Постановление от 2 сентября 2025 г. по делу № А45-2029/2022

Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А45-2029/2022
г. Тюмень
03 сентября 2025 года
Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе судьи Шаровой Н.А. рассмотрел кассационную жалобу ФИО1 на дополнительное определение Арбитражного суда Новосибирской области от 07.10.2024 (судья ФИО2) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2025 (судьи Чащилова Т.С., Иванов О.А., Иващенко А.П.) по делу № А45-2029/2022 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Лиотех-Инновации» (ОГРН <***>; далее – общество «Лиотех-Инновации», должник), принятые в рамках обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 (далее – управляющий) об установлении действительной стоимости активов должника по вопросам распределения расходов по экспертизе, перечисления денежных средств с депозитного счета Арбитражного суда Новосибирской области.

Суд установил:

в деле о банкротстве должника управляющий 15.01.2024 обратился в суд с заявлением об установлении действительной стоимости активов общества «Лиотех-Инновации» и отсутствия у конкурсного управляющего обязанности по дополнительному страхованию ответственности в порядке пункта 2 статьи 24.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

ФИО1, являющий бывшим руководителем должника (в период с 26.04.2022 по 03.10.2022), а также кредитором должника, 13.05.2024 представил отзыв, возражал против указанной управляющим стоимости активов (дебиторской задолженности), указывал, что не все имущество должника восстановлено.

Управляющим заявлено ходатайство о проведении судебной экспертизы, на депозитный счёт суда внесено 70 000 руб.

Определением суда от 15.06.2024 назначена судебная экспертиза с целью определения рыночной стоимости дебиторской задолженности контрагентов, признанных несостоятельными (банкротами), а именно обществ с ограниченной ответственностью «Литэко», «Системы накопления энергии», «Энергорешения», «Энсолтех».

Заключение эксперта от 21.08.2024 № 228 поступило в суд 22.08.2024.

Определением суда от 26.09.2024 установлена действительная стоимость активов должника по состоянию на 05.09.2024 в размере 42 625 662,41 руб., сделан вывод об отсутствии у конкурсного управляющего обязанности по дополнительному страхованию ответственности в порядке пункта 2 статьи 24.1 Закона о банкротстве.

В связи с тем, что вопрос о распределении расходов по экспертизе, а также о перечислении денежных средств экспертному учреждению не был разрешён при рассмотрении обособленного спора по существу, назначено судебное заседание для вынесения дополнительного определения.

Дополнительным определением суда от 07.10.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 03.06.2025, с ФИО1 в пользу общества «Лиотех-Инновации» взыскано 70 000 руб. в возмещение расходов на проведение экспертизы.

В кассационной жалобе ФИО1 просит дополнительное определение суда от 07.10.2024 и постановление апелляционного суда от 03.06.2025 отменить, рассмотрение вопроса о распределении расходов направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в обоснование ссылается на отсутствие разногласий между участниками дела о банкротстве относительно действительной стоимости активов должника, заявление управляющего носило характер самостоятельного волеизъявления в пределах его управленческой компетенции, при этом возражения относительно дополнительного страхования ответственности конкурсного управляющего никем не заявлялись; ФИО1 не является кредитором, не обжаловал действия управляющего, не заявлял самостоятельных требований и не вступал в правовой спор с управляющим по вопросу оценки стоимости активов должника до подачи им заявления в суд; ФИО1 не является стороной спора, судебный акт, вынесенный по результатам рассмотрения заявления управляющего, не порождает для него правовых последствий, поэтому отсутствуют основания для отнесения на него судебных расходов.

Отзывы на кассационную жалобу в суд округа не поступили.

В силу абзаца третьего части 2 статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) заявление по вопросу о судебных расходах рассматривается по правилам, предусмотренным статьёй 159 названного Кодекса с учётом особенностей, установленных главой 29 АПК РФ, то есть в порядке, предусмотренном для рассмотрения дел упрощённого производства.

На основании изложенного кассационная жалоба рассматривается в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ с учётом особенностей, установленных статьёй 288.2 названного Кодекса, судьёй единолично без проведения судебного заседания, без вызова лиц, участвующих в деле, после истечения установленного определением суда о принятии жалобы к производству срока для предоставления отзыва на неё.

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288.2 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемых дополнительного определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

В соответствии со статьёй 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

На основании положений статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, среди прочего, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам.

В силу частей 1 и 2 статьи 109 АПК РФ денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей с депозитного счета арбитражного суда.

По смыслу статьи 110 АПК РФ принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счёт лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Исходя из системного толкования статей 40, 51, 101, 110 АПК РФ, критерием допустимости взыскания судебных расходов с третьего лица, пользующегося в споре процессуальными правами и несущим обязанности по возмещению судебных расходов, являются его действия, обусловленные защитой интересов указанного лица.

Если действия третьего лица привели к увеличению судебных расходов других лиц, участвующих в деле, на нем лежит обязанность их возмещения в соответствующей части (пункт 5 подраздела III раздела «Судебная коллегия по экономическим спорам» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015).

В пункте 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» даны разъяснения о том, что распределение судебных расходов в деле о банкротстве между лицами, участвующими в деле, осуществляется с учётом целей конкурсного производства и наличия в деле о банкротстве обособленных споров, стороны которых могут быть различны. Судебные расходы лиц, в пользу которых был принят судебный акт по соответствующему обособленному спору, подлежат возмещению лицами, не в пользу которых был принят данный судебный акт (абзац третий пункта 18 названного Постановления).

Таким образом, рассмотрение дела о банкротстве (в судах всех инстанций) включает, в том числе разрешение отдельных обособленных споров (далее – обособленный спор), в каждом из которых непосредственно участвуют только отдельные участвующие в деле о банкротстве или в арбитражном процессе по делу о банкротстве лица (непосредственные участники обособленного спора).

Как следует из положений статьи 24.1 Закона о банкротстве вопросы обязательного страхования своей ответственности, в том числе дополнительного относятся к полномочиям и обязанностям арбитражного управляющего и разрешаются арбитражным управляющим самостоятельно во внесудебном порядке. В частности, реализуя соответствующие полномочия, арбитражный управляющий должен установить балансовую стоимость активов должника по состоянию на последнюю отчётную дату, предшествующую дате введения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве, и с учётом указанной информации совершить действия, связанные с заключением договора страхования.

Отсутствие договора дополнительного страхования по общему правилу является основанием для отстранения управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей.

Заключение договора дополнительного страхования ответственности направлено на предоставление кредиторам дополнительных гарантий удовлетворения их требований на случай, если кредиторам будут причинены убытки вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим обязанностей, возложенных на него в деле о банкротстве.

Размер страховой суммы по договору дополнительного страхования ответственности определяется в зависимости от балансовой стоимости активов должника по состоянию на последнюю отчётную дату, предшествующую дате введения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве. Это обусловлено тем, что размер потенциальных убытков, который может быть причинён кредиторам должника, обладающего существенным количеством активов, в среднем выше, чем у должника с незначительным размером таких активов. Соответственно, предполагается, что чем больше масштаб деятельности должника и его активов, тем больше в среднем размер потенциальных убытков, которые может причинить управляющий в процессе реализации своих функций.

Законом о банкротстве предусмотрена необходимость заключения договора дополнительного страхования, исходя из балансовой стоимости имущества на дату утверждения конкурсного управляющего.

Вместе с тем, арбитражный управляющий не лишён возможности заявить возражения об отсутствии необходимости заключения договора дополнительного страхования ответственности ввиду явного несоответствия балансовой стоимости активов должника реальному положению дел (об отсутствии у управляющего соответствующей обязанности исходя из реальной стоимости активов, которая значительно ниже балансовой).

Такой подход согласуется со смыслом разъяснений, приведённых в пункте 12.6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» и касающихся порядка исчисления размера вознаграждения управляющего в случаях, когда этот размер в силу закона зависит от балансовой стоимости активов.

Соответствующая правовая позиция приведена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.10.2021 № 306-ЭС21-10251.

По смыслу названной правовой позиции размер страховой суммы может быть уменьшен в случае необоснованного отражения в балансе должника активов, которые в действительности не существовали или явно переоценены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Законом, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются арбитражным судом в рамках дела о банкротстве. По смыслу закона, заявление подлежит рассмотрению в порядке статьи 60 Закона о банкротстве при наличии разногласий между лицами, участвующими в деле о банкротстве.

Как следует из текста определения суда от 13.09.2023, ФИО1 в период с 26.04.2022 по 03.10.2022 являлся руководителем должника, в связи с чем управляющий заявлял об истребовании у него документов и имущества должника.

В рассматриваемом случае обращение в суд по данному вопросу инициировано управляющим по мотиву явного несоответствия балансовой стоимости активов должника за 2021 год (дата, предшествующая введению в отношении должника процедуры конкурсного производства) в размере 498 217 000 руб., реальной стоимости активов должника, которая по состоянию на 05.09.2024 составила 42 625 662,41 руб., без ссылки на наличие спора по этому вопросу с кем-либо из лиц, участвующих в деле о банкротстве.

ФИО1  в отзыве от 13.05.2024 заявил о том, что управляющим не установлен состав имущества должника, поэтому как бывший руководитель должника, располагающий сведениями о размере его активов являлся процессуальным оппонентом управляющего; принял участие в судебном заседа10.06.2024, по итогам которого назначена судебная экспертиза.

Так из текста определения суда от 15.06.2024 о назначении судебной экспертизы в рамках настоящего обособленного спора следует, что управляющий просил установить действительную стоимость активов должника, при этом ФИО1 оспаривал оценку дебиторской задолженности, на которую управляющий ссылался в обоснование заявленного требования.

Из материалов настоящего электронного дела, размещённых в автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» в информационно-телекоммуникационной сети Интернет (https://kad.arbitr.ru), следует, что ФИО1 является активным участником дела о банкротстве должника, в частности по жалобам на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО3 (определения суда от 29.11.2023, 08.05.2024, 20.05.2024), заявления о взыскании с конкурсного управляющего ФИО3 убытков (определение суда от 04.03.2024, 09.04.2024, 15.04.2024), а также по иным спорам (определение суда от 02.02.2024).

Таким образом, между управляющим и ФИО1 имелись разногласия по вопросу о действительной стоимости активов должника, которые явились предметом обособленного спора и разрешены судом по существу.

Поскольку в компетенцию суда входит разрешение разногласий между участвующими в деле лицами, то в отсутствие спора производство по заявлению управляющего подлежало прекращено, однако ФИО1 принял непосредственное участие в возбуждённом производстве, заявлял возражения относительно действительной стоимости активов, что повлекло назначение по этому вопросу судебной экспертизы и соответствующие расходы.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2011 № 13765/10 разъяснено, что судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

В соответствии со статьёй 13 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» в случае наличия спора о достоверности величины рыночной или иной стоимости объекта оценки, установленной в отчёте, в том числе и в связи с имеющимся иным отчётом об оценке этого же объекта, указанный спор подлежит рассмотрению судом, арбитражным судом в соответствии с установленной компетенцией, третейским судом по соглашению сторон спора или договора или в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, регулирующим оценочную деятельность.

Учитывая активность ФИО1 в реализации своих процессуальных прав, его процессуальное поведение, непосредственно повлиявшее на назначение судебной экспертизы в рамках настоящего обособленного спора, управляющий является лицом, в пользу которого вынесено определение суда от 26.09.2024, у судов отсутствовали основания для отказа в удовлетворения заявления о взыскании 70 000 руб. в возмещение расходов за проведение экспертизы по правилам части 1 статьи 110 АПК РФ.

Довод кассатора о том, что заявление управляющего в силу статьи 24.1 Закона о банкротстве носило характер самостоятельного волеизъявления в пределах его управленческой компетенции, поэтому понесённые им судебные расходы по оплате судебной экспертизы не подлежали возмещению, отклоняется как несостоятельный.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 11.07.2017 № 20-П указал, что дифференциация правового регулирования распределения судебных расходов в зависимости от характера рассматриваемых судом категорий дел, в том числе с учётом особенностей заявляемых требований, сама по себе не может расцениваться как отступление от конституционных принципов правосудия, поскольку необходимость распределения судебных расходов обусловлена не судебным актом как таковым, а установленным по итогам судебного разбирательства вынужденным характером соответствующих материальных затрат, понесённых лицом, прямо заинтересованным в восстановлении нормального режима пользования своими правами и свободами, которые были оспорены или нарушены.

Определением суда от 26.09.2024 разногласия управляющего с ФИО1  по вопросу о дополнительном страховании ответственности ввиду несоответствия балансовой стоимости активов должника их реальной стоимости, для чего потребовалось  назначение судебной экспертизы, разрешены в пользу управляющего, поэтому бремя возмещения соответствующих судебных расходов отнесено на ФИО1 обоснованно.

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами предыдущих инстанций норм материального и процессуального права применительно к фактическим обстоятельствам, установленным судами при рассмотрении дела в первой и апелляционной инстанциях (статья 286 АПК РФ).

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 частью 1 статьи 287, статьями 288.2, 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

дополнительное определение Арбитражного суда Новосибирской области от 07.10.2024 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2025 по делу № А45-2029/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Судья                                                                                                  Н.А. Шарова