что два акта о приемке выполненных работ от 15.12.2019 № 1 и № 2, справка о их стоимости от 15.12.2019 № 1 на общую сумму 3 698 096 руб. 98 коп. и исполнительная документация (согласно реестра от 07.04.2020 № 1) были получены истцом 07.04.2020, однако мотивированный отказ от подписания актов от него не последовал, а из двух предписаний об устранении недостатков (от 20.02.2020 № 20/02 и от 10.10.2020 № 10/10) последнее направлено истцом ответчику уже после того, как договор был расторгнут (02.06.2020).

Кроме того, ответчик представил ходатайство об истребовании от третьего лица актов освидетельствования скрытых работ (переданных ответчиком истцу по реестру исполнительной документации от 07.04.2020 № 1) и журнала производства работ, против удовлетворения которого возражал представитель истца, сообщивший, что эти акты уже представлены им в материалы настоящего дела (на флэш-носителе – л.д.132 т.II) и исследовались экспертом ФИО3, о чем сообщается в исследовательской части заключения (стр.29). Эти возражения истца суд признал обоснованными и соответствующими материалам дела, поэтому протокольным определением от 07.07.2022 отказал в удовлетворении ходатайства ответчика об истребовании от третьего лица актов освидетельствования скрытых работ (которые уже имеются в материалах дела) и журнала производства работ, копия которого в материалах дела отсутствует, однако этот документ может доказать лишь факт выполнения конкретных работ на объекте, но не может доказать их объемы и качество.

Также ответчик заявил ходатайство о назначении дополнительной экспертизы, в обоснование которого заявил, что считает заключение эксперта ФИО3 недостаточно ясным и полным, но не указывает, в чем, по его мнению, выражается неясность и неполнота заключения, а ссылается на обстоятельства, которые основанием для назначения дополнительной экспертизы не являются.

Так, ответчик утверждает, что судом были нарушены процессуальные права истца (видимо, имея в виду – ответчика), поскольку ему не была предоставлена возможность представить в арбитражный суд вопросы, которые должны быть разъяснены при проведении экспертизы, и что он был лишен права ходатайствовать о привлечении в качестве экспертов указанных им лиц или о проведении экспертизы в конкретном экспертном учреждении. Однако, эти утверждения ответчика опровергаются материалами дела, из которых следует, что всем лицам, участвующим в деле, были предоставлены равные права, однако, своим правом заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы воспользовался только истец, который согласовал возможность проведения экспертизы конкретным экспертом и представил в суд доказательства этого, а также внес на депозитный счет суда соответствующую денежную сумму согласно ч.1 ст.108 Арбитражного процессуального кодекса РФ, а ответчик не подготовил такое ходатайство и не заявил его в течение почти четырех месяцев со дня принятия искового заявления к производству суда до судебного заседания, в котором судом было удовлетворено ходатайство истца о назначении судебной экспертизы, не обеспечил явку своего представителя в это судебное заседание, до настоящего времени не внес на депозитный счет суда соответствующую денежную сумму, не предложил свои вопросы и не предложил свою кандидатуру эксперта (экспертного учреждения), поскольку проведение дополнительной экспертизы просит поручить тому же эксперту.

Утверждение ответчика о том, что он не получал по почте определение суда от 02.09.2021 соответствует действительности, однако, это определение по почте он и не мог получить по следующим причинам. Определение от 02.09.2021 по настоящему делу не существует. 02.09.2021 является датой вынесения резолютивной части определения по результатам судебного заседания, состоявшегося 02.09.2021. Направление судом участвующим в деле лицам копий резолютивных частей судебных актов Арбитражным процессуальным кодексом РФ не предусмотрено. Кроме того, как разъяснено в п.3 определения от 13.05.2021 о возбуждении производства по настоящему делу, в соответствии с ч.1 ст.122, ст.177, ст.186 АПК РФ все судебные акты, в том числе судебные акты, которыми назначаются время и место последующих судебных заседаний или совершения отдельных процессуальных действий, а также решения суда, выполненные в форме электронных документов, направляются лицам, участвующим в деле, и иным участникам арбитражного процесса посредством их размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в разделе, доступ к которому предоставляется лицам, участвующим в деле, и иным участникам арбитражного процесса. В силу ч.6 ст.121 АПК РФ, лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления (заявления) к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела, если суд располагает информацией о том, что указанные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе, за исключением случаев, когда лицами, участвующими в деле, меры по получению информации не могли быть приняты в силу чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств. По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия отдельного судебного акта на бумажном носителе может быть направлена им заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку. С ходатайством о направлении ему копии определения от 09.09.2021 по почте ответчик в суд не обращался.

Кроме того, ответчик утверждает, что в качестве эксперта по делу назначено лицо, не отвечающее требованию беспристрастности, поскольку суд не привел мотивы, по которым отдал предпочтение конкретной экспертной организации, которую предложил ответчик (видимо, имея в виду – истец). Это утверждение ответчика не соответствует действительности, поскольку эти мотивы в определении о назначении экспертизы от 09.09.2021 указаны: на стр.2 определения содержится следующий текст: «Другие кандидатуры экспертов лицами, участвующими в деле, не представлены, отвод указанной кандидатуре эксперта не заявлен». Такой отвод не заявлен эксперту ФИО3 до настоящего времени, основания сомневаться в его беспристрастности у суда отсутствуют.

Утверждая, что заключение эксперта является неполным, ответчик выражает свое несогласие с методом проведения экспертизы, однако выбор метода экспертных исследований относится к исключительной компетенции эксперта.

Довод ответчика о том, что в заключении отсутствует информация о том, что недостатки, указанные в предписаниях об устранении недостатков от 20.02.2020 № 20/02 и от 10.10.2020 № 10/10, относятся к работам, выполненным ответчиком, и что данные предписания направлялись ответчику с указанием сроков для их устранения, отклонен судом, поскольку из материалов дела следует, что указанные предписания адресовались истцом именно ответчику, а факт их направления с какими-либо условиями (или без таковых) не входит в предмет исследования эксперта, поскольку это не относится к области его специальных знаний, и соответствующий вопрос перед экспертом не ставился.

Довод ответчика о том, что определять объем и качество выполненных работ необходимо на дату 02.06.2020, когда договор был расторгнут, а экспертом неправомерно учтено предписание об устранении недостатков от 10.10.2020 № 10/10, направленное после расторжения договора, отклоняется судом, поскольку ни законом, ни договором не ограничено право заказчика обнаружить недостатки в течение гарантийного срока и предъявить подрядчику соответствующее требование о их устранении. Напротив, согласно п.п.1-3 ст.724 Гражданского кодекса РФ, если иное не установлено законом или договором подряда, заказчик вправе предъявить требования, связанные с ненадлежащим качеством результата работы, при условии, что оно выявлено в сроки, установленные этой статьей. В случае, когда на результат работы не установлен гарантийный срок, требования, связанные с недостатками результата работы, могут быть предъявлены заказчиком при условии, что они были обнаружены в разумный срок, но в пределах двух лет со дня передачи результата работы, если иные сроки не установлены законом, договором или обычаями делового оборота. Заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока. В данном случае согласно п.24.2 договора субподряда от 09.07.2019 № 09/07-НС гарантийный срок составляет 48 месяцев, поэтому истец правомерно направил ответчику предписание об устранении недостатков от 10.10.2020 № 10/10, а эксперт правомерно учел это в своем исследовании.

Довод ответчика о том, что в заключении отсутствует указание причины обнаруженных недостатков, отклонен судом, поскольку характер почти всех обнаруженных экспертом недостатков заключается в том, что определенный объем работ просто не выполнен, поэтому причина этих недостатков очевидна и не требует специальных познаний, а такой недостаток, как «линолеум поврежден крепежом», сам по себе свидетельствует о его причине.

Довод ответчика о том, что часть из обнаруженных экспертом недостатков не может быть вменена в вину ответчику, поскольку соответствующие виды и объемы работ не были предусмотрены проектом, не выполнялись ответчиком, не сдавались и не предъявлялись к оплате, отклонен судом, так как, если эти работы не выполнялись, значит, их стоимость не вошла в объем работ, стоимость которых должен был определить эксперт отвечая на второй вопрос (о стоимости работ, выполненных ответчиком с надлежащим качеством), а устранение этих недостатков (или стоимость этого устранения) не является предметом спора по настоящему делу (ни по первоначальному, ни по встречному иску).

Таким образом, все доводы, которые ответчик привел в обоснование своего ходатайства о назначении дополнительной экспертизы, не свидетельствуют о недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также о возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела, относящихся непосредственно к предмету спора по настоящему делу, поэтому предусмотренные частью 1 ст.87 Арбитражного процессуального кодекса РФ основания для назначения дополнительной экспертизы в данном случае отсутствуют.

При таких обстоятельствах суд протокольным определением от 07.07.2022 отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении дополнительной экспертизы и рассмотрел дело по имеющимся доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, заслушав объяснения представителя истца, оценив доводы и возражения сторон в совокупности с исследованными доказательствами, суд пришел к выводу о наличии оснований для полного удовлетворения первоначального иска и отказе в удовлетворении встречного иска.

В п.1 ст.8 Гражданского кодекса РФ указано, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В случае нарушения либо оспаривания права лица, возникшего из оснований, предусмотренных действующим законодательством, это лицо в силу ст.11 Гражданского кодекса РФ вправе обратиться в суд за защитой прав с использованием способов защиты, предусмотренных ст.12 Гражданского кодекса РФ.

Согласно п.2 ст.307 Гражданского кодекса РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований.

Как следует из материалов дела 09.07.2019 истцом («Генподрядчик») и ответчиком («Субподрядчик») был заключен договор № 09/07-НС на выполнение работ по объекту: «Реконструкция аэровокзального комплекса внутренних воздушных линий АО «Международный аэропорт «Уфа». 1 этап» (Реконструкция АВК ВВЛ. 1 этап) стоимостью 4 500 000 руб. (п.8.1 договора) в срок по 01.09.2019 (п.9.2 договора).

В соответствии с условиями договора истец перечислил ответчику авансовые платежи в общей сумме 3 350 000 руб., однако по причине нарушения ответчиком срока выполнения работ и неустранения недостатков выполненных работ, на основании п.3 ст.715 Гражданского кодекса РФ и в соответствии с п.22.2.3 договора, истец отказался от исполнения договора в одностороннем порядке, направив ответчику уведомление об этом (претензию с требованием возврата аванса от 25.05.2020), которое было получено ответчиком 02.06.2020. С этого дня договор считается расторгнутым согласно п.2 ст.450.1 Гражданского кодекса РФ, а обязательства сторон прекратились согласно п.2 ст.453 Гражданского кодекса РФ, за исключением тех обязательств, которые возникли до расторжения договора (в том числе – обязательств истца по оплате выполненных ответчиком работ, гарантийные обязательства ответчика и т.д.).

Поскольку истец утверждал, что работы на суммы выплаченного аванса ответчиком не выполнены, а ответчик утверждал, что стоимость выполненных им работ превышает сумму аванса (заявив требование о взыскание этой стоимости во встречном иске), суд назначил судебную строительно-техническую экспертизу, по результатам проведения которой экспертом установлено, что объем и качество работ, выполненных ответчиком на основании договора субподряда от 09.07.2019 № 09/07-НС не соответствует условиям этого договора, однако часть работ выполнена с надлежащим качеством, и стоимость этой части в соответствии с условиями договора субподряда от 09.07.2019 № 09/07-НС составляет 1 134 946 руб. 89 коп.

На эту сумму истец уменьшил размер своего требования о взыскании с ответчика неосновательного обогащения до 2 215 053 руб. 11 коп. После расторжения договора эта сумма является неосновательным обогащением ответчика, которое он обязан вернуть истцу на основании ст.1102 Гражданского кодекса РФ, поэтому требование истца о взыскании с ответчика этой суммы подлежит удовлетворению.

На основании п.2 ст.1107 Гражданского кодекса РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 Гражданского кодекса РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств. Истец просит взыскать с ответчика проценты на сумму неосновательного денежного обогащения с даты вынесения судом решения до фактического исполнения обязательства по возврату суммы неосновательного обогащения, поэтому это требование истца также подлежит удовлетворению.

Кроме этого истец просит взыскать с ответчика 253 357 руб. 50 коп. пени за нарушение сроков исполнения договорных обязательств на основании п.21.4 указанного договора и 225 000 руб. штраф на основании п.21.8 указанного договора.

Требование истца о взыскании с ответчика штрафа соответствует условиям п.21.8 договора субподряда от 09.07.2019 № 09/07-НС, где сказано о том, что истец имеет право взыскать с ответчика штраф в размере 5 % от цены договора в случае расторжения договора по основаниям, указанным в п.9.3 договора, где, в свою очередь, предусмотрено, что нарушение ответчиком сроков выполнения работ, предусмотренных договором, является существенным нарушением договора и основанием для начисления и взыскания неустойки, а также для одностороннего отказа истца от исполнения договора. Именно по этой причине истцом был заявлен односторонний отказ от исполнения договора, поэтому требование истца о взыскании с ответчика штрафа подлежит удовлетворению на основании ст.330 Гражданского кодекса РФ. Размер штрафа (5 % от цены договора) составляет 225 000 руб. Основания для уменьшения этой неустойки по правилам ст.333 Гражданского кодекса РФ отсутствуют.

Требование истца о взыскании с ответчика пени основано на условиях п.21.4 договора субподряда от 09.07.2019 № 09/07-НС, где сказано о том, что пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения субподрядчиком обязательства, предусмотренного договором, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного договором срока исполнения обязательства, в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации.

В этой части судом признаны обоснованными возражения ответчика о том, что начисление пени на общую цену договора, без учета выполненного объема работ, противоречит условию п.21.4 договора, согласно которому пеня начисляется на цену договора, уменьшенную на сумму фактически исполненных субподрядчиком обязательств.

Истец не изменил свой расчет суммы пени даже в заявлении об уменьшении исковых требований от 30.06.2022, несмотря на то, что написал в этом заявлении (составленном по результатам проведенной по делу судебной экспертизы) «поскольку произошло уменьшение задолженности считаем необходимым уточнить исковые требования в сторону их уменьшения». Вместо этого истец уменьшил лишь одно требование (о взыскании неосновательного обогащения – на установленную экспертом стоимость выполненных ответчиком работ), а расчет пени не изменил, продолжая рассчитывать пени за весь заявленный период (с 02.09.2019 по 26.05.2020) на общую цену договора (4 500 000 руб.), указанную в п.8.1 договора.

Однако, проверив произведенный истцом расчет пени, суд обнаружил в нем такие ошибки (на которые не обратил внимания ответчик), в результате которых рассчитанная истцом сумма пени меньше той суммы, которую истец мог бы потребовать к взысканию с ответчика, если бы произвел расчет пени правильно.

Первая ошибка, которую допустил истец в расчете пени, заключается в том, что истец неправильно определил дату начала периода просрочки исполнения ответчиком его обязательства по окончанию выполнения работ. Истец считает первым днем просрочки 02.09.2019, поскольку в п.9.2 договора сказано, что выполнение работ должно быть завершено 01.09.2019. При этом истец не учел норму ст.193 Гражданского кодекса РФ о том, что если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день. Поскольку 01.09.2019 являлось нерабочим днем (воскресенье), выполнение работ должно было быть завершено ответчиком 02.09.2019. Следовательно, первым днем периода просрочки является 03.09.2019.

Вторая ошибка, которую допустил истец в расчете пени, заключается в том, что истец не вычел из общей цены договора стоимость выполненных ответчиком с надлежащим качеством работ, установленную экспертом. Такое вычитание должно быть произведено с 07.04.2020, поскольку именно в этот день, как следует из материалов дела, ответчик вручил истцу с сопроводительным письмом от 07.04.2020 № 021 два акта о приемке выполненных работ от 15.12.2019 № 1 и № 2, справку о их стоимости от 15.12.2019 № 1 и исполнительную документацию (согласно реестра от 07.04.2020 № 1), то есть в установленном законом и договором порядке известил истца о завершении выполнения определенного объема работ. Доказательства более раннего завершения выполнения ответчиком какого-либо объема работ по договору в материалах дела отсутствуют.

При этом судом отклоняются возражения истца о том, что указанные документы были вручены ответчиком не уполномоченному на получение документов работнику истца, поскольку, как правильно указал ответчик, полномочия этого работника явствовали из обстановки, в которой он действовал, следовательно, подпись с надписью «получено 07.04.2020г» является доказательством получения истцом документов именно 07.04.2020.

Эти две ошибки истец допустил в свою пользу, однако, в своем расчете истец допустил еще одну ошибку, но уже не в свою пользу. Эта ошибка заключается в том, что истец, в нарушение условий п.21.4 договора, согласно которому пеня начисляется за каждый день просрочки в размере одной трехсотой ставки рефинансирования ЦБ РФ, действующей на дату уплаты пени, применил не одну ставку рефинансирования (ключевую ставку) ЦБ РФ, а все ключевые ставки ЦБ РФ, действовавшие в соответствующие периоды. Сложившаяся судебная практика свидетельствует о том, что условие договора о ставке ЦБ РФ, действующей на дату уплаты пени, трактуется при разрешении спора в суде, как условие о ставке, действующей на день принятия решения. На 07.07.2022 ставка рефинансирования ЦБ РФ составляет 9,5 % (Информационное сообщение Банка России от 10.06.2022). Если бы истец произвел расчет пени исходя из этой ставки за период с 03.09.2019 по 26.05.2020 с учетом уменьшения базы для расчета (цены договора) с 07.04.2020 на 1 134 946 руб. 89 коп., то в итоге он получил бы сумму пени больше, чем 253 387 руб. 50 коп.

Однако, в результате совокупности допущенных ошибок истец просит взыскать с ответчика сумму пени меньше, чем причитается по условиям договора.

Поскольку суд не вправе выходить за рамки заявленных истцом требований, взысканию с ответчика подлежит сумма пени 253 387 руб. 50 коп. за период с 03.09.2019 по 26.05.2020. Основания для уменьшения этой неустойки по правилам ст.333 Гражданского кодекса РФ также отсутствуют.

На основании изложенного первоначальный иск подлежит удовлетворению полностью.

Те же обстоятельства, установленные при рассмотрении настоящего дела и подтвержденные имеющимися в деле доказательствами, являются основанием для полного отказа в удовлетворении требований встречного иска, поскольку они свидетельствуют о том, что ответчик не выполнил работы на сумму, превышающую полученный аванс, а наоборот. Следовательно, в силу ст.ст.307, 309, 310, 330, 711 Гражданского кодекса РФ у истца отсутствует обязательство по уплате ответчику стоимости невыполненных работ в размере 198 096 руб. 98 коп., а также по уплате 11 359 руб. 21 коп. пени за нарушение срока оплаты с последующим начислением по день фактической уплаты долга.

На основании изложенного в удовлетворении встречного иска следует отказать полностью.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебные расходы относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.



Руководствуясь ст.ст.49, 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Принять уменьшение истцом размера требования о взыскании неосновательного обогащения до 2 215 053 руб. 11 коп. и уточнение о том, что проценты за пользование чужими денежными средствами с даты вынесения решения истец просит начислять на указанную сумму неосновательного обогащения. Цена первоначального иска: 2 693 440 руб. 61 коп.

Первоначальный иск удовлетворить полностью. Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Строй Электро Монтаж Автоматика" в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Стройнефть" 2 693 440 руб. 61 коп., в том числе неосновательное обогащение 2 215 053 руб. 11 коп., пени 253 387 руб. 50 коп. и штраф 225 000 руб., а также проценты за пользование чужими средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения (2 215 053 руб. 11 коп.) с 07.07.2022 по день фактической уплаты суммы неосновательного обогащения по ключевой ставке Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, и, кроме того, расходы по уплате государственной пошлины 36 467 руб. и по оплате стоимости экспертизы 25 000 руб.

В удовлетворении встречного иска отказать полностью.

Возвратить Обществу с ограниченной ответственностью "Стройнефть" из федерального бюджета государственную пошлину 5 675 руб.



Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.



Судья


/
Д.М. Бунеев