Решение от 11 августа 2021 г. по делу № А78-5650/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ

672002, Выставочная, д. 6, Чита, Забайкальский край

http://www.chita.arbitr.ru; е-mail: info@chita.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А78-5650/2021
г.Чита
11 августа 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 04 августа 2021 года.

Решение изготовлено в полном объеме 11 августа 2021 года.

Арбитражный суд Забайкальского края

в составе судьи Сюхунбин Е.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Федерального государственного бюджетного учреждения культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Забайкальском крае и Республике Бурятия (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании недействительным распоряжения от 19 января 2021 года № 75-34-р,

при участии в судебном заседании представителей:

от ФГБУК АУИПИК: ФИО2, по доверенности № 2-2021 от 31 декабря 2020 года (посредством онлайн-заседания);

от МТУ Росимущества: не было (извещено);

установил:

Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» (далее – Агентство, ФГБУК АУИПИК) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Забайкальском крае и Республике Бурятия (далее – МТУ Росимущества) о признании недействительным распоряжения от 19 января 2021 года № 75-34-р.

Представитель ФГБУК АУИПИК доводы заявления поддержала и указала на незаконность и необоснованность оспариваемого распоряжения. По мнению заявителя, предоставление спорных объектов недвижимости, перечисленных в распоряжении, нарушает права и законные интересы Агентства, поскольку закрепление спорных объектов на праве оперативного управления за ФГБУК АУИПИК предполагалось в комплексе (одновременное закрепление трех объектов культурного наследия), однако фактически за Агентством закреплены два объекта, которые находятся в неудовлетворительном состоянии, что является препятствием для вовлечения их в гражданский оборот.

МТУ Росимущества с доводами Агентства не согласилось по мотивам, изложенным в отзыве на заявление.

О месте и времени рассмотрения дела МТУ Росимущества извещено надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК Российской Федерации), что подтверждается почтовым уведомлением, а также отчетом о публикации на официальном сайте Арбитражного суда Забайкальского края в сети «Интернет» (www.chita.arbitr.ru) определений о принятии заявления к производству и назначении дела к судебному разбирательству, однако явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, что не является препятствие для рассмотрения дела по существу.

02 августа 2021 года в суд через сервис «Мой арбитр» от МТУ Росимущества поступили отзыв от 02 августа 2021 года на заявление с приложением копий скриншота отчета об отправке по электронной почте, распоряжения от 19 января 2021 года № 75-34-р, письма Минкультуры России от 19 марта 2020 года № 3817-01.1-63-НО, письма ФГБУК АУИПИК от 24 апреля 2020 года № 1206/7, выписки из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) от 29 января 2021 года, писем ФГБУК АУИПИК от 18 февраля 2020 года № 505/7 и от 06 апреля 2021 года № 1090/7, письма МТУ Росимущества от07 июня 2021 года № 75/5358.

Названные документы приобщены к материалам дела.

Заслушав доводы представителя Агентства, исследовав материалы дела, в том числе дополнительно представленные документы, арбитражным судом установлено следующее.

Агентство зарегистрировано в качестве юридического лица 02 февраля 2001 года за регистрационным номером 002.029.253, впоследствии ему присвоен основной государственный регистрационный номер <***>, о чем выдано свидетельство серии 77 № 004840558 (т. 1, л.д. 17).

По поручению Федерального агентства по управлению имуществом от 25 ноября 2020 года № ЕГ-07/37695, на основании обращения Агентства от 24 апреля 2020 года № 1206/7 МТУ Росимущества издано распоряжение от 19 января 2021 года № 75-34-р «О закреплении федерального недвижимого имущества, составляющего государственную казну Российской Федерации, на праве оперативного управления за ФГБУК АУИПИК (т. 1, л.д. 20-21), в соответствии с которым за Агентством на праве оперативного управления закреплено 9 объектов недвижимого имущества.

В пунктах 2 и 3 названного распоряжения также определено МТУ Росимущества в установленном порядке передать, а ФГБУК АУИПИК принять федеральное недвижимое имущество, указанное в пункте 1 настоящего распоряжения по актам приема-передачи, оформленным в соответствии с приказом Минфина России от 30 марта 2015 года № 52н. В соответствии с требованиями Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» обеспечить государственную регистрацию права оперативного управления ФГБУК АУИПИК на недвижимое имущество, указанное в пункте 1 настоящего распоряжения.

Не согласившись с названным распоряжением, Агентство обратилось с рассматриваемым заявлением в арбитражный суд.

Суд полагает требования ФГБУК АУИПИК не подлежащими удовлетворению по следующим причинам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 и частью 1 статьи 4 АПК Российской Федерации каждое заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов; такая защита является задачей судопроизводства в арбитражных судах.

Защита нарушенных или оспариваемых гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными законом.

Вместе с тем, арбитражный суд должен рассматривать поступившее в суд требование в соответствии с процедурой, предписанной действующим процессуальным законодательством, а не так, как указано в заявлении. Это не нарушает принцип диспозитивности, поскольку процессуальные нормы являются императивными.

Так, согласно части 1 статьи 133 АПК Российской Федерации одной из задач подготовки дела к судебному разбирательству является определение характера спорного правоотношения и подлежащего применению законодательства.

Принимая решение, суд в силу части 1 статьи 168 АПК Российской Федерации определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

Правильное определение судом вида судопроизводства (исковое или по делам, возникающим из публичных правоотношений), в котором подлежат защите права и законные интересы гражданина или организации, несогласных с ненормативным правовым актом, решением, действиями или бездействием органа государственной власти или органа местного самоуправления, зависит от характера правоотношений, из которых вытекает требование лица, обратившегося за судебной защитой, а не от избранной им формы обращения в суд (например, подача заявления в порядке, предусмотренном главой 24 АПК Российской Федерации, или подача искового заявления).

В Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 24 ноября 2005 года № 508-О, от 19 июня 2007 года № 389-О-О, от 15 апреля 2008 года № 314-О-О, от 13 октября 2009 года № 1222-О-О и от 23 апреля 2013 года № 608-О указано, что из права каждого на судебную защиту его прав и свобод, как оно сформулировано в статье 46 Конституции Российской Федерации, не следует право выбора гражданином или организацией по своему усмотрению той или иной процедуры судебной защиты, – их особенности применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации, федеральным законом.

Как разъяснено в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, судебная защита гражданских прав, основанных на акте, действии органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица, а также судебная защита гражданских прав, нарушенных актом, действием (бездействием) государственного органа, органа местного самоуправления или должностного лица, осуществляется способами и в сроки, которые предусмотрены гражданским законодательством.

Избранный способ защиты должен соответствовать характеру и последствиям нарушения и в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты.

В соответствии с частями 3 и 5 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним – это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Аналогичные положения предусмотрены и в пункте 6 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – Постановление № 10/22) указано, что поскольку при оспаривании зарегистрированного права суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования должны рассматриваться в порядке искового производства.

Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 56 Постановления № 10/22, зарегистрированное право на недвижимое имущество не подлежит оспариванию путем заявления требований, подлежащих рассмотрению по правилам главы 24 АПК Российской Федерации, поскольку в порядке производства по делам, возникающим из публичных правоотношений, не может разрешаться спор о праве на недвижимое имущество.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2013 года № 608-О также указано, что зарегистрированное право на недвижимое имущество не подлежит оспариванию путем заявления требований, подлежащих рассмотрению по правилам главы 24 АПК Российской Федерации, поскольку в порядке производства по делам, возникающим из публичных отношений, не может разрешаться спор о праве на недвижимое имущество. В таком случае восстановление регистрационной записи о соответствующем праве на объекты недвижимости возможно только по результатам рассмотрения судом в порядке искового производства спора о правах на недвижимое имущество по иску заинтересованного лица о признании (восстановлении) права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 296 Гражданского кодекса Российской Федерации учреждение и казенное предприятие, за которыми имущество закреплено на праве оперативного управления, владеют, пользуются этим имуществом в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, назначением этого имущества и, если иное не установлено законом, распоряжаются этим имуществом с согласия собственника этого имущества.

Право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника (пункт 1 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом в пункте 5 Постановления № 10/22 разъяснено, что в силу абзаца пятого пункта 1 статьи 216 Гражданского кодекса Российской Федерации право хозяйственного ведения и право оперативного управления относятся к вещным правам лиц, не являющихся собственниками. В этой связи право хозяйственного ведения и право оперативного управления на недвижимое имущество возникают с момента их государственной регистрации.

Ранее уже отмечалось, что распоряжением МТУ Росимущества от 19 января 2021 года № 75-34-р «О закреплении федерального недвижимого имущества, составляющего государственную казну Российской Федерации, на праве оперативного управления за ФГБУК АУИПИК» (т. 1, л.д. 20-21), в соответствии с которым за Агентством на праве оперативного управления закреплено 9 объектов недвижимого имущества.

Из материалов настоящего дела следует, что фактически оспариваемое распоряжение МТУ Росимущества исполнено.

По сведениям из Единого государственного реестра недвижимости право оперативного управления указанными 9 помещениями и зданием зарегистрировано за ФГБУК АУИПИК в установленном законом порядке, а именно:

- 27 января 2021 года в отношении помещения, этаж № 2 (номер на поэтажном плане 32), площадью 30,3 кв.м. (выписка из ЕГРН от 23 марта 2021 года № КУВИ-002/2021-26488574, т. 1, л.д. 29-31); помещения, этаж № 2 (номер на поэтажном плане 36), площадью 29,4 кв.м. (выписка из ЕГРН от 23 марта 2021 года № КУВИ-002/2021-26488234, т. 1, л.д. 32-34); помещения, этаж № 2 (номер на поэтажном плане 37,38), площадью 63,6 кв.м. (выписка из ЕГРН от 23 марта 2021 года № КУВИ-002/2021-26487378, т. 1, л.д. 35-37);

- 28 января 2021 года в отношении помещения, этаж № 2 (номер на поэтажном плане 23), площадью 6,4 кв.м. (выписка из ЕГРН от 23 марта 2021 года № КУВИ-002/2021-26492694, т. 1, л.д. 25-26); помещения, этаж № 2 (номер на поэтажном плане 26,29), площадью 61,7 кв.м. (выписка из ЕГРН от 23 марта 2021 года № КУВИ-002/2021-26488936, т. 1, л.д. 27-28); помещения, этаж № 1 (номер на поэтажном плане 12,14), этаж № 2 (номер на поэтажном плане 33,30,27,24,22), площадью 92,9 кв.м. (выписка из ЕГРН от 23 марта 2021 года № КУВИ-002/2021-2649269489306, т. 1, л.д. 38-40); помещения, этаж № 2 (номер на поэтажном плане 39-50,52), площадью 314,3 кв.м. (выписка из ЕГРН от 23 марта 2021 года № КУВИ-002/2021-2648893690293, т. 1, л.д. 41-43); помещения, этаж № 1 (номер на поэтажном плане 19), этаж № 2 (номер на поэтажном плане 51), площадью 29 кв.м. (выписка из ЕГРН от 23 марта 2021 года № КУВИ-002/2021-26490583, т. 1, л.д. 44-46);

- 29 января 2021 года в отношении здания уездного банка, площадью 291,6 кв.м. (выписка из ЕГРН от 23 марта 2021 года № КУВИ-002/2021-26486092, т. 1, л.д. 22-24).

Данные обстоятельства лицами, участвующими в деле, по существу не оспариваются.

Между тем, предметом заявленного Агентством требования является распоряжение МТУ Росимущества от 19 января 2021 года № 75-34-р.

Однако после государственной регистрации вещного права в виде оперативного управления в отношении спорных объектов недвижимости публично-правовые отношения по предоставлению таких здания и помещений Агентству прекратились (административный акт (распоряжение МТУ Росимущества) исполнен), в данном случае возникли иные (обязательственные) правоотношения по владению и пользованию данными объектами недвижимости.

Следовательно, рассмотрение вопроса о правомерности (неправомерности) предоставления Агентству спорных помещений и здания возможно лишь при проверке в судебном порядке существующего основания владения (права оперативного управления), законность которого не должна (и не может) оцениваться судом в рамках настоящего дела.

Признание оспариваемого ненормативного правового акта недействительным (в случае удовлетворения заявленных ФГБУК АУИПИК требований) не повлечет прекращения зарегистрированного права оперативного управления зданием и помещениями и, соответственно, не приведет к восстановлению нарушенных прав заявителя.

Таким образом, при наличии зарегистрированного права оперативного управления спорными объектами недвижимости, избранный Агентством способ защиты нарушенного права (в порядке главы 24 АПК Российской Федерации) не только не соответствует характеру спора, но и – с учетом положений пункта 56 Постановления № 10/22 –противоречит закону.

В свою очередь, оспаривание зарегистрированного права оперативного управления является самостоятельным способом защиты гражданских прав, имеет гражданско-правовой характер и означает оспаривание правоустанавливающих документов и связанной с ними государственной регистрации права. Зарегистрированное право может быть оспорено только путем предъявления соответствующих исковых требований к правообладателю (в рассматриваемом случае распорядившемуся собственнику), которые должны быть рассмотрены по правилам гражданского судопроизводства.

Данное обстоятельство (выбор ненадлежащей формы защиты права) является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленного ФГБУК АУИПИК в порядке главы 24 АПК Российской Федерации требования.

Тем не менее, Агентство не лишено возможности воспользоваться самостоятельными гражданско-правовыми средствами защиты своих прав и законных интересов, которые оно полагает нарушенными.

При этом оценка доводов и доказательств ФГБУК АУИПИК о незаконности распоряжения МТУ Росимущества от 19 января 2021 года № 75-34-р может быть дана судом в рамках рассмотрения соответствующего гражданско-правового иска.

Так, из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 февраля 2010 года № 15951/09 следует, что суд вправе давать оценку ненормативным правовым актам публичных образований с точки зрения их соответствия действующему законодательству и при рассмотрении гражданско-правовых споров.

С учетом приведенных обстоятельств, арбитражный суд приходит к выводу об избрании заявителем ненадлежащего способа защиты нарушенного права и отсутствии совокупности условий, предусмотренных статьями 4, 198 и 201 АПК Российской Федерации, для удовлетворения заявленных требований.

Избрание Агентством ненадлежащего способа защиты нарушенных прав является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Кроме того, заявителем пропущен процессуальный срок на оспаривание распоряжения МТУ Росимущества.

Частью 1 статьи 4 АПК Российской Федерации установлено, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно части 1 статьи 198 АПК Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с АПК Российской Федерации процессуальные действия совершаются в сроки, установленные данным Кодексом или иными федеральными законами (часть 1 статьи 113); с истечением процессуальных сроков лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий (часть 1 статьи 115).

Одним из процессуальных сроков является срок, установленный частью 4 статьи 198 АПК Российской Федерации, согласно которой заявление о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 18 ноября 2004 года № 367-О, от 22 ноября 2012 года № 2149-О и от 17 июня 2013 года № 980-О, установление в законе сроков для обращения в суд с заявлениями о признании ненормативных правовых актов недействительными, а решений, действий (бездействия) – незаконными обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность административных и иных публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушающее право на судебную защиту, поскольку несоблюдение установленного срока, в силу соответствующих норм АПК Российской Федерации, не является основанием для отказа в принятии заявлений по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, – вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, то есть в судебном заседании.

Федеральный законодатель на основе баланса между принципом правовой определенности и правом на справедливое судебное разбирательство должен обеспечить при установлении порядка признания ненормативных правовых актов недействительными, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц незаконными реальную возможность заинтересованным лицам воспользоваться правом на обжалование указанных правовых актов, решений и действий (бездействия) в тех случаях, когда заинтересованные лица по уважительным причинам не могли в установленные законом сроки обратиться в суд с соответствующим требованием.

При этом федеральный законодатель уполномочен, в частности в пределах имеющейся у него свободы усмотрения, устанавливать сроки для обращения в суд, порядок их течения во времени, момент начала и окончания, с тем, чтобы обеспечивать как реальную возможность судебной защиты прав, свобод и законных интересов граждан и их объединений, так и стабильность, определенность и предсказуемость правовых условий для субъектов соответствующих правоотношений (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 14 декабря 1999 года № 220-О, от 3 октября 2006 года № 439-О, от 15 июля 2008 года № 563-О-О, от 5 марта 2009 года № 253-О-О, от 8 апреля 2010 года № 456-О-О и др.).

Из материалов настоящего дела следует, что оспариваемое в рамках настоящего дела распоряжение № 75-34-р «О закреплении федерального недвижимого имущества, составляющего государственную казну Российской Федерации, на праве оперативного управления за ФГБУК АУИПИК» вынесено МТУ Росимущества 19 января 2021 года.

Письмом от 19 февраля 2021 года № 75/1581 (т. 1, л.д. 47-48) названное распоряжение направлено в адрес ФГБУК АУИПИК и получено последним 24 февраля 2021 года, о чем свидетельствует штамп входящей корреспонденции № 738 (т. 1, л.д. 47).

О получении Агентством оспариваемого распоряжения именно 24 февраля 2021 года также указано в поступившем в арбитражный суд заявлении ФГБУК АУИПИК и подтверждено представителем Агентства в судебном заседании 04 августа 2021 года (аудиозапись судебного заседания от 04 августа 2021 года).

Следовательно, с заявлением об оспаривании названного распоряжения как ненормативного правового акта в рамках главы 24 АПК Российской Федерации Агентство должно было обратиться в арбитражный суд не позднее 24 мая 2021 года.

Однако фактически соответствующее заявление Агентства поступило в суд через сервис «Мой арбитр» только 16 июня 2021 года, что подтверждается штампом входящей корреспонденции Арбитражного суда Забайкальского края (т. 1, л.д. 3) и информацией о документе (т. 1, л.д. 67), то есть по истечении более трех недель после установленного срока.

Гарантией для лиц, не реализовавших по уважительным причинам свое право на совершение процессуальных действий в установленный срок, является институт восстановления процессуальных сроков, предусмотренный статьей 117 АПК Российской Федерации, согласно которой пропущенный процессуальный срок может быть восстановлен по ходатайству лица, участвующего в деле.

Согласно частям 3 и 4 статьи 117 АПК Российской Федерации такое ходатайство подается в арбитражный суд, в котором должно быть совершено процессуальное действие, рассматривается в судебном заседании без извещения лиц, участвующих в деле, и его разрешение предшествует осуществлению соответствующего процессуального действия за пределами пропущенного срока.

По смыслу правовой позиции, содержащейся в пункте 2 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 марта 2010 года № 6-П, законодательное регулирование восстановления срока должно обеспечивать надлежащий баланс между вытекающим из Конституции Российской Федерации принципом правовой определенности и правом на справедливое судебное разбирательство, предполагающим вынесение законного и обоснованного судебного решения, с тем чтобы восстановление пропущенного срока могло иметь место лишь в течение ограниченного разумными пределами периода и при наличии существенных объективных обстоятельств, не позволивших заинтересованному лицу, добивающемуся его восстановления, защитить свои права в рамках установленного процессуального срока.

Частью 4 статьи 198 АПК Российской Федерации предусмотрено, что пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 ноября 2007 года № 8673/07 указано, что установленный частью 4 статьи 198 АПК Российской Федерации срок может быть восстановлен исключительно при наличии уважительных причин.

Определениями от 18 июня и 13 июля 2021 года (т. 1, л.д. 1-2, 105) суд предлагал Агентству обосновать в письменном виде соблюдение трехмесячного срока на обращение с настоящим заявлением в арбитражный суд.

В пояснениях от 24 июня 2021 года № 630/06 (т. 1, л.д. 74-76) Агентство указывает, что срок на обращение в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением не пропущен, поскольку подлежит исчислению с момента, когда Агентству стало известно о нарушении его прав и законных интересов: после получения документов, подтверждающих факт регистрации права оперативного управления (выписки из ЕГРН получены 23 марта 2021 года).

В тоже время подобные доводы суд не может принять во внимание, поскольку предметом заявленных требований является оспаривание ненормативного правового акта (распоряжения МТУ Росимущества), который был фактически получен заявителем 24 февраля 2021 года. В связи с чем ФГБУК АУИПИК имело реальную возможность в срок до 24 мая 2021 года изучить такое распоряжение и подготовить соответствующее заявление о его оспаривании.

Доводы Агентства о необходимости удостовериться в государственной регистрации права оперативного управления на спорные объекты недвижимости, напротив, указывают на наличии спора о праве на такие объекты, который должен разрешаться в рамках искового производства.

Мотивированное ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока заявителем в суд не представлено.

В силу части 2 статьи 9 АПК Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Исходя из взаимосвязанных положений части 1 статьи 117 и части 4 статьи 198 АПК Российской Федерации, у арбитражного суда в отсутствие обоснованного и документально подтвержденного ходатайства не имеется законных оснований для восстановления пропущенного срока.

В соответствии с частью 1 статьи 7 АПК Российской Федерации правосудие в арбитражных судах осуществляется на началах равенства всех перед законом и судом.

Статьей 8 АПК Российской Федерации предусмотрено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон; стороны пользуются равными правами на заявление отводов и ходатайств, осуществление иных процессуальных прав и обязанностей, предусмотренных данным Кодексом; арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

В пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2013 года № 99 «О процессуальных сроках» указано, что необоснованное восстановление пропущенного процессуального срока может привести к нарушению принципа правовой определенности и соответствующих процессуальных гарантий.

В силу части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропуск срока на обращение в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении заявления.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» указано, что арбитражным судам надлежит применять положения части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации по аналогии закона.

В постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19 апреля 2006 года № 16228/05, от 10 октября 2006 года № 7830/06, от 31 октября 2006 года № 8837/06, от 23 января 2007 года № 11984/06 и от 16 ноября 2010 года № 8476/10, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 2 ноября 2015 года № 303-КГ15-14803 и от 14 июня 2016 года № 308-КГ16-6278 указано, что пропуск установленного частью 4 статьи 198 АПК Российской Федерации срока служит самостоятельным и достаточным аргументом для отказа в удовлетворении заявления.

С учетом изложенного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленного ФГБУК АУИПИК требования.

Расходы по государственной пошлине подлежат распределению в порядке статьи 110 АПК Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 176 и 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления Федерального государственного бюджетного учреждения культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании недействительным распоряжения Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Забайкальском крае и Республике Бурятия (ОГРН <***>, ИНН <***>) от 19 января 2021 года № 75-34-р отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца через Арбитражный суд Забайкальского края.

СудьяЕ.С. Сюхунбин