Постановление от 27 ноября 2019 г. по делу № А52-4654/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


27 ноября 2019 года

Дело №

А52-4654/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 20 ноября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 ноября 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Троховой М.В., судей Боровой А.А., Воробьевой Ю.В.,

при участии от акционерного коммерческого банка «СЛАВИЯ» (акционерное общество) Рассадиной О.В. (доверенность от 25.12.2018), от конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Псковэлектросвар» Бондаренко А.А. - Киричек О.В. (доверенность от 18.01.2019),

рассмотрев 20.11.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного коммерческого банка «СЛАВИЯ» (акционерное общество) на определение Арбитражного суда Псковской области от 18.06.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2019 по делу № А52-4654/2017,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Псковской области от 17.12.2018 закрытое акционерное общество «Псковэлектросвар», адрес: 180022, Псковская область, город Псков, улица Новаторов, дом 3, ОГРН 1036000314261, ИНН 6027076488 (далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден Бондаренко Алексей Анатольевич.

Акционерный коммерческий банк «СЛАВИЯ» (акционерное общество), адрес: 117292, Москва, улица Кедрова, дом 5А, ОГРН 1027739228758, ИНН 7726000596 (далее – Банк), 15.01.2019 обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о включении в реестр требования кредиторов должника (далее – Реестр) требования в размере 107 550 347 руб. 55 коп. Банк также просил признать часть требования в размере 106 586 089 руб. 01 коп. обеспеченным залогом имущества должника.

Определением от 22.01.2019 к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Научно-Технический центр Геофизика» (далее – Центр).

Конкурсный управляющий 19.02.2019 обратился в суд с заявлением о признании недействительными договора поручительства юридического лица № П-К-ДП-006-01/17, договора о залоге движимого имущества юридического лица № П-К-ДЗ-006-01/17, договора о залоге товаров в обороте № П-К-ДЗ-006-02/17, договора о залоге товаров в обороте № П-К-ДЗ-006-03/17, заключенных Банком и Обществом 29.09.2017.

Определением от 25.03.2019 заявления Банка и конкурсного управляющего объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением от 18.06.2019, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2019, Банку отказано в удовлетворении заявления, заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

В кассационной жалобе Банк просит отменить определение от 25.03.2019 и постановление от 09.09.2019 в части признания недействительным договора поручительства, а дело в данной части направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Податель жалобы указывает на то, что при рассмотрении обоснованности требования Банк раскрыл разумные экономические мотивы совершения обеспечительных сделок, указав на изменения в составе группы компаний «Технология Металлов», в которую должник входил с 2011 года, а также на наличие у указанной группы активов, значительно превышающих размер обязательств.

Также Банк ссылается на то, что его довод о том, что при рефинансировании указанной группы компаний положение лиц, входящих в нее, не ухудшилось, судами необоснованно отклонен.

В отзывах конкурсный управляющий должником и Федеральная налоговая служба просят оставить определение от 25.03.2019 и постановление от 09.09.2019 без изменения.

В судебном заседании представитель Банка уточнила кассационную жалобу и просила отменить определение от 25.03.2019 и постановление от 09.09.2019 полностью, а дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Представитель конкурсного управляющего Обществом поддержала доводы, приведенные в отзыве на кассационную жалобу.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Банк и общество с ограниченной ответственности «ТЕХНОКАБЕЛЬ М» (далее – Фирма) 26.03.2013 заключили договор о кредитовании юридического лица № 001-КЛ/13 (далее – кредитный договор от 26.03.2013), в соответствии с которым Банк предоставил Фирме кредитную линию.

Кредит был обеспечен поручительством Общества (договор поручительства юридического лица от 26.03.2013 № 001-П-01/13), акционерного общества «Псковкабель» (далее – АО «Псковкабель»), общества с ограниченной ответственности «Псковгеокабель» (далее – ООО «Псковгеокабель»), акционерного общества «Завод «Точлит» (далее – АО «Завод «Точлит»), общества с ограниченной ответственности «Аркада» (далее – ООО «Аркада»), общества с ограниченной ответственности «Геофизтехногрупп» (далее – ООО «Геофизтехногрупп»), общества с ограниченной ответственности «Капитал ТМ» (далее – ООО «Капитал ТМ»), Федюка Владимира Анатольевича, Андреева Д.М. с лимитом ответственности 20 000 000 руб., Маршенкулова Залима Замудиновича с лимитом ответственности 79 430 327 руб. 87 коп.

В обеспечение исполнения обязательств Фирмы по кредитному договору Банком и Обществом также были заключены договор о залоге движимого имущества от 26.03.2013 № 001-Д3-03/13, договор о залоге товаров в обороте от 17.03.2015 № 001-Д3-04/13, договор о залоге товаров в обороте от 04.04.2016 № 001-ДЗ-06/13. АО «Завод «Точлит», АО «Псковкабель» также передали Банку свое имущество в залог.

Срок возврата кредита по договору от 26.03.2013 неоднократно продлевался, дополнительным соглашением от 31.03.2017 № 14 к указанному договору окончательный срок погашения кредита, сумма которого на дату подписания дополнительного соглашения составила 99 430 327 руб. 87 коп., установлен до 29.09.2017.

Банк и Центр 27.09.2017 заключили договор цессии, по условиям которого Банк уступил Центру право требования к Фирме по кредитному договору от 26.03.2013, в том числе 99 430 327 руб. 87 коп. основного долга, 12 032 431 руб. 70 коп. процентов за пользование кредитом.

Договор поручительства от 26.03.2013 № 001-П-01/13 Банком и Обществом расторгнут дополнительным соглашением от 29.09.2017.

Центр (заемщик) и Банк 29.09.2017 заключили договор о кредитовании № П-К-006/17 (далее – кредитный договор от 29.09.2017), в соответствии с которым Банк предоставил заемщику кредит в размере 113 042 750 руб. для расчетов по договору цессии в целях приобретения права требования задолженности у Фирмы по кредитному договору от 26.03.2013.

В обеспечение исполнения обязательств Центра Банком и Обществом заключен договор поручительства от 29.09.2017 № П-К-ДП-006-01/17, согласно которому должник принял на себя обязательства отвечать в солидарном порядке за исполнение обязательств заемщика по кредитному договору от 29.09.2017.

Одновременно Банком и должником заключены:

- договор о залоге движимого имущества юридического лица от 29.09.2017 № П-К-ДЗ-006-01/17, в соответствии с которым должник передал в залог Банку комплекс оборудования для стыковой сварки КСС-01 залоговой стоимостью 55 800 000 руб.;

- договор о залоге товаров в обороте от 29.09.2017 № П-К-ДЗ-006-02/17, в соответствии с которым должник передал в залог Банку комплекс оборудования для стыковой сварки КСМ-01 залоговой стоимостью 42 926 986 руб. 50 коп.;

- договор о залоге товаров в обороте от 29.09.2017 № П-К-ДЗ-006-03/17, в соответствии с которым должник передал в залог Банку товарно-материальные ценности залоговой стоимостью 68 099 677 руб. 10 коп.

Кроме того, в обеспечение исполнения обязательств Центра по кредитному договору от 29.09.2017 Банком заключены договоры поручительства с АО «Псковкабель», ООО «Псковгеокабель», Маршенкуловым З.З., договор залога товаров в обороте общей залоговой стоимостью 9 655 183 руб. с АО «Псковкабель».

Ссылаясь на неисполнение обязательств по кредитным договорам заемщиком, а также Обществом как поручителем и залогодателем, Банк обратился в суд с заявлением о включении требования в Реестр.

Конкурсный управляющий должником, в свою очередь, полагая, что договоры залога и поручительства от 29.09.2017 заключены Банком и Обществом с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов последнего, обратился в суд с заявлением о признании их недействительными.

Банк в обоснование возражений по требованию конкурсного управляющего ссылался на то, что при предоставлении кредита Центру фактически имело место рефинансирование ранее выданного кредита лицу, входящему в группу компаний «Технология Металлов», с заменой основного заемщика и переоформлением договоров обеспечения с должником на более длительный период.

Суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего о признании сделок недействительными и отказал Банку во включении требования в Реестр.

Суд руководствовался положениями пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и исходил из того, что оспариваемые сделки причинили вред имущественным правам кредиторов должника. Суд отметил, что на момент заключения сделок должник являлся неплатежеспособным, а Банк, имея возможность проверить данную информацию, не проявил разумной осмотрительности.

Суд признал недобросовестным поведение Банка, указав на то, что его действия были направлены на замену неликвидной, рисковой задолженности, повлекли увеличение ответственности и рисков должника.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Изучив материалы дела и проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно правовой позиции, содержащейся в абзаце втором пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Таким образом, согласно вышеприведенным нормам обязательным условием для признания оспариваемых сделок недействительными являлось их совершение с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Согласно сложившейся судебной арбитражной практике (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611, от 08.04.2019 № 305-ЭС18-22264 и др.) наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и заемщиком объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств. Внутренние отношения указанных солидарных должников, лежащие в основе предоставления ими обеспечения друг за друга, могут быть как юридически формализованными (юридически закрепленная аффилированность по признаку вхождения в одну группу лиц или совместные действия на основе договора простого товарищества и т.д.), так и фактическими (фактическая подконтрольность одному и тому же бенефициару либо фактическое участие неаффилированных заемщика и поручителя (залогодателя) в едином производственном и (или) сбытовом проекте, который объективно нуждается в стороннем финансировании и т.д.).

В рассматриваемом случае судами первой и апелляционной инстанции установлено, что поручительство и залог предоставлены должником за свое аффилированное лицо, которое входило в группу компаний «Технология Металлов».

Банк, не являющийся участником отношений внутри группы, не должен был подтверждать собственную добросовестность строгими средствами доказывания, пытаясь опровергнуть неочевидные претензии поручителя (залогодателя).

В силу 65 АПК РФ именно на конкурсном управляющем лежала обязанность доказывания того, что выдавая кредит под предоставленное Обществом обеспечение, Банк отклонился от стандарта поведения обычной кредитной организации, поставленной в сходные обстоятельства.

Однако данный вопрос судами должным образом не исследовался.

Наличие или отсутствие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества у группы компаний «Технология Металлов» на дату заключения оспариваемых договоров судами не устанавливалось.

Судами не учтено, что сделки поручительства и залога обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу предоставившего обеспечение лица. Поэтому не имелось оснований ожидать, что Банк должен был заботиться о выгодности спорных сделок для поручителя (залогодателя).

О недобросовестном поведении Банка при заключении обеспечительных сделок могло бы свидетельствовать, например, совершение Банком названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как:

участие банка в операциях по неправомерному выводу активов;

получение банком безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности;

реализация договоренностей между банком и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя (залогодателя), при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.

Однако ни одно из перечисленных выше обстоятельств судами первой и апелляционной инстанции установлено не было.

Довод конкурсного управляющего о том, что вся группа компаний в спорный период фактически вела убыточную деятельность, в связи с чем Банк, принимающий от должника поручительство и имущество в залог, должен был учесть возможное нарушение прав конкурсных кредиторов Общества, необоснованно принят судами во внимание.

Действия, направленные на повышение вероятности возврата долга иным экономическим субъектом не могут быть квалифицированы в качестве недобросовестных.

В условиях недоказанной недобросовестности действия Банка по выдаче кредита и одновременному получению обеспечения от аффилированного с должником лица, находящегося в неустойчивом финансовом положении, сами по себе не могут рассматриваться как направленные на причинение вреда кредиторам лица, предоставляющего обеспечение. При ином подходе следовало бы признать принципиальную недопустимость кредитования банками предприятий, функционирующих в кризисной ситуации.

В нарушение статей 71 и 170 АПК РФ суды уклонились от исследования доводов Банка об изменении в составе группы лиц «Технология Металлов», признав исключение АО «Завод Точлит», ООО «Аркада», ООО «Геофизтехногрупп», ООО «Капитал ТМ», Федюка В.А. и Андреева Д.М. из состава поручителей по обязательствам Центра неразумным поведением со стороны Банка при рефинансировании ранее выданного кредита.

Суды также не дали оценку доводам Банка о том, что при рефинансировании группы компаний положение лиц, входящих в нее, не ухудшилось, объем их обязательств не увеличился, кредитная нагрузка снизилась в связи с увеличением срока возврата кредита, уменьшением процентной ставки за пользование кредитом, прощением начисленных неустоек по ранее действующему кредитному обязательству.

Кроме того, коль скоро оспариваемые договоры заключены при одновременном прекращении обязательств Общества перед Банком по ранее заключенному договору поручительства от 26.03.2013, выводы судов о том, что в результате совершения оспариваемых сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов, а Банку было оказано предпочтение перед другими кредиторами должника, являются недостаточно обоснованными.

Изложенное в силу статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Так как обстоятельства, необходимые для принятия решения по существу настоящего обособленного спора, установлены судами первой и апелляционной инстанций не полностью, дело следует направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В силу абзаца второго части 3 статьи 289 АПК РФ при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается судом, вновь рассматривающим дело.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Псковской области от 18.06.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2019 по делу № А52-4654/2017 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Псковской области на новое рассмотрение.


Председательствующий

М.В. Трохова

Судьи


А.А. Боровая

Ю.В. Воробьева