Постановление от 7 июля 2024 г. по делу № А44-5947/2023

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А44-5947/2023
г. Вологда
08 июля 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2024 года.

В полном объёме постановление изготовлено 08 июля 2024 года.


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Докшиной А.Ю., судей Алимовой Е.А. и                        Мурахиной Н.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Варфоломеевой А.Н.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью                        «ЛАДА ПЛЮС» ФИО1 по доверенности от 26.09.2023, от Управления Федеральной налоговой службы по Новгородской области ФИО2 по доверенности от 01.11.2023 № 174, ФИО3 по доверенности от 14.06.2024 № 84,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ЛАДА ПЛЮС» на решение Арбитражного суда Новгородской области от 14 марта 2024 года по делу № А44-5947/2023, 



у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «ЛАДА ПЛЮС»                         (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 173008, Новгородская область, Великий Новгород, проезд Энергетиков, дом 6; далее – ООО «ЛАДА ПЛЮС», общество) обратилось в Арбитражный суд Новгородской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительным решения Управления Федеральной налоговой службы по Новгородской области (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 173002, Новгородская область, Великий Новгород, улица Октябрьская, дом 17, корпус 1; далее – УФНС, управление, налоговый орган) от 09.06.2023 № 3066 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «КОВЕРС» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 115598, Москва, улица Загорьевская, дом 10, корпус 4, эт цок пом 1, ком 1-5, оф 5; далее – ООО «КОВЕРС»).

Решением Арбитражного суда Новгородской области от 14 марта                           2024 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Общество с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование жалобы ссылается на неправильное применение судом норм материального и процессуального права. Считает, что налоговым органом не доказано совершение                                ООО «ЛАДА ПЛЮС» налогового правонарушения. Полагает, что доказательств неправомерных действий со стороны общества либо косвенных признаков, позволяющих предположить недобросовестность общества, его участие в искажении сведений о фактах хозяйственной деятельности (совокупности таких фактов) в данном случае в материалы дела не содержится. Также настаивает на том что при вынесении оспариваемого решения налоговым органом нарушены пункт 3.1 статьи 100 и пункт 14 статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), поскольку к акту проверки, дополнению к акту проверки, оспариваемому решению не приложены банковские выписки, книги покупок и книги продаж спорных контрагентов, а также первичные документы по сделкам этих спорных контрагентов и их контрагентов. Данное нарушение, по мнению апеллянта, лишило его законной возможности представить обоснованные возражения по доводам управления.

Представитель общества в судебном заседании поддержал доводы и требования апелляционной жалобы.

Управление в отзыве и его представители в судебном заседании с доводами жалобы не согласились, просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

От третьего лица отзыв на апелляционную жалобу не поступил.

Третье лицо надлежащим образом извещено о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителя в суд не направило, в связи с этим дело рассмотрено в его отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.

Заслушав объяснения представителей сторон, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения.

Как следует из материалов дела, управлением проведена камеральная налоговая проверка уточненной декларации общества по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) за 1-й квартал 2020 года (корректировка № 3), представленной в налоговый орган 12.09.2022, в которой общество за указанный период заявило в составе вычетов НДС в общей сумме                       3 380 034 руб. 87 коп. по счетам-фактурам ООО «КОВЕРС»,                             общества с ограниченной ответственностью «ТАИС» (далее – ООО «ТАИС») и общества с ограниченной ответственностью «КОМФОРТ» (далее –                           ООО «КОМФОРТ»).

По результатам проверки управлением составлены акт от 26.12.2022                       № 12217, дополнение к акту от 17.04.2023 № 37, а также принято решение 09.06.2023 № 3066 о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Названным решением обществу доначислен и предложен к уплате НДС в сумме 3 380 035 руб., а также начислен штраф по пункту 3 статьи 122 НК РФ за умышленную неуплату НДС в сумме 169 002 руб. (с учетом уменьшения санкций в 8 раз в связи с применением смягчающих ответственность обстоятельств).

Основанием для начисления заявителю НДС в указанной сумме послужил вывод налогового органа о необоснованном отнесении обществом в состав налоговых вычетов налога по документам на выполнение работ, оформленным от имени ООО «КОВЕРС», ООО «ТАИС», ООО «КОМФОРТ», которые, по мнению ответчика, имеют признаки «технических» компаний, не осуществлявших реальную хозяйственную деятельность, не могли исполнить и фактически не исполняли работы в качестве субподрядчиков и исполнителей, поскольку не имели ни трудовых, ни материальных ресурсов для выполнения спорных видов работ, сделки с ними заключены обществом лишь для вида, условия для заявления к вычету НДС созданы обществом формально.

По мнению управления, в результате умышленных действий проверяемый налогоплательщик, преследуя цель неуплаты НДС, сознательно исказил сведения о фактах хозяйственной жизни вследствие завышения налоговых вычетов по НДС по взаимоотношениям с ООО «КОВЕРС»,                    ООО «ТАИС», ООО «КОМФОРТ», не осуществлявшими заявленные операции, нарушив таким образом положения подпункта 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ.

Решением Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по Северо-Западному федеральному округу решением от 08.09.2023                              № 08-19/3598@ решение управления от 09.06.2023 № 3066 оставлено без изменения и вступило в законную силу.

Не согласившись с решением УФНС, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований.

Апелляционная инстанция не находит правовых оснований для отмены решения суда.

Порядок предоставления налоговых вычетов по НДС установлен статьями 171-172 НК РФ.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи либо для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 НК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 172 НК РФ вычетам подлежат, если иное не установлено названной статьей, суммы налога, предъявленные при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав и при наличии соответствующих первичных документов.

Как указано в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53), судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

На основании статьи 57 Конституции Российской Федерации и пункта 1 статьи 3 НК РФ каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы.

Обязанность по уплате налогов не может считаться исполненной, если хозяйственные операции, совершаемые во исполнение сделок, учтены налогоплательщиком не в соответствии с их действительным экономическим смыслом и искажены, что повлияло на размер налога, подлежавшего уплате. Полученная в таких случаях хозяйствующим субъектом экономия налоговых платежей, как следует из разъяснений, данных в пункте 3 Постановления № 53, признается его необоснованной налоговой выгодой.

О необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа об отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств (пункт 5 Постановления № 53).

При этом объем прав и обязанностей налогоплательщика определяется исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции, а признание налоговой выгоды необоснованной не должно затрагивать иные права налогоплательщика, предусмотренные законодательством о налогах и сборах (пункты 7 и 11 Постановления № 53).

При этом установление наличия или отсутствия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или экономической деятельности (пункт 9 Постановления № 53).

Налоговая выгода не может быть самостоятельной целью деятельности налогоплательщика, оценка обоснованности или необоснованности полученной налогоплательщиком налоговой выгоды производится исходя из направленности совершенных им хозяйственных операций на достижение определенного экономического эффекта.

В том случае, если судом будет установлено, что целью деятельности налогоплательщика является не достижение экономического эффекта от совершенных им операций, а только получение налоговой выгоды, то вне зависимости от принципов свободы договора или нарушения его контрагентами налоговых обязательств такая выгода будет признана необоснованной.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением (пункт 11 Постановления № 53).

В определениях от 24.11.2005 № 452-О, от 18.04.2006 № 87-О,                           от 16.11.2006 № 467-О, от 20.03.2007 № 209-О-О Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на то, что разрешение споров о праве на налоговый вычет, касающихся выполнения обязанности по уплате налога, относится к компетенции арбитражных судов, которые не должны ограничиваться установлением только формальных условий применения норм законодательства о налогах и сборах и в случае сомнений в правомерности применения налогового вычета обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств (оплата покупателем товаров (работ, услуг), фактические отношения продавца и покупателя, наличие иных, помимо счетов-фактур, документов, подтверждающих уплату налога в составе цены товара (работы, услуги), и т.п.).

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон № 402-ФЗ) все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами, служащими первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет и которые могут приниматься к учету, только если они содержат обязательные реквизиты, в том числе и личные подписи должностных лиц, ответственных за совершение хозяйственных операций и правильность их оформления.

Представление в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Таким образом, исходя из положений статьей 9 названного Федерального закона, каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Поскольку применение вычетов направлено на уменьшение налоговых обязательств налогоплательщика, то правомерность предъявления налоговых вычетов по НДС подлежат доказыванию именно налогоплательщиком путем представления документов, предусмотренных статьями 169, 171, 172 НК РФ.

В силу пункта 1 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению, в связи с этим в пунктах 5-6 названной статьи установлены требования, соблюдение которых в силу пункта 2 этой же статьи обязательно для применения налоговых вычетов.

В свою очередь, пунктом 6 статьи 169 НК РФ установлено, что счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

Данные первичных документов, составляемых при совершении хозяйственных операций, должны соответствовать фактическим обстоятельствам. Счета-фактуры составляются на основе уже имеющихся первичных документов и должны отражать конкретные факты хозяйственной деятельности, подтверждаемые такими документами.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как разъяснено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20 июня 2018 года № 305-КГ18-7794, возможность применения налоговых вычетов по НДС обуславливается наличием реального осуществления хозяйственных операций, а также соблюдением установленных законодателем требований статей 169, 171, 172 НК РФ в части достоверности сведений, содержащихся в первичных документах.

Как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации                               от 14 мая 2020 года № 307-ЭС19-27597, отказ в праве на вычет «входящего» налога обуславливается фактом неисполнения обязанности по уплате НДС контрагентом налогоплательщика или (и) поставщиками предыдущих звеньев в той мере, в какой это указывает на отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога, при этом необходимо учитывать преследовал ли налогоплательщик-покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо в отсутствие такой цели – знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях.

Согласно пункту 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, для признания вычетов по НДС обоснованными налогоплательщик должен располагать оформленными в установленном порядке документами, подписанными от имени контрагента уполномоченными на то лицами и подтверждающими реальное осуществление именно этими лицами хозяйственных операций, отраженных в них.

Следовательно, в отсутствие реального совершения спорных хозяйственных операций представленные налогоплательщиком документы не могут быть признаны подтверждающими правомерность применения налоговых вычетов сумм НДС, предъявленных контрагентами.

Согласно части 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

В пункте 1 статьи 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

При этом умышленность совершения налогового правонарушения заключается в совокупности действий налогоплательщика, направленных на построение искаженных, искусственных договорных отношений, имитации реальной экономической деятельности подставных лиц (проблемных контрагентов).

В соответствии с пунктом 2 статьи 54.1 названного Кодекса при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Таким образом, исходя из положений статьи 54.1 НК РФ, превышение допустимых пределов осуществления прав налогоплательщиков может быть связано, в частности, с искажением фактов хозяйственной деятельности, совокупности таких фактов и объектов налогообложения (пункт 1), направленностью действий налогоплательщика на неуплату налогов в качестве основной цели совершаемых им сделок и операций (подпункт 1 пункта 2), использованием формального документооборота с участием лиц, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени (подпункт 2 пункта 2).

В целях пунктов 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

При невыполнении любого из указанных условий, при одновременном соблюдении которых налогоплательщик имеет право на уменьшение налоговой базы (налога), указанный в статье 54.1 НК РФ, налогоплательщик теряет право на уменьшение налоговой базы (налога) по сделке в целом.

Кроме того, данная норма не устанавливает различного порядка применения ее положений в отношении обязательств по конкретным налогам (в частности, расходов при исчислении налога на прибыль организаций и вычетов при исчислении НДС).

При этом положения статьи 54.1 НК РФ, определяя конкретные условия, соблюдение которых обуславливает возможность воспользоваться правом на предъявление налоговых вычетов, не содержат никаких указаний о допустимости реализации таких прав лишь в той или иной части. Данные нормы также не содержат установлений, вменяющих в обязанность налогового органа проведение реконструкции налоговых обязательств путем определения прав и обязанностей налогоплательщиков, допустивших искажение действительного экономического смысла финансово-хозяйственных операций, расчетным путем.

Налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями.

Как установлено управлением в ходе проверки, в проверяемом периоде основным видом деятельности ООО «ЛАДА ПЛЮС» являлась деятельность, связанная с трубопроводным транспортом.

Согласно справкам 2-НДФЛ общество имело численность сотрудников: в 2019 году – 69 человек, в 2020 году – 46 человек, в  2021 году – 71 человек; на балансе общества зарегистрировано 38 транспортных средства, 1 объект недвижимости, 1 земельный участок, что усматривалось по сведениям Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН).

Публичным акционерным обществом «Подзембургаз» (далее –                        ПАО «Подзембургаз», заказчик) и ООО «ЛАДА ПЛЮС» (подрядчик) заключен договор подряда от 17.10.2018 № ДА-140/2018 на выполнение комплекса подготовительных и заключительных работ при строительстве разведочных скважин № 21, 22, 23 Грязовецкой площади (с дополнительными соглашениями от 06.02.2020 и от 10.07.2020) (материалы проверки находятся на CD-диске;          том 3, лист 5).

Согласно пунктам 2.3, 5.2 названого договора работы по договору выполняются обществом как подрядчиком собственными силами и средствами с использованием собственного оборудования и материалов, а также материалов заказчика согласно распределению обязанностей, общество как подрядчик обязано «самостоятельно осуществить поставку материалов, необходимых для выполнения всех работ по настоящему договору, осуществить их приемку, разгрузку, складирование, охрану и подачу для производства работ».

Согласно пункту 5.20 договора в случае привлечения подрядчиком с письменного согласия заказчика, в порядке, установленном настоящим договором, третьих лиц подрядчик обязан включить контроль их исполнения. По требованию заказчика подрядчик обязан предоставить копии договоров, заключенных им с третьими лицами и, в случае наличия у заказчика замечаний по тексту, обеспечить внесение в договор соответствующих изменений.

Порядок привлечения третьих лиц к выполнению работ предусмотрен                                    пунктом 5.31 договора, согласно которому «Подрядчик вправе привлекать для оказания услуг третьих лиц только при условии получения предварительного письменного согласия заказчика на привлечение конкретного лица для оказания услуг. При этом подрядчик обязуется до заключения договора с таким лицом представить заказчику копии всех его лицензий, необходимых для оказания услуг; по требованию заказчика, подрядчик обязан предоставить копии договоров, заключенных им с такими лицами».

Договор подряда от 17.10.2018 № ДА-140/2018 и дополнительные соглашения к нему подписаны со стороны ПАО «Подзембургаз» генеральным директором ФИО4, со стороны общества – генеральным директором Ермаком А.И.

Управление, подвергнув анализу все четыре налоговых декларации общества по НДС за 1-й квартал 2020 года (первичную и три корректировочных № 1, 2 и 3), выявило, что обществом к вычету предъявлен НДС по выполненным работам за один и тот же период (1-й квартал 2020 года), но в каждой из последующих деклараций общество заменяло счета-фактуры и предъявляло вычеты по иным исполнителям работ, а именно:

в первичной налоговой декларации от 15.05.2020 отражены счета-фактуры (стоимость с НДС) ООО «КОМФОРТ» – 2 706 151 руб. 68 коп.,                 ООО «ТАИС» – 3 317 057 руб. 93 коп., общества с ограниченной ответственностью «ЭМ-ЭЛЕКТРОСЕРВИС» (далее –                                       ООО «ЭМ-ЭЛЕКТРОСЕРВИС») – 14 504 933 руб. 82 коп. (субподряд по договору с заказчиком – ПАО «Подзембургаз»);

в декларации (корректировка № 1) от 18.06.2020 отражены счета-фактуры (стоимость с НДС) ООО «КОМФОРТ» – 2 706 151 руб. 68 коп.,                             ООО «ТАИС» – 3 317 057 руб. 93 коп., ООО «ЭМ-ЭЛЕКТРОСЕРВИС» – 14 504 933 руб. 82 коп. (субподряд по договору с заказчиком –                                   ПАО «Подзембургаз»);

в декларации (корректировка № 2) от 23.06.2022 отражены счета-фактуры (стоимость с НДС) ООО «КОМФОРТ» – 2 706 151 руб. 68 коп., ООО «ТАИС» – 3 317 057 руб. 93 коп., счета-фактуры ООО «ЭМ-ЭЛЕКТРОСЕРВИС» исключены с заменой на счета-фактуры общества с ограниченной ответственностью «ТРАНСАЛЬЯНС» (далее – ООО «ТРАНСАЛЬЯНС») со стоимостью работ в сумме 14 504 933 руб. 82 коп. (субподряд по договору с заказчиком – ПАО «Подзембургаз»);

в декларации (корректировка № 3) от 12.09.2022 отражены счета-фактуры (стоимость с НДС) ООО «КОМФОРТ» – 2 706 151 руб. 68 коп.,                                   ООО «ТАИС» – 3 317 057 руб. 93 коп., счета-фактуры ООО «ТРАНСАЛЬЯНС» исключены с заменой на счета-фактуры ООО «КОВЕРС» со стоимостью работ в сумме 14 256 999 руб. 60 коп. (выполнение строительно-монтажных работ (далее – СМР) на объекте, расположенном по адресу: Великий Новгород, проезд Энергетиков, дом 6).

По результатам камеральной проверки управление пришло к выводу о том, что в реальности работы по сделкам, заключенным обществом с                                    ООО «КОВЕРС», ООО «ТАИС» и ООО «КОМФОРТ», по которым апеллянтом заявлены вычеты в декларации по НДС за 1-й квартал 2020 года в сумме3 380 034 руб. 87 коп., спорными контрагентами не могли быть выполнены и фактически не выполнялись, поскольку названные контрагенты  обладали характерными признаками «технических» компаний, которые не могли выполнить и не выполняли работы для Общества в качестве субподрядчиков и исполнителей.

В частности, как установлено управлением и не опровергнуто налогоплательщиком:

обществом допущено существенное нарушение условий договоров, заключенных с заказчиками, поскольку общество не представило заказчику сведения о привлеченных им в качестве соисполнителей спорных контрагентов, не представило доказательств согласования их привлечения с заказчиком, что требовалось в силу договора;

имело место представление налоговой отчетности с одного IP-адреса;

экспертиза подписей на первичных документах показала, что подписи выполнены иными лицами, а не должностными лицами контрагентов, указанных в первичных документах;

у контрагентов  отсутствуют объекты движимого и недвижимого имущества, транспортные средства в собственности или аренде, при этом, отсутствовали платежи за какую-либо аренду, отсутствовала иная материально-техническая база, отсутствовали расходы, характерные для ведения реальной хозяйственной деятельности; отсутствовали как собственные трудовые ресурсы, так и привлеченные третьи физические лица, в том числе, по договорам гражданско-правового характера для выполнения этих работ, отсутствовали выплаты и оплата труда по таким договорам;

спорные контрагенты имеют большой удельный вес вычетов, а также высокий уровень риска, источник для формирования вычетов у Общества по цепочке кооперации через спорных контрагентов фактически не сформирован;

имело место номинальность руководителей спорных контрагентов;

наличие «технических» организаций с третьего звена контрагентов также признаков «технических» организаций, которые не могли быть привлечены в качестве субподрядных организаций, поскольку не имели ни материальных, ни трудовых ресурсов;

при представлении первоначальной декларации вычеты по документам ООО «КОВЕРС» не заявлялись, а заявлены только в уточненной декларации по НДС за спорный период в результате действий общества по замене контрагента в книге покупок с ООО «ЭМ-ЭЛЕКТРОСЕРВИС» на ООО «ТРАНСАЛЬЯНС», затем с ООО «ТРАНСАЛЬЯНС» на ООО «КОВЕРС»;

отсутствие контрагентов по месту регистрации; исключение их из ЕГРЮЛ с признаками недействующего юридического лица, при том, что указанные контрагенты не оспорили действия регистрирующего органа по их прекращению в качестве юридического лица, не предприняли действий по восстановлению правоспособности юридического лица, даже, несмотря на то обстоятельство, что имели миллионные дебиторские задолженности, которые не обратили к принудительному взысканию с дебиторов, в частности, с общества;

движение денежных средств по расчетным счетам спорных контрагентов носило транзитный характер, входящие и исходящие денежные потоки не совпадали по своему назначению, а полученные от общества денежные средства обналичивались.

Вышеуказанные обстоятельства, по мнению УФНС, свидетельствует об искусственном документообороте, составленным обществом со спорными контрагентами, при том, что представленные обществом первичные документы (счета-фактуры, акты) подписаны со стороны спорных контрагентов неустановленными лицами.

Как и в суде первой инстанции, в апелляционной жалобе общество настаивает на документальном подтверждении права на вычеты по НДС по спорным сделкам, ссылаясь при этом на то, что получило исполнение сделок именно от спорных контрагентов, поэтому возлагать на общество ответственность за недобросовестные действия названных контрагентов или иных третьих лиц, если такие имели место, неправомерно.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ доводы сторон и имеющиеся в деле доказательства, суд первой инстанции согласился с выводами налогового органа, при этом правомерно исходил из следующих фактических обстоятельств.

В ходе проверки управлением от ПАО «Подзембургаз» (заказчика по договору подряда) получено письмо от 13.10.2020 № 3276 с информацией о том, что при выполнении работ по договору подряда от 17.10.2018                        № ДА-140/2018 общество как подрядчик выполняло свои обязательства без привлечения субподрядчиков, и информацией о субподрядчиках, в частности, об ООО «ЭМ-ЭЛЕКТРОСЕРВИС» ПАО «Подзембургаз» не располагает                        (том 5, лист 53).

Вместе с тем общество представило в налоговый орган документы, согласно которым к исполнению договора от 17.10.2018 № ДА-140/2018                           с ПАО «Подзембургаз» им был привлечен субподрядчик ООО «КОМФОРТ» по соответствующему договору с обществом на оказание услуг по содержанию зимних дорог от 04.12.2018, по которому ООО «КОМФОРТ» обязалось оказать услуги по зимнему содержанию временных технологических дорог и зимников на объекте ПАО «Подзембургаз» (CD-диск).

Доказательств того, что ООО «КОМФОРТ» привлечено обществом как субподрядчик на оказание услуг по зимнему содержанию временных технологических дорог и зимников на объекте ПАО «Подзембургаз» с письменного согласия ПАО «Подзембургаз» ни в управление, ни в материалы настоящего дела апеллянтом не представлено.

При этом очевидно, что выполнение таких видов работ объективно невозможно без использования специальной техники и необходимого количества работников.

Ориентировочная стоимость услуг по договору на оказание услуг по содержанию зимних дорог от 04.12.2018 составляет 2 313 806 руб. 30 коп., в том числе НДС – 352 953 руб. 50 коп.

По условия договора расчет за оказанные услуги, производится заказчиком за фактически выполненный объем работ, путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя, после подписания сторонами акта сдачи-приемки оказания услуг.

Однако как установлено управлением, согласно документам, представленным обществом к проверке уточненной налоговой декларации (корректировка № 1), работы по содержанию зимников и зимних дорог на объекте ПАО «Подзембургаз» выполнялись в проверяемый период                          ООО «ЭМ-ЛЕКТРОСЕРВИС» (при этом данный контрагент заменен обществом в книге покупок на ООО «ТРАНСАЛЬЯНС» в корректировке № 2).

Также управлением от общества получено письмо от 18.07.2022 № 88, в котором заявитель сообщил, что в период с 2018 года по 2020 год по договору подряда от 17.10.2018 № ДА-140/2018 контрагентом, привлеченным при исполнении работ в рамках данного договора, являлось именно                              ООО «ТРАНСАЛЬЯНС».

Однако, как установлено налоговым органом, ООО «ТРАНСАЛЬЯНС» 12.09.2022 исключено обществом из книги покупок путем замены на                    счета-фактуры ООО «КОВЕРС» по другой сделке в уточненной декларации                 (корректировка № 3).

В уточненной налоговой декларации (корректировка № 3) общество вместо вычетов НДС по сделкам с ООО «ТРАНСАЛЬЯНС» заявило вычеты по ООО «КОМФОРТ» в сумме 451 025 руб. 28 коп. (том 1, лист 16), представив документы о том, что работы по содержанию зимников и зимних дорог на объекте ПАО «Подзембургаз» выполнялись в тот же период (1-й квартала                2020 года), но уже спорным контрагентом – ООО «КОМФОРТ».

В связи с вышеизложенным управление и суд пришли к обоснованному выводу о том, что названные действия апеллянта по «документальной замене» контрагентов по выполнению работ по содержанию зимников и зимних дорог на объекте ПАО «Подзембургаз», при том, что само ПАО «Подзембургаз» не только не выдавало согласия на привлечение обществом третьих лиц, но и не располагало никакими сведениями о привлечении таковых, настаивая в письме от 13.10.2020 № 3276, что общество как подрядчик выполняло свои обязательства перед ПАО «Подзембургаз» самостоятельно без привлечения субподрядчиков, безусловно, с учетом характеристик спорных контрагентов, выявленных ответчиком, свидетельствуют о создании обществом формального документооборота с целью уменьшения налоговых обязательств по НДС на вычеты по заявляемым контрагентам.

При этом заявленные в вычетах работы по сделке с обществом не относились к тому виду деятельности, который рассматриваемый контрагент (ООО «КОМФОРТ») указал в ЕГРЮЛ. 

В ходе судебного разбирательства апеллянт последовательно настаивает на том, что действия налогоплательщика по «документальной замене» контрагентов по выполнению работ по содержанию зимников и зимних дорог на объекте ПАО «Подзембургаз» вызваны тем обстоятельством, что в ходе проверки декларации общества, в которой были заявлены вычеты по                                                 документам ООО «ТРАНСАЛЬЯНС», выяснилось наличие «проблем» с данным поставщиком, в связи с этим общество «вспомнило», что можно принять к учету счета-фактуры ООО «КОМФОРТ».

Отклоняя данные доводы апеллянта, суд первой инстанции правомерно указал, что они не опровергают выводы УФНС по итогам проверки, поскольку характеристики ООО «КОМФОРТ» свидетельствуют о невозможности реального исполнения сделки с обществом со стороны данного контрагента.

В частности, как установлено управлением, ООО «КОМФОРТ» зарегистрировано 15.04.2016 в Инспекции Федеральной налоговой службы                     № 10 по г. Москве по адресу: Москва, ул. Лесная, д. 5, эт. 6, оф. 625-10.

ООО «КОМФОРТ» 23.08.2016 произвело смену адреса на: Москва,                    ул. Авиамоторная, д. 50, стр. 2, комн. 56, а 15.05.2019 снова сменило адрес на:  Москва, ул. Каховка, д. 11, стр. 1, этаж 1 пом. VI, ком. 3; 29.09.2020                         ООО «КОМФОРТ» вновь сменило адрес на: Москва, бульвар Черноморский,              д. 17, корп. 1, этаж 5, пом. II,  к. 4, офис 49.

Вместе с тем налоговыми органами установлена недостоверность адреса регистрации ООО «КОМФОРТ», которое по адресу регистрации отсутствовало, о чем в ЕГРЮЛ 23.07.2021 внесена соответствующая запись, а 02.06.2022                  ООО «КОМФОРТ» исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о недостоверности сведений об адресе регистрации.

При этом действия регистрирующего органа по прекращению                        ООО «КОМФОРТ» как юридического лица, ни учредителем, ни руководителем                       названого контрагента не были оспорены, действий по восстановлению правоспособности ООО «КОМФОРТ» никем не совершалось, что было бы невозможным в случае осуществления ООО «КОМФОРТ» реальной хозяйственной деятельности.

Также как установлено управлением, основным видом экономической деятельности ООО «КОМФОРТ» в период регистрации как юридического лица было заявлено строительство жилых и нежилых зданий (код ОКВЭД 41.20); среднесписочная численность организации в проверяемый период                             2020 год – 0 человек, по справкам 2 -НДФЛ за 2020 год – 1 человек.

Согласно данным ЕГРН, ООО «КОМФОРТ» не имело земельных участков, объектов недвижимого имущества, транспортных средств.

В налоговой декларации по НДС за 1-й квартал 2020 года                                 ООО «КОМФОРТ» по книге покупок заявлен единственный контрагент –                 ООО «ГЛОРИЯ ПЛЮС» (ИНН <***>), по книге продаж заявлены контрагенты с признаками «транзитных» организаций:                                     ООО «ЭМ-ЭЛЕКТРОСЕРВИС» (ИНН <***>), ООО «ТАИС»                         (ИНН <***>), ООО «ДАРИНА» (ИНН <***>), ООО «СМБ Клауд» (ИНН <***>).

Налоговые декларации представлялись ООО «КОМФОРТ» за 2018 год по упрощенной системе налогообложения (далее – УСН), по НДС –                                за 2-й, 3-й, 4-й кварталы 2019 года, за 2020 год – с минимальными суммами к уплате в бюджет, при этом расчеты по налогам не производило, в связи с этим в 2021 и 2022 годах налоговым органом многократно выносились решения о приостановлении операций по счетам названного контрагента.

Руководителем ООО «КОМФОРТ» с 15.05.2019 являлся ФИО5, он же с 29.05.2019 был учредителем ООО «КОМФОРТ».

По итогам проведенной налоговым органом экспертизы подписей получено заключение эксперта от 25.03.2023 № 379, в котором установлено, что подписи от имени ФИО5 в строке «руководитель организации или иное уполномоченное лицо», «главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» в счете-фактуре от 17.01.2020 № 20200117-01 на общую сумму                    2 706 151 руб. 68 коп., в строке «исполнитель» акта № 1 от 17.01.2020 на эту же сумму, представленных обществом в подтверждение права на вычет по НДС, выполнены  не ФИО5, а другим лицом.

Также управление установило, что по расчетному счету                                 ООО «КОМФОРТ» производилось обналичивание денежных средств в виде: «снятие наличных денежных средств с карты в банкомате банка «MIKHAIL CHEKHONIN», «получение наличных в банкоматах сторонних банков», «расчеты по п/к в банкоматах», «списание средств по операциям с международными картами в ATM своей сети» в сумме 10 270 200 руб.                      (33 % от общей суммы от поступающих средств).

Более того, по сведениям банка управление установило, что                            за 1-й квартал 2020 года общество произвело расчеты с ООО «КОМФОРТ» не в полном объеме, а оплатило только 1 547 619 руб. 05 коп., что составляет 57 % от заявленной суммы сделки с обществом (2 706 151 руб. 68 коп.), тогда как в адрес ПАО «Подзембургаз» за указанный период общество произвело сдачу работ на 18 810 021 руб. 28 коп.

При этом ООО «КОМФОРТ» не истребовало от общества задолженность по сделке с ним на сумму более 1 млн. руб. вплоть до принудительного исключения контрагента из ЕГРЮЛ регистрирующим органом 02.06.2022.

Доказательств, опровергающих данное обстоятельство, общество в материалы дела не представило.

Анализ установленных управлением в ходе контрольных мероприятий  характеристик ООО «КОМФОРТ» и обстоятельств его сотрудничества с обществом, свидетельствует о правомерности выводов УФНС о том, что обществом с данным контрагентом был создан формальный документооборот для увеличения размера вычетов по НДС за 1-й квартал 2020 года.

Как видно из материалов дела, по ООО «ТАИС» в подтверждение правомерности вычетов по НДС в сумме 552 842 руб. 99 коп. по сделкам с этим контрагентам общество представило в управление документы только с возражениями на акт проверки.

Проанализировав представленные апеллянтом документы, управление установило, что обществом (заказчик) и ООО «ТАИС» (исполнитель) заключен договор от 05.02.2020 № АРС-20-02п/СУБ, по условиям которого исполнитель принимает на себя обязательства по выполнению работ по борьбе с нежелательной растительностью на эксплуатационных объектах открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в соответствии с дефектней ведомостью. Цена договора – 4 396 896 руб.

При этом очевидно, что выполнение таких видов работ объективно невозможно без использования специальной техники и необходимого количества работников.

От имени ООО «ТАИС» договор подписан ФИО6

В пункте 4.1.13 названного договора, как и в приложении 2 к нему, определено, что исполнитель обязан представлять документальное подтверждение факта выполнения работ (фотофиксация до начала выполнения работ и после).

Вместе с тем такое документальное подтверждение как в период проведения проверки, так и до обращения в суд с рассматриваемым заявлением в управление обществом не было представлено.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции общество представило фотоотчеты, которые ранее налоговому органу не представлялись (том 4, листы 131-170), при этом убедительное обоснование объективной невозможности представления таких фотоотчетов на проверку апеллянтом не приведено.

В свою очередь, оценив данные фотоотчеты, суд установил, что эти документы сторонами не подписаны, привязка к местности на фотоотчетах произведена только посредством установки красного цвета табличек с указанием стороны (левая, правая; пк и километров), однако фотофиксация производства работ, как усматривается из фотоматериалов, производилась с разных направлений и сторон (например: железная дорога относительно таблички «левая 201 км 2 пк» до производства работ находится справа,                        на фото – после производства работ железная дорога уже слева).

Как верно отмечено судом в обжалуемом решении, названные обстоятельства на большей части фотоматериалов вызывают сомнения в фиксации местности «после выполнения работ» именно в том месте, где якобы производилась фиксация  «до их выполнения».

В связи с этим суд правомерно критически отнесся к пояснениям представителя общества о том, что такая фиксация не запрещена, и фотографировали итоги выполнения работ так, как было удобнее, поскольку такие фотоматериалы с бесспорностью не свидетельствуют о том, кем именно и где конкретно производились работы по вырубке нежелательной растительности, так же как не подтверждают, кем именно и когда произведена такая фотофиксация, при том, что на камеральную проверку указанные фотоматериалы общество не представило без обоснования каких-либо уважительных причин.

При этом управлением в ходе проверки установлено, что  ООО «ТАИС» зарегистрировано 28.12.1998 в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 22 по Московской области, зарегистрировано по адресу: Московская обл., г. Одинцово, II Внииссок, ул. Дружбы, д. 3, эт. 3, оф. 312.

Налоговыми органами 11.12.2020 установлена недостоверность адреса регистрации ООО «ТАИС», о чем в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись, а 11.10.2021 регистрирующий орган в ЕГРЮЛ зарегистрировал прекращение ООО «ТАИС» как юридического лица.

При этом действия регистрирующего органа по прекращению                                   ООО «ТАИС» как юридического лица, ни учредителем, ни руководителем                       названого контрагента не были оспорены, действий по восстановлению правоспособности ООО «ТАИС» никем не совершалось, что было бы невозможным в случае осуществления ООО «ТАИС» реальной хозяйственной деятельности.

Основным видом экономической деятельности ООО «ТАИС» в период своей регистрации в ЕГРЮЛ заявило «строительство жилых и нежилых зданий» (код ОКВЭД 41.20).

При этом согласно справкам по форме 2-НДФЛ численности работников ООО «ТАИС» составляла в 2019 году – 3 человека, в 2020 году – 0 человек, в 2021 году – 0 человек.

Согласно сведениям ЕГРН ООО «ТАИС» не имело земельных участков, объектов недвижимого имущества, транспортных средств.

Руководителем ООО «ТАИС» с 31.07.2019 по 20.02.2020 являлся ФИО6, с 21.02.2020 по 04.03.2020 – ФИО7, с 05.03.2020 по 06.09.2020 – ФИО8, с 07.09.2020 по 14.04.2022 – ФИО9.

Учредителями ООО «ТАИС» выступали с 10.09.2020 – ФИО9, с 22.07.2019 по 09.09.2020 – ФИО6, с 30.09.2002 по 30.07.2019 – ФИО10, с 27.02.2013                                       по 21.07.2019 – ФИО11, с 30.09.2002 по 26.02.2013 – ФИО12.

При этом согласно материалам проверки, ООО «ТАИС» 19.03.2020 вступило в саморегулируемую организацию, из которой было исключено 17.08.2021; плановая  проверка показала наличие кредиторской задолженности за 2020 год более 47, 9 млн. руб.; дебиторская задолженность за 2020 год – более 42,9 млн. руб.; при этом ООО «ТАИС» декларировало вычеты по НДС более 89 % от исчисленного НДС.

Более того, за 1-й, 2-й, 3-й кварталы 2019 года сумма НДС к уплате декларировалась этим контрагентом как «0 руб.», за 4-й квартал 2019 года –  НДС к уплате составил 5 891 руб., недоимка по НДС составила 2 851 руб., деятельность убыточна, рентабельность продаж за 2019 год – минус 99,36 %.

При этом при таких показателях деятельности ООО «ТАИС» согласно выписке банка за 1-й квартал 2020 года в оплату своих работ от предъявленной налогоплательщику в первичных документах суммы сделки с обществом в 3 317 057 руб. 93 коп. получило от заявителя только 223 000 руб., то есть всего 20 % от суммы сделки.

При этом ООО «ТАИС» не принимало мер по взысканию с общества задолженности.

Доказательств, опровергающих данное обстоятельство, апеллянтом в материалы дела не предъявлено.

Проанализировав выписку банка по расчетному счету ООО «ТАИС», управление установило, что движение денежных средств по счету носит транзитный характер, денежные средства от организаций                                           ООО «ЭМ-ЭЛЕКТРОСЕРВИС» (ИНН <***>), ООО «КОМФОРТ»                (ИНН <***>) перечисляются на счет ООО «ТАИС», затем в один-два операционных дня переводятся обратно; назначение платежей по выписке банка характеризуется разного вида финансово-хозяйственной деятельностью.

Кроме того, как выявлено ответчиком, по расчетному счету                               ООО «ТАИС» производилось обналичивание денежных средств в виде: «прочие выдачи держатель банковской карты ФИО6», «снятие наличных держатель банковской карты ФИО6», «снятие наличных денежных средств с карты в банкомате банка «MIKHAIL GAVRILOV» в сумме 2 542 900 руб.; производились операции следующего характера: «получение наличных в банкоматах сторонних банков», «списание средств по операциям с международными картами в ATM своей сети», всего сумма по обналичиванию денежных средств составила 7 539 900 руб., то есть, 19 % от общей суммы поступивших на счет средств.

В налоговой декларации по НДС за 1-й квартал 2020 года ООО «ТАИС» согласно книге покупок заявило единственного контрагента ООО «ИКСИЯ» (ИНН <***>), а согласно книге продаж – контрагентов                                        ООО «ЭМ-ЭЛЕКТРОСЕРВИС» (ИНН <***>), ООО «ДАРИНА»                     (ИНН <***>), ООО «КОМФОРТ» (ИНН <***>), ООО «БИЗНЕС ПЛЮС» (ИНН <***>), при этом перечисленные контрагенты                         ООО «ТАИС» также обладают признаками «транзитных» «технических» организаций.

По итогам проведенной налоговым органом экспертизы подписей получено заключение эксперта от 25.03.2023 № 379, в котором установлено, что подписи от имени ФИО8, изображения которых имеются в строке «руководитель организации или иное уполномоченное лицо», «главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» в представленных  обществом в счете-фактуре ООО «ТАИС» № 1/022802 от 28.02.2020 на общую сумму 1 600 977 руб. 83 коп., в строке «исполнитель» в акте № 0001 от 28.02.2020 на эту же сумму, в строке «руководитель организации или иное уполномоченное лицо», «главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» в счете-фактуре № 1/033107 от 31.03.2020 на общую сумму 1 716 080 руб. 10 коп., в строке «исполнитель» в акте № 0002 от 31.03.2020 на эту же сумму, выполнены не ФИО8, а другим лицом.

Анализ установленных управлением в ходе контрольных мероприятий  характеристик ООО «ТАИС» и обстоятельств его сотрудничества с обществом, свидетельствует о правомерности выводов УФНС о том, что обществом с данным контрагентом был создан формальный документооборот для увеличения размера вычетов по НДС за 1-й квартал 2020 года.

Как видно из материалов дела, по ООО «КОВЕРС» в подтверждение правомерности вычетов по НДС в сумме 2 376 166 руб. 60 коп. по сделкам с этим контрагентам общество представило в управление договор подряда от 22.01.2020 № 22/01/20, заключенный ООО «КОВЕРС» (подрядчик) и обществом (заказчик), по условиям которого подрядчик в соответствии с техническим заданием и документацией обязуется в срок с 22.01.2020 по 22.03.2020 выполнить комплекс строительно-монтажных работ на объекте по адресу места нахождения общества: Великий Новгород, проезд Энергетиков, дом 6, а общество как заказчик должно предоставить подрядчику строительную площадку, принять работы и оплатить в полном объеме на условиях договора.

Стоимость работ – 8 230 572 руб.

При этом очевидно, что выполнение таких видов работ объективно невозможно без использования специальной техники и необходимого количества работников.

Вместе с тем допрошенный управлением в качестве свидетеля                    ФИО13 (протокол допроса свидетеля от 27.03.2023), работавший в спорный период главным бухгалтером ООО «ЛАДА ПЛЮС» и оформлявший первичные документы по сделкам 2020 года, пояснил, что не располагает информацией о наличии на объекте по адресу места нахождения общества субподрядных организаций. При этом названный свидетель утверждал, что  ООО «КОМФОРТ», ООО «ТАИС», ООО «КОВЕРС» ему не знакомы, пояснить, выполняли ли данные организации работы для общества, свидетель  не смог.

Как верно указано судом, в случае реального выполнения работ со стороны названных контрагентов, в частности, ООО «КОВЕРС», главный бухгалтер общества, фактически оформлявший первичные документы по сделкам 2020 года, не мог не знать такого контрагента.

Как установлено управлением, заявитель первоначально при преставлении деклараций по НДС не декларировал сделки с ООО «КОВЕРС», затем произвело замену декларируемых сделок по контрагентам:                               ООО «ЭМ-ЭЛЕКТРОСЕРВИС» заменило на ООО «ТРАНСАЛЬЯНС», которого затем заменило на ООО «КОВЕРС».

Допрошенная управлением в ходе проверки в качестве свидетеля бухгалтер ООО «КОВЕРС» (в период с 01.01.2014 по 22.07.2021)                             ФИО14 (протокол допроса свидетеля от 28.03.2023) пояснила, что вела управленческий учет по платежам и поступлениям с разнесением по видам затрат, однако ООО «ЛАДА ПЛЮС» ей не знакомо, какие финансово-хозяйственные отношения у ООО «КОВЕРС» в 1-м квартале 2020 года были с этим обществом и заключались ли договоры с этим обществом, свидетель не знает, денежные средства от ООО «ЛАДА ПЛЮС» на счет ООО «КОВЕРС» в «Райффазенбанке» не поступали, никаких других сведений свидетель не имеет.

Допрошенная управлением в ходе проверки в качестве свидетеля инженер-экономист ООО «КОВЕРС» (в период с 01.01.2019 по 29.07.2021)                         ФИО15 (протокол допроса от 10.03.2023 № 616) пояснила, что                                 ООО «ЛАДА ПЛЮС» ей не знакомо, были ли какие-либо финансово-хозяйственные отношения у ООО «КОВЕРС» в 1-м квартале 2020 года, свидетелю ей неизвестно.

Также как установлено налоговым органом, в первичной налоговой декларации ООО «КОВЕРС» по НДС за 1-й квартал 2020 года, представленной 22.04.2020 (рег. № 976494944), счета-фактуры по ООО «ЛАДА ПЛЮС» отсутствовали, однако в ходе налоговой проверки в период с сентября по декабрь 2022 года спорной декларации общества по НДС (корректировка № 3, от 12.09.2022), в которой апеллянтом заявлены вычеты по счетам-фактурам ООО «КОВЕРС», названным контрагентом также представлена корректирующая декларация по НДС за 1-й квартал 2020 года  от 21.10.2022 с указанием счетов-фактур по взаимоотношениям с заявителем.

При этом управление с помощью системы ПК «АСК НДС-2» выявило расхождения в сумме НДС по обществу и его контрагенту (том 1, лист 18).

Также как установлено налоговым органом и документально не опровергнуто подателем жалобы, обществом не производилась оплата                       ООО «КОВЕРС» за якобы выполненный им по документам в 1-м квартале  2020 года комплекс строительно-монтажных работ на объекте по адресу места нахождения общества (<...>) в сумме 8 230 572 руб.

Привлеченное к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «КОВЕРС», своего представителя в суд не направило, представило в материалы дела письменные пояснения от 18.01.2024 (том 5, лист 27), в которых настаивало на реальности сделок с обществом, приложив договор подряда, акт приемки работ и т.д..

Однако доказательства наличия у ООО «КОВЕРС» в спорный период трудовых, материальных ресурсов для исполнения сделок с обществом, несмотря на соответствующее предложение суда, ни ООО «КОВЕРС», ни заявитель в материалы дела не предъявили.

ООО «КОВЕРС» представило в материалы дела соглашение от 30.06.2020 о рассрочке задолженности по договору подряда от 22.01.2020 № 22/01/20              (том 5, лист 41), согласно которому задолженность общества перед                              ООО «КОВЕРС» на 30.06.2020 по названному договору составила                     14 256 999 руб. 60 коп., которая образовалась на основании договора, дополнительного соглашения к нему от 10.02.2020, актов приемки выполненных работ от 27.02.2020, 30.03.2020, справок о стоимости выполненных работ  от 27.02.2020, 30.03.2020. По соглашению от 30.06.2020 о рассрочке задолженности по договору подряда от 22.01.2020 № 22/01/20 обществу со стороны ООО «КОВЕРС» предоставлена рассрочка погашения задолженности 14 256 999 руб. 60 коп. на 3 года: с 01.07.2020 до 30.06.2023 (том 5, лист 41).

Однако в указанный трехлетний период общество в адрес                                  ООО «КОВЕРС» оплату задолженности вообще не произвело.

В связи с этим ООО «КОВЕРС» представило в материалы дела дополнительное соглашение от 25.06.2023 к соглашению от 30.06.2020 о рассрочке задолженности по договору подряда от 22.01.2020 № 22/01/20, в котором стороны договорились, что указанную выше задолженность общество погасит перед ООО «КОВЕРС» с отсрочкой платежа до 30.06.2024 (том 5,               лист 32).

Суд первой инстанции правомерно отнесся критически как к пояснениям представителя апеллянта о том, что ООО «КОВЕРС» предоставило обществу отсрочку платежа практически на 4 года, поскольку располагает сведениями и «понимает» тяжелое положение общества ввиду «ковидных ограничений», ввиду «санкционных трудностей» и трудностей  в ведении хозяйственной деятельности общества (отсутствие прибыльных объектов), так и к представленным третьим лицом соглашениям с заявителем об отсрочке платежа на 4 года после истечения задекларированного периода (1-й квартал 2020 года), поскольку, как верно отмечено судом в обжалуемом решении, при реальном ведении хозяйственной деятельности и выполнении работ                       ООО «КОВЕРС» имело бы реальную заинтересованность в получении от своего контрагента (в данном случае – ООО «ЛАДА ПЛЮС») оплаты по договору с ним.

В частности, как следует из договора подряда от 22.01.2020 № 22/01/20, заключенного ООО «КОВЕРС» (Москва)  и обществом (Великий Новгород) (заказчик) на выполнение комплекса строительно-монтажных работ на объекте по адресу места нахождения общества, ООО «КОВЕРС» (подрядчик) обязалось за свой счет  перед началом работ приобрести необходимые материалы, за свой счет доставить на строительную площадку рабочий персонал, инструменты, оборудование и строительную технику (пункты 3.3, 3.4 договора).

В актах приемки выполненных работ от 27.02.2020, 30.03.2020 отражено, что ООО «КОВЕРС» выполнило свои обязательства по договору в течение                    1-го квартала 2020 года, сдав обществу работы стоимостью более 14,2 млн. руб.

Вместе с тем общество уже четвертый год не производит                                     ООО «КОВЕРС» оплату не только работ, но и приобретенных контрагентом для этих работ материалов.

Как верно казало управление, фактически ООО «КОВЕРС» выступило «благотворителем» для общества, «понимая» его трудности в хозяйственно-финансовой деятельности (как пояснил представитель заявителя), что было бы нецелесообразным при реальном осуществлении заявленной сделки и ведении ООО «КОВЕРС» реальной предпринимательской деятельности, которая в силу закона (статья 2 Гражданского кодекса Российской Федерации) должна быть направлена на получение дохода от такой деятельности, а не носить признаки «благотворительности».

ООО «КОВЕРС» зарегистрировано 18.06.2013 в Инспекции Федеральной налоговой службы № 24 по г. Москве.

Согласно справкам по форме 2-НДФЛ численность работников составляла в 2019 году – 7 человек, в 2020 году – 7 человек, в 2021 году –                      0 человек (том 1, лист 17).

По сведениям ЕГРН ООО «КОВЕРС» не имеет земельных участков, объектов недвижимого имущества, транспортных средств.

Доказательств иного ни обществом, ни третьим лицом в материалы дела не предъявлено.

Следовательно, управление пришло к обоснованному выводу о том, что ООО «КОВЕРС» не имело реальной возможности выполнить для общества в течение трех месяцев 1-го квартала 2020 года комплекс строительно-монтажных работ стоимостью более 14,2 млн. руб., при том, что доказательства приобретения ресурсов для выполнения таких работ ни обществом, ни                   ООО «КОВЕРС» в дело не представлены, так же как не представлено доказательств доставки контрагентом персонала, материалов и транспорта на объект общества в Великом Новгороде.

Более того, как верно указано судом в обжалуемом решении,                          заявляя о том, что ООО «КОВЕРС» имеет возможность осуществлять до настоящего времени хозяйственную деятельность, предоставив обществу отсрочку по оплате указанных работ, ООО «ЛАДА ПЛЮС», которое, тем не менее, имеет гораздо более многочисленный штат сотрудников (в 2019 году – 69 человек, в 2020 году – 46 человек, в  2021 году – 71 человек), а также имеет на балансе 38 транспортных средств, 1 объект недвижимости, 1 земельный участок, участвует в сделках с рядом «серьезных» покупателей его работ и услуг (в частности, ПАО «Подзембургаз»), так и не смогло найти финансовых средств рассчитаться с ООО «КОВЕРС» за якобы выполненные им работы на объекте налогоплательщик, даже частично. 

Названные обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о правомерности выводов управления о том, что сделка заявителя с                            ООО «КОВЕРС» не имела реальной хозяйственной цели и значимости, оформлена лишь документально с целью снижения обязательств общества по НДС за 1-й квартал 2020 года.

При этом суд, отклоняя довод апеллянта о том, что УФНС в порядке                 статьи 90 НК РФ не провело допрос генерального директора ООО «КОВЕРС»                                   ФИО16, не провело почерковедческую экспертизу его подписи в первичных документах названого контрагента, правомерно указал, что из материалов дела следует, что ФИО16 направлялось поручение на допрос № 603 от 09.03.2023 (повестка № 574 от 10.03.2023), однако указанное лицо на допрос не явилось, о причинах неявки налоговому органу ничего не сообщило.

В свою очередь, отсутствие пояснений ФИО16 и непроведение ответчиком экспертизы его подписей не опровергают выводы налогового органа по взаимоотношениям общества с ООО «КОВЕРС», поскольку как указано ранее, совокупность полученных ответчиком доказательств с достоверностью свидетельствует об отсутствии со стороны подателя жалобы документального подтверждения реальности сделок общества с названным контрагентом, а также документального подтверждением наличия у последнего ресурсов для выполнения спорных видов работ, несмотря на привлечение его к участию в настоящем деле в качестве третьего лица.

Доводы подателя жалобы о том, что проверяющими не исследовался вопрос привлечения спорными контрагентами трудовых ресурсов по договорам аутсорсинга, оказания иными юридическими лицами подобного рода услуг на возмездной основе, отклоняется апелляционным судом как несостоятельный, поскольку в силу требований статьи 65 АПК РФ, именно на налогоплательщика возложена обязанность представить доказательства реальности выполнения работ именно субподрядчиком, в том числе с привлечением последним иной рабочей силы и техники в случае отсутствия у него таких ресурсов.

Однако таких доказательств апеллянтом и его спорным контрагентом (ООО «КОВЕРС»), привлеченным к участию в настоящем деле в качестве третьего лица, ни в ходе проверки, ни в материалы судебного дела не представлено.

Как указано в обжалуемом решении, руководитель ООО «ЛАДА ПЛЮС» ФИО17 в судебное заседание для дачи пояснений по вопросам выбора спорных контрагентов и сотрудничества с ними, несмотря на предложение суда, не явился. Присутствовавший в судебном заседании представитель общества ФИО18 пояснил, что ФИО17 в силу проблем со здоровьем не может явиться в судебное заседание, и что в спорный период таким вопросами занимался коммерческий директор общества ФИО19.

В обоснование довода о проявлении обществом должной осмотрительности при выпоре спорных контрагентов, участвовавший в судебном заседании первой инстанции представитель заявителя ФИО19 пояснил, что им «посоветовал» выбрать спорных контрагентов                               ООО «Арсенал», проблем со спорными контрагентами не возникало, работы выполнялись, техника имелась, а каким образом доставлялась на участки техника и работники общество не интересовало, поскольку результат выполнения работ не вызывал претензий; работы оплачивались частично ввиду тяжелого материального положения общества, а в частности, ООО «ТАИС» из стоимости работ более 4 млн. руб. общество оплатило чуть больше 1 млн. руб., остальные более 3 млн. руб. не доплатило как неустойку за невыполнение всего требуемого объема работ со стороны ООО «ТАИС».

Вместе с тем доказательств того, что недоплата взыскана заявителем в качестве неустойки ФИО19 в материалы дела не представил.

Доводы апеллянта об отсутствии у общества оснований сомневаться в добросовестности контрагентов и наличии у них возможности исполнить обязательства по спорным хозяйственным операциям не могут быть приняты.

Вопреки позиции заявителя, при выборе контрагента субъекты предпринимательской деятельности, как правило, оценивают не только условия сделки и их коммерческую привлекательность, но и деловую репутацию, платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта; а при совершении значимых сделок, например дорогостоящих, изучают историю взаимоотношений предшествующих собственников и принимают тому подобные меры.

Сама по себе регистрация организации в ЕГРЮЛ о должной осмотрительности при выборе соответствующего контрагента не свидетельствует.

Указывая на проверку действительной реальной финансово-хозяйственной деятельности контрагентов посредством открытых и не открытых источников, таких как: СПАРК, Контр.Фокус, СБИС, Картотека арбитражных дел, https://egrul.nalog.riu                    www.rusprofile.riu https://pb.nalog.ru, https://service.nalog.ru/disqualificd.do, Федеральный ресурс (на предмет банкротства компании) и ЦентрИнформ, общество не представило отчеты, формирование которых предусмотрено перечисленными в жалобе ресурсами, в подтверждение довода о проявлении им должной осмотрительности.

При этом, как установлено управлением и документально не опровергнуто подателем жалобы, согласно сведениям данных ресурсов, у спорных организаций отсутствуют телефоны, сайты, адреса электронной почты, численность, ОКВЭД не соответствует работам (ООО «ТАИС», привлеченный к борьбе с нежелательной растительностью имеет ОКВЭД «Строительство жилых и нежилых зданий»).

Обстоятельства необходимости выбора именно спорных контрагентов для выполнения специфичных видов работ (работы по содержанию зимников и зимних дорог и работы по борьбе с нежелательной растительностью на эксплуатационных объектах РЖД), соответствующие обычаям делового оборота для такого рода деятельности, обществом не конкретизированы и в ходе судебного разбирательства документально не подтверждены.

Достоверных доказательств ведения обществом со спорными контрагентами деловых переговоров, переписки не имеется, принятие мер по установлению и проверке деловой репутации контрагентов, наличия у них необходимых ресурсов (инструментов, материалов, квалифицированного персонала) для исполнения обязательств обществом не подтверждено.

Фактическое наличие у спорных контрагентов возможности реально исполнить свои обязательства по спорным сделкам управлением в ходе проверки не выявлено.

Таким образом, поведение общества как при заключении договоров со спорными контрагентами, так и при их исполнении не свидетельствует о проявлении должной осмотрительности, расходится с обычно принятой практикой.

При этом даже сам по себе факт выполнения работ в отсутствие четкой идентификации реального исполнителя этих работ не является достаточным основанием для признания реальности привлечения к выполнению работ именно спорных контрагентов.

Обстоятельства дела свидетельствуют об отклонении от обычно принятой практики спорных хозяйственных операций в части расчетов сторон, их порядка, а также отсутствия полного расчета и непринятия контрагентами мер к истребованию задолженности.

Все установленные в ходе проверки обстоятельства свидетельствуют о совершении обществом действий, направленных на построение искаженных, искусственных договорных отношений, имитации реальной экономической деятельности со спорными контрагентами, формальном составлении документов по спорным сделкам без цели их реального исполнения.

Заявленные в ЕГРЮЛ виды деятельности спорных контрагентов не соответствуют работам, к которым их якобы привлекало общество, в частности, ООО «ТАИС», привлеченное заявителем к борьбе с нежелательной растительностью, имеет ОКВЭД «Строительство жилых и нежилых зданий».

Согласно сведениям данных общедоступных Интернет-ресурсов, у спорных контрагентов отсутствуют телефоны, сайты, адреса электронной почты, численность.

Наличие у общества каких-либо оснований заблуждаться в реальном исполнении спорных операций именно спорными контрагентами в материалах дела не усматривается.

Таким образом, апелляционная инстанция поддерживает вывод обжалуемого решения о том, что подателем жалобы не представило доказательств, опровергающие данные выводы УФНС и суда первой инстанции, которые свидетельствуют о создании формального искусственного документооборота с данными контрагентами для уменьшения налоговых обязательств налогоплательщика по НДС путем увеличения суммы вычетов.

Главный бухгалтер ООО «ЛАДА ПЛЮС» при допросе ее налоговым органом в качестве свидетеля не смогла вспомнить спорных контрагентов, при том, что само общество заявило по данным контрагентам в декларации                   за 1-й квартал 2020 года вычеты в спорной сумме.

При изложенных обстоятельствах спорные контрагенты не принимали фактического участия в совершении операций, вовлечение указанных контрагентов в хозяйственный оборот произведено заявителем формально с целью прикрытия иных фактически совершенных сделок.

Таким образом, правомерны доводы управления о том, что решение налогоплательщика привлечь спорных контрагентов к выполнению работ не обусловлено реальной производственной целью, что следует из совокупности установленных по делу обстоятельств, поскольку выбор рассматриваемых контрагентов с учетом специфики требований к работам, с учетом их места нахождения и отсутствием каких-либо ресурсов (ООО «КОВЕРС» из Москвы привлечено к выполнению работ в Великом Новгороде на сумму более                          14 млн. руб., которая уже 4 года не оплачена обществом даже в части) свидетельствуют об отсутствии реальной производственной цели и наличии цели минимизации налоговых обязательств общества.

Доводы апелляционной жалобы заявителя основаны на отдельно установленных фактах и выборочной оценке доказательств, тогда как налоговый орган правомерно исходил из результатов исследования и оценки имеющихся доказательств в их совокупности и взаимосвязи.

С учетом установленных обстоятельств управлением доказано создание по спорным сделкам формального документооборота с целью создания видимости реального приобретения обществом от спорных контрагентов работ (услуг).

Доказательств соблюдения закрепленных в статье 54.1 НК РФ условий для уменьшения налоговых обязательств общество в нарушение требований статей 65, 200 АПК РФ в материалы дела не представило.

Вопреки доводам апеллянта, управлением не допущено грубых процессуальных нарушений при вынесении оспариваемого решения, влекущих безусловную его отмену.

Довод общества о том, что не приложение к акту налоговой проверки, к дополнению к акту налоговой проверки таких документов как банковские выписки спорных контрагентов, книги продаж и покупок ООО «ТАИС», первичные документы по сделкам между ООО «ТАИС» и его контрагентами, в силу пункта 14 статьи 101 НК РФ, является существенным нарушением, влекущим отмену оспариваемого Решения, так как лишило Общество возможности представить обоснованные возражения, является несостоятельным в связи со следующим.

К акту налоговой проверки и дополнению к акту налоговой проверки прилагаются материалы, полученные в результате проведения мероприятий налогового контроля, подтверждающие факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе проверки (пункт 3.1 статьи 100, пункт 6.1 статьи 101 Кодекса).

Выписки по счетам контрагентов и книги продаж и покупок                          ООО «ТАИС» к акту проверки и дополнению к акту не прилагались, поскольку выписки по движению денежных средств на расчетных счетах контрагентов содержат сведения, составляющие банковскую или иную охраняемую законом тайну третьих лиц, а также с учетом отсутствия расчетов с                                        ООО «ЛАДА ПЛЮС», они не подлежали передаче и разглашению третьим лицам.

Такая передача возможна только в том случае, если не нарушаются права и свободы субъекта персональных данных.

Из акта налоговой проверки и дополнения к акту налоговой проверки следует, что событие налогового правонарушения подтверждается выпиской кредитных учреждений по расчетным счетам ООО «ЛАДА ПЛЮС», ссылки на выписки контрагентов имеются в тексте данных ненормативных актов.

Информация, содержащаяся в данных выписках, полностью отражена в акте проверки и дополнении к акту, которые вручены заявителю, что не отрицается подателем жалобы.

Кроме того, лицо, в отношении которого проводилась налоговая проверка (его представитель), вправе до рассмотрения материалов указанной проверки ознакомиться с материалами налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля в течение срока, предусмотренного для представления письменных возражений пунктом 6 статьи 100 и пунктом 6.2 статьи 101 НК РФ.

Налоговый орган обязан обеспечить лицу, в отношении которого проводилась налоговая проверка (его представителю), возможность ознакомиться с материалами налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля на территории налогового органа не позднее 2 дней со дня подачи таким лицом заявления (пункт 2 статьи 101 НК РФ).

Из материалов дела следует, что общество не обращалось в управление с ходатайством об ознакомлении с материалами камеральной налоговой проверки.

При этом, как установлено судом, налогоплательщик реализовал свое право на представление возражений по акту проверки, на обжалование решения управления в вышестоящий налоговый орган и в суд.

Как верно указано судом, общество имело возможность представлять доказательства наличия у спорных контрагентов трудовых и материальных ресурсов для выполнения договорных обязательств перед заявителем, однако таких доказательств в материалы дела не представило.

Не представило таких доказательств и ООО «КОВЕРС», которое ограничилось предъявлением в дело договора с обществом и доказательств документального оформления сдачи-приемки спорных работ, тогда как имело объективную возможность представить доказательства приобретения материалов для проведения таких работ на объекте общества в Великом Новгороде, а также доказательства доставки техники и человеческого ресурса на объект заявителя.

Вместе с тем ни апеллянт, ни ООО «КОВЕРС» не представили суду таких доказательств, так же как не представили убедительных объяснений выбора обществом исполнителя по производству комплекса строительно-монтажных работ на объекте по адресу места нахождения заявителя в Великом Новгороде такого контрагента, как ООО «КОВЕРС», находящегося в Москве, не имеющем имущества и с численностью работников в 2019-2020 годах всего 7 человек.

В связи с вышеизложенным подателем жалобы не доказало суду, что управление не позволило ему представить мотивированные возражения, которые могли бы повлиять на вынесенное по результатам камеральной налоговой проверки решение.

Общество не представило убедительных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции.

Ссылка налогоплательщика на иную судебную практику подлежит отклонению, поскольку судебные акты по иным делам с участием иных сторон не имеют преюдициального значения для настоящего спора.

Вопреки позиции общества, выводы суда основаны не на отдельно установленных фактах и выборочной оценке доказательств, а по результатам исследования и оценки доказательств, представленных сторонами, в их совокупности.

При оценке доводов подателя жалобы о неправомерном привлечении общества по рассматриваемому эпизоду к ответственности по пункту 3              статьи 122 НК РФ в виде штрафа, апелляционный суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 настоящего Кодекса, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов).

Деяния, предусмотренные пунктом 1 статьи 122 НК РФ, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов) (пункт 3 статьи 122 НК РФ).

В силу пункта 2 статьи 110 упомянутого Кодекса налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Следовательно, умысел представляет собой такую форму вины, которая характеризуется осознанием лицом противоправности своего поведения, предвидением последствии своего противоправного поведения и желательностью или безразличным отношением к их наступлению.

Вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения (пункт 4 статьи 110 НК РФ).

Из оспариваемого решения управления следует, что вина общества в виде умысла в совершении налогового правонарушения по взаимоотношениям со спорными контрагентами, предусмотренного пунктом 3 статьи 122 НК РФ, установлена в ходе камеральной налоговой проверки.

Материалами дела и собранными управлением доказательствами подтверждается умышленное совершение нарушения, об умышленности действий налогоплательщика свидетельствуют изложенные выше факты и обстоятельства.

Налоговым органом в ходе проверки собраны и представлены в материалы дела доказательства в подтверждение умышленного характера действий должностных лиц общества, выразившихся в искажении сведений о фактах хозяйственной жизни заявителя, подлежащих отражению в бухгалтерском и налоговом учете, с целью получения налоговой выгоды путем создания формального документооборота с организациями – субподрядчиками, фактически не обладавшими необходимыми ресурсами.

Как верно отмечено судом первой инстанции в обжалуемом решении, применительно к рассматриваемой ситуации отказ в учете счетов-фактур с выделенным НДС рассматриваемых контрагентов общества предопределен именно действиями самого налогоплательщика, не обеспечившего реального исполнения сделок с данными контрагентами.

Управлением обоснованно учтено, что продолжительные взаимоотношения со спорными контрагентами (договоры от 2018 года), а также неоднократные подачи заявителем уточненных налоговых деклараций по НДС за 1-й квартал 2020 года (по причине замены контрагентов в книге покупок за этот налоговый период) подтверждают, что допущенные апеллянтом правонарушения не являются единичными (разовыми) или случайными, а имеют повторяющийся на протяжении длительного периода характер (третья уточненная декларация по НДС за 1-й квартал 2020 года представлена обществом в налоговый орган 12.09.2022), исключающий их совершение в рамках обычной деятельности по неосторожности, подтверждающий умышленное совершение рассматриваемых действий.

Таким образом, именно совокупность выявленных налоговым органом обстоятельств свидетельствует о создании обществом формального документооборота со спорными контрагентами, что операции для целей налогообложения учтены не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, сделки не имеют какой-либо экономической оправданности и имитируют внешнее соответствие действий требованиям налогового законодательства.

Вопреки доводам подателя жалобы, само по себе оформление операций с контрагентом в бухгалтерском учете не свидетельствует об их реальности, а лишь подтверждает выполнение обязанностей по формальному учету хозяйственных операций.

В силу положений статьи 54.1 НК РФ именно общество, как лицо, претендующее на налоговые вычеты, должно доказать, что обязательства по договорам исполнены именно спорными контрагентами, являющимися стороной договоров поставки.

Вместе с тем, поскольку материалами дела доказано, что                                 ООО «КОВЕРС», ООО «ТАИС», ООО «КОМФОРТ» в реальности                                 работы не выполняли, не имели соответствующих ресурсов, то, как верно указано судом, общество, сотрудничая с ним, безусловно, знало об этом обстоятельстве, что свидетельствует о наличии умысла в содеянном, цели и мотивы которого очевидны и не вызывают у суда сомнений: неуплата НДС, исчисленного к уплате и уменьшенного на сумму вычетов НДС по счетам-фактурам спорных субподрядчиков, в действительности не выполнявших работы, указанные в этих документах.

При этом размер санкций, примененных обществу оспариваемым решением налогового органа, снижен управлением в 8 раз по смягчающим обстоятельствам.

Правовых оснований для дополнительного уменьшения штрафа в данном случае не имеется.

Арифметический расчет начисленных сумм НДС и штрафа обществом документально не опровергнут. Контррасчет налога апеллянтом в материалы дела не представлен.

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции правомерно признал законным оспариваемое решение управления.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Следует отметить, что все заявленные апеллянтом доводы являлись предметом подробного исследования арбитражного суда первой инстанции и получили надлежащую мотивированную правовую оценку.

Апелляционная жалоба не содержит фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с этим изложенные в жалобе аргументы не могут быть приняты.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, поэтому не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного апелляционная инстанция приходит к выводу о том, что спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства, основания для отмены решения суда, а также для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы расходы по уплате государственной пошлины в сумме 1 500 руб. относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд  



п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Новгородской области от 14 марта 2024 года по делу № А44-5947/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ЛАДА ПЛЮС» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                    Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.



Председательствующий

А.Ю. Докшина


Судьи

Е.А. Алимова


Н.В. Мурахина