Постановление от 5 ноября 2020 г. по делу № А40-315188/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

05.11.2020Дело № А40-315188/19

Резолютивная часть постановления оглашена 28 октября 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 5 ноября 2020 года.

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Каменецкого Д.В., Коротковой Е.Н.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 18.06.2020;

от общества с ограниченной ответственностью «Ви ЭЛ Би Продукт» – ФИО3 по доверенности от 18.02.2020;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 15.06.2020,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2020

о введении процедуры наблюдения

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Руссо косметик»,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Ви ЭЛ Би Продукт» (далее – кредитора) о признании общества с ограниченной ответственностью «Руссо косметик» (далее – должника) несостоятельным (банкротом), в рамках рассмотрения которого судом рассматривалось ходатайство ФИО1 о процессуальной замене заявителя по делу о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.06.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2020, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО4, требования кредитора в размере 357 441,77 руб., а также 5 073 руб. включены в реестр требований кредиторов должника, а в удовлетворении ходатайства ФИО1 о процессуальном правопреемстве было отказано,.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, вынести по делу новый судебный акт о заменен заявителя по делу на самого ФИО1, а в ведении в отношении должника процедуры наблюдения (иных банкротных процедур) – отказать.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель кредитора просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В обоснование своей правовой позиции ФИО1 указывал, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в случае допущенной должником просрочки исполнения денежного обязательства; такое исполнение, в силу пункта 5 статей 313 и 387 ГК РФ, влечет переход прав кредитора по соответствующему обязательству к третьему лицу в порядке суброгации.

В рассматриваемой ситуации, указывал ФИО1, частичное погашение им половины долга должника и снятие с кредитора необходимости нести расходы на сумму, превышающую половину долга, направленные кредитором на депозит суда для обеспечения процедур, не могли причинить кредитору вред, поскольку имели для него положительный финансовый результат в виде возврата 165 000 руб. из 362 514 руб. долга и освобождения от расходов в размере 210 000 руб. на проведение соответствующих банкротных процедур.

Как установлено судами, в рассматриваемом случае, основанием для обращения кредитора с заявлением о признании должника банкротом послужила задолженность в размере 357 441,77 руб.

При этом, минимальный размер учитываемых требований к юридическому лицу при решении вопроса о введении в отношении него процедуры банкротства в совокупности должен составлять не менее 300 000 руб. (пункт 2 статьи 6 и пункт 2 статьи 33 Закона о банкротстве).

Поскольку предоставляемая кредиторам возможность инициирования процедуры несостоятельности является одной из форм защиты права на получение от должника причитающегося надлежащего исполнения, упомянутое выше правило о минимальном пороговом значении размера учитываемого требования (300 000 руб.) необходимо рассматривать как разумное ограничение пределов реализации указанного способа защиты.

Вместе с тем, такое ограничение, будучи обусловленным незначительностью размера требования к должнику, не должно освобождать последнего от введения процедуры несостоятельности при наличии сведений, очевидно указывающих на неплатежеспособность должника, то есть на прекращение исполнения им денежных обязательств (абзац 37 статьи 2 Закона о банкротстве), а также на недобросовестность лиц, вовлеченных в спорные правоотношения.

Судами отмечено, что частичная оплата долга произведена третьим лицом - ФИО5, который перечислил кредитору 85 000 руб., после чего учитываемое требование составило немногим менее порогового значения (272 441,77 руб.).

Несмотря на то, что статьей 313 ГК РФ предусмотрена обязанность кредитора в определенных случаях принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в указанных выше действиях ФИО5 прослеживаются явные признаки злоупотребления правом, поскольку, как рассуждал суд первой инстанции, он, по сути, не преследовал цели погасить долги общества–должника, напротив, его действия направлены на лишение общества-–кредитора статуса заявителя по делу о банкротстве, в том числе на лишение предоставляемых данным статусом полномочий по предложению кандидатуры временного управляющего (абзац 9 пункта 3 статьи 41 Закона о банкротстве).

Таким образом, констатировал суд, ФИО5 использовал институт, закрепленный статьей 313 ГК РФ, не в соответствии с его назначением (исполнение обязательства третьим лицом), как следствие, не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства ФИО5 о процессуальном правопреемстве заявителя по делу.

Злоупотребление может быть выражено в действиях третьего лица, которое, погашая долг за должника частично, не преследует цель погасить долги предприятия, а его действия направлены на лишение лица, подавшего заявление о признании должника банкротом, статуса заявителя по делу о банкротстве, в том числе на лишение предоставляемых данным статусом полномочий по предложению кандидатуры временного управляющего, а также на принудительный выкуп отдельных прав к должнику в целях получения контроля над ходом процедуры банкротства либо дополнительных голосов на собрании кредиторов без несения дополнительных издержек на приобретение требований (определения Верховного суда Российской Федерации от 15.08.2016 № 308-ЭС16-4658 по делу № А53-2012/15 и от 16.06.2016 № 302-ЭС16-2049 по делу № А33-20480/14).

Судами отмечено и учтено, что кредитор вернул денежные средства ФИО1, что частичное погашение последним спорной задолженности производилось с целью злоупотребления правом, что нашло свое обьективное и полное подтверждение как представленными в дело доказательствами, так и поведением самого ФИО1, который после частичного погашения задолженности в порядке статьи 313 ГК РФ, действуя через своего представителя ФИО2, подал заявление о процессуальном правопреемстве в части погашенной суммы, а затем, уже в судебном заседании 11.06.2020, подал заявление об отказе от заявления о признании должника банкротом с единственной целью - препятствовать введению процедуры банкротства в отношении должника.

При том обстоятельстве, что уже имеются иные требования к должнику в общей сумме 62 073 425 руб.

Действительно, к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 ГК РФ.

Вместе с тем, если права кредитора по обязательству перешли к третьему лицу в части, они не могут быть использованы им в ущерб кредитору, в частности такие права не имеют преимуществ при их удовлетворении за счет обеспечивающего обязательства или при недостаточности у должника средств для удовлетворения требования в полном объеме (пункт 5 статьи 313 ГК РФ).

Однако, хотя положения статьи 313 ГК РФ направлены, в том числе, на расширение механизмов получения кредитором причитающегося ему по обязательству исполнения, то есть, по сути, на защиту его прав, указанной норме не может быть дано такое толкование, в результате которого допускалось бы ущемление интересов самого кредитора против его воли.

Таким образом, денежные средства были возвращены ФИО1 правомерно, и утверждение ФИО1 о погашении долга в размере 165 000 руб. не соответствует действительности.

В результате таких действий ФИО1 кредитор мог быть против своей воли лишенным прав требования к должнику, утратить возможность влиять на ход процедуры несостоятельности, в связи с чем отказ кредитора в спорной ситуации от принятия предложенного третьим лицом исполнения должен считаться законным, а суброгация - несостоявшейся.

Поскольку по смыслу статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для осуществления процессуального правопреемства является правопреемство в материально-правовых отношениях, в удовлетворении требования ФИО1 о процессуальной замене правомерно следовало отказать, что и было сделано судом первой инстанции.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для процессуального правопреемства на стороне заявителя по делу о банкротстве должника.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права, правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в том числе .

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 15.06.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2020 по делу № А40-315188/19 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:Д.В. Каменецкий

Е.Н. Короткова