Решение от 2 августа 2024 г. по делу № А33-4638/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



РЕШЕНИЕ

02 августа 2024 года


Дело № А33-4638/2023

Красноярск


Резолютивная часть определения объявлена в судебном заседании 29.07.2024.

В полном объеме определение изготовлено 02.08.2024.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Григорьевой Ю.В., рассмотрев в судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью "МВИ ЭНСК" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ФИО1 о взыскании задолженности в порядке привлечения к субсидиарной ответственности,

с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – ООО УК «Стройсиб».

при участии в судебном заседании:

посредством онлайн заседания от ООО "МВИ ЭНСК": ФИО2, представителя по доверенности, личность установлена паспортом,

ответчик: ФИО1, личность установлена паспортом,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Чертковой Я.А.,



установил:

общество с ограниченной ответственностью «МВИ ЭНСК (далее – заявитель) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая Компания Стройсиб» (далее – должник) несостоятельным (банкротом). Определением арбитражного суда Красноярского края от 05.12.2022 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу №А33-28970/2022. Определением арбитражного суда Красноярского края от 26.01.2023 прекращено производство по заявлению ООО «МВИ ЭНСК» о признании должника ООО «Управляющая Компания Стройсиб» банкротом.

15.02.2023 ООО «МВИ ЭНСК» (далее – заявитель) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением к ФИО1 (далее – ответчики) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Управляющая Компания Стройсиб» как бывшего руководителя указанным обществом и взыскать ФИО1 денежные средства в размере 665 142,73 руб.

Определением арбитражного суда Красноярского края от 05.04.2022 заявление принято к производству, назначено предварительное судебное заседание. 22.06.2023 суд в соответствии с частью 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал дело подготовленным, завершил предварительное судебное заседание и перешел к рассмотрению настоящего дела в судебном заседании. Судебное заседание неоднократно откладывалось.

В процессе судебного разбирательства в материалы дела от Банков, уполномоченного органа поступили документы по запросу суда. От ответчика представлены возражения, а также документы в подтверждение заявленных возражений.

ООО «МВИ ЭНСК» представлены дополнительные документы в обоснование заявленных требований. В судебном заседании, состоявшегося 21.05.2024 истцом заявлено о фальсификации доказательств, представленных ФИО1 03.06.2024 в материалы дела поступило ходатайство в соответствии со ст. 161 АПК РФ о фальсификации следующих доказательств: копии справки о стоимости выполненных работ и затрат от 29.12.2017; копии договора на оказание услуг от 20.06.2017 с ФИО3; копии ведомости на получение и выдачу денежных средств к договору на оказание услуг от 20.06.20217.

06.06.2024 в судебном заседании истец поддержал ходатайство о фальсификации договора на оказание услуг от 20.06.20217 с ФИО3; ведомости на получение и выдачу денежных средств к договору на оказание услуг от 20.06.2017. В части фальсификации справки о стоимости выполненных работ и затрат от 29.12.2017 ходатайство не поддержал.

Рассмотрев заявленное истцом ходатайство о фальсификации представленной ФИО1 в материалы дела договора на оказание услуг от 20.06.20217 с ФИО3; ведомости на получение и выдачу денежных средств к договору на оказание услуг от 20.06.20217, арбитражный суд приходит выводу об к отказе в возбуждении производства по заявленному ходатайству, в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при наличии заявления лица, участвующего в деле, о фальсификации доказательств суд обязан принять предусмотренные законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации, а именно: суд вправе назначить экспертизу, истребовать другие доказательства или принять иные меры.

Под фальсификацией доказательств законодатель понимает подделку либо фабрикацию вещественных доказательств или письменных доказательств (документов, протоколов и др.).

Согласно части 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

В соответствии с частью 9 названной статьи подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда.

При этом целесообразность проведения экспертизы определяется судом.

Суд, имея процессуальную самостоятельность, вправе сам решать, насколько необходима проверка заявленных документов при наличии тех доказательств, которые уже имеются в материалах дела.

Вместе с тем, судом установлено, что договор оказания услуг от 20.06.2017 и ведомость получения наличных от 20.06.2017 были представлены ответчиком в обоснование факта оказания услуг для ПАО «Красноярскэнергосбыт», указанный кредитор не обращался с требованиями к должнику в рамках возбужденного дела о банкротстве, к рассмотрению настоящего заявления не присоединился, доказательства наличия непогашенной задолженности перед указанным обществом в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, спор о наличии неисполненных обязательств перед ПАО «Красноярскэнергосбыт» по договору подряда №113 от 29.05.2017 отсутствует. Работы, на объекте по адресу: <...>, выполнены; справка о стоимости выполненных работ подписана сторонами без замечаний и возражений, скреплена печатями (в отношении которой истец отказался от заявления о фальсификации доказательств).

В связи с чем, принимая во внимание выше установленные обстоятельства, учитывая, что истцом заявлено о фальсификации документов в подтверждение выполненных работ на объекте по адресу: <...> (договор на оказание услуг от 20.06.20217 с ФИО3; ведомости на получение и выдачу денежных средств к договору на оказание услуг от 20.06.2017 со ссылками на договор от 20.06.2017), при том, что задолженность за выполненные работы на указанном объекте перед ПАО «Красноярскэнергосбыт» документально не подтверждена, суд, пришел к выводу, что основания для возбуждения производства по фальсификации указанных документов отсутствуют.

Суд пришел к выводу об отказе в возбуждении процедуры проверки заявления о фальсификации указанных истцом документов, поскольку по смыслу положений абзаца второго пункта 3 части 1 статьи 161 АПК РФ наличие заявления о фальсификации доказательства не является безусловным основанием для назначения судебной экспертизы с учетом того, что достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем его оценки в совокупности с иными доказательствами.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем направления копий определения и размещения текста определения на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет по следующему адресу: http://krasnoyarsk.arbitr.ru, в судебное заседание не явились. В соответствии с частью 1 статьи 123, частями 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие указанных лиц.

В судебном заседании представитель заявителя поддержала заявленные требования в полном объеме.

Ответчик ФИО1 возражал против удовлетворения заявленных требований, согласно доводам, изложенным ранее. Указал о том, что договор, на основании которого образовалась задолженность перед истцом, заключен не в период исполнения обязанностей директора ООО УК «Стройсиб» ФИО1 Какие-либо документы общества у ответчика отсутствуют, поскольку срок хранения такой документации истек.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266 "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно новому законодательному регулированию конкурсные кредиторы вправе обратиться с заявлением о привлечении лица к субсидиарной ответственности в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, а также вне рамок дела о банкротстве в порядке искового производства (статьи 61.14, 61.19, 61.20 Закона о банкротстве).

Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве осуществляется в случае, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона (пункт 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле, определением от 26.01.2023 производство по делу о банкротстве ООО «УК Стройсиб» (№А33-28970/2022) прекращено на основании пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве (отсутствие средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему).

Вместе с тем, прекращение процедуры банкротства ООО «УК Стройсиб» не препятствует рассмотрению настоящего спора по существу, учитывая, что контролирующие должника лица правоспособность сохранили. Прекращение производства по настоящему заявлению фактически может привести к ограничению в праве на судебную защиту (статья 46 Конституции Российской Федерации), что недопустимо.

Данная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.09.2019 N 305-ЭС18-15765.

На основании изложенного, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поступившее после прекращения производства по делу, подлежит рассмотрению по существу в порядке статей 60, 61.19 Закона о банкротстве с применением по аналогии главы 28.2 АПК РФ.

Согласно статье 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Пунктом 4 статьи 61.19 Закона о банкротстве установлено, что в случае, если заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи и по результатам завершения процедуры банкротства не удовлетворены требования более чем одного лица, имеющего право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности и указанного в пункте 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона, к рассмотрению заявления применяются следующие особенности:

1) если в заявлении не указан круг лиц, заинтересованных в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, арбитражный суд оставляет такое заявление без движения и предоставляет данному заявителю право ознакомиться с делом о банкротстве в целях определения круга этих лиц для их указания в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности;

2) заявление рассматривается по правилам главы 28.2 АПК РФ независимо от количества присоединившихся к требованию лиц;

3) предложение о присоединении к заявлению может быть сделано путем включения сообщения об этом в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве;

4) в решении о привлечении лица к субсидиарной ответственности указывается сумма, взысканная в интересах каждого отдельного кредитора, и очередность погашения их требований в соответствии со статьей 134 настоящего Федерального закона;

5) выдавая исполнительные листы на принудительное исполнение решения о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, арбитражный суд помимо сведений о сумме, подлежащей выплате каждому кредитору, указывает очередность погашения требования каждого кредитора в соответствии со статьей 134 настоящего Федерального закона;

6) исполнение решения производится в порядке, предусмотренном статьей 61.18 настоящего Федерального закона.

Пунктом 5 статьи 61.19 Закона о банкротстве установлено, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, поданное после завершения конкурсного производства, прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, рассматривается арбитражным судом, ранее рассматривавшим дело о банкротстве и прекратившим производство по нему (вернувшим заявление о признании должника банкротом), по правилам искового производства.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53) и учитывая цели законодательного регулирования и общеправового принципа равенства, к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному вне рамок дела о банкротстве, вправе присоединиться кредиторы должника, обладающие правом на обращение с таким же заявлением (пункты 1 - 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве), а также иные кредиторы, требования которых к должнику подтверждены вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона (далее - кредиторы, обладающие правом на присоединение).

Для этого, как следует из пункта 53 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, заявитель, обратившийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, должен предложить другим кредиторам, обладающим правом на присоединение, присоединиться к его требованию (части 2 и 4 статьи 225.14 АПК РФ).

Такое предложение должно быть сделано путем включения сообщения в ЕФРСБ в течение трех рабочих дней после принятия судом к производству заявления о привлечении к ответственности (часть 6 статьи 13 АПК РФ, подпункт 3 пункта 4 статьи 61.19, пункт 3 статьи 61.22 Закона о банкротстве).

Суд в определении о принятии заявления к производству и подготовке дела к судебному разбирательству вправе возложить на заявителя обязанность по дополнительному извещению кредиторов иным способом, установив порядок и форму дополнительного извещения (часть 3 статьи 225.14 АПК РФ).

Кредиторы, обладающие правом на присоединение, могут присоединиться к уже предъявленному требованию в любое время до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, путем направления в письменной форме соответствующего сообщения с приложением документов, подтверждающих наличие у них такого права заявителю. К заявлению о присоединении к требованию о привлечении к субсидиарной ответственности также должен быть приложен документ, подтверждающий уплату государственной пошлины, исчисленной по правилам подпункта 1 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ исходя из денежной суммы, предъявленной к взысканию в интересах присоединяющегося кредитора, или право на получение льготы по уплате государственной пошлины либо ходатайство о предоставлении отсрочки, рассрочки, об уменьшении размера государственной пошлины.

Заявитель обязан сообщить информацию о лицах, присоединившихся к его требованию, и представить документы, подтверждающие их присоединение, суду (часть 5 статьи 225.14 АПК РФ).

Лицо, чье сообщение (заявление) о присоединении к требованию было направлено и поступило непосредственно в суд, в производстве которого находится дело, считается присоединившимся к исковому требованию (пункт 54 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Как следует из пункта 2 статьи 46 АПК РФ процессуальное соучастие допускается, если:

1) предметом спора являются общие права и (или) обязанности нескольких истцов либо ответчиков;

2) права и (или) обязанности нескольких истцов либо ответчиков имеют одно основание;

3) предметом спора являются однородные права и обязанности.

При процессуальном соучастии суд должен вынести единое решение, в котором указывает, в какой части оно относится к каждому из истцов, или указывает, что право требования является солидарным на основании части 1 статьи 175 АПК РФ.

В силу части 5 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей отношения, возникшие в ходе судопроизводства в арбитражных судах, арбитражные суды применяют норму, регулирующую сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии такой нормы действуют исходя из принципов осуществления правосудия в Российской Федерации (аналогия права).

Как следует из материалов дела и установлено судом от иных кредиторов не поступило соответствующих заявлений.

Частью 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" определено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закон о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

При этом применимая к спорным правоотношениям редакция Закона о банкротстве определяется с учетом следующего.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 N 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 N 137 указано, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) и Закона о банкротстве банков в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статьи 4.2 и 14) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10), и Закона о банкротстве банков в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, пункт 3 статьи 9.1 и статья 14), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве должника. Вместе с тем, предусмотренные указанными Законами в редакции Закона N 73-ФЗ процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности (пункты 6 - 8 статьи 10 Закона о банкротстве и подпункт 2 пункта 1 статьи 50.10 Закона о банкротстве банков) подлежат применению судами после вступления в силу Закона N 73-ФЗ независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Приведенная правовая позиция свидетельствует о том, что в целях привлечения лица к субсидиарной ответственности применяются материально-правовые нормы, действовавшие в тот период времени, когда виновные действия были совершены таким лицом. При этом нормы процессуального права применяются в редакции, действующей на момент рассмотрения данного заявления.

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями:

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 (N 73-ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013);

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 (N 134-ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017);

- глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

Отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления обстоятельств презумпции может не совпадать с моментом правонарушения. Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов. Таким образом, правонарушение контролирующего должника лица выражается не в том, что он не передал бухгалтерскую и иную документацию должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов. Исходя из этого, время совершения правонарушения должно определяться не моментом, с которого у него возникла просрочка в передаче документов, а действиями по доведению им общества до несостоятельности. Обстоятельства, подтверждающие объективное банкротство подконтрольного лица, могут быть установлены, в том числе из косвенных признаков, таких например, как прекращение платежей по обязательствам и т.п. (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6) по делу N А40-208525/2015, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020)).

Поскольку в качестве фактических обстоятельств, послуживших основанием для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника указывается на совершение неправомерных действий в 2018 году, то к спорным отношениям применимы нормы материального права, регламентированные Глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017, вступила в силу 30.07.2017.

Кроме того, действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в отношении спорных правоотношений и в части процессуальных норм, поскольку в силу части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела (далее - рассмотрение дела), совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Правомерность указанного подхода подтверждается также, сложившейся судебной практикой, в том числе Определением Верховного суда Российской федерации №308-ЭС18-12844 от 24.10.2018; Определением Верховного суда Российской федерации №306-ЭС18-5407 от 23.05.2018.

На основании изложенного, доводы заявителя о применении при рассмотрении настоящего обособленного спора материальных норм права в соответствии с действующими положениями главы III.2 Закона о банкротстве, обоснованы.

Пунктом 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об общества с ограниченной ответственностью) установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Пунктом 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об общества с ограниченной ответственностью) установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, также может быть подано конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником, бывшим работником должника или уполномоченным органом. В связи с чем кредиторы обладают правом на обращение в суд с настоящим заявлением.

Предметом рассмотрения по настоящему делу является требование заявителя ООО «МВИ ЭНС» о привлечении бывшего руководителя ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Иные кредиторы своих требований к ответчикам не заявили.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, если:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливает самостоятельный вид субсидиарной ответственности по обязательствам должника при банкротстве последнего, отличный от состава, предусмотренного абзацем вторым пункта 3 статьи 56 Кодекса. В связи с этим субсидиарная ответственность лица, названного в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, наступает независимо от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника по смыслу нормы, изложенной в абзаце втором пункта 3 статьи 56 Кодекса.

Однако, в соответствии с пунктом 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, неисполнение бывшим руководителем должника обязанности передать документацию должника вследствие объективных факторов, находящихся вне его контроля, не может свидетельствовать о наличии интереса такого руководителя в сокрытии соответствующей информации и, соответственно, являться основанием для применения презумпции вины в доведении должника до банкротства.

Дефиницией правовой нормы в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, возложившей ответственность на руководителя за отсутствие документов бухгалтерского учета и/или бухгалтерской отчетности, закреплена обязанность руководителя по сбору, составлению, ведению, хранению соответствующих документов.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете", пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

Применение норм права о привлечении к субсидиарной ответственности допустимо при доказанности следующих обстоятельств:

- надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия;

- факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявления должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей;

- наличия причинно-следственной связи между обязательными указаниями, действиями вышеперечисленных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями, при этом следует учитывать, что возложение на них ответственности за бездействие исключается;

- вины контролирующего лица должника в несостоятельности (банкротстве) предприятия.

При этом, в соответствии с пунктом 2 статьи 401, пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В пункте 24 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, невозможность определения основных активов должника и их идентификации, невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, невозможность установления содержания принятых органами должника решений.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле, директором ООО «УК Стройсиб» в различный период времени являлись следующие лица:

- с 21.04.2015 по 19.03.2016 - ФИО1,

- с 20.03.2016 по 22.01.2017 – ФИО4,

- с 23.01.2017 по 19.10.2017 - ФИО5,

- с 20.10.2017 по настоящее время ФИО1

Участниками общества также являлись ФИО1, ФИО6, ФИО7 При этом

- в период с 13.01.2017 по 24.10.2017 – ФИО6 с размером доли 100%,

- в период с 24.10.2017 по 23.01.2018: ФИО6 с размером доли 91,67%, ФИО1 с размером доли 8,33%,

- в период с 23.01.2018 по настоящее время - ФИО1 с размером доли 100%.

Таким образом, руководителем ООО «УК Стройсиб» в период с - с 20.10.2017 по настоящее время являлся ФИО1 Учредителем ООО «УК Стройсиб» с долей в 100% в период с 23.01.2018 по настоящее время является также ФИО1

В соответствии с абз. 1 и 2 п. 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица. Из системного толкования абзаца второго п. 3 ст. 56 ГК РФ, п. 3 ст. 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

В соответствии с пунктом 7 статьи 3 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете) руководителем экономического субъекта, к которому относится должник, признается лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа.

Согласно пункту 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

В силу пункта 1 статьи 13 Закона о бухгалтерском учете бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений.

Организация обязана хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет. Рабочий план счетов бухгалтерского учета, другие документы учетной политики, процедуры кодирования, программы машинной обработки данных (с указанием сроков их использования) должны храниться организацией не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской отчетности в последний раз (пункты 1, 2 Закона о бухгалтерском учете.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума N 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Таким образом, именно на ФИО1, являющегося руководителем ООО "УК Стройсиб" с 20.10.2017, в силу статей 9 и 65 АПК РФ и подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче бухгалтерской документации (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 06.11.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете").

При рассмотрении заявления ООО "МВИ ЭНСК" о признании ООО "УК Стройсиб" несостоятельным (банкротом) по делу №А33-28970/2022 судом установлено, что должником бухгалтерская и иная налоговая отчетность с 2018 года в налоговый орган не представлялась (отсутствует).

Отсутствие сведений о наличии у должника ООО "УК Стройсиб" какого-либо имущества (основных средств, дебиторской задолженности и т.д.), за счет которого возможно погашение расходов по делу о банкротстве и выплата вознаграждения арбитражному управляющему явилось основанием для прекращения производства по делу о банкротстве ООО "УК Стройсиб" (определение от 26.01.2023).

При рассмотрении настоящего спора ООО "МВИ ЭНСК" указало, что по указанным выше основаниям оно было лишено возможности удовлетворить свои требования за счет имущества должника в деле о банкротстве ООО "УК Стройсиб". При том, что по состоянию на 31.12.2017 активы должника составили 10 808 000 руб., из них: запасы 47 000 руб., денежные средства 1 018 000 руб., финансовые и другие оборотные активы 9 743 000 руб. При этом выручка составила 11 019 000 руб., чистая прибыль составила 198 000 руб.

Указанные доводы истца соответствуют условиям, установленным в статье 61.11 Закона о банкротстве презумпции и бремя их опровержения в силу статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления N 53, перешло на ФИО1

Вместе с тем, ФИО1 в представленных отзывах, а также в процессе судебного разбирательства неоднократно указывал о том, что общество с 2018 года финансово-хозяйственную деятельность не осуществляет, работники отсутствовали, имущество отсутствует, в связи с чем, налоговая, бухгалтерская отчетность не сдавалась в уполномоченные органы. У ООО «УК Стройсиб» отсутствуют действующие государственные контракты, лицензии, домены, объекты интеллектуальной собственности.

В настоящее время, принимая во внимание ст. 29 Закона о бухгалтерском учете, документация должника в ведении ответчика отсутствует.

Из материалов дела усматривается, что последняя отчетность о детальности ООО «УК Стройсиб» представлена в налоговый орган за 2017 год. Таким образом, ФИО1 в силу действующего законодательства должен был обеспечить сохранность первичных учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерская отчетность в срок до 31.12.2022 (31.12.2017+5 лет, деятельность в 2018 году не осуществлялась).

Согласно части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

Для лица, участвующего в деле, первым судебным актом является определение о принятии искового заявления (заявления) к производству и возбуждении производства по делу (часть 6 статьи 121 АПК РФ).

В материалы дела поступила адресная справка по информационным ресурсам, находящимся в распоряжении федерального казенного учреждения «Главного информационно-аналитического центра МВД РФ» со сведениями об адресе регистрации ФИО1

Как следует из материалов дела, заказное письмо с копией определения от 22.06.2023 направлено в адрес ФИО1 по адресу, указанному в адресной справке: <...>.

С учетом изложенного для ФИО1 первым судебным актом является определение о принятии заявления ООО «МВИ ЭНСК» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности к производству и назначении предварительного судебного заседания.

Судом установлено, что заказное письмо с копией определения от 22.06.2024 получено ФИО1 10.04.2023.

С учетом изложенного суд пришел к выводу, что ответчик лишь с 10.04.2023 был извещен о возбужденном в отношении него процессе по взысканию задолженности, в том числе на основании ст. 61.11 Закона о банкротстве, т.е. за сроками по обязательному хранению документации ООО «УК Стросиб». В связи с чем, доводы истца о необходимости обеспечения сохранности документации общества в соответствии с Законом о бухгалтерском учете в срок до 30.03.2024 (31.03.2019+5 лет) несостоятельны, основаны на неверном толковании норм права, противоречат материалам дела. Доказательства, опровергающие данные обстоятельства суду не представлены.

При этом суд отмечает, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета безусловно не свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. Поскольку, исходя из диспозиции статьи 61.11 Закона о банкротстве, в предмет доказывания по настоящему спору, помимо факта непередачи документации, входит установление невозможности либо существенного затруднения формирования и реализации конкурсной массы вследствие такого бездействия руководителя должника.

Для оценки вины лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, используется абстрактная модель ожидаемого поведения в той или иной ситуации разумного и добросовестного участника имущественного оборота. Участвуя в гражданском обороте, руководители обязаны принимать все меры для того, чтобы не причинить вреда имуществу или личности другого участника оборота, и при определении того, какие меры следует предпринять, проявлять ту степень заботливости и осмотрительности, которая требуется от них по характеру участия в обороте.

Содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определенным образом.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Данный подход находит свое подтверждение в судебной практике (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.07.2016 № 308-ЭС16-6886, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2016 № 306-ЭС16-8660, Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2010 № 9127/12, постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 20.05.2016 по делу №А58-3023/2014).

Исходя из вышеизложенного, суд полагает, что истцом по правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не доказано, что не передача ответчиком документации повлекла невозможность удовлетворения требований кредиторов, то есть имущественным правам кредиторов должника причинен вред.

С учетом указанных обстоятельств дела, судом установлено, что доводы кредитора сводятся лишь к констатации факта непередачи документации, чего недостаточно для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, не доказан факт причинно-следственной связи между невозможностью удовлетворения требований кредиторов и непередачей руководителем должника ФИО1 документации, что исключает возможность привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

ООО «МВИ ЭНСК», обращаясь в арбитражный суд с заявлением по вышеуказанному основанию, не обозначает какие-либо конкретные факты и обстоятельства, свидетельствующие о невозможности формирования конкурсной массы или формирования конкурсной массы не в полном объеме, в отсутствие документов должника. Не представлено достоверных доказательств, подтверждающих уменьшение конкурсной массы, в связи с не передачей документации.

В соответствии с пунктом 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, неисполнение бывшим руководителем должника обязанности передать документацию должника вследствие объективных факторов, находящихся вне его контроля, не может свидетельствовать о наличии интереса такого руководителя в сокрытии соответствующей информации и, соответственно, являться основанием для применения презумпции вины в доведении должника до банкротства.

В рассматриваемом случае, суду не представлено относимых и допустимых доказательств наличия непосредственно у бывшего руководителя должника необходимой кредитору документации и материальных ценностей должника.

Пунктом 16 постановления от 21.12.2017 N 53 установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В настоящем случае, судом установлено, что в заявлении о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности и представленных к нему документах отсутствуют ссылки на наличие относимых и допустимых доказательств связи возникновения у должника кризисной ситуации с неразумными либо недобросовестными действиями ответчика. Как ранее отметил суд, документация должника в связи с истечением сроков хранения у ФИО1 отсутствует. При этом, само по себе неравномерное распределение показателей баланса не может быть признано причиной неплатежеспособности должника или убыточности его деятельности по причине действий (бездействия) учредителя, директора. Наличие в бухгалтерской отчетности сведений по состоянию на 31.12.2017 не может достоверно свидетельствовать о том, что в силу передачи документации должника, конкурсная масса была бы сформированы, требования кредиторов удовлетворены.

Как следует из материалов дела, имущество у должника отсутствовало как на дату составления бухгалтерского баланса (31.12.2017), так и на дату возбуждения дела о банкротстве должника (05.12.2022). При исследовании анализа финансово-хозяйственной деятельности, фактов отчуждения должником имущества в предшествующие три года, предварительные основания для признания недействительными сделок должника по отчуждению имущества, не выявлены. Сведения о том, что после 31.12.2017 года были совершены сделки по выводу имущества также не установлены.

Кроме того, суд отмечает, что сам договор поставки №60 между обществом с ограниченной ответственностью «МВИ ЭНСК» (далее - поставщик) и обществом с ограничен ответственностью «УК Стройсиб» (далее - покупатель), за неисполнение условий которого образовалась задолженность перед истцом, заключен 17.01.2017, т.е. в период исполнения обязанностей директора должника – ФИО5 Спецификация на поставку товара по указанному договору также заключена в период, с 29.08.2017 по 19.09.2017, т.е. не в лице директора ООО УК «Стройсиб» ФИО1

Таким образом, управленческих решений по заключению договора, неисполнение которого послужило основанием для обращения в суд истца с настоящим требованием, ответчиком не принималось. Из материалов дела суд не усмотрел направленности действий ответчика на сокрытие от кредитора информации о финансовом положении должника.

Довод ответчика о том, что ФИО1 должен был передать документацию должника, в том числе в налоговый орган, что свидетельствует о наличии правовых основания для привлечения последнего к субсидиарной ответственности со ссылкой на судебную практику (постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 17.03.2020 по делу NА19-14525/2018) не принимается судом как обоснованный, поскольку в данном деле были установлены обстоятельства, отличные от обстоятельств по настоящему делу.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии обоснования и доказательств причинной связи между непередачей документации, с одной стороны и невозможностью сформировать конкурсную массу, с другой стороны, что исключает возможность привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

В связи с этим также следует отметить разъяснение, указанного в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", согласно которому указано, что субсидиарная ответственность должна быть исключительной мерой, при применении которой следует учитывать конструкцию обособления имущества учредителя от юридического лица и свободу усмотрения менеджмента при принятии решений от имени юридического лица. То есть это должно быть действительно исключительной мерой, применяемой там, где очевидно мошенничество, злоупотребление. О недопустимости привлечения к ответственности за игру "в бизнес" по правилам говорится в п. 18 Постановления.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства наличия вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и причиненным вредом, суд приходит к выводу об отсутствии достаточных и безусловных оснований, которые позволили бы установить признаки и основания для возложения субсидиарной ответственности на ФИО1 на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

На основании изложенного, поскольку в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 61.11 Закона о банкротстве заявителем не доказана вся совокупность обстоятельств, входящих в предмет доказывания по настоящему делу, арбитражный суд считает заявление ООО «МВИ ЭНКС» о привлечении Паши на А.М. к субсидиарной ответственности не подлежащим удовлетворению, в связи с чем, в удовлетворении заявления истца в указанной части следует отказать.

Относительно довода о наличии в действиях ФИО1 оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в результате снятия с расчетного счета ООО «УК Стройсиб» в период с 29.01.2018 по 16.04.2018 денежных средств в совокупном размере 1 513 000, арбитражный суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, которыми причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

Как разъяснено в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как разъяснено в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Вместе с тем указанные платежи по основаниям, предусмотренным в статьях 168, 169 и 170 ГК РФ, не оспорены, доказательства наличия существенного вреда в результате указанных сделок не представлены.

Более того, из материалов дела установлено, что ООО УК «Стройсиб» имел расчетные счета, открытые в АО «Райффайзенбанк» №40702810307000001404 (закрыт 28.04.2017), в АО «Братский Народный коммерческий Банк» №40702810000055000015 (закрыт 07.02.2018), №407028100000550000175 (закрыт 18.01.2018). При этом снятие наличных денежных средств с расчетного счета должника, вопреки доводам истца, осуществлялось в период с 18.01.2017 по 19.04.2017, т.е. в период осуществления полномочий директора ФИО4 (с 20.03.2016 по 22.01.2017) и ФИО5 (с 23.01.2017 по 19.10.2017).

ФИО1 пояснил, что указанные денежные средства были сняты с расчетного должника и переданы ФИО4 и ФИО5 в целях осуществления производственной деятельности организации. Указанный способ распоряжения денежными средствами общества являлся устоявшейся практикой последнего.

По доводам снятия наличных денежных средств в период с 29.01.2018 по 16.04.2018 установлено следующее.

Согласно договору №113 от 29.05.2017, заключенному между ПАО «Красноярскэнергосбыт» (заказчик) и ООО «УК Стройсиб» (исполнитель), выполнены работы на объекте: <...> на сумму 6 866 005,62 руб., в подтверждение чего представлена справка о стоимости выполненных работ №1 от 29.12.2017. Указанная справка подписана и скреплена печатями обществ без замечаний и возражений.

При этом строительно-монтажные работы были выполнены ФИО3 по договору оказания услуг от 20.06.2017, заключенного между должником (заказчик) и ФИО3 (исполнитель). В соответствии с разделом 3 указанного договора от 20.06.2017 стоимость работ составляет 1 760 000 руб., оплата оказанных услуг производится наличным путем.

В соответствии с ведомостью на получение и выдачу наличных денежных средств ФИО1 переданы наличные денежные средства ФИО3 в период с 29.01.2018 по 26.03.2018 в совокупной сумме 1 520 000 руб.

Указанные обстоятельства в совокупности с иными доказательствами свидетельствует об использовании денежных средств, снятых с расчетного счета, на нужды должника. Доказательства фиктивности указанной задолженности перед ФИО3 документально не подтверждено.

При этом возражения ответчика о невозможности установить характер и предмет договора от 20.06.2017 отклонены судом как противоречащие материалам дела. Представленный в материалы дела договор от 20.06.2017 в соответствии со ст. 421 ГК РФ содержит все существенные условия договора данного вида. Отсутствие иных документов, в подтверждение выполненных работ (КС-2, КС-3, акты выполненных работ), не свидетельствует об отсутствии выполненных работ как таковых. Сведения об обращения ПАО «Красноярскэнергосбыт» к должнику, в суд с требованием о расторжении договора в связи с не выполнением условий, предусмотренных договором №113 от 29.05.2017, а также взысканием понесенных обществом убытков в связи с расторжением договора, иных понесенных издержек, в материалы дела не представлены, судом не установлены. С требованием о включении в реестр, о присоединении к настоящему иску общество не обращалось.

Из указанного возможно предположить, что работы по договору №113 от 29.05.2017 исполнены ООО «УК Стройсиб» в полном объеме.

Дата заключения основного договора на выполнение работ с ПАО «Красноярскэнергосбыт» (29.05.2017) и последующего договора на оказание услуг с ФИО3 (20.06.2017) сопоставимы с разумными действиями руководителя должника. Денежные средства, сняты с расчетного счета должника и переданы «субподрядчику» ФИО3 в сопоставимые периоды времени (с 29.01.2018 по 16.04.2018), в соответствующих суммах (снято 1 513 000 руб./выдано 1 520 000 руб.). Иное не представлено.

С учетом изложенного, действия руководителя должника, не выходили за рамки разумного поведения руководителя предприятия, принципы и финансово-хозяйственная деятельность которого осуществляется непосредственно руководящим составом общества, в том числе по снятию денежных средств со счета общества и последующим расчетом с контрагентами должника в наличном порядке.

Кроме того, следует отметить, что стоимость договора, заключенного должником с ПАО «Красноярскэнергосбыт» многократно превышает стоимость договора на оказание услуг, заключенного в последующем должником для выполнения работ по заказу ПАО «Красноярскэнергосбыт», что свидетельствует об экономической целесообразности заключения таких договоров, привлекая для выполнения работ иных субподрядчиков, задолженность перед которыми могла быть оплачена наличными денежными средствами.

Причинно-следственная связь между образовавшейся задолженностью перед истцом и действиями ответчика по снятию наличных денежных средств в указанный период отсутствует, судом не установлена.

В связи с этим, суд пришел к выводу, что действия по снятию наличных денежных средств в совокупной сумме 1 513 000 за период с 29.01.2018 по 16.04.2018, не являются основаниями для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, поскольку причиненный вред кредиторам отсутствует, неправомерность в действиях ответчика документально не подтверждена. Доказательства того, что ответчиком были переведены/сняты денежные средства в большем размере суду не представлено, кредитором не указывалось.

О наличии иных сделок, заключение/исполнение которых привело к невозможности исполнить обязательства перед заявителями по делу не представлено.

Иные доводы о доведении до банкротства должника действиями ответчика заявителем не доказаны и судом, исходя из имеющихся доказательств в деле, не установлены.

В целом, исходя из анализа финансово-хозяйственной деятельности предприятия, учитывая пояснения самого ответчика об обычных условиях предпринимательской деятельности должника, ее принципы и устои, судом установлено, что неэффективная хозяйственная деятельность ООО «УК «Стройсиб» обусловлена в последующем отсутствием заказов в достаточном размере, а также неэффективным руководством деятельностью общества.

По сути, банкротство было обусловлено внешними факторами, которые находятся вне зоны ответственности ФИО1, в частности из-за отсутствия заказчиков для выполнения работ, сезонность его деятельности, а также недостаток финансирования для осуществления необходимых платежей. Кроме того, заявителем не представлены доказательства, подтверждающие, что иное руководство должником могло положительно повлиять на финансовое положение последнего и вывести его из критической ситуации.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что заявитель не представил доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между действиями (решениями) директора ФИО1 и неблагоприятными последствиями в виде банкротства ООО «УК СТройсиб». Осуществление должником убыточной хозяйственной деятельности, не означает безусловно, что такая деятельность велась исключительно по вине ответчика. В то же время из материалов дела следует, что за период деятельности ООО «УК Стройсиб» его директором не производилось уменьшение стоимости или размера имущества предприятия, также не осуществлялось действий по увеличению размера имущественных требований к должнику.

Таким образом, суд пришел к выводу о недоказанности в действиях ответчика наличия состава правонарушения, необходимого для возложения на него субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица, признанного банкротом.

При этом, доказывание наличия оснований для удовлетворения заявления является обязанностью лиц, заявивших соответствующие требования к лицам, которые могут быть привлечены к субсидиарной ответственности. Суд неоднократно предлагал заявителю представить в материалы дела доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и убытками в размере 1 513 000 руб.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Согласно части 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия.

Таким образом, права участников процесса неразрывно связаны с их процессуальными обязанностями, поэтому в случае нереализации участником процесса предоставленных ему законом прав последний несет риск наступления неблагоприятных последствий, связанных с несовершением определенных действий.

Вместе с тем, определения суда не исполнены заявителем, заявителем в нарушении статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлены доказательства подтверждающие наличие причинно-следственной связи между действиями (решениями) ФИО1 и неблагоприятными последствиями в виде банкротства ООО УК «Стросиб».

Иных обстоятельств, обосновывающих основания для привлечения учредителя к субсидиарной ответственности заявителем не приведено.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Исследовав и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд приходит к выводу о недоказанности ООО «МВИ ЭНКС» совокупности обстоятельств необходимых для привлечения учредителя должника к субсидиарной ответственности по подпункту 1, 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При указанных обстоятельствах, правовых оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется, в связи с чем, в удовлетворении заявления ООО «МВИ ЭНКС» следует отказать.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии со статьей 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания и порядок уплаты государственной пошлины, а также порядок предоставления отсрочки или рассрочки уплаты государственной пошлины устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах (глава 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации).

Государственная пошлина за рассмотрение заявления ООО «МВИ ЭНКС» составляет 16 303 руб.

При подаче иска ООО «МВИ ЭНКС» истцом было заявлено ходатайство об отсрочке уплаты государственной пошлина за рассмотрение настоящего спора в суде.

Учитывая результат рассмотрения дела, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 16 303 руб. подлежат взысканию с ООО «МВИ ЭНКС» в доход федерального бюджета.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края



РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с ООО «МВИ ЭНСК» (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 16303 руб.


Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.



Судья

Ю.В. Григорьева