Постановление от 2 июня 2024 г. по делу № А29-13051/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А29-13051/2015

03 июня 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 20.05.2024.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Чижова И.В.,

судей Ионычевой С.В., Прытковой В.П.,


при участии конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Компания Феникс» ФИО1 и представителей

от  конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Компания Феникс»:

ФИО2 (доверенность от 10.05.2024),

от арбитражного управляющего ФИО3:

ФИО4 (доверенность от 20.03.2024),


рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы

общества с ограниченной ответственностью «СосногорскЛесТранс» и

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью

«Компания Феникс» ФИО1


на определение Арбитражного суда Республики Коми от 10.11.2023 и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 19.02.2024

по делу № А29-13051/2015


по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Цифровой Октябрь»

о признании незаконными действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО3 и взыскании с него убытков,


третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – «Союз арбитражных управляющих «Авангард», общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь», ФИО5, конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Компания Феникс» ФИО1


и   у с т а н о в и л:


в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Компания Феникс» (далее – должник, Общество) общество с ограниченной ответственностью «Цифровой Октябрь» (далее – кредитор, ООО «Цифровой Октябрь») обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании незаконными действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО3 и взыскании с него убытков в размере 17 575 242 рублей 45 копеек.

            Арбитражный суд Республики Коми определением от 10.11.2023, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 19.02.2024, удовлетворил жалобу частично, признал незаконным бездействие арбитражного управляющего ФИО3, выразившееся в непредставлении сведений и непроведении анализа операций по списанию с расчетного счета должника денежных средств в размере 34 303 427 рублей 81 копейки.

            Не согласившись с состоявшимися судебными актами в части отказа в удовлетворении остальных требований, общество с ограниченной ответственностью «СосногорскЛесТранс» (далее – ООО «СосногорскЛесТранс») и конкурсный управляющий Обществом ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратились в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационными жалобами, в которых просят изменить определение от 10.11.2023 и постановление от 19.02.2024, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления в полном объеме в связи с несоответствием выводов, сделанных судами, обстоятельствам дела и неправильным применением норм материального права.

Заявителями указано, что ФИО3 при наличии оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 170, пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания трудовых договоров от 19.04.2016 № 81, 82/188, дополнительного соглашения от 19.04.2016 № 6 к договору от 01.10.2008 и от 23.05.2018 № 8, заключенным с контролирующими должника лицами (ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9), недействительными, не оспорил их в установленном законом порядке, чем нарушил право кредиторов на удовлетворение своих требований. Выплата значительных денежных средств под видом заработной платы в пользу ФИО7 и ФИО6 с целью уклонения от налогов подтверждена приговором Усинского городского суда Республики Коми от 28.02.2020, которым указанные лица признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного часть 2 статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации. Приговором установлено, что указанные лица совершили умышленное сокрытие денежных средств Общества следующим образом: по совместному решению с ФИО6 ФИО7 организовал необоснованное перечисление этому лицу со счета Общества денежных средств под видом заработной платы.

По мнению конкурсного управляющего ФИО1, вопреки выводам судов, срок исковой давности для оспаривания трудовых договоров надлежит исчислять с момента введения процедуры конкурсного производства, поскольку в процедуре внешнего управления проводятся мероприятия по восстановлению платежеспособности предприятия на основании утвержденного плана внешнего управления, которым не предусмотрено оспаривание договоров. Общество должно было выйти из тяжелого имущественного положения и погасит имеющуюся кредиторскую задолженность. Отсутствие сведений о трудовых договорах в заключении о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не освобождало арбитражного управляющего ФИО3 от обязанности провести мероприятия, направленные на пополнение конкурсной массы должника, в том числе, путем их оспаривания.

Как полагают заявители, суды неверно оценили действия ФИО3 по перечислению денежных средств на расчетные счета ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, указав на отсутствие оснований для оспаривания трудовых договоров. Вместе с тем указанные выплаты совершены в завышенном размере в период имущественного кризиса должника, при отсутствии экономической целесообразности.

Заявители указали, что суды не дали правовой оценки требованию в части признания незаконными действий по перечислению на счета контролирующих лиц денежных средств в период с марта 2019 года по май 2020 года. При этом суд апелляционной инстанции необоснованно ограничился указанием на отсутствие оснований для оспаривания трудовых договоров, на основании которых произведены спорные перечисления.

Конкурсный управляющий ООО «Компания Феникс» полагает, что ввиду отсутствия доказательств экономической обоснованности и целесообразности создания должности советника директора и принятия на нее ФИО6, являвшегося директором должника, принятия на должность директора общества ФИО7 – аффилированного с должником лица, установления указанным лицам высокой заработной платы, а также увеличения заработной платы ФИО9 в условиях нахождения ООО «Компания Феникс» в трудном экономическом положении, состоянии имущественного кризиса, указанные действия являются выходящими за рамки обычного гражданского оборота и добросовестного поведения. Вследствие общности экономических интересов должника и аффилированных лиц их требования не могут конкурировать с требованиями кредиторов, не имеющих фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. На основании изложенного ФИО3, действуя разумно и добросовестно в интересах должника и кредиторов, должен был учитывать текущие обязательства должника по заработной плате ФИО6, ФИО7 и ФИО10 в составе очередности после удовлетворения третьей очереди.

Аналогичные доводы заявлены конкурсным управляющим и конкурсным кредитором при оспаривании вывода об отсутствии оснований для признания незаконными бездействия ФИО3, выразившегося в неоспаривании сделок по перечислению денежных средств ОСП по городу Усинску в адрес ФИО6, ФИО11, ФИО12, ФИО7, ФИО13, ФИО9, ФИО8, ФИО14

Возражения заявителей относительно отказа в признании незаконным бездействия ФИО3, выразившегося в непредставлении им сведений по запросам кредитора, сводятся к тому, что в связи с непредставлением истребуемой информации лишило ООО «Цифровой Октябрь» права на осуществление контроля за деятельность арбитражного управляющего, в том числе для установления правомерности спорных перечислений. 

Заявители настаивают на том, что выплаты на общую сумму 17 575 242 рубля 45 копеек, произведенные ФИО3 в пользу ФИО6, А.Д.АБ., ФИО9 и ОСП по городу Усинску в пользу ФИО6, ФИО11, ФИО12, ФИО7, ФИО13, ФИО9, ФИО8, ФИО14 на основании судебных приказов, являются убытками Общества, поскольку задолженность по заработной плате перед указанными работниками отсутствовала.

Как указали заявители, суд, отказав во взыскании с арбитражного управляющего убытков, не установил, на что были направлены контролирующими должника лицами спорные выплаты на погашение текущей задолженности должника. Суд не принял во внимание уточнение требования ООО «Цифровой Октябрь» о взыскании убытков не в свою пользу, а в пользу должника, которое фактически не было рассмотрено.

Подробно доводы заявителей изложены в кассационных жалобах.

Определением от 18.04.2018 в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение кассационной жалобы отложено на 20.05.2024.

ФИО5 в отзыве поддержала доводы заявителей кассационных жалоб, просила отменить определение от 10.11.2023 и постановление от 19.02.2024, направить спор на новое рассмотрение.

В дополнении к кассационной жалобе и в судебном заседании конкурсный управляющий ФИО1 пояснил, что часть судебных приказов, на основании которых произведено списание денежных средств с расчетного счета должника в пользу работников, отменена судом общей юрисдикции.

Конкурсный управляющий и его представитель в судебном заседании и в отзыве возражали относительно приведенных в кассационной жалобе доводов, ссылались на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

            Законность определения Арбитражного суда Республики Коми от 10.11.2023 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 19.02.2024                                      проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационных жалобах и возражениях относительно жалоб.

Как следует из материалов дела, должником и ФИО6 заключен трудовой договор от 19.04.2016 № 81, согласно которому работник был принят на должность советника директора (в области управления производством предприятия). Срок действия договора установлен с 19.04.2016.

В соответствии с пунктом 4.1 договора работнику установлены оклад в размере 750 000 рублей, надбавка за работу в условиях Крайнего Севера и районный коэффициент. Дополнительным соглашением № 2 от 01.10.2017 оклад работнику установлен в размере 300 000 рублей в месяц с 01.10.2017.

Должник и ФИО8 заключили трудовой договор от 05.11.2008  № 145, согласно которому работник принят на должность главного бухгалтера с 01.11.2008.

В пункте 2.1.2 договора указано, что при работе производится оплата, исходя из развилки окладов: минимальный размер 56 000 рублей, максимальный – 104 000 рублей.

Должник и ФИО8 заключили трудовой договор от 23.05.2018 № 8, в соответствии с которым работник принимается на должность главного бухгалтера.

В силу пункта 4.1 договора работнику установлены оплата по окладу в размере 5 000 рублей, надбавка за работу в условиях Крайнего Севера, районный коэффициент, ежемесячная премия.

Общество и ФИО9 заключили трудовой договор от 01.10.2008 № 184, по условиям которого работник принимается на должность заместителя директора по экономике и финансам.

В пункте 2.1.2 договора указано, что при работе производится оплата, исходя из развилки окладов: минимальный размер 85 000 рублей, максимальный – 165 000 рублей.

В соответствии с дополнительным соглашением от 19.04.2016 № 06 должностной оклад работнику установлен в размере 500 000 рублей с 19.04.2016.

Согласно дополнительному соглашению от 01.05.2017 № 07 работнику установлен должностной оклад в размере 149 926 рублей.

Общество и ФИО7 заключили трудовой договор от 19.04.2016 № 82/188, согласно которому работник принят на должность директора с 19.04.2016.

Пунктом 4.1 договора работнику устанавливается оплата по окладу в размере                       1 000 000 рублей, надбавка за работу в условиях Крайнего Севера, районный коэффициент.

Арбитражный суд Республики Коми определением от 01.06.2017 ввел в отношении Общества процедуру наблюдения, временным управляющим утвердил ФИО5; определением от 22.09.2017 ввел процедуру внешнего управления на срок 18 месяцев, внешним управляющим утвердил ФИО5

Определением от 22.12.2018 ФИО5 отстранена от исполнения обязанностей внешнего управляющего. Определением от 22.01.2019 внешним управляющим утвержден ФИО3

Арбитражный суд Республики Коми решением от 26.03.2019 признал Общество несостоятельным (банкротом), открыл в отношении его имущества конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложил на внешнего управляющего ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 04.06.2019 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей внешнего управляющего, конкурсным управляющим утверждена ФИО15.

Определением от 20.08.2019 ФИО15 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом.

Определением от 13.09.2019 конкурсным управляющим Обществом утвержден ФИО3

Определением от 23.08.2021 ФИО3 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом.

ООО «Цифровой Октябрь» направило в адрес конкурсного управляющего ФИО3 требования № 2020, 2120 об оспаривании трудовых договоров, заключенных с высокооплачиваемыми работниками (ФИО6 ФИО7, ФИО8, ФИО9), и перечислений им денежных средств в период с марта 2019 года по май 2020 года.

В ответ на данные требования конкурсный управляющий указал на пропуск срока исковой давности для оспаривания трудовых договоров внешним управляющим ФИО5 и отсутствие оснований для признания договоров и спорных операций по перечислению денежных средств недействительными.

Посчитав, что ФИО3 ненадлежащим образом исполнены обязанности конкурсного управляющего Обществом, ООО «Цифровой Октябрь» обратилось в арбитражный суд с уточненной жалобой на действия (бездействие) этого лица и требованием о возмещении убытков.

Отказав в удовлетворении части требований, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались пунктом 2 статьи 61.2, статьями 20.3, 20.4, 60, 129, 143 Закона о банкротстве, статьями 10, 15, 168, пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применение главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Постановление № 63), Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве))» (далее – Постановление № 29) и исходили из того, что срок исковой давности по оспариванию трудовых договоров по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве на момент утверждения ФИО3 в качестве конкурсного управляющего  истек. Наличие обстоятельств, которые выходят за пределы диспозиции подозрительной сделки, определенные в указанной статье, не подтверждено. У ФИО3 отсутствовали основания для неперечисления работникам заработной платы, являющейся равноценным встречным исполнением со стороны должника своих обязательств по трудовым договорам. Действиями ОСП по городу Усинску по перечислению денежных средств, являющихся текущими платежами, не нарушены права и законные интересы реестрового кредитора. Конкурсный управляющий не препятствовал получению кредитором истребуемых сведений.

            Предметом кассационных жалоб является частичный отказ в удовлетворении жалобы на действия (бездействие) ФИО3 и отказ во взыскании убытков.

            Рассмотрев кассационные жалобы, возражения лиц, участвующих в деле, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не нашел правовых оснований для их отмены в обжалуемой части.

            В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве кредиторам должника предоставлено право обратиться в арбитражный суд с жалобой о нарушении арбитражным управляющим их прав и законных интересов.

Основанием для удовлетворения жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов действиями (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов неразумного поведения или несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур банкротства арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Основной круг прав и обязанностей конкурсного управляющего определен в статьях 20.3 и 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными.

В силу статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, в том числе посредством судебного оспаривания сделок, заключенных или исполненных должником, и заявления требований о применении последствий недействительности сделок. Эта деятельность должна быть эффективной, то есть в конечном итоге приводить к пополнению конкурсной массы.

            В пунктах 16, 16.1 Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 11.10.2023, указано, что конкурсный управляющий должен оспаривать сделки, последствия применения недействительности которых влекут пополнение конкурсной массы должника или освобождают должника от исполнения его обязательств.

Конкурсный управляющий во избежание излишних необоснованных трат не должен совершать действия, совершение которых не приведет к увеличению конкурсной массы должника. К таковым относится формальное оспаривание сделок, результат которого либо с очевидностью влечет отказ суда в удовлетворении заявления, либо последующее взыскание с ответчика не представляется возможным. Возбуждение по инициативе конкурсного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки.

В пункте 30 Постановления № 63 разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано только в процедурах внешнего управления или конкурсного производства.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В рассматриваемом случае трудовые договоры и дополнительное соглашение № 6, в отношении которых конкурсным управляющим не приняты меры по оспариванию, заключены должником и ФИО6, ФИО16, ФИО9 19.04.2016, то есть после возбуждения дела о банкротстве (22.01.2016), но до введения процедуры наблюдения (01.06.2017).

Установив, что до утверждения внешним управляющим ФИО3 обязанности временного и внешнего управляющего исполняла ФИО5, которой было известно о заключении спорных трудовых договоров и дополнительного соглашения, суды правомерно определили начало течения срока для их обжалования с 22.09.2017 (определение о введении внешнего управления и утверждении внешнего управляющего).

Таким образом, на момент утверждения ФИО3 срок исковой давности оспаривания сделок от 19.04.2016 по статье 61.2 Закона о банкротстве истек.

Довод конкурсного управляющего ФИО1 о том, что в процедуре внешнего управления проводились мероприятия по восстановлению платежеспособности Общества на основании утвержденного плана внешнего управления, который не предусматривал оспаривание трудовых договоров,  был предметом рассмотрения судами нижестоящих инстанций и обоснованно признан несостоятельным. Вменяемые заявителем нарушения при заключении трудовых договоров и дополнительного соглашения № 6 не исключали возможность их оспаривания в процедуре внешнего управления в установленные законом сроки.

Вместе с тем, суд первой инстанции установил, что трудовые обязанности ФИО6, ФИО16, ФИО9, ФИО8 напрямую были связаны с продолжением хозяйственной деятельности, которая привела к существенным денежным поступлениям в конкурсную массу должника. Доказательств трудоустройства указанных сотрудников в целях вывода активов должника не представлено, равно как и доказательств чрезмерности установленного размера оплаты труда с учетом специфики деятельности ООО «Компания Феникс» (основной вид деятельности – предоставление услуг в области добычи нефти и природного газа).

С учетом изложенного, суды нижестоящих инстанций правомерно не нашли оснований для обращения арбитражного управляющего с заявлением об оспаривании договоров и дополнительного соглашения  от 19.06.2016 с ФИО6, ФИО16, ФИО9, договора с ФИО8 на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как верно указали суды, наличие схожих по признакам составов правонарушения вместе не свидетельствует о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по специальным основаниям (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), так и по общим (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). Квалификация сделки, причиняющей вред, по общим основаниям возможна только в том случае, если обстоятельства ее совершения выходят за рамки признаков подозрительной сделки. Иной подход открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Оценив обоснованность отказа ФИО3 от оспаривания сделок по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды установили, что обстоятельства, на которые ссылался кредитор (взаимосвязь участников договоров,  завышенный размер заработной платы, причинение вреда кредиторам в связи с выводом денежных средств из конкурсной массы должника), не выходили за рамки признаков подозрительной сделки, определенных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие иных обстоятельств, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, кредитор не указывал.

Приняв во внимание, что исполнение работниками своих обязанностей по трудовым договорам ООО «Цифровой Октябрь» не опровергнуто, суды сочли неподтвержденным наличие оснований для признания спорных сделок мнимыми.

Довод заявителей о том, что приговор Усинского городского суда от 28.02.2020 по делу № 1-35/2020 подтверждает мнимость сделок, судом округа рассмотрен и отклонен, как несостоятельный. В указанном приговоре суда в  качестве преступного деяния вменена ФИО17 и ФИО6 неуплата налогов вследствие перечисления денежных средств «под видом заработной платы», то есть сверх начисленной заработной платы. Приговор основан на заключении эксперта ФИО18, согласно которому факт завышения заработной платы установлен в период с 01.01.2015 по 31.12.2017.  Вместе тем обстоятельства спорных выплат заработной платы арбитражным управляющим, начисленной за период с октября 2018 года по апрель 2019 года, а также обстоятельства взыскания на основании судебных приказов задолженности по заработной плате, образовавшейся до сентября 2018 года, не были предметом уголовного расследования.

В отношении довода о бездействии ФИО3, выразившиеся в неоспаривании перечислений, произведенных в период с марта 2019 года по май 2020 года в пользу ФИО6, ФИО16, ФИО9, суды установили, что данные перечисления представляли собой операции по выплате заработной платы по трудовым договорам, которые в установленном законом порядке не оспаривались.

Как верно указали суды, заработная плата работника в силу статей 132, 135 Трудового кодекса Российской Федерации зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда, максимальном размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда, действующей у работодателя.   

При отсутствии в материалах дела доказательств ненадлежащего исполнения или неисполнения указанным лицами своих трудовых обязанностей, суды сочли спорные перечисления равноценным встречным исполнением Обществом обязанности по выплате заработной платы.

Совокупность изложенных обстоятельств позволила судам двух инстанций прийти к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания бездействия конкурсного управляющего ФИО3, выразившегося в непринятии мер по оспариванию трудовых договоров и дополнительного соглашения № 6, а также незаконными операций ФИО3 по перечислению денежных средств в пользу ФИО6, ФИО16, ФИО9

При рассмотрении довода жалобы на бездействие ФИО3 в части неоспаривания сделок по перечислению ОСП по городу Усинску денежных средств  ФИО6 в сумме 250 000 рублей, ФИО11 – в сумме 362 484 рублей 05 копеек, ФИО12 – в сумме 154 089 рублей 17 копеек, ФИО7 – в сумме 500 000 рублей, ФИО13 – в сумме 399 536 рублей 61 копейки, ФИО9 – в сумме 1 918 023 рублей 16 копеек, ФИО8 – в сумме 850 499 рублей 34 копеек, ФИО19 – в сумме 615 537 рублей 52 копейки судами установлено следующее.

Спорные перечисления денежных средств производились в рамках исполнительных производств, возбужденных на основании вступивших в законную силу судебных приказов, которые не оспаривались предыдущим арбитражным управляющим.

С учетом расшифровки начислений, выплат и сведений о вынесенных судебных приказах, справок о доходах, личных карточек работников суды признали спорные платежи текущими выплатами, осуществление которых даже с нарушением очередности не могло повлечь ущемление прав ООО «Цифровой Октябрь», требование которого включено в реестр требований кредиторов должника. Задолженность по текущим платежам должником перед работниками погашена в полном объеме.

Судом первой инстанции установлено, что погашение реестра требований кредиторов должника не производилось.

Вместе с тем ООО «Цифровой Октябрь» не воспользовался предоставленным ему правом на оспаривание всех указанных выше сделок в самостоятельном порядке.

С учетом изложенного суды пришли к верному выводу об отсутствии у ФИО3 обязанности по оспариванию данных платежей и правомерно отказали в удовлетворении требования в указанной части.

Довод о «задвоении» выплат был предметом рассмотрения судом апелляционной инстанции и обоснованно отклонен, как несостоятельный, поскольку не нашел подтверждения в материалах дела. В судебном заседании суда кассационной инстанции представители заявителей кассационных жалоб также не смогли подтвердить факт «задвоения» выплаты заработной платы со ссылками на имеющиеся в материалах дела документы (платежные поручения, выписки с расчетного счета, зарплатные ведомости, судебные приказы, отчеты о распределении денежных средств).

В обоснование жалобы ООО «Цифровой Октябрь» ссылалось на непредставление ФИО3 сведений на свои запросы, а именно сведений о начислении и выплате заработной платы работникам должника, удержании и уплате страховых взносов и налогов при выплате заработной платы работникам должника, а также сведений о списании с расчетного счета Общества 13.03.2019 денежных средств в размере 34 303 427 рублей 81 копейки. Непредоставление указанной информации лишило кредитора возможности своевременно получать информацию о ходе процедуры банкротства, расходовании денежных средств и осуществлять контроль за деятельностью управляющего.

Статьей 143 Закона о банкротстве определен порядок контроля за деятельностью конкурсного управляющего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 143 Закона о банкротстве конкурсный управляющий представляет собранию кредиторов (комитету кредиторов) отчет о своей деятельности, информацию о финансовом состоянии должника и его имуществе на момент открытия конкурсного производства и в ходе конкурсного производства, а также иную информацию не реже чем один раз в три месяца, если собранием кредиторов не установлено иное.

Согласно пункту 4 постановления Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 № 299 «Об утверждении Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего» отчет (заключение) арбитражного управляющего составляется по типовым формам, утвержденным Министерством юстиции Российской Федерации, подписывается арбитражным управляющим и представляется вместе с прилагаемыми документами в сброшюрованном виде.

В силу пункта 11 названных Правил к отчетам конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства прилагаются копии документов, подтверждающих указанные в них сведения. К отчету о результатах проведения конкурсного производства дополнительно прилагаются документы, подтверждающие продажу имущества должника, реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов и документы, подтверждающие их погашение.

Таким образом, на арбитражного управляющего возложена обязанность по обеспечению лицам, участвующим в деле о банкротстве, доступа к копиям документов, подготовленным к собранию кредиторов для подтверждения указанных в отчете сведений. При этом конкурсные кредиторы, не имеющие возможности присутствовать на собрании кредиторов должника, вправе ознакомиться со всей документацией, имеющейся в материалах дела.

Проанализировав имеющиеся доказательства и доводы участвующих в рассмотрении спора лиц по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций учли обстоятельства переписки сторон и пришли к правомерному выводу о том, что конкурсный управляющий ФИО3 не препятствовал реализации кредиторами права на ознакомление с необходимыми для него документами.

Суды установили, что ООО «Цифровой октябрь» направило ФИО3 запрос от 24.10.2020 № 2058 о представлении документов (картотеки Общества второй очереди по НДФЛ и страховым взносам, данные по заработной плате и по трудовым договорам, данные по начислению налогов от ФОТ за 2018, 2019, 2020 годы, платежные поручения, выставленные к расчетному счету должника).

ФИО3 в ответе на запрос от 19.11.2020 сообщил кредитору о значительном объеме запрашиваемых документов и возможности ознакомления со всеми документами по указанному им адресу.

ООО «Цифровой октябрь» в запросе № 2080 от 31.10.2020 просило представить документы.

Согласно ответу ФИО3 от 19.11.2020 запрашиваемые документы предоставлены кредитору.

ООО «Цифровой октябрь» в запросе № 2090 от 09.11.2020 просил представить те же документы, которые были указаны в запросе № 2080. Кроме того, кредитор просил сообщить сведения об оплате договора на оказание услуг по оценке № 83 от 18.02.2020.

В ответе на запрос от 24.11.2020 конкурсный управляющий ФИО3 пояснил, что истребуемые документы уже направлялись кредитору ранее.

Кредитор направил ФИО3 25.11.2020 запрос № 2180 относительно списания 13.03.2019 денежных в сумме 34 303 427 рублей 81 копеек.

ФИО3 17.12.2020 предоставил ответ о том, что в адрес судебных приставов по городу Усинску направлен запрос об уточнении сведений. Кроме того, конкурсный управляющий ФИО3 указал, что услуги оценщика по договору от 18.02.2020 № 83 не оплачены.

ООО «Цифровой октябрь» в запросе от 13.11.2020 № 3100  просило представить документы, которые истребовались в запросе от 24.10.2020 № 2058.

Конкурсный управляющий ФИО3 в ответе на запрос от 24.11.2020 повторно указал на возможность ознакомиться с данными документами по предложенному арбитражным управляющим адресу, поскольку запрашиваемые документы имеют значительный объем.

При указанных обстоятельствах суды правомерно не нашли оснований для признания действий ФИО3 незаконными и нарушающими права кредитора.

При рассмотрении требования кредитора о взыскании с ФИО3 убытков в размере 17 575 242 рублей 45 копеек суды установили, что они состоят из сумм, выплаченных в пользу ФИО6, ФИО11, ФИО12, ФИО7, ФИО13, ФИО9, ФИО8, ФИО19 по заключенным с ними трудовым договорам.

В пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»», разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Ответственность арбитражного управляющего является гражданско-правовой, поэтому вопрос о возмещении им убытков подлежит рассмотрению по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных неправомерными действиями (бездействием) арбитражного управляющего, истец должен доказать сам факт причинения убытков и их размер, неправомерность действий (бездействия) ответчика и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями. Обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности ответчике.

Не установив признаков неправомерность действий (бездействия) ФИО3, суды обоснованно отказали во взыскании с него убытков.

Доводы заявителей кассационных жалоб свидетельствуют о несогласии с установленными по спору фактическими обстоятельствами и с оценкой судами двух инстанций доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче кассационных жалоб по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1), 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 



П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Республики Коми от 10.11.2023 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 19.02.2024 по делу № А29-13051/2015 оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «СосногорскЛесТранс» и конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Компания Феникс» ФИО1 – без удовлетворения.

           Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


           Председательствующий


И.В. Чижов



Судьи


С.В. Ионычева

В.П. Прыткова