Постановление от 10 марта 2023 г. по делу № А65-12769/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-495/2023

Дело № А65-12769/2022
г. Казань
10 марта 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 09 марта 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 марта 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Хисамова А.Х.,

судей Арукаевой И.В., Тюриной Н.А.,

при участии представителя индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 13.05.2022), ФИО3 (лично, по паспорту), рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2022 по делу № А65-12769/2022

по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1) обратился в арбитражный суд с исковыми требованиями, уточненными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 (далее – ФИО3) и взыскании с него 305 000 руб.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2022 исковые требования удовлетворены, с ФИО3 в пользу ИП ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности взыскано 305 000 руб., а также в доход федерального бюджета с ФИО3 взыскана государственная пошлина в сумме 9100 руб.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ФИО3 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой и ходатайствами о восстановлении пропущенного срока на ее подачу.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2022 заявителю отказано в восстановлении процессуального срока на подачу апелляционной жалобы, апелляционная жалоба возвращена заявителю.

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просил отменить определение Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2022 и решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2022, восстановить процессуальный срок на обжалование решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2022.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 25.01.2023 кассационная жалоба ФИО3 в части обжалования определения Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2022 принята к производству, назначено судебное разбирательство по делу; разрешение вопроса о принятии к производству кассационной жалобы ФИО3 в части обжалования решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2022 с ходатайством о восстановлении пропущенного процессуального срока на ее подачу подлежит рассмотрению после рассмотрения кассационной жалобы на определение Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2022 по существу.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 03.02.2023 определение Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2022 по делу № А65-12769/2022 оставлено без изменения, кассационная жалоба ФИО3 - без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 03.02.2023 ФИО3 восстановлен пропущенный процессуальный срок на обжалование решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2022, кассационная жалоба ФИО3 принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 09.03.2023 на 13 часов 40 минут.

ФИО3 в жалобе указывает, что суд первой инстанции пришел к необоснованным выводам о том, что ответчик не представил доказательств наличия обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии его вины в неисполнении вступившего в законную силу судебного акта, тем самым судом неправильно распределено бремя доказывания и на ответчика фактически возложена обязанность предоставления доказательств своей добросовестности, которая действующим законодательством презюмируется.

Ответчик в судебном заседании суда округа доводы кассационной жалобы поддержал, представитель истца возражал против удовлетворения кассационной жалобы, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 274, 285, 286, 287 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого решения, а также соответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов заявителя кассационной жалобы, суд округа приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 02.03.2017 ООО «СК Прогресстрой» на расчетный счет ООО «Брокерский дом «Коллеги» перечислены денежные средства в размере 305 000 руб. без налога (НДС), в качестве оплаты за услуги работы крана без заключения соответствующего договора.

05 апреля 2019 года между ООО «СК Прогресстрой» и ИП ФИО1 заключен договор уступки прав (требований) № 10 о переходе право требования возврата указанной суммы к должнику - ООО «Брокерский дом «Коллеги», что подтверждено актом сверки взаимных расчетов.

Решением в виде резолютивной части Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.06.2019 по делу № А65-11720/2019 с общества с ограниченной ответственностью «Брокерский дом «Коллеги» (далее – ООО «Брокерский дом «Коллеги») в пользу ИП ФИО1 взыскана сумма неосновательного обогащения в размере 305 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 16.04.2019 по 21.06.2019 в размере 4338 руб. 94 коп., с начислением процентов в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) начиная с 22.06.2019 по дату фактической оплаты задолженности.

28 июня 2019 года на основании вступившего в законную силу решения суда выдан исполнительный лист серии ФС 028476279.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Кировского РОСП г. Казани от 10.10.2019 возбуждено исполнительное производство № 84361/20/16004-ИП на основании исполнительного листа по делу № А65?11720/2019, которое в последующем окончено 28.12.2020 в связи с невозможностью взыскания денежных средств.

Материалами дела также подтверждается, что 03.08.2016 в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена запись о создании ООО «Брокерский дом «Коллеги».

ФИО3 являлся учредителем и директором указанного общества, а в период деятельности общества является единственным его участником.

28 января 2022 года ООО «Брокерский дом «Коллеги» прекратило свою деятельность в связи с исключением его из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08 августа 2001 года № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Федеральный закон № 129-ФЗ).

Обращаясь в арбитражный в суд в рамках настоящего дела истец указал, что решение по делу № А65?11720/2019 ООО «Брокерский дом «Коллеги» не исполнено. Ответчик, являясь контролирующим лицом общества, не принимал какие-либо действия по фактическому управлению обществом, отсутствуют сведения о наличии каких-либо хозяйственных операций, сведения о наличии движения по счетам, о сдаче обязательной отчетности и т.д. Кроме того, ответчик не проявил должной активности в части принятия решения о прекращении деятельности юридического лица с соблюдением прав и законных интересов кредиторов, а именно, при наличии признаков неплатежеспособности общества не обратился в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом). Ссылась на изложенное, истец указывал, что в связи с наличием неисполненного обязательства ООО «Брокерский дом «Коллеги», ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании части 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Федеральный закон № 14-ФЗ).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в арбитражный суд в рамках настоящего дела.

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьей 15, 53, 53.1, 64.2, 401, 419, 1064, 1082 ГК РФ, Федерального закона № 14-ФЗ, Федерального закона № 129-ФЗ, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» пришел к выводу, что ответчик не представил доказательств того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, он действовал добросовестно и принял все меры для исполнения обществом обязательств перед своим кредитором. При этом обязанность по представлению таких доказательств, в соответствии с вышеизложенным, признана судом возложенной именно на ответчиках. Как указал суд первой инстанции, в ходе рассмотрения дела доказан материально-правовой состав убытков, как совокупность условий, необходимых для привлечения ответчика к данному виду ответственности, а именно факт наступления вреда (факта возникновения задолженности в заявленной сумме), противоправность поведения причинителя вреда (недоказанность отсутствия вины ответчика в непринятии мер по исполнению обязательств обществом перед истцом), наличие прямой причинной связи между противоправным поведением и возникшими убытками (отсутствие возможности получить задолженность с должника, исключенного из ЕГРЮЛ), а также размер причиненных убытков, в связи с чем исковые требования подлежат удовлетворению.

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Указанный принцип предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 31 статьи 3 Федерального закона № 14-ФЗ), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671).

Требуется, чтобы именно неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 2 Постановления № 53).

При этом суд округа учитывает, что в рамках процессуальной деятельности по распределению бремени доказывания по данной категории дел, суд в соответствии с положениями части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 АПК РФ должен осуществлять ее с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор, который испытывает объективную сложность в получении отсутствующих у него прямых доказательств недобросовестного поведения контролирующих должника лиц.

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

В случае предоставления таких доказательства, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (статья 9 и часть 1 статьи 65 АПК РФ, пункт 56 Постановления № 53).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Учитывая необходимость обеспечения беспрепятственной реализации лицами, участвующими в деле их прав и обязанностей, суд кассационной инстанции принимает во внимание, что согласно части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В силу части 1 статьи 64 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В соответствии с частью 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению

В силу части 3 статьи 9 АПК РФ арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом и создает условия для установления фактических обстоятельств при рассмотрении и разрешении дел.

При этом как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству» в процессе подготовки дела к судебному разбирательству судья определяет предмет доказывания, достаточность представленных доказательств и рассматривает ходатайства об истребовании доказательств от третьих лиц.

Если судья установит, что представленных доказательств недостаточно для подтверждения требований истца или возражений ответчика либо они не содержат иных необходимых данных, восполнить которые стороны не могут, он вправе предложить сторонам представить дополнительные доказательства. В случаях, когда представление дополнительных доказательств лицом, участвующим в деле, затруднительно, суд на основании частей 4, 6 статьи 66 АПК РФ истребует их, о чем выносится соответствующее определение.

Данную обязанность суд реализует как на основании прямого указания процессуального закона, его смысла, так и на основании возникшей в ходе рассмотрения дела необходимости, обусловленной задачами арбитражного судопроизводства, сформулированными в статье 2 АПК РФ, причем независимо от того, инициировано ли соответствующее процессуальное действие лицами, участвующими в деле.

Приведенные положения законодательства, определяющие общие принципы доказывания, а также основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности и особенности распределения бремени доказывания по данной категории споров не были учтены судом первой инстанции.

При рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции установлено, что прекращение деятельности ООО «Брокерский дом «Коллеги» ввиду исключения из ЕГРЮЛ произошло после принятия налоговым органом решения о предстоящем исключении организации из реестра и его публикации, при отсутствии в деле доказательств наличия возражений либо заявлений о прекращении процедуры исключения от заинтересованных лиц, поданных в налоговый орган.

Суд округа принимает во внимание, что с точки зрения суда первой инстанции, недобросовестность ФИО3 как единственного участника и руководителя ООО «Брокерский дом «Коллеги» заключалась в том, что, зная о задолженности общества перед ИП ФИО1, он не предпринимал действий по погашению суммы долга. Общество под его руководством перестало осуществлять какую-либо деятельность, в результате чего было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо. При этом взыскание суммы задолженности оказалось невозможным.

С высказанным в обжалуемом решении суждении, суд округа согласиться не может, поскольку указанная позиция суда сводится к вменению субсидиарной ответственности участнику хозяйственного общества за сам факт того, что расчеты с кредиторами не были осуществлены до прекращения деятельности общества.

Суд округа учитывает, что в ситуации, когда единственный участник хозяйственного общества одновременно выполняет функции генерального директора, действительно присутствует риск того, что такой участник, ведущий дела общества во всей полноте, включая руководство его текущей деятельностью (участвующий в переговорах с контрагентами, заключающий сделки от имени общества, свободно распоряжающийся имуществом общества и т.п) будет использовать правовую форму юридического лица только в качестве средства защиты от имущественных притязаний кредиторов по отношению к себе лично. Однако в силу презумпции добросовестности, пока не доказано иное, предполагается, что даже при высокой степени контроля за деятельностью общества участник отделяет собственную личность от личности корпорации.

Более того, из материалов настоящего дела не следует, что судом предпринимались меры по установлению тех обстоятельств, что ФИО3 было допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества.

В частности, судом не установлены обстоятельства, которые свидетельствовали бы об использовании ответчиком банковских счетов ООО «Брокерский дом «Коллеги» для удовлетворения личных нужд вместо осуществления расчетов с кредиторами.

При обращении в суд в рамках настоящего дела ИП ФИО1 также не ссылался на совершение ФИО3 действий, направленных на вывод имущества из ООО «Брокерский дом «Коллеги» в пользу третьих лиц на невыгодных условиях перед прекращением деятельности общества.

Нельзя также сделать вывод о том, что ФИО3 уклонялся от представления суду доказательств, характеризующих хозяйственную деятельность должника и от дачи пояснений по существу спора, поскольку какие-либо доказательства судом у ответчика не были истребованы.

Следовательно, в том числе с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 07.02.2023 № 6-П, у суда первой инстанции отсутствовали основания для перераспределения бремени доказывания и разрешения спора на основе предположения о недобросовестности поведения ответчика.

Аналогичный правовой подход изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637 по делу № А03-6737/2020.

Таким образом, истцом не приведены и судом первой инстанции не установлены обстоятельства, которые позволяли бы сделать вывод о том, что истец утратил возможность получения денежных средств по обязательствам ООО «Брокерский дом «Коллеги» вследствие того, что контролирующее лицо общества действовало во вред кредитору.

В связи с этим выводы суда первой инстанции об удовлетворении иска ИП ФИО1 не могут быть признаны соответствующими фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, являются преждевременным, их содержание могло привести к принятию неправильного судебного акта по существу спора, в связи с чем, в соответствии с частями 1-3 статьи 288 АПК РФ суд кассационной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены постановленного по настоящему делу решения.

Поскольку для принятия обоснованного и законного решения требуется исследование и оценка доказательств, а также иные процессуальные действия, установленные для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду первой инстанции следует установить обстоятельства, входящие в предмет доказывания с учетом изложенного в рамках настоящего дела правового подхода, исследовать и оценить содержание представленных в дело всех доказательств применительно к тому, сведения о каких фактах они содержат и, какие обстоятельства по делу ими устанавливаются (статья 64 АПК РФ); исследовать и дать оценку доводам сторон, дать оценку представленным им в дело доказательствам и вынести законное и обоснованное решение при правильном применении норм материального и процессуального права.

Кроме того, суду следует решить вопрос о распределении судебных расходов, в том числе государственной пошлины по иску, а также государственной пошлины уплаченной при рассмотрении дела в суде кассационной инстанции.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2022 по делу № А65-12769/2022 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья А.Х. Хисамов



Судьи И.В. Арукаева



Н.А. Тюрина