Решение от 10 мая 2023 г. по делу № А19-25405/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru




Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А19-25405/2022
г. Иркутск
10 мая 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 28 апреля 2023 года. Полный текст решения изготовлен 10 мая 2023 года.


Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Тах Д.Х. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Колорит» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>; адрес: 664023, <...>)

к ФИО2 (Иркутская обл., Иркутский р-н, с. Пивовариха),

к ФИО3 (г. Иркутск)

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании солидарно 1 566 035 руб. 79 коп.,

при участии в судебном заседании 27 апреля 2023 года представителя истца ФИО4 по доверенности от 28.10.2022 № 3/2022 (предъявлены паспорт, диплом), представителя ответчика ФИО3 ФИО5 по доверенности 38АА 4015901 от 27.03.2023 (предъявлены паспорт, диплом),

с учетом объявленного в судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации до 10 часов 30 минут 28 апреля 2023 года, после которого судебное заседание продолжено в том же составе суда, в присутствии тех же представителей сторон,



установил:

общество с ограниченной ответственностью «Колорит» (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО2, ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательству общества с ограниченной ответственностью «СибЛес» (ОГРН <***>, ИНН <***>) перед обществом «Колорит» и взыскании с ответчиков солидарно 801 000 руб.

В ходе судебного разбирательства истец дважды уточнял заявленные требования, окончательно просил привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности и взыскать с ответчиков в порядке привлечения к субсидиарной ответственности солидарно 1 566 035 руб. 79 коп.

С учетом положений статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнение иска судом принято.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал.

Представитель ответчика (ФИО3) в судебном заседании иск оспорила, поддержала доводы ранее представленного отзыва на исковое заявление, а также заявила ходатайство об истребовании доказательств.

Ответчик (ФИО2), надлежащим образом извещенная о дате и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, отзыв на иск не представила, требования истца не оспорила.

Поскольку неявка ответчика ФИО2 в судебное заседание, уведомленной надлежащим образом, не является препятствием для рассмотрения дела, дело в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривается в ее отсутствие.

Исследовав представленные доказательства, выслушав истца и ответчика ФИО3, суд установил следующее.

Как усматривается из материалов дела, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области от 10.02.2020 по делу № А19-20448/2019 удовлетворены частично исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Пятая Авеню» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании с общества «СибЛес» (ОГРН <***>, ИНН <***>) задолженности по договору субаренды № 01/08/2018 от 10.08.2018; с общества «СибЛес» взыскано 282 142 руб. 87 коп. основного долга, 125 107 руб. 15 коп. неустойки, 2 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, а всего – 409 250 руб. 02 коп., а также неустойка, исчисленная от суммы 282 142 руб. 87 коп., начиная с 04.02.2020 по день фактического исполнения обязательства из расчета 0,5% в день.

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 10.02.2020 по делу № А19-20448/2019 в суд вышестоящей инстанции обжаловано не было, вступило в законную силу. На основании вступившего в законную силу судебного акта истцу выдан исполнительный лист № ФС 034094588 от 23.06.2020.

07.07.2020 возбуждено исполнительное производство № 10026/20/38021-ИП, которое окончено 21.04.2021 на основании пункта 3 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (в связи с невозможностью установления местонахождения должника, его имущества либо получения сведений о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях).

В дальнейшем общество «Пятая Авеню» было переименовано в общество с ограниченной ответственностью «Колорит».

06.07.2021 Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ) регистрирующим органом внесена запись о недостоверности адреса общества «СибЛес».

4 мая 2022 года внесена запись об исключении общества «СибЛес» из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Общество «СибЛес» (ОГРН <***>) зарегистрировано в ЕГРЮЛ 08.08.2018.

Согласно открытым сведениям из сети «Интернет», ФИО3 с момента создания общества и до 25.12.2020 являлась и единственным участником общества и единоличным исполнительным органом общества, с 25.12.2020 ФИО3 вышла из состава учредителей общества, учредителем общества стала ФИО2 со 100% долей участия в уставном капитале общества «СибЛес».

В обоснование иска обществом «Колорит» указано, что именно на ФИО2 как единственном участнике ООО «СибЛес» (на дату ликвидации общества) и на ФИО3 как на бывшем участнике (на дату появления задолженности) и действующем в момент ликвидации единоличном исполнительном органе лежала обязанность по предоставлению отчетности в налоговый орган, погашению кредиторской задолженности, контролю за достоверностью юридического адреса и проявление должной осмотрительности и добросовестности при исполнении обязанностей руководителя и учредителя юридического лица.

В качестве основания для привлечения ответчиков – руководителя и участника общества – к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица истец указал на недобросовестное и неправомерное поведение ответчиков, уклонение от выплаты истцу имеющейся задолженности и исполнения вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Иркутской области от 10.02.2020 по делу № А19- 20448/2019.

Предъявляемая истцом в порядке привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности и предлагаемая к солидарному взысканию денежная сумма в 1 566 035 руб. 79 коп. состоит из: 282 142 руб. 87 коп. основного долга, 125 107 руб. 15 коп. неустойки, 2 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины (взыскано решением суда от 10.02.2020 по делу № А19- 20448/2019), 1 156 785 руб. 77 коп. неустойки (капитализация неустойки на основании того же решения суда), исходя из размера 0,5% в день, за период с 04.02.2020 по 03.05.2022 (дата, предшествующая дате исключения общества «СибЛес» из ЕГРЮЛ).

Требование истца о взыскании в порядке субсидиарной ответственности солидарно с ответчиков задолженности в размере 1 566 035 руб. 79 коп. основаны на положениях статьей, 15, 53.1, 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об обоснованности заявленных обществом «Колорит» требований.

В соответствии с пунктом 2 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные этим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. При этом исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 этого Кодекса (пункт 3 этой статьи).

В силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Такое лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган такого общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключается, в том числе, в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества.

Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные ему их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Согласно пункту 5 статьи 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» с иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

Ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25) указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между этими элементами, а также в установленных законом случаях вину причинителя вреда.

Проанализировав изложенные нормы права, суд приходит к выводу о том, что применение гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом. При этом лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать следующую совокупность обстоятельств: факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда.

Недоказанность одного из указанных фактов, свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П (далее - постановление № 6-П) изложена следующая правовая позиция.

Согласно пункту 3 статьи 64.2 ГК Российской Федерации привлечению вышеназванных лиц к ответственности не препятствует, в частности, исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ. В соотношении с этим пункт 3.1 статьи 3 Закона об ООО предусматривает для случаев исключения общества из ЕГРЮЛ, что, если неисполнение его обязательств (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено недобросовестными или неразумными действиями лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 данного Кодекса, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам общества.

Непредставление информации об обществе относится либо к неразумным, либо к недобросовестным действиям; в ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что обязанность возместить причиненный вред является преимущественно мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда, а также вину (постановления от 15 июля 2009 года № 13-П, от 7 апреля 2015 года № 7-П, от 8 декабря 2017 года № 39-П и др.). Строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо в сфере банкротства как юридических лиц, так и индивидуальных предпринимателей, а пренебрежение ими влечет нарушение конституционных прав граждан (постановления от 31 января 2011 года № 1-П, от 18 ноября 2019 года № 36-П и др.). Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц также служит мерой гражданско-правовой ответственности, притом что ее функция заключается в защите нарушенных прав кредиторов, в восстановлении их имущественного положения. При реализации этой ответственности, являющейся по своей природе деликтной, не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности. Лицо, контролирующее организацию, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения организацией обязательств перед кредиторами (постановления от 21 мая 2021 года № 20-П, от 16 ноября 2021 года № 49-П).

О правовой природе субсидиарной ответственности, основанной на правиле пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО, как ответственности за деликт Конституционный Суд Российской Федерации высказался в Постановлении от 21 мая 2021 года № 20-П. До этого Верховный Суд Российской Федерации указывал, что долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом этого суда 10 июня 2020 года; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 3 июля 2020 года № 305-ЭС19-17007(2). Потому привлечение к субсидиарной ответственности на основании исследуемых норм возможно, только если судом установлены все условия для привлечения к гражданско-правовой ответственности, т.е. когда невозможность погашения долга возникла в результате неразумного, недобросовестного поведения контролирующих организацию лиц и по их вине.

Как указано в постановлении № 6-П, если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

Несмотря на то, что дело о банкротстве общества «СибЛес» не возбуждалось, приведенная правовая позиция применима и к настоящему делу, поскольку, как указано в постановлении № 6-П, необращение контролирующих лиц в арбитражный суд с заявлением о признании подконтрольного хозяйственного общества банкротом, их нежелание финансировать соответствующие расходы, непринятие ими мер по воспрепятствованию исключения хозяйственного общества из государственного реестра при наличии подтвержденных судебными решениями долгов перед кредиторами свидетельствуют о намеренном пренебрежении контролирующими лицами своими обязанностями. Стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, в том числе, аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.

Поскольку доказывание кредитором (в рассматриваемом случае обществом «Колорит») неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, объективно затруднено, бремя доказывания добросовестности своего поведения при рассмотрении настоящего спора о привлечении к субсидиарной ответственности возложено на привлекаемые к ответственности лица – учредителя и руководителя общества «СибЛес», ФИО2 и ФИО3

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)») (далее – Закон о банкротстве), возмещение убытков в силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований. Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Судом установлено, что исключение общества «СибЛес» из ЕГРЮЛ произошло вследствие фактического прекращения юридическим лицом деятельности.

О данном факте свидетельствует, в частности, не предоставление в течение длительного времени генеральным директором и участником общества бухгалтерской и налоговой отчетности (с 2019 года согласно сведениям с Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности https://bo.nalog.ru/organizations-card/10758688). О том, что отчетность в отношении общества не подавалась, подтвердил и представитель ФИО3 в судебном заседании.

Кроме того, как указано выше, общество «СибЛес» исключено из ЕГРЮЛ в связи с внесением в отношении общества сведений о недостоверности адреса.

Согласно пункту 2 статьи 54 ГК РФ государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а в случае отсутствия постоянно действующего исполнительного органа - иного органа или лица, уполномоченных выступать от имени юридического лица в силу закона, иного правового акта или учредительного документа, если иное не установлено законом о государственной регистрации юридических лиц.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ общество «СибЛес» было зарегистрировано по адресу: 664047, <...> (жилое помещение).

В соответствии с имеющейся в материалах дела выкопировке из расширенной выписки из ЕГРЮЛ, адрес регистрации общества совпадает с адресом места жительства генерального директора общества «СибЛес» ФИО3

Вместе с тем регистрация общества по адресу жилого объекта недвижимости допустима только в тех случаях, когда собственник объекта дал на это согласие; согласие предполагается, если названный адрес является адресом места жительства учредителя (участника) или лица, имеющего право действовать от имени юридического лица без доверенности (пункт 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 61 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью адреса юридического лица»).

Принимая во внимание, что ООО «СибЛес» было исключено из ЕГРЮЛ по причине недостоверности юридического адреса, следует сделать вывод о том, что действия ответчиков по принудительной ликвидации ООО «СибЛес» были согласованными. Общество на дату его исключения из ЕГРЮЛ располагалось в жилом помещении ответчика ФИО3, следовательно, ответчики как контролирующие должника лица (КДЛ) были ответственны за достоверность адреса юридического лица. Даже в случае отчуждения объекта недвижимого имущества в адрес третьих лиц, они были обязаны изменить юридический адрес ООО «СибЛес». Однако никаких действий ответчиками в данной части совершено не было. Юридический адрес общества «СибЛес» после получения ответчиками претензий регистрирующего органа о недостоверности адреса местонахождения подтвержден или изменен не был.

О том, что фактически общество было брошено, свидетельствует также и информация из Банка данных исполнительных производств с официального сайта Федеральной службы судебных приставов: в период с марта 2020 года по июнь 2021 года в отношении общества «СибЛес» было возбуждено пять исполнительных производств; все они окончены на основании пункта 3 части 1 статьи 46 Закона об исполнительном производстве (невозможность установления места нахождения должника, его имущества).

Генеральный директор (а также бывший единственный участник общества с момента его создания, в момент возникновения задолженности и до 25.12.2020) ФИО3, единственный участник общества с 25.12.2020 ФИО2, осуществляя имеющую рисковый характер предпринимательскую деятельность, как лица, ответственные за ведение такой деятельности подконтрольным им обществом, как лица, ответственные за ведение бухгалтерского и налогового учета, за своевременное предоставление отчетности, за достоверность указанных в отношении общества сведений, действуя разумно и добросовестно, не могли не знать о непредставлении необходимых документов в налоговые органы и об обязательной необходимости предоставления их в регистрирующий орган.

Согласно указанным в пункте 3.3. Обзора судебной практики по спорам с участием регистрирующих органов № 2(2020) (письмо ФНС России от 09.04.2020 N КВ-4-14/6053@) разъяснениям, не допускается исключение из реестра организаций, в отношении которых имеется запись о недостоверности сведений, но которые фактически осуществляют деятельность и с которыми есть возможность поддержания связи (получение ими необходимой корреспонденции, выход на связь исполнительного органа, сдача необходимой отчетности).

Доказательств, подтверждающих, что ответчиками предпринимались действия по поддержанию связи с налоговым органом, по сдаче отчетности, предпринимались меры по внесению в ЕГРЮЛ достоверного адреса общества, а также мер по исполнению денежных обязательств перед истцом, в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено. С учетом доводов истца, которые легли в обоснование иска, с учетом распределения бремени доказывания соответствующих обстоятельств, именно на ответчиках лежит обязанность с целью недопущения привлечения к субсидиарной ответственности опровержения позиции истца.

Вместе с тем, равно как и избрав тактику, приведшую к утрате подконтрольным юридическим лицом правоспособности посредством исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, что, по мнению суда, не согласуется с правилами разумного поведения при осуществлении предпринимательской деятельности, так и в рамках настоящего судебного разбирательства ответчиками не представлено ни единого доказательства в подтверждение своей правовой позиции.

В представленном суду отзыве на иск, не приводя никаких должных аргументов и не представляя ни единого доказательства, ответчик ФИО3 указывает, что для привлечения к гражданско-правовой ответственности и взыскания убытков необходимо установить, какие действия (бездействие) ФИО3 повлекли неуплату обществом «СибЛес» задолженности по договору субаренды, и были ли они совершены в результате недобросовестного осуществления лицом, уполномоченным выступать от имени общества, своих обязанностей. Таким образом, ответчик в отзыве на иск перекладывает бремя доказывания на истца, что с учетом разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации в Постановлениях от 21.05.2021 № 20-П, от 07.02.2023 № 6-П, поддержанных определением Верховного Суда Российской Федерации от 10.04.2023 № 305-ЭС22-16424, недопустимо.

В судебном заседании рассматривалось ходатайство ответчика ФИО3 об истребовании в Управлении Росреестра по Иркутской области сведений о наличии у общества «СибЛес» зарегистрированных прав на недвижимое имущество на территории Российской Федерации за период с 10.09.2018 по 04.05.2022, а также в Отделе технического надзора и регистрации автомототранспортных средств ГИБДД МУ МВД России по Иркутской области о наличии зарегистрированных транспортных средств в собственности общества «СибЛес».

Истец возразил против удовлетворения данного ходатайства, указав, что действия ответчика направлены на затягивание судебного разбирательства (подано спустя почти шесть месяцев с момента принятия иска к производству суда) с целью вывода личных имущественных активов ФИО3 и дальнейшего неисполнения судебного акта.

Представитель общества «Колорит» также указал, что ходатайство ответчика подлежало бы удовлетворению в случае заявления истцом соответствующих доводов о наличии у общества имущества, за счет которого могли быть удовлетворены требования истца, и осуществления ответчиками вывода недвижимого имущества и транспортных средств с баланса предприятия; однако такие доводы истцом не заявляются; наличие либо отсутствие у общества «СибЛес» в предмет доказывания по спору не входит.

Истец в обоснование иска заложил доводы о том, что ответчики заведомо недобросовестно не исполняли обязанности КДЛ в целях его принудительной ликвидации налоговым органом.

Суд соглашается с доводами истца и не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства ответчика об истребовании доказательств. Кроме того, поскольку ФИО3 являлась единоличным исполнительным органом общества, именно на ней в силу Закона об обществах лежала прямая обязанность по хранению документации общества, в том числе, документов о праве собственности на недвижимое имущество и транспортные средства.

Как указано выше, задолженность общества «СибЛес» перед обществом «Колорит» (ранее – ООО «Пятая Авеню») установлена вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области от 10.02.2020 по делу № А19-20448/2019.

В ходе судебного разбирательства при рассмотрении вышеуказанного дела подконтрольное ответчикам по настоящему делу общество «СибЛес» занимало активную позицию, в частности, ссылалось на недействительность (ничтожность) договора субаренды (отсутствие согласия арендодателя (собственника имущества) на заключение договора субаренды; указывало на внесение арендных платежей путем передачи наличных денежных средств сторожу и т.п.

Как указано в решении суда, согласие на заключение договора субаренды имелось, в связи с чем договор не признан ничтожным, а бремя ответственности за проведение платежей путем наличного расчета между юридическими лицами (в случае, если таковое действительно имело место) возложено на самого ответчика – общество «СибЛес».

Решение суда по делу № А19-20448/2019 вступило в законную силу 11.03.2020, обжаловано ответчиком не было.

Из решения суда следует, что интересы общества «СибЛес» представляли действующие на основании доверенности ФИО6, ФИО7

Суд полагает действия ответчика ФИО3, являвшейся на момент рассмотрения судом дела № А19-20448/2019 единственным КДЛ общества «СибЛес», неразумными, поскольку вместо погашения задолженности перед истцом хотя бы в виде основного долга, хотя бы частично, по договору субаренды, нанимает двух представителей, в безвозмездности оказанных услуг которых у суда имеются обоснованные сомнения.

Как указано выше, 25.12.2020 ФИО3 перестает быть участником общества, участником общества с указанной же даты, за более чем полгода до внесения сведений о недостоверности адреса общества (06.07.2021) и за примерно полтора года до исключения общества из ЕГРЮЛ (04.05.2022) становится новый участник – ФИО2

В Постановлении от 21 мая 2021 года № 20-П Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что, отдавая предпочтение тому или иному способу осуществления экономической деятельности, граждане соглашаются с теми юридическими последствиями, которые обусловлены установленным законодателем - исходя из существа и целевой направленности деятельности и положения лица в порождаемых ею отношениях - правовым статусом ее субъектов, включая права, обязанности и меры ответственности.

ФИО2, после получения статуса участника общества «СибЛес», также не предпринималось каких-либо действий по восстановлению деятельности общества, и в этой связи ее бездействие судом признается неразумным.

ФИО2, ФИО3 как участник общества и генеральный директор, а также как бывший участник общества, не предприняли никаких действий к погашению задолженности, в том числе не приняли действий к прекращению либо отмене процедуры исключения общества «СибЛес» из ЕГРЮЛ: не предоставляли с 2019 года налоговую отчетность, не обратились в налоговый орган для указания достоверных сведений в ЕГРЮЛ, с заявлением об отмене решения о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ, при этом достоверно знали о наличии у общества непогашенных обязательств перед истцом.

Действуя добросовестно и разумно, ответчики могли и должны были принять меры по ликвидации общества «СибЛес», в том числе в порядке, предусмотренном статьями 61-64 Гражданского кодекса Российской Федерации либо Закона о банкротстве, и осуществления расчетов с кредиторами.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

Помимо этого в соответствии с абзацем третьим пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного п. 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абз. 2, 5 - 8 п. 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абз. 2, 5 - 8 п. 1 настоящей статьи.

Доказательств того, что ответчики предприняли меры по ликвидации общества «СибЛес», либо по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества, в материалы дела не представлено.

Указанное бездействие повлекло за собой исключение общества из ЕГРЮЛ и лишило истца, как кредитора общества «СибЛес», возможности участвовать в деле о банкротстве общества, и, в конечном счете, повлекло за собой невозможность погашения задолженности общества «СибЛес» перед истцом.

Суд полагает, что указанные обстоятельства нельзя признать нормальной практикой, а действия КДЛ ФИО2, ФИО3 противоречат основной цели деятельности коммерческой организации.

Суд полагает, что непредставление в течение длительного времени налоговой и бухгалтерской отчетности, недостоверность адреса общества, который также являлся адресом бывшего участника и генерального директора ФИО3, способствовало доведению общества до состояния, когда оно не отвечает признакам действующего общества, и может свидетельствовать о том, что КДЛ такого общества имели намерение прекратить деятельность общества в обход установленной законодательством процедуре ликвидации или банкротства.

Таким образом, ликвидация общества вызвана виновными действиями ответчиков, которые, являясь ответственными за своевременное представление достоверных сведений об обществе и отчетности, фактически прекратили деятельность юридического лица, не предприняв никаких мер к погашению задолженности перед кредиторами, в том числе по имеющимся исполнительным производствам.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что в действиях ответчиков имеются признаки злоупотребления правом. Заведомо зная о наличии права требования истца, будучи извещенными судом о возбуждении искового производства, о наличии исполнительного производства, не приняли мер к погашению задолженности, не обеспечили предоставление налоговой отчетности, достоверных сведений об адресе подконтрольного общества, и не воспрепятствовали исключению общества из ЕГРЮЛ, чем обеспечили невозможность удовлетворения требований истца. Каких-либо фактических и решительных действий со стороны ответчиков о мерах, направленных на вывод общества из кризисной ситуации, не представлено.

Таким образом, неисполнение обязательств общества перед истцом обусловлено недобросовестными и неразумными действиями ответчиков, являвшихся лицами, контролирующими деятельность общества согласно положениям п. п. 1 - 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя заявленные исковые требования, суд также учитывает позицию Конституционного Суда Российской Федерации, выраженную в постановлении от 21.05.2021 № 20-П.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29 сентября 2020 года № 2128-О и др.).

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Закона об обществах, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Как следует из материалов дела, ответчики таких доказательств не представили; ФИО3 в отзыве на иск не доказала правомерность своих действий и отсутствие причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами. ФИО2 отзыв на иск не представлен, требования истца не оспорены.

Действия ответчиков, будучи контролирующими лицами должника, которые выразились в не сдаче отчетности в налоговый орган (не сдавалась с 2019); целенаправленном не устранении записи о недостоверности юридического адреса; отсутствии операций по счетам; отсутствие каких-либо предпринимаемых мер, в том числе активных действий по погашению задолженности перед кредиторами; отсутствие действий по ликвидации общества, в том числе по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом (в отсутствии имущества и денежных средств у предприятия) нельзя признать разумными и обоснованными; такое бездействие, как следствие, является недобросовестным.

С учетом изложенного суд полагает, что наличие убытков, недобросовестность и (или) неразумность бездействия контролирующих должника лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, в ходе судебного разбирательства нашли свое доказательственное подтверждение.

Относительно суммы субсидиарной ответственности, составляющей по уточненному иску 1 566 035 руб. 79 коп., суд отмечает следующее.

Согласно части 1 статьи 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Неисполнение судебных актов, а также невыполнение требований арбитражных судов влечет за собой ответственность, установленную настоящим Кодексом и другими федеральными законами (часть 2 вышеназванной статьи).

Обязательность судебных актов не лишает лиц, не участвовавших в деле, возможности обратиться в арбитражный суд за защитой нарушенных этими актами их прав и законных интересов путем обжалования указанных актов (часть 3).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 10.02.2020 по делу № А19-20448/2019 судом с общества «СибЛес» в пользу общества «Пятая Авеню» (ныне – общество «Колорит») взыскана сумма 282 142 руб. 87 коп. основного долга, 125 107 руб. 15 коп. неустойки, 2 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, а всего – 409 250 руб. 02 коп., а также неустойка, исчисленная от суммы 282 142 руб. 87 коп., начиная с 04.02.2020 по день фактического исполнения обязательства из расчета 0,5% в день.

Согласно произведенному истцом расчету, проверенному судом и признанному верным, размер неустойки на день, предшествовавший дате исключения общества «СибЛес» из ЕГРЮЛ, составил 1 156 785 руб. 77 коп.

Размер неустойки ответчиками не оспорен, о несоразмерности неустойки последствиям неисполнения обязательства, о снижении неустойки на основании статьи 333 ГК РФ, с учетом возможности снижения неустойки судом только при обоснованном заявлении ответчика, когда спор вытекает из осуществления предпринимательской деятельности, как в рассматриваемом случае, не заявлено.

При этом суд отмечает, что договор подписан ФИО3 в качестве генерального директора общества и на тот момент единственного участника; доказательств несогласия с его условиями при подписании договора не представлено.

О несоразмерности убытков, в состав которых также входит неустойка, ответчиками не заявлено. Доказательств того, что истец мог предпринять меры по уменьшению размера убытков, также не представлено.

В силу пункта 4 статьи 53.1 ГК РФ в случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно.

Учитывая все изложенное выше, суд полагает требования общества «Колорит» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3 за неисполненные обязательства общества «СибЛес» перед обществом «Колорит» и о взыскании с ответчиков солидарно 1 566 035 руб. 79 коп. обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Как предусмотрено пунктом 5 Постановления Пленума ВС РФ от 21 января 2016 года № 1, при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них (статья 40 ГПК РФ, статья 41 КАС РФ, статья 46 АПК РФ). Если лица, не в пользу которых принят судебный акт, являются солидарными должниками или кредиторами, судебные издержки возмещаются указанными лицами в солидарном порядке (часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ, часть 5 статьи 3 АПК РФ, статьи 323, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Истцом при подаче искового заявления в суд платежным поручением № 98 от 25.11.2022 уплачена государственная пошлина в размере 11 210 руб.

Учитывая размер государственной пошлины, подлежащей уплате с учетом удовлетворения уточненного требования истца, с ответчиков в пользу истца на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснения, изложенного в пункте 5 Постановления № 1 от 21.01.2016, подлежат взысканию солидарно судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 11 210 руб., с ответчиков в доход федерального бюджета подлежит взысканию солидарно государственная пошлина в размере 17 450 руб.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражных судов в сети «Интернет» по адресу: https://kad.arbitr.ru/.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 167 - 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Привлечь к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3 за неисполненные обязательства общества с ограниченной ответственностью «СибЛес» (ИНН <***>) перед обществом с ограниченной ответственностью «Колорит» (ИНН <***>).

Взыскать в порядке привлечения к субсидиарной ответственности солидарно с ФИО2 (ИНН <***>), ФИО3 (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Колорит» (ИНН <***>) 1 566 035 руб. 79 коп., а также 11 210 руб. расходов по уплате государственной пошлины, а всего – 1 577 245 руб. 79 коп.

Взыскать солидарно с ФИО2 (ИНН <***>), ФИО3 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 17 450 руб.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Иркутской области.


Судья Д.Х. Тах