Постановление от 19 апреля 2021 г. по делу № А75-17764/2019

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А75-17764/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 19 апреля 2021 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Жирных О.В.,

судей Глотова Н.Б.,

ФИО1-

при ведении протокола помощником судьи Рахмеевой Д.Р. рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием режима веб-конференции посредством сервиса «Картотека арбитражных дел» кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «СКОЛ» на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 05.10.2020 (судья Сизикова Л.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2020 (судьи Котляров Н.Е., Брежнева О.Ю., Дубок О.В.) по делу А75-17764/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРТЕХЦЕНТР» (<...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, далее должник - ООО «ИНТЕРТЕХЦЕНТР»), принятые по результатам рассмотрения заявления общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «СКОЛ» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – кредитор, ООО «Авиакомпания «СКОЛ») о включении требования в размере 99 376 184,93 руб. в реестр требований кредиторов должника, как обеспеченного залогом имущества должника.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие представители: ФИО2 - ФИО3 по доверенности от 15.09.2020; ФИО4 - ФИО5 по доверенности от 29.04.2019, общества с ограниченной ответственностью «Нижневартовское пассажирское автотранспортное предприятие №1» (далее - ООО «НПАП № 1») - ФИО5 по доверенности от 29.03.2019.

В здании Арбитражного суда Западно-Сибирского округа принял участие представитель ООО «Авиакомпания «СКОЛ» - ФИО6 по доверенности от 12.02.2021.

Суд установил:

производство по делу № А75-17764/2019 о признании должника банкротом возбуждено на основании заявления Калинина Г.В., принятого определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 23.09.2019.

В отношении должника 04.09.2019 введена процедура наблюдения. Временным управляющим утверждён ФИО7.

ООО «Авиакомпания «СКОЛ» обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о включении требования в размере 99 376 184,93 руб. в реестр требований кредиторов должника, установлении статуса залогодержателя.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 05.10.2020 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2020 определение арбитражного суда от 05.10.2020 оставлено без изменения.

В поданной в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа кассационной жалобе ООО «Авиакомпания «СКОЛ» ссылается на нарушение судами норм права и несоответствие вывода судов обстоятельствам спора, в связи с чем просит определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять по делу новый судебный акт, удовлетворить требование кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника.

Доводы заявителя сводятся к тому, что судами не были исследованы все имеющиеся в деле доказательства, в том числе заключение специалиста №21420с от 22.09.2020. Указывает, что факт аффилированности кредитора и должника не является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований кредитора. Считает, что заключённые между ООО «Авиакомпания «СКОЛ» и АО «Сургутнефтегазбанк» договоры цессии суды необоснованно признали договорами, направленными на компенсационное финансирование.

В судебном заседании представитель ООО «Авиакомпания «СКОЛ» поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, представители ФИО2, ФИО4, ООО «НПАП № 1» просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В заседание суда кассационной инстанции иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Законность судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ.

Как следует из материалов дела при обращении в суд с заявлением о включении требования в размере 99 376 184,93 руб. в реестр требований кредиторов должника, кредитором представлены следующие доказательства:

- договор займа от 20.01.2015 № 018/ПУ/2015 заключённый между ООО «Авиакомпания «СКОЛ» (займодавец) и ООО «ИНТЕРТЕХЦЕНТР» (заемщик), остаток задолженности по которому составляет 39 659 628,44 руб., в том числе 14 335 242,64 руб. основной долг,75 112,65 руб. проценты, 25 249 273,15 руб. неустойка;

- договор займа от 20.04.2015 № 156/ОК/2015 заключённый между ООО «Авиакомпания «СКОЛ» (займодавец) и ООО «ИНТЕРТЕХЦЕНТР» (заемщик), остаток задолженности по которому составляет 23 844 804,69 руб., в том числе 23 554 407,99 руб. основной долг, 290 396,70 руб. проценты;

- договор уступки прав (требований) № 1 от 29.11.2019 заключённый между АО «Сургутнефтегазбанк» (цедент) и ООО «Авиакомпания «СКОЛ» (цессионарий), на основании которого кредитору перешли права требования к должнику, вытекающие из кредитного договора от 24.06.2015 № с41508/07 в размере 7 876 816,29 руб., в том числе 7 845 697,48 руб. основной долг, 31 118,18 руб. проценты;

- договор уступки прав (требований) № 2 от 29.11.2019 заключённый между АО «Сургутнефтегазбанк» (цедент) и ООО «Авиакомпания «СКОЛ» (цессионарий), на основании которого кредитору перешли права требования к должнику, вытекающие из кредитного договора от 11.08.2015 № с42008/09 в размере 9 551 376,40 руб., в том числе 9 512 777,48 руб. основной долг, 38 598,92 руб. проценты;

- договор уступки прав (требований) № 3 от 29.11.2019 заключённый между АО «Сургутнефтегазбанк» (цедент) и ООО «Авиакомпания «СКОЛ» (цессионарий), на основании которого кредитору перешли права требования к должнику, вытекающие из кредитного договора от 08.08.2019 № с54171/20 в размере 18 443 559,14 руб., в том числе 18 353 434,40 руб. основной долг, 90 124,74 руб. проценты.

Во исполнение обязательств по кредитным договорам от 24.06.2015 № с41508/07, от 11.08.2015 № с42008/09 между должником и АО «Сургутнефтегазбанк» 28.02.2018 заключён договор ипотеки (залога недвижимости) № 71, согласно условиям которого должник передал в залог: - ½ доли в праве общей долевой собственности на торгово-выставочное здание общей площадью 1 355,7 кв.м, находящееся по адресу: <...>, кадастровый номер: 86:10:0101198:777;

- земельный участок общей площадью 7 508 кв.м, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер: 86:10:0101198:789.

Неисполнение должником обязательств по возврату денежных средств по названным договорам займа и кредитным договорам послужило основанием для обращения ООО «Авиакомпания «СКОЛ» с настоящим требованием в арбитражный суд.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований кредитора, пришёл к выводу о корпоративном характере отношений между должником и кредитором, исключающем включение требования в реестр требований кредиторов должника, действия кредитора направлены на искусственное создание необоснованной подконтрольной задолженности кредитора и, как следствие, на нарушение прав и законных интересов иных кредиторов должника.

Восьмой арбитражный апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда первой инстанции дополнительно указал, что в рассматриваемом случае кредитором не доказан сам факт наличия требований к должнику, поскольку при установленных судом обстоятельствах и нераскрытии кредитором и должником действительных правоотношений, не исключается, что представление кредитором должнику осуществлялось за счет имущественной сферы должника.

Между тем судами не учтено следующее.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее – Обзор), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Судами установлено, что должник и кредитор являются аффилированными лицами.

Заявленные кредитором требования основаны на двух группах обязательств. Первая группа – займы, предоставленные самим кредитором, вторая группа – приобретённые на основании договоров цессии права требования к должнику, возникшие из кредитных обязательств.

Согласно пункту 2 Обзора очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

Исходя из смысла вышеприведенных разъяснений и подходов, выработанных Верховным Судом Российской Федерации при рассмотрении подобных споров, основным мотивом субординации требований лиц, имеющих общие экономические интересы с должником, является понижение очередности удовлетворения требований таких лиц, обусловленное тем, что названные лица, участвующие в предпринимательской деятельности должника, не могут конкурировать с внешними (независимыми) кредиторами за распределение конкурсной массы.

Выводы судебного акта по существу рассмотренного спора должны основываться на анализе доказательств, представленных сторонами, и содержать, помимо прочего, мотивы, по которым отвергнуты доказательства, а также отклонены доводы лиц, участвующих в деле (часть 4 статьи 15, статья 71, часть 2 статьи 169, часть 2 статьи 271 АПК РФ).

Обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда приняты с нарушением перечисленных норм права, являются противоречивыми, поскольку содержит взаимоисключающие выводы.

Суды с учетом разъяснений, приведенных в пункте 3 Обзора, пришли к выводу о наличии оснований для понижения очередности удовлетворения требований кредитора.

Принятие такого судебного акта допустимо в ситуации, когда суд приходит к выводу об обоснованности заявленного требования, реальном характере задолженности, но устанавливает основания для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица.

В том случае, если суд в результате проверки обоснованности требования кредитора приходит к выводу о недоказанности наличия и размера задолженности, то это является основанием для отказа во включении в реестр требования кредитора.

В данном случае, суд первой инстанции пришёл также к выводу о мнимости договоров займа (страница 25 определения), что свидетельствует об отсутствии реальных хозяйственных отношений между кредитором и должником. Суд апелляционной инстанции не признал данный вывод ошибочным.

Таким образом судебный акты содержат противоречивые выводы, которые влияют на результат рассмотрения спора.

Вывод судов о компенсационной природе требований, вытекающих из договоров цессии, является преждевременным, сделанным без учёта положений пункта 6.2 Обзора.

Так, в пункте 6.2 Обзора раскрыта ситуация, когда очерёдность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрёл у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Однако в рамках настоящего спора приобретение требования к должнику по договору цессии осуществлено аффилированным лицом после возбуждения дела о банкротстве.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности.

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

В отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования (пункт 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020).

В том случае, если суд придёт к выводу о том, что требования кредитора основанные на договорах цессии являются компенсационным финансированием, то такое требование подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ, о чём должно быть указано в судебном акте.

Учитывая, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, сделаны без установления всех обстоятельств, необходимых для правильного разрешения обособленного спора, носят противоречивый характер, определение суда и постановление апелляционного суда подлежит отмене, а обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора следует учесть изложенное, устранить отмеченные недостатки, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания (в том числе реальность заёмных отношений и размер неисполненных обязательств, является ли предоставление денежных средств компенсационным финансированием в период имущественного кризиса должника; какова цель приобретения после возбуждения дела о банкротстве прав требований у кредитной организации на основании договоров цессии, а не путём исполнения обязательств по договору поручительства) дать оценку доводам и возражениям лиц, участвующих в деле, а также представленным доказательствам в их совокупности и взаимосвязи, после чего принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные отношения.

Руководствуясь статьями 287, 288, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа,

постановил:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 05.10.2020 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2020 по делу № А75-17764/2019 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ПредседательствующийО.В. Жирных

СудьиН.Б. Глотов

С.А. Доронин