Постановление от 1 октября 2024 г. по делу № А32-32761/2023

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-32761/2023
город Ростов-на-Дону
02 октября 2024 года
15АП-6024/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 02 октября 2024 года.


Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сороки Я.Л.,

судей Величко М.Г., Шапкина П.В.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания Кочиной Ю.Г.,

при участии:

от истца посредством использования системы «Картотека арбитражных дел (онлайн-заседание)»: представителей ФИО1 по доверенности №3 от 01.01.2023,

от ответчика: представитель ФИО2 по доверенности от 25.09.2023;

от третьего лица ООО «Радикал» представитель ФИО3 по доверенности от 18.06.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4

на решение Арбитражного суда Краснодарского края

от 03.03.2024 по делу № А32-32761/2023

по иску ФИО4

к ФИО5

при участии третьих лиц: ООО «Радикал», межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по ЮФО, управления ФНС по Краснодарскому краю,

о взыскании убытков с ФИО5 в пользу ООО «Радикал», 



УСТАНОВИЛ:

ФИО4 (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с иском о взыскании в пользу ООО «Радикал» убытков с ФИО5 (далее – ответчик) в размере 1 562 500 рублей.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.03.2024 в удовлетворении исковых требований отказано. С ФИО4 в доход Федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 28 625 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обжаловал его в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил решение суда отменить.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает, что судом не дана оценка доводам истца о мнимости сделок. Суд пришел к неверному выводу о том, что истцом отрицается реальное существование двух кранов мостовых.  Позиция истца сводится к тому, что кран-балки по договору аренды от 01.06.2020 были установлены на арендуемый ООО «Радикал» склад-ангар в 2015 году. Представленный ответчиком договор аренды оборудования от 01.08.2017, заключенный между ИП ФИО6 и ООО «Радикал» в лице технического директора ФИО7, согласно условиям которого ИП ФИО6 передает в аренду кран-балки (2 шт.) необходимые для обычной хозяйственной деятельности организации, не обладает признаком неоднократно совершавшихся аналогичных сделок, так как данная сделка совершена один раз. Судом дана ненадлежащая оценка заключению № 015-Э от 25.09.2023. Эксперт пришел к выводу о том, что кран-балки, установленные ФИО8 в склад-анагре имеют режим главной вещи и принадлежности по отношению к ангару,  увеличивают стоимость самого ангара и не могут быть отдельным предметом договора аренды. В заключении эксперта имеются ответы на вопросы, поставленные перед экспертом, содержание и результаты проведенного исследования, выводы по поставленным вопросам, эксперт предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, а ФИО5 является участником судебного разбирательства, в рамках которого данная экспертиза была проведена.  Вывод суда о том, что факт монтажа и дальнейшего использования кран-балок подтверждается разъяснения бывшего исполнительного директора ООО «Радикал» ФИО7 не соответствует обстоятельствам дела и представленным доказательствам. У ответчика отсутствуют документы на транспортировку оборудования, представленные паспорта не относятся к спорному оборудованию. Судом не дана оценка тому обстоятельству, что в период нахождения ФИО9  в должности директора ООО «Радикал»  оборудование для разбора гидроцилиндров (СТИГ-10) не использовалось, необходимости в его приобретении/аренды у общества не имелось.  Аналогичная ситуация и с универсальным фрезерным станком. Мнимость договора аренды оборудования от 09.01.2020 также подтверждается тем, что ответчиком не представлены документы о приобретении стенда «СТИГ-10» и станка фрезерного, а также использования данного оборудования в производственном процессе. 

От истца 13.09.2024 также поступили дополнения к апелляционной жалобе.

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «Радикал» просило решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Протокольным определением от 10.07.2024 судом апелляционной инстанции отказано в удовлетворении ходатайства истца о приостановлении производства по делу до рассмотрения по существу дела № А32-35675/2023.

В составе суда произведена замена судьи. В соответствии с частью 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после замены судьи рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала.

Судебное заседание проведено с использованием системы веб-конференции в порядке, установленном статьей 153.2 АПК РФ.

В судебном заседании представитель истца доводы жалобы поддержал, дал пояснения по существу спора.

Представители ответчика и третьего лица в судебном заседании отклонили доводы жалобы, по основаниям, изложенным в отзывах на апелляционную жалобу, дали пояснения по существу спора.

МТУ Федеральной службы по финансовому мониторингу по ЮФО,  управление ФНС по Краснодарскому краю явку представителей в судебное заседание не обеспечили, уведомлены о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке. Апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.           

В пояснениях от 17.09.2024 ООО «Радикал» указало, что ФИО4 исключена вступившим в законную силу 02.09.2024 решением суда по делу № А32-66998/2023 из состава участников ООО «Радикал», что подразумевает утрату истцом законного интереса в рамках настоящего спора, а также соответствующих прав участника на обращение  с настоящим иском и жалобой.

Процессуального ходатайства, связанного с данным обстоятельством, ответчик не заявил.

На вопрос суда представитель общества пояснил, что указание в резолютивной части отзыва от 17.09.2024 на отказ от удовлетворения требований не является процессуальным ходатайством, а позицией общества сводящейся к тому, что заявленные требования общество не поддерживает.

Апелляционный суд с учетом вышеуказанных обстоятельств не усматривает основания для не рассмотрения по существу настоящей жалобы.

Истец исключен из состава участников общества после подачи иска, рассмотрения его по существу и подачи апелляционной жалобы, при этом законный и защищаемый интерес истца даже в случае исключения его из состава участников общества на стадии судебного разбирательства, заключается в восстановлении имущественной сферы общества в контексте выплаты действительной стоимости доли исключенного участника (размере в денежном выражении данной доли). Жалоба подлежит рассмотрению по существу.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО4 является  (являлась на дату подачи иска) участником ООО «Радикал» с долей в уставном капитале 49%.

Директором ООО «Радикал» и участником ООО «Радикал» с размером доли 51% является ФИО5.

По мнению истца, ФИО5 причинил ООО «Радикал» ущерб на сумму 1 562 500 рублей, поскольку перечислил с расчетного счета ООО «Радикал» деньги в указанной сумме рублей на свои расчетные счета в банках, а именно:

04.09.2020 - 72 500 рублей (за аренду оборудования за сентябрь 2020 г. по договору аренды N б/н от 09.01.2020, согласно счету N 113 от 04.09.2020),

21.10.2020 - 72 500 рублей (за аренду оборудования за октябрь 2020 г. по договору аренды N б/н от 09.01.2020, согласно счету N 128 от 16.10.2020),

12.11.2020 - 200 000 рублей (за кран мостовой электрический однобалочный за ноябрь 2020, согласно счету N 142 от 09.11.2020),

14.08.2020 - 145 000 рублей (за аренду оборудования за июль август 2020 г. по договору аренды N б/н от 09.01.2020, согласно счету N 97 от 01.07.2020),

12.11.2020 - 72 500 рублей (за аренду оборудования за ноябрь 2020 г. по договору аренды N б/н от 09.01.2020, согласно счету N 143 от 09.11.2020),

21.10.2020 - 200 000 рублей (за кран мостовой электрический однобалочный за ноябрь 2020, согласно счету N 129 от 16.10.2020),

04.09.2020 - 200 000 рублей (за аренду оборудования за сентябрь 2020, согласно счету N 112 от 04.09.2020),

04.09.2020 - 600 000 рублей (за аренду оборудования с 01.06.20 по 31.08.20 2020, согласно счету N 111 от 04.09.2020).

Истец указывает, что 15.04.2022 истцом были получены документы ООО «Радикал» по решению Арбитражного суда Краснодарского края от 27.10.2021 по делу N А32-10840/2021, в которых не содержались сведения в обоснование указанных перечислений.

Таким образом, истец пришел к выводу о том, что указанные выше операции являются безвозмездными, а общество понесло убытки на сумму этих перечислений.

По мнению истца, данные перечисления являются сделками, совершенными с заинтересованностью применительно к статье 45 Федерального закона «Об ООО», при этом процедура ее одобрения осуществлена не была, в связи с чем недобросовестность ответчика презюмируется.

При принятии судебного акта суд первой инстанции руководствовался следующим.

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из содержания данной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, наличие состава правонарушения, включающего факт виновного нарушения органом или должностным лицом возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия, издания незаконного акта), наличие у заявителя убытков и их размер, а также наличие причинно-следственной связи между допущенными нарушениями и возникшими у заявителя убытками.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий ответственности исключает применение указанной ответственности. Таким образом, истец, требуя возмещения убытков, должен доказать наличие всех указанных элементов ответственности в их совокупности.

В соответствии с п. 1 ст. 53 ГК РФ юридическое лицо действует через органы, образование и действие которых определяется законом и учредительными документами юридического лица. По правилам п. 3 ст. 53 ГК РФ, лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу. В силу п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 1 и подпункте 1 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица".

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

В силу п. 3 ст. 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются, следовательно, обязанность по доказыванию недобросовестности и неразумности действий единоличного исполнительного органа общества, повлекших за собой причинение убытков, возлагается на истца. Российское гражданское законодательство не устанавливает общего положения о презумпции недобросовестности и неразумности участника правоотношения.

Равно не устанавливает презумпции наличия в действиях руководителя организации состава правонарушения. Следовательно, при применении положений п. 3 ст. 53 ГК РФ следует исходить из презумпции отсутствия в действиях руководителя общества самого события правонарушения, презумпции добросовестного и разумного поведения руководителя.

Таким образом, истцу, требующему привлечения руководителя общества к ответственности, следует обосновать наличие в действиях руководителя состава правонарушения, объективную сторону правонарушения - наличие недобросовестных, неразумных действий руководителя, нарушающих интересы общества; субъективную сторону правонарушения - виновность руководителя в данных действиях; причинно-следственную связь между совершенным правонарушением и убытками общества; размер убытков.

Для привлечения органов управления общества к ответственности, необходимо установить тот факт, что на момент совершения действий, повлекших возникновение убытков, действия (бездействие) упомянутых органов не отвечали интересам юридического лица. Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Как разъяснено в абзаце 1 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с п. п. 1 п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Следовательно, ответчик обязан в силу подпункта 1 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", возместить Обществу убытки в размере необоснованно перечисленных на счета третьих лиц сумм.

09.01.2020 между индивидуальным предпринимателем ФИО5 и ООО «Радикал» в лице его исполнительного директора ФИО7, действующего на основании доверенности (выдана ФИО5 как директором общества, т. 3 л.д. 11), заключили договор аренды оборудования, согласно которому ИП ФИО5 передал, а ООО «Радикал» приняло следующее оборудование, что подтверждается актом приема-передачи:

- Стенд «СТИГ-10» для испытания гидроцилиндров машин (дополнительно 4 секций по Зм);

- Станок универсальный фрезерный.

01.06.2020 между индивидуальным предпринимателем ФИО5 и ООО «Радикал» в лице его исполнительного директора ФИО7 Ф-В., действующего на основании доверенности, заключили договор аренды оборудования, согласно которому ИП ФИО5 передал, а ООО «Радикал» приняло следующее оборудование, что подтверждается актом приема-передачи:

- Кран мостовой, электрический однобалочный 5т (2 шт.).

Во исполнение условий договора аренды оборудования от 09.01.2020 были составлены и подписаны сторонами следующие акты о выполнении услуг в полном объеме и в установленный договором срок:

- Акт N 239 от 31.01.2020,

- Акт N 241 от 29.02.2020,

- Акт N 242 от 31.03.2020,

- Акт N 243 от 30.04.2020,

- АктN 244 от 31.05.2020,

- Акт N 245 от 30.06.2020,

- Акт N 246 от 31.07.2020,

- Акт N 251 от 31.08.2020,

- Акт N 294 от 30.09.2020,

- Акт N 330 от 31.10.2020,

- Акт N 353 от 10.11.2020.

Во исполнение условий договора аренды оборудования от 01.06.2020 были составлены и подписаны сторонами следующие акты о выполнении услуг в полном объеме и в установленный договором срок:

- Акт N 290 от 30.06.2020,

- Акт N 291 от 31.07.2020,

- АктN 292 от 31.08.2020,

- Акт N 293 от 30.09.2020,

- Акт N 331 от 31.10.2020,

- Акт N 354 от 30.11.2020.

Согласно ст. 423 ГК РФ безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

Суд указал, что довод истца о безвозмездности указанных договоров не соответствует действительности, более того реальное существование двух кранов мостовых, являющихся предметом договора аренды от 01.06.2020, подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.11.2020, вынесенное по результатам проверки хищения двух пультов дистанционного управления настоящими кран-балками, документами, подтверждающими право собственности на оборудование, а также балансовой отчетностью общества за 2020.

Истец указывал, что оспариваемые перечисления являются сделками, совершенными с заинтересованностью применительно к ст. 45 ФЗ "Об ООО", при этом процедура ее одобрения осуществлена не была, в связи с чем недобросовестность ответчика презюмируется.

Согласно п. 7 ст. 45 ФЗ от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", положения настоящей статьи не применяются к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности, в том числе к сделкам, совершаемым кредитными организациями в соответствии со ст. 5 ФЗ "О банках и банковской деятельности".

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 N 63, при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

Таким образом, основанием отнесения сделок к совершенным при условиях текущего функционирования предприятия является тождество таких сделок с аналогичными сделками, регулярно совершающимися предприятием в течение длительного времени.

Суд первой инстанции отметил, что ответчиком представлен аналогичный договор аренды оборудования от 01.08.2017, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО6 и ООО «Радикал» в лице технического директора ФИО7, согласно условиям которого индивидуальный предприниматель ФИО6 передает в аренду кран-балки (2 шт.) необходимые для обычной хозяйственной деятельности организации.

Судом также учтено, что основным видом деятельности общества является «Ремонт машин и оборудования», а дополнительными видами деятельности являются: «Производство подъемнотранспортного оборудования», «Производство домкратов и подъемных механизмов для транспортных средств», «Подготовка строительной площадки», что также подтверждает необходимость наличия переданного в аренду оборудования для ведения обычной хозяйственной деятельности общества.

Истец также указывает, что по адресу общества имеется склад-ангар, где уже установлены кран-балки под номерами N 029 и N 030, приобретенные ООО «Радикал» у ООО «Стройбезопасность», и данные кран-балки являются составной частью склад-ангара, с которым они образуют единый объект недвижимости.

Данные доводы истец основывает на заключении судебного эксперта N 015-Э/2023 от 25.09.2023.

Таким образом, по мнению истца, экономического обоснования заключения Обществом договора аренды на иные краны-балки не имелось.

Вместе с тем, в представленной истцом редакции заключения судебного эксперта N 015-Э/2023 от 25.09.2023 отсутствуют вопросы, поставленные перед экспертом, содержание и результаты проведенного исследования, выводы по поставленным вопросам.

Истец считает, что договор аренды оборудования от 01.06.2020 является мнимой сделкой, совершенной с заинтересованностью без одобрения ее другим участником общества.

Ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности, ссылаясь на п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность", согласно которому срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам п. 2 ст. 181 ГК РФ и составляет один год.

На основании вышеизложенного ответчик полагает, что истцом пропущены процессуальные сроки для оспаривания настоящих сделок.

Вместе с тем, истцом не были заявлены требования об оспаривании сделок, предметом спора является взыскание с ответчика убытков.

Таким образом, в удовлетворении ходатайства ответчика о пропуске истцом срока исковой давности судом отказано.

Судом также отмечено, что право собственности ФИО5 на кран-балки, являющиеся предметом договора аренды оборудования от 01.06.2020, подтверждается Договором N 269 от 03.04.2015, заключенным между индивидуальным предпринимателем ФИО5 и ООО «Стройбезопасность».

Местонахождение и факт введения в эксплуатацию кран-балок по договору аренды от 01.06.2020 подтверждается паспортами настоящих кран-балок, согласно которым они были установлены по адресу <...> в июне 2020 года и переданы в аренду ООО «Радикал» по Договору аренды от 01.06.2020, а ранее находились по адресу: <...>.

Работоспособность и надлежащее техническое состояние подтверждается результатами технического освидетельствования, проведенными первоначально 08.07.2015 при покупке кран-балок и 05.06.2020 при введении в эксплуатацию по договору аренды - 01.06.2020.

Указанное техническое освидетельствование кран-балок проводилось 05.06.2020, сразу после монтажа кран-балок до момента введения в эксплуатацию, повторное освидетельствование проводится не реже одного раза в 3 года, согласно Приказа Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 6.11.2020 N 461.

Факт монтажа и дальнейшего использования кран-балок подтверждается разъяснениями бывшего исполнительного директора ООО «Радикал» ФИО7, согласно которому ФИО7 подтверждает необходимость аренды кран-балок в связи с обусловленностью производственного процесса предприятия, а также факт монтирования кран-балок арендованных обществом у индивидуального предпринимателя ФИО5 по договору аренды от 01.06.2020 г. силами сотрудников ООО «Радикал» без привлечения сторонних организаций и третьих лиц.

Указанные обстоятельства подтверждают бывшие работники ООО «Радикал» (ФИО10 и ФИО11) путем предоставления письменных объяснений.

На основании вышеизложенного суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в удовлетворении требований истца надлежит отказать.

Доводы заявителя апелляционным судом отклоняются.

Апелляционный суд учитывает доводы заявителя о том, что договор аренды оборудования от 01.08.2017, который указан судом первой инстанции в качестве доказательства совершения обществом аналогичных сделок в хозяйственной деятельности, является в настоящее время предметом спора на новом рассмотрении в рамках дела № А32-35675/2023, после отмены решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции постановлением суда кассационной инстанции от 13.06.2024. Также суд критически относится к доказательственному значению постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.11.2020 (т. 1 л.д. 84).

Вместе с тем, на основании представленных в материалы дела доказательств суд приходит к выводу о фактическом использовании в спорный период обществом арендованного имущества, принадлежащего ответчику.

Истец неоднократно признавал и акцентировал на этом внимание (т. 3 л.д. 101), что им не оспаривается наличие кран-балок, а его позиция заключается в том, что кран-балки установлены в 2015 году и являются составной и неотъемлемой частью здания и не могут являться отдельным предметом аренды, помимо аренды самого здания (т. 2 л.д. 109). Истец также признал тождественность размещенных в спорном здании кран-балок с кран-балками приобретенными у ООО «Стройбезопасность» в 2015 году (т. 3 л.д. 100-101).

Заявитель указывает (т. 3 л.д. 100), что спорные кран-балки приобретались на совместные средства участников общества, что исключает возможность их передачи в аренду ответчиком обществу.

При этом в материалы настоящего дела не представлено доказательств приобретения кран-балок (размещенных в спорном здании), истцом, обществом, или с их долевым участием.

Напротив, именно ответчиком подтверждено право собственности на данное имущество, приобретение им спорных кран-балок у ООО «Стройбезопасность» (т. 2 л.д. 91-92, 105), размещение которых в спорный период в рассматриваемом ангаре истец не оспаривает и на идентичность идентификационных данных которых (размещенных в ангаре и приобретенных ответчиком) сам указывает (т. 2 л.д. 96-103, 105, 106-108).

Таким образом представленными доказательствами подтверждено, что кран-балки размещенные в спорный период в арендованном ООО «Радикал» ангаре, принадлежат ответчику и находились в спорный период в пользовании и владении ООО «Радикал». То есть реальность рассматриваемой сделки и наличие взаимных предоставлений сторон договора аренды оборудования подтверждены.

Спорная сделка не может являться мнимой в силу ее фактического исполнения.

Истцом не приведено оснований для безвозмездного использования имущества ответчика.

Вопреки позиции истца в материалы дела не представлено доказательств наличия воли собственника имущества (ответчика) на передачу обществу в составе ангара принадлежащего ему (ответчику) имущества – кран-балок.

Доводы о совершении сделки с заинтересованностью также отклоняются.

Действительно, в соответствии с пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность", отказ в иске о признании недействительной крупной сделки, сделки с заинтересованностью или то обстоятельство, что сделка не оспаривалась, сами по себе не препятствуют удовлетворению требования о возмещении убытков, причиненных обществу лицами, названными в статье 53.1 ГК РФ, пункте 5 статьи 71 Закона об акционерных обществах и пункте 5 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, а также не препятствуют удовлетворению иска об исключении из общества участника (акционера) (пункт 1 статьи 67 ГК РФ, статья 10 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), заключившего данную сделку в ущерб интересам общества (в том числе в качестве единоличного исполнительного органа) либо давшего указание ее заключить или голосовавшего за ее одобрение на общем собрании участников (акционеров).

Вместе с тем, квалификация сделки как сделки с заинтересованностью, либо заключение сделки аффилированными (заинтересованными) лицами, на что указывает истец, само по себе не влечет возникновение у общества убытков в результате их заключения и не образует состава убытков (постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 17.05.2023 N Ф03-1654/2023 по делу N А51-17612/2021, Арбитражного суда Уральского округа от 07.05.2024 N Ф09-1181/24 по делу N А60-66276/2022)

Само по себе заключение сделок с заинтересованностью без одобрения общего собрания при недоказанности возникновения ущерба не возлагает на ответчика обязанность по возмещению ущерба в случае доказанности получения по данным сделкам встречного обеспечения (постановление Арбитражного суда Московского округа от 07.03.2023 N Ф05-1571/2023 по делу N А40-212782/2021).

Заключение договоров на заведомо невыгодных условиях истцом не мотивировано и не доказано. О назначении судебной оценочной экспертизы также не заявлено. Факт необходимости использования в деятельности общества кран-балок не оспаривается самим истцом и следует из его пояснений.

В части доводов о непредставлении доказательств наличия у ответчика в собственности иного переданного в аренду по спорным договорам имущества, а именно стенда «СТИГ-10» и станка фрезерного, а также отсутствия доказательств необходимости его аренды, суд отмечает следующее.

Факт наличия данного имущества в собственности ответчика следует из договора аренды имущества от 29.12.2018 (приложение к пояснениям в электронном виде от 05.08.2024) с актом приема-передачи от 01.01.2019. Этим же договором, не признанным недействительным, подтверждается факт использования данного имущества в аналогичной деятельности  ООО «Радикал» (ранее ООО «Реммонтажюг»).

На основании вышеуказанного суд апелляционной инстанции полагает апелляционную жалобу, не подлежащей удовлетворению. Суд первой инстанции правильно определил спорные правоотношения сторон и предмет доказывания по делу, с достаточной полнотой выяснил обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

В соответствии с правилами статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы подлежат отнесению на заявителя жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.03.2024 по делу № А32-32761/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев с даты его изготовления в полном объеме, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                           Я.Л. Сорока

Судьи                                                                                             М.Г. Величко

                                                                                                        П.В. Шапкин