Постановление от 6 ноября 2024 г. по делу № А17-13173/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А17-13173/2023

06 ноября 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 23.10.2024.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Прытковой В.П.,

судей Белозеровой Ю.Б., Елисеевой Е.В.


при участии представителя

от конкурсного управляющего

общества с ограниченной ответственностью «АгроТехСервис»

ФИО1:

ФИО2 по доверенности от 08.07.2024


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО3


на решение Арбитражного суда Ивановской области от 12.04.2024 и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 12.08.2024

по делу № А17-13173/2023


по иску конкурсного управляющего

общества с ограниченной ответственностью «АгроТехСервис»

(ИНН: <***>; ОГРН: <***>)

ФИО1

к ФИО3

о взыскании неосновательного обогащения


и у с т а н о в и л :


конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «АгроТехСервис» (далее – Общество, должник) ФИО1 обратился в Арбитражный суд Ивановской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании с ФИО3 2 186 995 рублей 95 копеек неосновательного обогащения, составляющих денежные средства, выплаченные ответчику, как залоговому кредитору должника, а также 201 992 рублей 64 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 08.09.2022 по 16.10.2023 с начислением далее по день фактической оплаты долга.

Арбитражный суд Ивановской области решением от 12.04.2024, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 12.08.2024, удовлетворил иск частично, взыскал с ФИО3 в пользу Общества 2 186 995 рублей 95 копеек неосновательного обогащения, 190 807 рублей 91 копейку процентов за период с 02.10.2023 по 16.10.2023, а также проценты далее, со дня вступления решения в законную силу.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, оставить иск конкурсного управляющего без рассмотрения.

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит следующие доводы.

Заявление конкурсного управляющего подлежало рассмотрению в деле о банкротстве Общества, поскольку по существу представляет собой требование о применении последствий недействительной сделки. Таким образом, рассмотрев заявление в порядке искового производства, суды нарушили нормы процессуального права, что влечет отмену состоявшихся судебных актов.

Суды двух инстанций не исследовали вопрос о равноценности встречного исполнения по оспоренной сделке, то есть о том, что в результате осуществления платежей были погашены требования ФИО3, включенные в реестр требований кредиторов должника.

Судебные инстанции не приняли во внимание пункт 56 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» и необоснованно сослались на пункт 29.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в соответствии с которым в случае, если суд признал сделку недействительной на основании статей 61.2 или 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), то с момента вступления судебного акта в законную силу на сумму реституционного требования подлежат начислению проценты в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конкурсный управляющий в отзыве и его представитель в судебном заседании отклонили доводы заявителя, сославшись на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Ивановской области решением от 06.06.2017 по делу № А17-4079/2015 признал Общество несостоятельным (банкротом), ввел в отношении него процедуру конкурсного производства.

Суд первой инстанции определением от 01.08.2017 включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования индивидуального предпринимателя ФИО4 в размере 7 820 324 рублей 83 копеек; определением от 25.12.2017 признал указанные требования обеспеченными залогом имущества должника – грохота Tesab TS 3600 (далее – Грохот) 2012 года выпуска, заводской номер 352, номер двигателя 44421076, цвет серо-желтый, ПСМ серии ТС № 779409 выдан 04.12.2012.

Определением от 27.06.2019 суд удовлетворил заявление о процессуальном правопреемстве и заменил индивидуального предпринимателя ФИО4 в реестре требований кредиторов на ФИО3, в том числе в части требований на сумму 7 829 324 рубля 83 копеек, обеспеченных залогом имущества Общества.

В ходе процедуры конкурсного производства конкурсный управляющий и общество с ограниченной ответственностью «Нерудная торговая компания» (далее – Компания) в лице директора ФИО5 заключили договор хранения от 07.07.2019, по условиям которого имущество должника, включая Грохот, переданы последнему на ответственное хранение.

Компания 01.06.2020 сообщила конкурсному управляющему об утрате грохота Tesab TS 3600 и 03.06.2020 выплатила должнику 2 302 101 рубль с указанием в назначении платежа «возмещение стоимости утраченного имущества».

Конкурсный управляющий в тот же день перечислил ФИО3, как залоговому кредитору, денежные средства в сумме 2 186 995 рублей 95 копеек (95 процентов от полученной от хранителя суммы) в счет погашения долга и обратился в суд с заявлением об исключении из реестра требований кредиторов её требований в указанном размере в связи с их удовлетворением.

Арбитражный суд Ивановской области в определении от 24.08.2022 установил, что договор залога от 25.04.2014 № 1/14, заключенный должником и ФИО4 в отношении Грохота и послуживший основанием для установления залогового статуса требований кредитора, ничтожной сделкой, применил последствия ничтожной сделки в виде признания отсутствующим права залога ФИО3 на грохот TESAB TS3600.

Конкурсный управляющий, сославшись на отсутствие у ответчика права на получение денежных средств в приоритетном по отношению к иным кредиторам должника порядке, обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с ФИО3 неосновательного обогащения.

Удовлетворив иск, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что статус залогового кредитора ответчика основан на ничтожной сделке, вследствие чего у ФИО3 отсутствовало право на получение 95 процентов от денежных средств, выплаченных в конкурсную массу хранителем Грохота в связи с его утратой.

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, заслушав представителя конкурсного управляющего, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не установил правовых оснований для их отмены.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

При этом в целях определения лица, с которого подлежит взысканию неосновательное обогащение, необходимо установить не только сам факт приобретения или сбережения таким лицом имущества без установленных законом оснований, но и то, что именно ответчик является неосновательно обогатившимся за счет истца и при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие возможность взыскания с него неосновательного обогащения (пункт 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которые лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой.

Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2020 № 46-КГ20-6-К6).

Проанализировав в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суды двух инстанций установили, что в связи с вынесением Арбитражным судом Ивановской области определения от 24.08.2022 ФИО3 утратила статус залогового кредитора и, как следствие, право на преимущественное удовлетворение требований в порядке, установленном в статье 138 Закона о банкротстве.

С учетом того, что на момент перечисления ответчику денежных средств конкурсный управляющий не знал и не мог знать о том, что впоследствии суд констатирует ничтожность договора залога, суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу о возникновении на стороне ФИО3 неосновательного обогащения.

Довод заявителя о неправомерном рассмотрении заявления конкурсного управляющего вне рамок дела о банкротстве отклонен окружным судом.

ФИО3 настаивает на том, что вопрос о действительности операций по перечислению ей денежных средств подлежал рассмотрению как заявление о признании недействительной сделки, повлекшей преимущественное удовлетворение требований кредитора, однако платежи, осуществленные конкурсным управляющим, не подпадают под признаки недействительности сделок с предпочтением. В рассматриваемом случае, с учетом ничтожности договора залога, ответчик в принципе не имел правовых оснований для получения 95 процентов от суммы, перечисленной хранителем в связи с утратой залогового имущества. Указанная ситуация соответствует признакам неосновательного обогащения, установленным в статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, требования конкурсного управляющего объективно направлены на возврат в конкурсную массу денежных средств, необоснованно выплаченных ФИО3 в счет удовлетворения требований, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Определяющее значение имеет правовой результат, который в данном случае достигнут путем принятия обжалованного ответчиком решения.

ФИО3 не пояснила, каким образом нарушены её права в связи с рассмотрением настоящего дела не в деле о банкротстве, а по правилам искового производства, с учетом того, что ничтожность договора залога и, соответственно, отсутствие у ответчика статуса залогового кредитора подтверждено вступившим в законную силу определением от 24.08.2022, которое в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеет преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела.

Вопреки позиции ФИО3, суды двух инстанций исследовали вопрос о том, что в результате перечисления денежных средств были погашены требования ответчика, включенные в реестр требований кредиторов Общества. Вместе с тем после признания судом договора залога ничтожной сделкой ФИО3 утратила статус залогового кредитора, и, как следствие, право на преимущественное удовлетворение её требований в порядке статьи 138 Закона о банкротстве.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что в случае распределения денежных средств, полученных в качестве компенсации за утраченный Грохот, в порядке статьи 134 Закона о банкротстве, ответчику подлежала бы перечислению сумма в размере 2 186 995 рублей 95 копеек или какая-либо иная сумма.

Аргумент ФИО3 о том, что по смыслу пункта 56 Постановления № 7 проценты за пользование чужими денежными средствами могут начать начисляться не ранее момента, когда в реестре требований кредиторов должника будут восстановлены требования ФИО3, основан на неверном толковании норм права.

В рассматриваемом случае ответчик получил удовлетворение своих требований к должнику на сумму 2 186 995 рублей 95 копеек. Таким образом, до момента возврата данной суммы в конкурсную массу должника восстановление требований ФИО3 в реестре требований кредиторов Общества недопустимо и противоречит статьям 2 и 71 Закона о банкротстве.

До тех пор, пока ответчик не возвратит должнику необоснованно полученные денежные средства, его соответствующее денежное требование к Обществу не будет восстановлено, соответственно, оно не может быть учтено конкурсным управляющим в реестре требований кредиторов.

При этом в силу пункта 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 Кодекса) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Суды определили, что ФИО3 не могла узнать о необоснованности получения ей денежных средств ранее вступления в законную силу определения Арбитражного суда Ивановской области от 24.08.2022, а также учли действие в спорный период моратория на возбуждения дел о банкротстве, введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 на период с 01.04.2022 по 01.10.2022, по условиям которого в указанный период проценты за пользование чужими денежными средствами не начисляются. В связи с изложенным судебные инстанции осуществили перерасчет процентов за пользование чужими денежными средствами, исключив период до 01.10.2022.

Предметно расчет процентов, осуществленный судами, ответчик в кассационной жалобе не оспорил, контррасчет не привел.

Доводы заявителя жалобы основаны на неверном толковании норм материального права, подлежащих применению при рассмотрении дела, в связи с чем отклонены окружным судом.

Обжалованные судебные акты приняты при правильном применении норм права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по спору фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. Оснований для отмены состоявшихся судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловную отмену судебных актов, суд округа не установил.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 3000 рублей и расходы по ее уплате относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ивановской области от 12.04.2024 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 12.08.2024 по делу № А17-13173/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий


В.П. Прыткова




Судьи


Ю.Б. Белозерова

Е.В. Елисеева