Постановление от 5 ноября 2024 г. по делу № А71-20085/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-6521/24

Екатеринбург

05 ноября 2024 г. Дело № А71-20085/2023 Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 ноября 2024 г. Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Новиковой О. Н., судей Шершон Н. В., Павловой Е. А.

при ведении протокола помощником судьи Карасевой В.К. рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.05.2024 по делу № А71-20085/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседание в режиме веб-конференции принял участие:

представитель общества с ограниченной ответственностью «Урал 2002» – ФИО2 (паспорт, доверенность от 08.11.2023);

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа принял участие:

представитель ФИО1 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 14.05.2024 № 18 АБ 2147101).

Общество с ограниченной ответственностью «Урал 2002» (далее – истец, общество «Урал 2002») обратилось 21.11.2023 в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском к ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1) о взыскании 391 999,24 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Воткинский машзавод» (далее – общество «Воткинский машзавод»).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.11.2023 исковое заявление принято к производству суда.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.05.2024 с ФИО1 в пользу общества с ограниченной

ответственностью «Урал 2002» взыскано 391 999,24 руб. долга и 10 840,00 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2024 вышеуказанное решение оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ответчик обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит решение от 02.05.2024 и постановление от 02.08.2024 отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению кассатора, истец не представил допустимых и достоверных доказательств недобросовестности и неразумности действий ответчика.

Кассатор полагает, что суды неверно распределили бремя доказывания, возложив на ответчика обязанность доказывать отсутствие своей вины.

Заявитель жалобы указывает, что в судебных актах отсутствуют выводы об уклонении ответчика от предоставления доказательств, характеризующих хозяйственную детальность, в связи с чем отсутствовали основания для перераспределения бремени доказывания.

С точки зрения подателя жалобы, суды не установили какие именно действия (бездействие) ответчика не соответствуют обычным условиям оборота или обычному предпринимательскому риску.

Как отмечает ответчик, суд апелляционной инстанции формально подошел к рассмотрению дела.

Кассатор считает, что доводы истца не являются юридически значимыми и не могут являться основанием для удовлетворения иска. Помимо этого, заявитель жалобы ссылается на то, что исключение из Единого государственного реестра юридических лиц не может порождать у участников и директора Общества безусловной обязанности перед кредиторами.

Кроме того, ФИО1 полагает, что суды не установили создание ответчиком какой-либо искусственной ситуации, направленной на уклонение от исполнения обязательств перед истцом, не установили, в чем именно заключается вина ответчика в неисполнении обязательств, не установили признаки недобросовестности или неразумности действий ответчика.

В судебном заседании в суде округа представитель ФИО1 пояснила, что считает, что дело рассмотрено с процессуальными нарушениями, что выявлено представителем при ознакомлении с материалами дела в суде кассационной инстанции.

Общество «Урал 2002» предоставило отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу заявителя без удовлетворения.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) общество

«Воткинский Машзавод» было зарегистрировано при создании 25.12.2017 управлением Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике, обществу присвоен ОГРН <***>.

Юридический адрес общества «Воткинский Машзавод»: <...>.

Основным видом деятельности общества являлась деятельность по оптовой торговле прочими машинами и оборудованием (код ОКВЭД 46.69).

Уставной капитал общества составлял 10 000 рублей.

Единоличным исполнительным органом (директором) общества «Воткинский Машзавод» и его единственным участником с 25.12.2017 по дату исключения общества из ЕГРЮЛ, являлся ФИО1 с размером доли участия в уставном капитале 100% номинальной стоимостью 10 000 руб.

Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 11 по Удмуртской Республике 28.09.2020 принято решение о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ в связи с отсутствием движения средств по счетам или отсутствии открытых счетов (справка 91-С), а также в связи с непредставлением юридическим лицом в течение последних 12 месяцев документов отчетности (справка 91-О).

В ЕГРЮЛ 30.09.2020 внесены сведения (запись № 2201800379042) о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (недействующее юридическое лицо).

В ЕГРЮЛ 21.01.2021 внесена запись № 2211800013500 об исключении из реестра общества «Воткинский Машзавод», в связи с наличием в ЕГРЮЛ о нем сведений, в отношении которых внесена запись о недействующем юридическом лице, решение об исключении принято Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 11 по Удмуртской Республике.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22.05.2019 по делу № А71-24635/2018, вступившим в законную силу, с общества «Воткинский машзавод» в пользу общества «Урал 2002» взыскано 328 000,00 рублей долга, 39 268,24 руб. убытков и 14 104,00 руб. неустойки за период с 28.08.2018 по 09.10.2018, а также 10 627,00 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Решение суда в добровольном порядке не исполнено.

Взыскателю 26.06.2018 был выдан исполнительный лист серии ФС № 023429205, на основании которого в отношении общества «Воткинский машзавод» было возбуждено исполнительное производство № 77646/19/18026-ИП от 19.09.2019.

Исполнительное производство окончено 19.02.2021 в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях (подпункт 3 пункта 1 статьи 46 Федерального закона № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).

Ссылаясь на вышеназванные обстоятельства, общество «Урал 2002» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Воткинский машзавод» и взыскании с него 391 999,24 руб. на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», ссылаясь на то, что возможность взыскания с общества «Воткинский машзавод» задолженности утрачена из-за его исключения из ЕГРЮЛ, что произошло из-за недобросовестных и не разумных действий ответчика, не осуществлявшего должный контроль за деятельностью общества, который знал об обязательствах должника перед истцом и не принял мер к погашению задолженности (при возможности погашения долга в добровольном порядке), прекращении процедуры исключения общества из ЕГРЮЛ, не обратился заявлением о банкротстве при наличии признаков банкротства (пункт 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее – Закон о банкротстве), что привело к исключению общества из ЕГРЮЛ как недействующего при наличии непогашенной перед истцом задолженности.

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из доказанности совокупности обстоятельств, достаточных для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Воткинский машзавод».

При этом суды руководствовались следующим.

Конституция Российской Федерации в качестве одной из основ конституционного строя провозглашает свободу экономической деятельности (статья 8, часть 1) и закрепляет право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1).

В силу данных конституционных предписаний граждане могут самостоятельно определять сферу своей экономической деятельности и осуществлять ее как непосредственно в индивидуальном порядке, так и опосредованно, в том числе путем создания коммерческого юридического лица либо участия в нем единолично или совместно с другими гражданами и организациями.

В то же время осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации). Исходя из этого, отдавая предпочтение тому или иному способу осуществления экономической деятельности, граждане соглашаются с теми юридическими последствиями, которые обусловливаются установленным федеральным законодателем - исходя из существа и целевой направленности соответствующего вида общественно полезной деятельности и положения лица в порождаемых ею отношениях - правовым статусом субъектов этой деятельности, включая права и обязанности, а также меры ответственности.

Одной из организационно-правовых форм коммерческих организаций, которые создаются в целях осуществления предпринимательской деятельности и наиболее востребованы рынком, являются хозяйственные общества, в частности их разновидность - общество с ограниченной ответственностью (пункт 4 статьи 66 Гражданского Кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ).

Правовое положение обществ с ограниченной ответственностью, корпоративные права и обязанности их участников, регулируются федеральными законами, в частности гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью». Федеральный законодатель, действуя в рамках предоставленных ему статьями 71 (пункт «о») и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации полномочий, при регулировании гражданско-правовых, в том числе корпоративных, отношений призван обеспечивать их участникам справедливое, соответствующее разумным ожиданиям граждан, потребностям рынка, социально-экономической ситуации в стране, не ущемляющее свободу экономической деятельности и не подавляющее предпринимательскую инициативу соотношение прав и обязанностей, а также предусмотреть соразмерные последствиям нарушения обязанностей, в том числе обязательств перед потребителями, меры и условия привлечения к ответственности на основе конституционно значимых принципов гражданского законодательства.

Конституционный Суд Российской Федерации ранее обращал внимание на то, что наличие доли участия в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не только означает принадлежность ее обладателю известной совокупности прав, но и связывает его определенными обязанностями (определение от 03.07.2014 № 1564-О).

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также четко и недвусмысленно определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК РФ).

Корпоративные обязанности участников сохраняются до прекращения юридического лица – внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц. Ряд из них непосредственно связан с самим завершением деятельности организации – это обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица.

Завершение деятельности юридических лиц представляет собой протяженные во времени, многостадийные ликвидационные процедуры, направленные, в том числе, на обеспечение интересов их кредиторов. Указанные процедуры, как правило, связаны со значительными временными и финансовыми издержками, желание освободиться от которых побуждает контролирующих общество лиц к уклонению от исполнения установленных законом обязанностей по ликвидации юридического лица.

В пункте 2 статьи 62 ГК РФ закреплено, что учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет.

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац второй пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК РФ). На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Закона банкротстве).

По статье 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). Аналогичный порядок, как указано выше, предусмотрен и в случае недостоверности сведений о юридическом лице в ЕГРЮЛ.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Исключение юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах)

исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Положения пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах направлены, в том числе на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Судами установлено, что общество «Воткинский машзавод» исключено из ЕГРЮЛ 21.01.2021 как недействующее юридическое лицо.

В то же время, доказательств того, что контролирующим должника лицом (единоличным исполнительным органом и участником общества) ФИО1 были приняты меры по направлению в регистрирующий орган возражений относительно принятого решения в материалы дела не представлено.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО4» на учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Закона о банкротстве).

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия)

контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

В пунктах 1 и 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) разъяснено, что положения гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 ГК РФ гражданское законодательство определяет правовое положение участников гражданского оборота, регулирует отношения, связанные с участием в корпоративных организациях или с управлением ими (корпоративные отношения), иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

В силу пункта 2 статьи 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

По пункту 2 статьи 3 Закона об обществах, общество не отвечает по обязательствам своих участников.

Однако имеется исключение из общего правила о самостоятельности и независимости юридического лица, в том числе и от своих участников (членов). Оно оправдано в ограниченном числе случаев, в том числе привлечение к ответственности лиц, фактически определяющих действия юридического лица за убытки, виновно ему причиненные – субсидиарная ответственность.

По общему правилу субсидиарная ответственность, как и солидарная, применяется в случаях, установленных законодательством или договором. При субсидиарной ответственности субсидиарный должник несет дополнительную

ответственность по отношению к ответственности, которую несет основной должник.

Согласно пункту 1 статьи 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62), арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия),

указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В пункте 12 постановления № 25 разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15) (статья 1082 ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Согласно пункту 3 статьи 53 и пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно и по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, обязано возместить убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Такое лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу пункта 1 статьи 44 Закона об обществах члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.

По пункту 2 статьи 44 Закона об обществах единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 постановления № 62, в отношении действий (бездействия) директора.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в

отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля (пункт 5 постановления № 62).

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, устанавливающим общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

Как разъяснено в пункте 8 постановления № 62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения. Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Согласно статье 10 АПК РФ арбитражный суд при разбирательстве дела обязан непосредственно исследовать все доказательства по делу.

Согласно части 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Действительно, при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Вышеизложенное свидетельствует о том, что в соответствующих условиях гражданского оборота, внесение сведений о недостоверности или исключение сведений о юридическом лице из Государственного реестра в административном

порядке является прямым следствием неисполнения органами управления такого юридического лица возложенных на них корпоративных обязанностей.

Разумный и осмотрительный участник гражданского оборота не лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента по сделке, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением юридического лица из ЕГРЮЛ.

Как было упомянуто ранее, в рамках дела № А71-24635/2018 установлено, что задолженность общества «Воткинский машзавод» перед истцом в размере 391 999,24 руб. возникла в связи с ненадлежащим исполнением обществом «Воткинский машзавод» обязанности по договору поставки от 09.07.2018.

Решение суда о взыскании задолженности и судебных расходов обществом «Воткинский машзавод» не исполнено, задолженность перед истцом не погашена.

Возбужденное исполнительное производство в отношении должника окончено 19.02.2021 в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях, за исключением случаев, когда настоящим Федеральным законом предусмотрен розыск должника или его имущества.

Единоличным исполнительным органом (директором) общества и его единственным участником является ответчик ФИО1, который в силу закона является лицом, определяющим деятельность должника.

Соответственно, ответчик наделен статусом контролирующего должника лица.

Решением по делу № А71-24635/2018 установлено, что между обшеством «Урал 2002» (покупатель) и обществом «Воткинский машзавод» (поставщик) 09.07.2018 был заключен договор поставки № 09-7/2018, по которому поставщик принял на себя обязательство по поставке покупателю товара, а покупатель обязался принять и оплатить товар.

Ассортимент, технические характеристики, количество, стоимость, срок и место поставки товара указываются сторонами в спецификациях к договору (пункт 1.2)

По условиям спецификации платежи были произведены в следующем порядке: 50% предоплата, 50% по факту готовности.

Согласно платежным поручениям № 177 от 10.07.2018 и № 187 от 24.07.2018 общество «Урал 2002» внес предоплату за товар в размере 328 000,00 руб.

По пункту 2.1 поставляемый товар должен быть новым, не бывшим в употреблении, по качеству соответствовать техническим характеристикам, применимым международным и национальным стандартам качества, правилам техники безопасности, иным стандартам, техническим требованиям и условиям, обычно предъявляемым для такого рода товаров.

Отгрузка товара произведена поставщиком 30.07.2018 по письму покупателя компании ТОО «КЕН-САРЫ» в г. Актау.

В ходе приемки товара компанией ТОО «КЕН-САРЫ» было обнаружено, что вся партия товара имеет ненадлежащее качество, о чем 16.08.2018 был составлен акт обнаружения недостатков, который направлен ответчику.

Общество «Урал 2002» 17.08.2018 направило обществу «Воткинский машзавод» уведомление № 17-08-2018 с требованием о замене товара.

На указанное уведомление общество «Воткинский завод» направило гарантийное письмо от 21.08.2018, согласно которому недостатки товара признало и просило для замены направить товар ненадлежащего качества транспортной компанией «GTD»(КИТ) до терминала г. Воткинска получателю обществу «Воткинский Машзавод».

Общество «Воткинский машзавод» товар у транспортной компании не получило, в связи с чем товар хранился у транспортной компании, что влекло за собой расходы по хранению. После чего общество «Урал 2002» переадресовало товар в свой адрес. Товар надлежащего качества истцу ответчиком не поставлен.

Общество «Урал 2002» 09.10.2018 направило ответчику требование № 18 об отказе от исполнения договора, возврате денежной суммы уплаченной за товар. Претензия от 11.10.2018 с требованием возвратить денежные средства, а также возместить понесенные убытки, направленная в адрес поставщика оставлена без ответа и удовлетворения, что явилось основанием для обращения 17.12.2018 общества «Урал 2002» в арбитражный суд с заявлением о взыскании с общества «Воткинский завод» суммы задолженности.

По результатам рассмотрения спора, суд удовлетворил требование истца о взыскании с общества «Воткинский машзавод» денежных средств в заявленном размере.

Как указывалось ранее, решение суда о взыскании долга обществом «Воткинский машзавод исполнено не было.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, истец заявил о недобросовестном поведении ответчика, уклонившегося от погашения задолженности, взысканной решением Арбитражного суда Удмуртской Республики, о непринятии им мер по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества, либо мер по направлению в регистрирующий орган возражений относительно решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ как недействующего, как обстоятельства, свидетельствующие о целенаправленном умышленном уклонении от исполнения обязательств, установленных вступившим в законную силу судебным актом.

Как отмечено судами, ответчик доводы истца надлежащим образом не опроверг, доказательств разумности и добросовестности своего поведения, принятия мер к погашению задолженности общества перед истцом либо невозможности удовлетворения его требований в силу объективных причин в пределах риска предпринимательской деятельности суду не представили.

С целью проверки обоснованности заявленного истцом требования, судом были истребованы из регистрирующего органа материалы регистрационного дела в отношении общества «Воткинский машзавод», из налогового органа – налоговая отчетность, из банка – выписка о движении денежных средств по счету общества.

Истец, проанализировав представленные налоговым органом и банком документы, представил письменные пояснения, согласно которым указал на наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

При оценке представленных доказательств и доводов судами были установлены следующие обстоятельства.

Согласно выписке по операциям по счету № ***0004, открытому обществом «Воткинский машзавод» в ПАО «АК БАРС», обществом были совершены следующие расходные операции: в июле 2018 года: выданы наличные денежные средства в размере 371 000,00 руб. на хознужды, на оплату транспортных услуг – 205 668,65 руб.; в августе 2018 года: на хознужды – 8 000,00 руб., на транспортные услуги – 60 571,00 руб.; в сентябре 2018 года: на хознужды – 67 000,00 руб., на транспортные услуги – 60 853,00 руб., на оплату аренды – 30 000,00 руб.; в октябре 2018 года: на хознужды –183 000,00 руб., на оплату аренды – 25 000,00 руб.; в ноябре 2018 года: на хознужды – 38 000,00 руб.

Всего на хозяйственные нужды было выдано 667 000 руб., оплачены транспортные услуги – 265 305 руб., а также аренда помещения – 55 000,00 руб.

В подтверждение использования денежных средств в хозяйственной деятельности общества ответчиком в материалы дела были предоставлены квитанции к приходным кассовым ордерам, договор аренды помещения, акты и квитанции об оплате и акты оказанных транспортных услуг.

Проанализировав указанные документы, суды отнеслись критически к приобщенным ответчиком квитанциям к приходным кассовым ордерам на общую сумму 615 000 руб. на перевозку грузов, по следующим основаниям

В силу пунктов 1, 2 статьи 785 ГК РФ договор перевозки груза – это договор, по которому перевозчик обязуется переместить груз в пространстве в конкретное место, обеспечить сохранность груза и выдать его управомоченному на получение груза лицу. При этом заключение договора перевозки груза подтверждается транспортной накладной.

Суды исходили из того, что для подтверждения реальности правоотношений по перевозке следует представить следующие документы:

1. Договор. Если продавец пользуется услугами стороннего грузоперевозчика, нужно заключить договор между всеми сторонами сделки: поставщиком, получателем груза и перевозчиком. В качестве приложения к общему рамочному договору заключается заявка-договор.

2. Заявка-договор. Этот документ оформляется между отправителем и перевозчиком и дополняет договор перевозки грузов. В договоре фиксируются общие условия перевозки, в то время заявка-договор включает существенные условия для определенной перевозки. Например, адреса объектов погрузки и выгрузки, характеристики груза и т.д.

3. Заказ-заявку. Это документ, который включает сведения о грузоотправителе, получателе груза, самом грузе, сроках погрузки и разгрузки, маршруте перевозки, требованиях к транспортному средству и стоимости перевозки. Его заключают, если нет общего договора.

4. Накладную ТОРГ-12. Подтверждает передачу товара покупателю. В ней обычно указывают все сведения о грузовладельцах и покупателе, а также данные о товаре: его название, количество, стоимость, вес партии. Это первичный документ, на основе которого покупатель принимает товар к учету.

5. Транспортную накладную. Используется совместно с ТОРГ-12, составляется по форме из приложения № 4 к постановлению Правительства от 21.12.2020 № 2200. В ней указаны сведения о перевозке: информация о покупателе, продавце, экспедиторе, транспорте, реквизиты договора. Документ оформляется в трех экземплярах для всех участников грузоперевозки.

6. Товарно-транспортную накладную. Заменяет ТОРГ-12 и транспортную накладную. Форма ТТН № 1-Т утверждена постановлением Госкомстата от 01.12.1997 № 78. Документ служит основанием для списания товара со склада продавца и оприходования его на склад получателя.

7. Путевой лист. Содержит информацию о водителе, время начала и окончания рейса, отметки о предрейсовом и послерейсовом осмотре водителей, результаты техосмотра авто при выезде и возвращении.

8. Акт приема-передачи. Служит подтверждением приемки товара покупателем и отражает состояние товара при приемке. В акте указывают, в каком виде поступила продукция: нарушена ли целостность упаковки и условия перевозки, какова масса и ценность груза. Документ оформляют в двух экземплярах: один остается у покупателя, другой направляется продавцу.

9. Маршрутный лист. Подтверждает расходы водителя в пути. Например, в него включаются данные о приобретении ГСМ. Также в документе указывают время прибытия водителя к покупателю, время разгрузки и приемки товара.

Суды, исходя из того, что ответчиком были приобщены только квитанции к приходному кассовому ордеру на оплату, при этом других документов, подтверждающих перевозку грузов, предоставлено не было, заключили, что ФИО1 не была доказана реальность предоставленных транспортных услуг и их оплата.

Действия по снятию денежных средств и по перечислению были совершены обществом «Воткинский машзавод» через ФИО1 в период с июля по ноябрь 2018 года, тогда как существовала задолженность перед истцом обществом «Урал 2002» по возврату суммы аванса в размере 328 000 рублей по состоянию с 21.08.2018 (гарантийное письмо о признании поставки товара ненадлежащего качества), т.е. фактически был совершен вывод ликвидного актива (денежных средств) при наличии неисполненных обязательств перед кредитором, что не может быть расценено как добросовестное поведение стороны в гражданском обороте.

Суды в данном случае при рассмотрении спора основывались на том, что общество «Воткинский Машзавод» было зарегистрировано 25.12.2017 и вело деятельность до ноября 2018 года (согласно выписке о движении денежных средств по счету общества), формально последние операции по счету произведены 21.11.2018 (последнее снятие денежных средств по счету), в дальнейшем было обращено взыскание на остатки денежных средств общества налоговым органом.

Следовательно, суды констатировали, что общество «Воткинский машзавод» вело свою деятельность непродолжительный промежуток времени (11 месяцев).

Помимо этого, судами установлено и учтено, что обществом был совершен платеж в сумме 143 650 руб. с указанием в назначении платежа «возврат денежных средств за ООО ТД «Удмуртская нефтегазовая компания» за непоставленный товар. В то же время, учредителем общества ТД «Удмуртская нефтегазовая компания» с 13.11.2015 с долей участия в уставном капитале 49% (номинальной стоимостью 4 900 руб.) по 26.12.2019 (исключение из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица) являлся также ФИО1 (ИНН <***>).

Документов в обоснование правомерности данного возврата ответчиком в материалы дела не представлено.

Проанализировав вышеуказанные действия ФИО1, суды заключили, что ответчиком принимались меры по выводу активов с целью недопущения обращения на них взыскания, в том числе в пользу истца, т.е. уклонения от исполнения обязательств перед своими контрагентами.

Совокупность установленных выше обстоятельств, позволила судам нижестоящих инстанций сделать вывод, что ФИО1, будучи осведомленным о наличии задолженности и вступившего в связи с этим судебного акта о взыскании таковой с общества, не обжаловал в судебном порядке процедуру административной ликвидации общества, не поставил в известность регистрирующий орган о наличии кредиторской задолженности, мер по погашению задолженности перед кредитором не предпринял, не мотивировал обстоятельства нахождения недостоверных сведений в ЕГРЮЛ в отношении общества, не представил доказательств, свидетельствующих о наличии объективных причин, препятствующих представлению регистрирующему органу достоверной информации в отношении принадлежащего ему общества. В результате противоправного бездействия ответчика, юридическое лицо, находящееся под его контролем, не сохранило правоспособность, что повлекло неисполнение вступившего в законную силу судебного акта, подлежащего в силу статьи 16 АПК РФ обязательному исполнению.

Как было указано, непредставление в течение длительного времени с 2019 года по 2020 год документов налоговой отчетности общества «Воткинский Машзавод», способствовало доведению общества до состояния, когда оно не отвечает признакам действующего общества, и может свидетельствовать о том,

что участник такого общества имел намерение прекратить деятельность общества в обход установленной законодательством процедуры ликвидации (банкротства).

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что ответчик, как контролирующее должника лицо, не исполнял обязанность по сдаче отчетности в налоговый орган, по ведению хозяйственной деятельности общества «Воткинский Машзавод», не предпринимал мер к погашению задолженности перед истцом, уклонялся от инициирования процедуры банкротства общества «Воткинский Машзавод», допустив ликвидацию общества «Воткинский Машзавод» с долгами, что указывает на недобросовестное поведение ответчика носящее систематический характер. Как указали суды, ответчик, в полной мере осознавая невозможность выполнения принятых финансовых обязательств, был обязан подать заявление о банкротстве общества «Воткинский Машзавод», произвести уплату налогов и сдавать бухгалтерскую отчетность, но злоупотребляя правом, не делал этого, чем допустил неправомерные действия, которые привели к исключению общества как недействующего юридического лица, и невозможности погашения задолженности последнего перед истцом.

Проанализировав в совокупности и взаимной связи представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, учитывая, что именно на ответчика возлагается обязанность по доказыванию отсутствия связи между исключением юридического лица из ЕГРЮЛ и невозможностью исполнения обязательств общества «Воткинский Машзавод» перед истцом, установив, что ответчиком ФИО1 в материалы дела не представлены доказательства того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества «Воткинский Машзавод» предпринимательских рисков он действовал добросовестно и принял все меры для исполнения обществом обязательств перед своим кредитором, принимая во внимание, что факт возникновения задолженности общества перед истцом в заявленной сумме подтвержден вступившим в законную силу судебным актом, установив, что невозможность исполнения обязательств перед истцом обусловлена бездействием директора и участника ФИО1, который отсутствие своей вины не доказал, суды пришли к правомерному выводу о доказанности оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в виде убытков в размере 391 999,24 руб.

Отклоняя доводы ответчика, суд исходил из того, что помимо того, что ответчик фактически оставил недействующее юридическое лицо, но и совершал действия по выводу активов общества с целью недопущения погашения требований кредиторов, что свидетельствует о противоправности действий ответчика, приведших к невозможности погашения требований истца.

Вопреки доводам ФИО1, судами установлена вся совокупность обстоятельств, достаточная для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Воткинский машзавод» в виде взыскания с него убытков.

Доводы о неправильном распределении бремени доказывания и отсутствии выводов относительно неправомерности действий ответчика, противоречат фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам, мотивировочной части обжалуемых судебных актов.

В пункте 1 постановления № 25 разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Неисполнение обязательств общества перед истцом обусловлено недобросовестными и неразумными действиями ответчика, являющегося лицом, контролирующим деятельность общества.

Суды учли, что доказательств разумности своих действий ответчиком в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ не представлено, доводы истца не опровергнуты, относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о наличии реальных отношений с контрагентами, ведении обществом финансово-хозяйственной деятельности и наличии средств для расчетов с кредиторами, в материалах дела не имеется.

Действительно, исключение юридического лица из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа в силу статьи 21.1 Закона об обществах само по себе не является достаточным основанием для привлечения лиц, указанных в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, к субсидиарной ответственности ввиду того, что, согласно указанной норме, одним из условий удовлетворения требования кредиторов является установление того обстоятельства, что долг возник в результате неразумности и недобросовестности лиц, указанных в названной статье ГК РФ.

Вместе с тем, судом было указано, что прекращение правоспособности юридического лица в административном порядке на основании статьи 21.1 Закона об обществах при наличии неисполненных обязательств общества нарушает права кредитора, поскольку не позволяет взыскать задолженность, а также применить в должной мере альтернативные механизмы удовлетворения требований кредитора.

Суды сочли, что по вине ответчика общество оказалось брошенным, не способным исполнять обязательства перед контрагентами. Обстоятельства утраты активов должника ответчиком документально не подтверждены, что не соответствует стандарту добросовестного поведения руководителя общества.

Как было отмечено судами, недобросовестные действия ответчика повлекли утрату контроля над обществом, невозможность погашения установленной судебным актом задолженности, причинение имущественного вреда истцу, что явилось основанием для привлечения его к гражданско-правовой ответственности.

Таким образом, суд округа полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для взыскания с ФИО1

391 999,24 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества – соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно статье 288 АПК РФ являются, в том числе, несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права.

Учитывая опровержимость презумпции полноты и достоверности установленных судом обстоятельств, заявитель кассационной жалобы в связи с этим должен указать конкретные кассационные основания.

Кассационная жалоба повторяет доводы, которые являлись предметом проверки судов и сводится к несогласию с выводами суда апелляционной инстанций.

Несогласие кассатора с их оценкой, иная интерпретация, а также иное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Пределы рассмотрения дела в суде округа ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Арбитражный суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела и мотивировочной части обжалуемых судебных актов следует, что судами правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку.

Выводы судов основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.05.2024 по делу № А71-20085/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Н. Новикова

Судьи Н.В. Шершон

ФИО5