Решение от 26 января 2022 г. по делу № А75-4473/2021

Арбитражный суд

Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

ул. Мира, д. 27, г. Ханты-Мансийск, 628011, тел. (3467) 95-88-71, сайт http://www.hmao.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А75-4473/2021
26 января 2022 г.
г. Ханты-Мансийск


Резолютивная часть решения объявлена 19 января 2022 г.

Полный текст решения изготовлен 26 января 2022 г.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе судьи Инкиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению акционерного общества Производственное объединение «Уралэнергомонтаж» (ОГРН <***>,ИНН <***>, адрес: 623704, Свердловская область, г. Берёзовский,ул. Транспортников, д. 50А) к обществу с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 628404, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, <...>) о взыскании 3 638 704 рублей 32 копеек,

встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж» к акционерному обществу Производственное объединение «Уралэнергомонтаж» о взыскании 1 848 539 рублей 27 копеек,

с участием представителей:

от истца – ФИО2 по доверенности № Д-9 от 10.01.2022 (с использованием системы веб-конференции информационной системы "Картотека арбитражных дел" (онлайн-заседания),

от ответчика - не явились,

установил:

акционерное общество Производственное объединение «Уралэнергомонтаж»(далее – истец, объединение) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж» (далее – ответчик, общество) о взыскании 3 638 704 рублей 32 копеек, в том числе 3 303 371 рубля 04 копеек задолженности по договорусубподряда № НМ-24/ЗСН.1060 от 01.06.2018, 335 333 рублей 28 копеек пени.

Истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской (далее - АПК РФ) уточнило исковые требования, устранив арифметическую ошибку при расчете, исключив из суммы задолженности (стоимости выполненных работ) 10 % гарантийной суммы и пересчитав сумму пени, просило взыскать 3 319 799 рублей46 копеек, в том числе 3 017 999 рублей 52 копейки задолженность по договору субподряда № НМ-24/ЗСН.1060 от 01.06.2018, 301 799 рублей 94 копейки пени.

Определением суда от 17.06.2021 принято к совместному рассмотрению встречное исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж»к акционерному обществу Производственное объединение «Уралэнергомонтаж»о взыскании 600 764 рублей 80 копеек штрафа по договору субподряда№ НМ-24/ЗСН.1060 от 01.06.2018.

В производстве Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры находилось дело А75-14495/2021 по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж» к акционерному обществу Производственное объединение «Уралэнергомонтаж» о взыскании 1 247 774 рублей 47 копеек стоимости не израсходованных и не возвращенных давальческих материалов, переданных по договору субподряда от 01.06.2018 № НМ-24/ЗСН.1060 от 01.06.2018.

Определением от 13.10.2021 объединены в одно производство дела№ А75-4473/2021 и № А75-14495/2021 с присвоением делу № А75-4473/2021.

В отзывах и встречном иске общество, не признавая исковые требования объединения, ссылается на нарушение срока выполнения работ, факт расторжения договора, наличие оснований для взыскания неустойки и штрафа. Также общество считает недоказанным сам факт выполнения работ силами объединения, указывает на отсутствие исполнительной документации.

Объединение в отзыве на встречные требования и пояснениях опровергает доводы общества, ссылаясь на отсутствие вины субподрядчика в нарушении срока выполнения работ и наличие вины подрядчика по причине ненадлежащего исполнения им обязанности по передаче давальческого материала, также просит применить статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Протокольным определением суда от 16.11.2021 судебное заседание по делу отложено на 12 января 2022 года в 14 часов 00 минут. В судебном заседании был объявлен перерыв до 10 часов 00 минут 19 января 2022 года.

Общество, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания, не явилось.

После объявление перерыва от общества поступило ходатайство об отложении судебного заседания со ссылкой на оспаривание выполнение работ объединением и разрешение вопроса о назначении по делу строительно-технической экспертизы, рассмотрев которое суд не установил оснований для его удовлетворения по следующим мотивам.

Представитель истца возражал относительно удовлетворения ходатайства, находил его направленным на затягивание процесса, не возражал относительно рассмотрения дела в отсутствие ответчика.

Часть 5 статьи 158 АПК РФ предусматривает, что арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Право суда назначить по делу экспертизу реализуется не только при наличии соответствующего ходатайства стороны по делу, но также для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний.

В своем ходатайстве об отложении судебного заседания общество указывает на оспаривание факта выполнения работ объединением, не обосновав, какие специальные познания необходимы для подтверждения/опровержения данного обстоятельства, при условии наличия в материалах дела относимых и допустимых доказательств, в том числе для проверки данного обстоятельства.

Суд также учитывает то, что исковое заявление и соответствующие требования объединения об оплате выполненных работ поступило в суд 02.04.2021. Общество воспользовалось правом не только обратиться со встречными требованиями, но и самостоятельно подать отдельное исковое заявление к объединению. Однако вопросо том, кем выполнялись работы, стоимость которых была предъявлена к оплате,а в последствии явилась предметом первоначального иска о взыскании задолженности, поставлен обществом только в январе 2022 года.

В настоящем деле судом не установлена объективная необходимость назначения экспертизы. При этом наличие у стороны лишь намерения заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы не является безусловным основанием для отложения судебного заседания. Для ознакомления с позицией процессуального оппонента и представления своих возражений в судебном заседании был объявлен перерыв.

Учитывая содержание фактически немотивированного ходатайства общества о назначении экспертизы, направленного на затягивание процесса, суд приходит к выводу о возможности рассмотрения дела по имеющимся доказательствам и отсутствии оснований для отложения судебного разбирательства.

В порядке статьи 156 АПК РФ судом дело рассмотрено в отсутствие ответчика.

По общему правилу статьи 35 АПК РФ иск предъявляется в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по адресу или месту жительства ответчика.

Подсудность, установленная статьями 35 и 36 АПК РФ, может быть изменена по соглашению сторон до принятия арбитражным судом заявления к своему производству (статьи 37 АПК РФ).

Судом установлено, что пункт 10.2 договора содержит указание, что возникшие из него споры подлежат рассмотрению в Арбитражном суде Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

При этом пункт 10.2 согласно протоколу урегулирования разногласий от 01.06.2018 принят субподрядчиком в редакции подрядчика (по тексту договора), что подтверждено представителем истца при рассмотрении дела, который пояснил, что протокол согласования разногласий, ссылка на который имеется в протоколе урегулирования разногласий (под подписью субподрядчика), сторонами не составлялся и не подписывался, отсутствует.

В ходе судебного заседания представитель истца уменьшенные исковые требования и доводы искового заявления поддержал, встречный иск находил подлежащим удовлетворению в части 536 351 рубля 73 копеек - стоимости неизрасходованных и невозвращенных давальческих материалов.

Суд, заслушав представителя истца, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между объединением (субподрядчик) и обществом (подрядчик) подписан договор субподряда от 01.06.2018 № НМ-24/ЗСН.1060 в редакции протоколов разногласий, урегулирования разногласий от 01.06.2018 (далее - договор,т. 1 л.д. 54-150, том 2 л.д. 1- 34), по условиям которого субподрядчик обязуется выполнить по заданию подрядчика работы по монтажу технологических трубопроводов на титульных объектах 6713; 7155 (пункт 1.1 договора).

Работы выполняются субподрядчиком на площадке строительства «Западно-Сибирского комплекса глубокой переработки углеводородного сырья (УВС)в полиолефины мощностью 2,0 млн. тонн в год с соответствующими объектами ОЗХ».

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что стоимость работ по договору является ориентировочной и составляет 8 000 000 рублей 00 копеек, в том числе НДС 1 220 387,98 руб.

Платежи за выполненные работы подрядчик производит в течение 30 (тридцати) календарных дней с момента подписания акта о приемке выполненных работ по форме КС-2, справки о стоимости выполненных работ КС-3 и предоставлении правильно оформленного счета и счета-фактуры, при условии передачи субподрядчиком подрядчику оформленной в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации исполнительной документации в отношении выполненных работ. Обязательство по оплате выполненных работ является встречным по отношению к обязательству по передаче субподрядчиком подрядчику надлежащим образом оформленной исполнительной документации (пункт 3.6 договора).

Согласно пункту 3.6.5 договора подрядчик перечисляет денежные средства в счет оплаты выполненных работ в размере стоимости выполненных работ, за вычетом гарантийной суммы в размере 10% (десяти процентов) от стоимости подлежащих оплате работ, являющейся гарантией исполнения субподрядчиком своих обязательств по устранению недостатков (дефектов) в работах, включая обязательства, действующие в течение гарантийного периода (далее по тексту «гарантийная сумма»); иных сумм в размере встречных требований (зачетов), засчитываемых или вычитаемых в соответствии с договором, включая суммы в размере неустоек, процентов, убытков, начисляемых согласно условиям договора.

Окончательный расчёт по настоящему договору, за исключением суммы гарантийного удержания, производится сторонами в течение 30 (тридцати) календарных дней, исчисляемых с наиболее поздней даты из следующих: дата подписания сторонами акта об устранении субподрядчиком всех недостатков, указанных в приложении к акту рабочей комиссии; дата передачи субподрядчиком подрядчику всей документации, которую субподрядчик обязан передать подрядчику; дата утверждения акта рабочей комиссии, в соответствии с пунктом 5.3 договора

Ответственность подрядчика за просрочку расчетов за выполненные работы предусмотрена в виде уплаты субподрядчику неустойки в размере 0,1 % от суммы задолженности за каждый день просрочки, но не более 10% от суммы просроченных платежей (пункт 8.9 договора).

Начало выполнения работ установлено с 10.06.2018, окончание работ - 15.10.2018 (пункт 4.1 договора в редакции протокола урегулирования разногласий).

Ссылаясь на выполнение согласованных работ в полном объеме, немотивированный отказ подрядчика от приемки выполненных работ по акту от 18.09.2019, наличие обязанности по оплате фактически выполненных работ, объединение обратилось в суд с рассматриваемым иском.

Общество заявило встречные требования о взыскании штрафных санкцийза несвоевременное выполнение работ, а также стоимости не израсходованных и не возвращенных давальческих материалов.

Исследовав условия договора, суд находит его заключенным.Из анализа условий договора и фактических правоотношений сторон следует, что они соответствуют обязательствам подряда и подлежат регулированию нормами раздела 3 части 1 (общие положения об обязательствах) и главы 37 ГК РФ, а также условиями заключенного договора.

По договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику,а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (пункт 1 статьи 702 ГК РФ).

По договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену (пункт 1 статьи 740 ГК РФ).

Статьей 746 ГК РФ установлено, что оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда. При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 711 ГК РФ, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику. Результат работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляется актом, подписанным обеими сторонами (пункт 4 статьи 753 ГК РФ, пункт 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

В подтверждение исполнения своих обязательств по договору объединением в материалы дела представлены акты о приемке выполненных работ по форме № КС-2, справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме № КС-3 № 1 от 25.05.2019на общую сумму 999 235 рублей 20 копеек, подписанные подрядчиком и субподрядчиком без возражений и разногласий (т. 2 л.д. 35-73), а также подписанные субподрядчикомв одностороннем порядке акт по форме № КС-2 от 18.09.2019 № ZSN.0311-6713 КС2-981, справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме № КС-3 № 2 от 18.09.2019на сумму 2 354 097 рублей 60 копеек, исполнительная документация, ведомости-отчетыо полученных и использованных в строительстве материалов, доказательстваих направления и получения подрядчиком (ответчик).

По расчету объединения сумма задолженности по договору за вычетом 10 % гарантийного удержания составила 3 017 999 рублей 52 копейки.

Возражений относительно объема, качества и стоимости работ, выполненных и принятых по двусторонним актам, ответчиком не заявлено.

Фактически возражения ответчика сводятся к оспариванию факта выполнения работ, отраженных в одностороннем акте, силами субподрядчика.

Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (абзац 2 пункта 4 статьи 753 ГК РФ).

Названная норма защищает интересы подрядчика, если заказчик необоснованно отказался или уклоняется от надлежащего оформления документов, удостоверяющих приемку работ.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 51 от 24.01.2000 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», односторонний акт приемки результата работ является доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору, и при отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, доказательства обоснованного отказа от подписания акта выполненных работ должен представить заказчик.

Возражая относительно приемки и оплаты работ, отраженных в одностороннем акте, общество утверждает о том, что исполнительная документация на выполненный объем работ не была получена подрядчиком (т. 2 л.д. 75).

Суд не может согласиться с данным доводом общества по следующим мотивам.

Доказательства, подтверждающие направление и вручение исполнительной документации подрядчику, представлены истцом в материалы дела. Также суд учитывает неоднократное направление соответствующего пакета документов о выполнении работ субподрядчиком (т. 2 л.д. 74-78).

Кроме того, полный комплект исполнительной документации, направленный ответчику, представлен истцом в электронном виде и в материалы дела. Уточнение, какой еще исполнительной документации не хватало, ответчиком не представлено.

Ответчик ограничился лишь общим указанием на непредставление истцом исполнительной документации, но каких-либо конкретных исполнительных документов, которых ему не хватает и они действительно необходимы, ответчик ни истцу, ни суду не назвал.

Довод ответчика об отсутствии в составе исполнительной документации журнала производства работ отклоняется судом, поскольку журналы производственных работ согласно приказу Ростехнадзора от 26.12.2006 № 1128 не входят в состав исполнительной документации, исходя из содержания раздела 17 договора указанный журнал ведется субподрядчиком и предъявляется подрядчику непосредственно на месте производства работ.

Кроме того, как пояснил представитель истца в судебном заседании, передача информации, выраженной в журнале производства работ, опосредуется содержанием первичных документов, входящих в состав исполнительной документации.

При этом суд учитывает, что в материалах дела отсутствует какая-либо переписка, свидетельствующая о том, что обществу для приемки и оплаты работ необходим был именно журнал производства работ.

Более того, отсутствие журнала производства работ не может безусловно свидетельствовать о том, что фактически субподрядчиком спорные работыне выполнялись, поскольку действия по передаче исполнительной документации являются самостоятельными, не входящими в состав обязательства по сдаче результата работ.

По указанным причинам отклоняются доводы ответчика о том, что осуществлению приемки и оплаты выполненных работ препятствовало отсутствие в распоряжении подрядчика исполнительной документации. Следовательно, отказ от подписания акта, выраженный в письме от 21.11.2019 № 19/06, признается судом необоснованным, работы считаются принятыми на основании одностороннего акта по форме № КС-2 от 18.09.2019 № ZSN.0311-6713 КС2-981.

Довод ответчика о том, что спорные работы выполнялись силами самого подрядчика, а субподрядчиком выполнены работы лишь на сумму 118 702,8 руб., отклоняются как несостоятельные при наличии действующего между подрядчиком и субподрядчиком договора.

Подрядчик не сообщал субподрядчику об утрате интереса к выполнению им работи о намерении поручить выполнение работ иному лицу, что свидетельствует о том, что у субподрядчика имелась обязанность по действующему договору выполнить работы в полном объеме.

Таким образом, спорные работы выполнялись именно субподрядчиком в рамках действующего договора и были предъявлены к приемке в период наличия между сторонами договорных отношений.

При наличии действующего договора самостоятельное выполнение тех же самых работ нельзя расценить как разумное и добросовестное поведение хозяйствующего субъекта.

Так, при нормальном обороте, когда заказчик поручает выполнение работ одному подрядчику, последним подлежит доказыванию только то, что результат работы, предусмотренный договором, имеется, и что он достигнут в период действия договора. В то же время, когда заказчик поручает выполнение работ подрядчику, а впоследствии без его уведомления поручает выполнение данных работ третьему лицу без уведомления и расторжения договора, а затем возражает против требования подрядчика об оплате за работу со ссылкой на то, что фактически работа выполнена иным лицом, - то такие действия заказчика затрудняют процесс доказывания обоснованности заявленных подрядчиком требований, что недопустимо, т.к. никто не вправе извлекать выгоду из своего недобросовестного поведения.

В силу чего суд полагает, что в настоящем деле бремя несения последствий недобросовестного поведения заказчика должен нести сам подрядчик. На недобросовестного подрядчика подлежит возложению бремя доказывания того, что фактически работы были выполнены не субподрядчиком, который в настоящем деле требует взыскания оплаты за работу.

Тогда как субподрядчику, требующему оплаты, достаточно доказать только то, что результат работы, предусмотренный договором, имеется, и что он достигнут и передан подрядчику в период действия договора. Данный факт с учетом отсутствия мотивированного отказа от приемки работ субподрядчиком в настоящем деле доказан.

При этом суд учитывает, что изначально основанием для отказа в приемке работ и подписании акта формы КС-2 со стороны подрядчика, как уже сказано выше, послужило отсутствие исполнительной документации, а не обстоятельства выполнения работ силами самого общества, о чем ему при приемке работ должно было быть достоверно известно. Между тем данные мотивы отказа в письме от 21.11.2019 № 19/06 не содержатся.

Довод о выполнении работ силами самого подрядчика приведен ответчиком впервые в письменных пояснениях от 10.01.2022, то есть спустя продолжительное время с момента возбуждения производства по первоначальному иску.

Указанную тактику защиты ответчика по первоначальному иску суд в соответствии с положениями статей 1, 10 ГК РФ расценивает как недобросовестное процессуальное поведение (часть 2 статьи 41, статья 65 АПК РФ) и влечет потерю им права на соответствующие возражения (правило эстоппель), что согласуется с правовыми позициями Верховного Суда Российской Федерации по вопросу злоупотребления процессуальными правами лицами, участвующими в деле (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.10.2014 № 303-ЭС14-31, от 13.04.2016 № 306-ЭС15-14024).

Данное понятие указывает на то, что поведение стороны для оценки ее добросовестности нужно рассматривать во времени, в некоей хронологической протяженности, учитывая последовательность либо непоследовательность действий, возражений и заявлений этой стороны. Переменчивое поведение хоть и не является гражданским правонарушением, но это явление небезразлично праву, так как лицо, изменив выбранный ранее порядок поведения, получает преимущество по сравнению с теми лицами, которые следуют своему предшествующему поведению и отношению к юридическим фактам, тогда как в силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Суд отмечает, что главная задача принципа эстоппель состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Изложенное также является одним из мотивов, по которым суд не усмотрел оснований для отложения заседания с целью разрешения ответчиком вопросао назначении по делу строительно-технической экспертизы для выяснения обстоятельств выполнения работ истцом.

В свою очередь суд соглашается с позицией истца о том, что спорные работы не могли быть выполнены силами ответчика, о чем подробно изложено в разделе III письменных пояснений № 4 со ссылкой на разделы исполнительной документации, имеющейся в материалах дела.

С учетом изложенного и применения к поведению ответчика процессуального эстоппеля суд отклоняет ссылку общества на приведенные анализ и расчет в обоснование довода о невыполнении работ силами истца.

Доказательств в опровержение объема, качества и стоимости выполненных субподрядчиком работ ответчиком не представлено. Наличие в результатах работ существенных и неустранимых недостатков в нарушение статьи 65 АПК РФ также не доказано.

В силу статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (статьи 9, 65 АПК РФ).

Доказательств, свидетельствующих о том, что результат выполненных истцом работ по договору не представляет для ответчика интереса, не имеет потребительской ценности, фактически не использован и не может быть использован для целей, указанных в договоре, ответчиком не представлено. Напротив, в материалы дела представленакт приемки законченного строительством объекта от 09.10.2020.

Гражданские правоотношения строятся на основе равенства их участников и недопустимости неосновательного обогащения.

Обратное означало бы получение заказчиком результата работ без предоставления встречного эквивалентного возмещения, что в силу общих начал и принципов гражданского законодательства, а также положений статьи 1102 ГК РФ является недопустимым и нарушающим установленный гражданским законодательством принцип возмездного перехода ценностей между контрагентами.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективноми непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательствав отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Представление суду утверждающим лицом доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для выводао соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

По результатам анализа и оценки доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ суд разрешает спор в пользу стороны, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника (определение Верховного Суда Российской Федерацииот 27.12.2018 № 305-ЭС17-4004).

В данном случае суд принимает позицию субподрядчика, доказательства которого, представленные в материалы дела в подтверждение факта выполнения работ, их объема, качества и стоимости, наличия задолженности в указанном размере, преобладают над доказательствами общества об отсутствии основания для оплаты работ.

Судом неоднократно с целью проведения сальдирования выносился на обсуждение вопрос о стоимости услуг генподряда. Ответчиком требования суда не исполнены,о стоимости соответствующих услуг не сообщено.

Согласно статье 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В связи с тем, что данный вопрос находится в сфере контроля подрядчика (ответчика), проявившего пассивную позицию, суд не усматривает оснований для уменьшения стоимости работ субподрядчика в виду отсутствия фактических данных, при этом ответчик не лишен возможности защищать свои права в самостоятельном порядке.

Судом установлено, что 13.12.2019 подрядчик направил субподрядчику уведомлениео расторжении договора (почтовый идентификатор: 62841335488855) в виду нарушения срока выполнения работ последним. Согласно сведениям сайта Почта России по почтовому идентификатору 62841335488855 корреспонденция получена субподрядчиком 17.12.2019 (т. 2 л.д. 89-92).

По условиям пункта 12.4 договора договор считается расторгнутым с момента получения уведомления.

Получение уведомления о расторжении истец не оспаривает (часть 3.1 статьи 70 АПК РФ). Следовательно, ответчик реализовал право на одностороннее расторжение договора и договор между сторонами является расторгнутым с 18.12.2019. Данные обстоятельства истцом при рассмотрении дела не опровергнуты.

Исходя из пункта 2 статьи 453, пункта 2 статьи 450.1 ГК РФ, по общему правилу, односторонний отказ от договора влечет прекращение обязательств на будущее время (абзац первый пункта 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»),в связи с чем суд приходит к выводу о том, что после расторжения договора у сторон прекратились обязательства по договору.

Из смысла Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации№ 2-2018, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, отказ заказчика от исполнения договора в случае нарушения подрядчиком его условий не должен приводить к неосновательному обогащению заказчика - к освобождению его от обязанности по оплате выполненных подрядчиком работ и представляющих для заказчика потребительскую ценность (статья 1102 ГК РФ).

Прекращение договора подряда порождает необходимость соотнесения взаимных предоставлений сторон по этому договору и определения завершающей обязанности одной стороны в отношении другой.

Поскольку расторжение договора влечет за собой прекращение обязательств сторон, представленные в материалы дела вышеуказанные акты субподрядчика свидетельствуюто выполнении работ до его расторжения (с февраля по май 2019 года), являются надлежащими доказательствами выполнения работ и основанием для их оплаты.

С учетом установленных обстоятельств стоимость выполненных субподрядчиком работ за минусом гарантийного удержания составила 3 017 999 рублей 52 копейки.

Вследствие просрочки расчетов за выполненные работы объединение просит взыскать с общества неустойку (пени) в размере 89 931 рубль 16 копеек, начисленную на сумму задолженности по актам от 25.05.2019, и в размере 211 868 рублей 78 копеек, начисленную на сумму задолженности по акту от 18.09.2019 (с учетом установленного ограничения не более 10% от суммы просроченных платежей).

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

На основании статьи 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Требование закона относительно формы соглашения о неустойке (пени) сторонами соблюдено.

Как следует из пункта 8.9 договора, за просрочку платежей субподрядчик имеет право предъявить подрядчику пени в размере 0,1% от суммы задолженности за каждый день просрочки, но не более 10 % от суммы просроченных платежей.

Подтверждение материалами дела факта просрочки оплаты подрядчиком выполненных работ свидетельствует о законности заявленного требования.

Вместе с тем для определения размера подлежащей взысканию с подрядчика задолженности и пени суд должен учитывать наличие встречных требований общества.

Выводы суда по встречному иску.

Из доводов встречного иска следует, что общество предъявляет к взысканию штраф в размере 600 764 рублей 80 копеек (в оставшейся сумме после удержания из оплаты)и стоимость давальческого материала в размере 1 247 774 рублей 47 копеек.

Пунктом 8.2 договора установлено, что за нарушение как начального, промежуточных, так и конечного сроков выполнения работ по вине субподрядчика подрядчик вправе взыскать с субподрядчика неустойку (пени) в размере 0,1 % от стоимости работ, указанной в пункте 3.1 договора, за каждый день просрочки, по не более 10 % от стоимости работ (цены договора), путём уменьшения размера выплат субподрядчику при расчете за фактически выполненные работы.

По расчету общества, неустойка за нарушение срока выполнения работ составила 1 824 000 рублей за период с 01.10.2018 по 17.05.2019. С учетом ограничения её размера неустойка составила 800 000 рублей.

Согласно пункту 12.5 договора в случае расторжения либо изменения договора по основаниям, предусмотренным в пункте 12.4 договора, или одностороннего отказа субподрядчика от исполнения обязательства по выполнению работ, субподрядчик обязуется уплатить подрядчику штраф в размере 10% от стоимости работ, оговоренной в пункте 3.1 договора.

Учитывая, что договор подрядчиком расторгнут именно в соответствии с пунктом 12.4 договора, сумма штрафа по расчету общества составила 800 000 рублей.

Итого общая сумма начисленных неустойки (пени за нарушение срока выполнения работ) и фиксированного штрафа, предъявленные субподрядчику, составила 1 600 000 рублей.

Как указывает общество, часть санкций (пеня за нарушение срока выполнения работ в сумме 800 000 рублей и штраф в сумме 199 235 рублей 20 копеек) полностью удержана из выполнения на сумму 999 235 рублей 20 копеек. Оставшийся штраф в размере 600 764 рублей 80 копеек предъявлен к взысканию во встречном иске (1600000-999235,2).

Возражая, субподрядчик указывает на то, что нарушение срока выполнения работ связано с ненадлежащим выполнением своих обязательств подрядчиком по поставке давальческого материала, необходимого субподрядчику в строительстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 330 ГК РФ кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

Обязательным условием ответственности лица, не исполнившего обязательства либо исполнившего его ненадлежащим образом, является наличие у него вины; лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

Пунктом 3 статьи 401 ГК РФ установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. При этом в силу пункта 2 статьи 401 Кодекса отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Согласно пункту 1 статьи 406 ГК РФ кредитор считается просрочившим, если он не совершил действий, предусмотренных договором, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

В силу пункта 3 статьи 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть выполнено вследствие просрочки кредитора.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», если иное не установлено законом, в случае, когда должник не может исполнить своего обязательства до того, как кредитор совершит действия, предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающие из обычаев или существа обязательства, применению подлежат положения статей 405, 406 ГК РФ. Правила статьи 328 ГК РФ в таком случае применению не подлежат.

Пунктом 6.23 договора установлены следующие обязанности подрядчика:

- подрядчик за свой счет закупает и поставляет на свой склад конструкции, оборудование и материалы в соответствии с проектом строительства по разделительной ведомости поставки материалов между подрядчиком и субподрядчиком (приложение № 2 к договору).

- конструкции, оборудование и материалы поставки подрядчика передаются подрядчиком субподрядчику по давальческой схеме, установленной действующим законодательством РФ и условиями договора.

Схема доставки и передачи конструкций, оборудования и материалов следующая:

1) подрядчик за свой счет закупает и поставляет согласно разделительной ведомости конструкции, оборудование, материалы и изделия (далее но тексту - ТМЦ) на территорию приобъектного склада подрядчика, находящегося при объекте строительства. Доставку ТМЦ с приобъектного склада подрядчика до строительной площадки объекта строительства осуществляет субподрядчик собственными силами и в счет договорной цены;

2) подрядчик передает субподрядчику ТМЦ своей поставки по давальческой схеме на основании накладной на отпуск материалов на сторону (по форме М-15) с пометкой «давальческие» после предоставления субподрядчиком подрядчику письма (заявки) и доверенности от субподрядчика. Право собственности на давальческие ТМЦ остается у подрядчика (пункт 6.23.3.2 договора).

В пункте 1.1 договора предусмотрено, что субподрядчик обязуется выполнить по заданию подрядчика работы по монтажу технологических трубопроводов на титульных объектах 6713; 7155.

Субподрядчик указывает на то, что заявки на ТМЦ по обоим титулам передавались подрядчику в рабочем порядке. Подрядчик со своей стороны утверждает об отсутствии каких-либо заявок.

Между тем материалами дела подтверждается фактическая передача подрядчиком ТМЦ по титулу 6713. Так, субподрядчиком представлены: накладная на отпуск материалов на сторону от 08.10.2018 № 581, акт о приемке-передаче оборудования в монтаж от 10.10.2018 № 521, накладная на отпуск материалов на сторону от 12.10.2018 № 572, накладная на отпуск материалов на сторону от 10.10.2018 № 573, накладная на отпуск на сторону от 10.10.2018 № 580, акт о приемке-передаче оборудования в монтаж от 21.10.2018 № 630, акт о приемке-передаче оборудования в монтаж от 21.10.2018 № 634, накладная на отпуск материалов на сторону от 01.11.2018 № 589, накладная на отпуск материалов на сторону от 05.12.2018 № 588, накладная на отпуск материалов на сторону от 06.12.2018 № 590, накладная на отпуск материалов на сторону от 07.12.2018 № 625, накладная на отпуск материалов на сторону от 25.03.2019 № 16, накладная на отпуск материалов на сторону от 25.03.2019 № 17, накладная на отпуск материалов на сторону от 26.03.2019 № 18.

Таким образом, довод ответчика о неполучении заявок на материал и оборудование по титулу 6713 опровергается самим фактом передачи субподрядчику давальческого материала по данному титулу.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что давальческий материал был передан субподрядчику, в том числе и после истечения срока сдачи выполненных работ (15.10.2018, в то время как последняя накладная на отпуск материалов на сторону датирована 26.03.2019), что, безусловно, повлекло нарушение субподрядчиком срока выполнения работ.

Между тем оснований для полного освобождения субподрядчика от ответственности с учетом имеющихся материалах дела доказательств суд не усматривает.

Так, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств получения ответчиком заявок на материал и оборудование по титулу 7155, передачи давальческого материала субподрядчику по данному титулу (что, напротив, установлено по титулу 6713), а также какой-либо переписки по данному вопросу (например, письма субподрядчикас требованием передать давальческий материал по ранее полученным заявкам по титулу 7155), принимая во внимание, что по условиям договора обязанность подрядчика по передаче давальческого материала является встречной по отношению к обязанности субподрядчика подать соответствующую заявку, суд, оценив в совокупности представленные в дело доказательства, приходит к выводу о соответствии действительности факта неполучения подрядчиком заявок по титулу 7155. Ответчик также отрицает факт их получения.

Таким образом, в нарушении срока выполнения работ имеется и вина субподрядчика.

При таких обстоятельствах нарушение срока выполнения работ по договору обусловлено обоюдной виной сторон, что является основанием для применения положений статьи 404 ГК РФ.

Поскольку в нарушении срока выполнения работ имеется и вина субподрядчика, суд находит обоснованным применение ответчиком положений пунктов 12.4, 12.5 договора.

Довод истца о том, что к субподрядчику фактически применена двойная ответственность, судом отклоняется как несостоятельный и противоречащий условиям пунктов 8.2 и 12.5 договора.

При этом стороны вправе предусмотреть за неисполнение обязательства одновременное применение штрафа и пени, что соответствует положениям статьи 421 ГК РФ.

Суд отмечает, что неустойка, предусмотренная пунктом 12.5 договора носит штрафной характер, основанием для ее предъявления является факт отказа подрядчика от исполнения договора в виду виновных действий (бездействий) субподрядчика, что в данном случае судом установлено по мотивам, изложенным выше.

С учетом данных обстоятельств общий размер начисленных обществом санкций признается судом обоснованным только в сумме 800 000 рублей (1 600 000 рублей/2).

По данным мотивам и с учетом положений пункта 8.2 договора уменьшение размера выплат субподрядчику при расчете за фактически выполненные работы является законным и обоснованным на указанную сумму.

Исходя из правовой позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 № 1394/12 по делу № А53-26030/2010, удержание штрафных санкций является правомерным. Подобные условия договора, по сути, являются соглашением о перерасчете договорной цены на случай ненадлежащего исполнения субподрядчиком своих обязательство по договору, что не противоречит закону.

Вышеизложенные обстоятельства и выводы позволяют суду определить сумму обоснованной задолженности и пени по иску истца, а именно: сумма задолженности за выполненные субподрядчиком работы составит 2 217 999 рублей 52 копейки (3017999,52 -800 000 рублей).

Принимая во внимание, что сумма неустойки за нарушение сроков оплаты по условиям договора не может превышать 10 % от суммы задолженности, с учетом периода начисления, предложенного истцом, обоснованным является требование субподрядчикао взыскании с подрядчика пени в размере 221 799 рублей 95 копеек.

Вместе с тем сторона, обязанная уплатить неустойку, вправе поставить вопрос о применении к ее размеру положений статьи 333 ГК РФ как путем предъявления самостоятельного иска о возврате неосновательного обогащения по правилам статьи 1102 ГК РФ, так и в рамках конкретного дела (пункт 79 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление № 7), постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.07.2012№ 2241/12).

Иными словами, списание (начисление) неустойки по требованиям кредитора не лишает возможности ставить вопрос о применении к списанной неустойки положений статьи 333 ГК РФ о снижении ее размера, в том числе, путем предъявления самостоятельного требования о взыскании с кредитора излишне уплаченного, что имеет место в настоящем случае.

В таком случае, подлежат установлению судом такие обстоятельства как наличие (отсутствие) оснований для признания суммы штрафных санкций несоразмерной последствиям нарушения обязательства.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 81 постановления № 7, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон либо кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера неустойки либо действовал недобросовестно, размер ответственности должника может быть уменьшен судом по этим основаниям в соответствии с положениями статьи 404 ГК РФ, что в дальнейшем не исключает применение статьи 333 ГК РФ.

В рассматриваемом случае истцом заявлено о применении положений статьи 333 ГК РФ к начисленным, удержанным и предъявленным к взысканию санкциям.

Статьей 333 ГК РФ предусмотрено право суда снижать неустойку, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

В силу пункта 69 постановления № 7, подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). Заранее установленные условия договора о неприменении или ограничении применения статьи 333 ГК РФ являются ничтожными (пункты 1 и 4 статьи 1, пункт 1 статьи 15 и пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

В силу пункта 75 Постановления № 7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-0 указывается, что гражданское законодательство предусматривает неустойкув качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств. В соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации именно законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод гражданина в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Это касается и свободы договора при определении на основе федерального закона таких его условий, как размеры неустойки – они должны быть соразмерны указанным в этой конституционной норме целям.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть по существу, на реализацию требования части 32 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в пункте 1 статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного(а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Суд учитывает правовую позицию Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенную в Информационном письме от 14.07.1997 № 17 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Информационное письмо 17) в соответствии с пунктом 2 которого, основанием для применения статьи 333 ГК РФ может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств.

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков, но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно (пункт 74 постановления № 7).

Однако, будучи осведомленным о заявлении субподрядчиком о применении положений статьи 333 ГК РФ, предусмотренным в пункте 74 постановления № 7 правом на представление каких-либо доказательств того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, подрядчик не воспользовался. Кроме того, из письма основного заказчика следует, что ответчику в свою очередь снижены начисленные санкции более чем в 10 раз.

Наличие негативных последствий в заявленном размере неустойки подрядчиком перед судом не раскрыто.

При определении степени соразмерности неустойки последствиям нарушений обязательства и размера неустойки суд не связан формулами для определения конкретного размера подлежащей к взысканию неустойки или условиями договора, и в силу своих полномочий, исходя из баланса интересов сторон, конкретных обстоятельств спора, вправе определить величину снижения неустойки не ограничиваясь теми или иными пределами ответственности.

Согласно пункту 80 постановления № 7, если заявлены требования о взыскании неустойки, установленной договором в виде сочетания штрафа и пени за одно нарушение, а должник просит снизить ее размер на основании статьи 333 ГК РФ, суд рассматривает вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств исходя из общей суммы штрафа и пени.

Принимая во внимание, что неустойка имеет компенсационный, но не карательный характер, и не может служить средством обогащения кредитора, суд находит основаниядля применения статьи 333 ГК РФ и считает возможным снизить общую сумму санкцийв размере 800 000 рублей в два раза до 400 000 рублей.

Оснований для большего уменьшения договорной неустойки суд не усматривает.

На основании вышеизложенного, с учетом приведенных разъяснений, заявления истца о применении к размеру удержанных санкций статьи 333 ГК РФ и вывода суда об их несоразмерности последствиям нарушенного обязательства, с обществав пользу объединения подлежит взысканию сумма неосновательного обогащения в размере 400 000 рублей.

Как установлено судом, по первоначальному иску истцом начислена пеня на общую сумму долга.

Между тем в данном случае суд не усматривает оснований для привлечения ответчика к ответственности в виде пени за ненадлежащее исполнение обязательствпо оплате данной суммы (400 000 рублей) в виду следующего.

Во-первых, с ответчика в пользу истца взыскана сумма неосновательного обогащения в размере 400 000 рублей.

Во-вторых, в соответствии со статьей 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Данная норма права направлена на защиту имущественных интересов лица в силу того, что была допущена просрочка уплаты ему денежных средств при неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательств.

При этом судом установлено, что подрядчик имел все основания для начисления и удержания неустойки (пени, штрафа) по условиям договора в общей сумме 800 000 рублей. Вместе с тем наличие правовых оснований для удержания денежных средств само по себе исключает неправомерное удержание денежных средств.

В данном случае только удовлетворение судом ходатайства истца о снижении размера санкций в порядке статьи 333 ГК РФ при рассмотрении настоящего спора повлияло на результат его рассмотрения.

В силу пункта 1 статьи 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения. На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 ГК РФ.

Соответственно до решения вопроса о снижении неустойки и о возврате неосновательного обогащения лицо, удержавшее сумму неустойки в соответствии с условиями договора, не может быть привлечено к ответственности за неисполнение денежного обязательства в порядке статьи 330 ГК РФ.

Таким образом, правовых оснований для начисления пени на сумму 400 000 рублей не имеется.

Поскольку размер санкций в общей сумме 400 000 рублей покрывается выполнением на сумму 999 235 рублей 20 копеек, оснований для удовлетворения встречного иска в части взыскания штрафа в размере 600 764 рублей 80 копеек не имеется.В удовлетворении данного требования суд отказывает

Далее подрядчик просит взыскать стоимость неизрасходованного и невозвращенного субподрядчиком давальческого материала в размере 1 247 774 рубля47 копеек.

Возражения субподрядчика в данной части суд находит обоснованными в связи со следующими обстоятельствами.

Пунктом 1 статьи 713 ГК РФ установлено, что подрядчик обязан использовать предоставленный заказчиком материал экономно и расчетливо, после окончания работы представить заказчику отчет об израсходовании материала, а также возвратить его остаток либо с согласия заказчика уменьшить цену работы с учетом стоимости остающегося у подрядчика неиспользованного материала.

Как следует из пункта 6.23 договора, по завершении работ (этапа работ, отдельных видов работ) субподрядчик обязуется передать, а подрядчик принять поставленные подрядчиком материалы, конструкции, изделия и оборудование, которые не были использованы в ходе работ (по причине изменений рабочей документации или другим, не зависящим от субподрядчика причинам) путем их возврата на склад подрядчика. Расходы по возврату неиспользованных ТМЦ несет субподрядчик за свой счет. Возвращаемые неиспользованные ТМЦ должны быть сортированы по номенклатуре, маркам и размерам с обязательным приложением копий сертификатов качества, паспортов или иными документами, переданными в свое время субподрядчику подрядчиком.

Порядок расчетов за ТМЦ, полученные субподрядчиком у подрядчика, предусматривает, что субподрядчик ежемесячно составляет ведомость - отчет о полученных у подрядчика и использованных при производстве работ материалов (давальческие материалы), по мере их фактического вовлечения в производство.

По завершении работ субподрядчик в течение 10 (десяти) календарных дней сдает на склад подрядчика непереработанные материалы, неиспользованные материалы, конструкции, оборудование, изделия по накладной на отпуск материалов па сторону (форма М-15) с пометкой «давальческие».

Как следует из содержания акта выполненных работ по форме КС-2 от 18.09.2019 №ZSN.0311-6713 КС2-981 на сумму 2 354 097 рублей 60 копеек, ТМЦ, предоставленные подрядчиком, использовались субподрядчиком при выполнении работ, указанных в данном акте.

Согласно ведомости-отчета от 18.09.2019 о полученных и использованных в строительстве материалов и расшифровке давальческих материалов за субподрядчиком имеется задолженность по ТМЦ в сумме 536 351 рубля 73 копеек (представлены субподрядчиком в электронном виде 27.12.2021).

В силу части 1 статьи 65, части 1 статьи 66 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений путем предоставления соответствующих доказательств.

По результатам анализа и оценки доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ суд разрешает спор в пользу стороны, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника.

При этом бремя доказывания стороной своих требований и возражений должно быть потенциально реализуемым, исходя из объективно существующих возможностей в собирании тех или иных доказательств с учетом характера правоотношения и положения в нем соответствующего субъекта, а также добросовестной реализации процессуальных прав.

В связи с этим сторона процесса вправе представить в подтверждение своих требований или возражений определенные доказательства, которые могут быть признаны судом минимально достаточными для подтверждения обстоятельств, на которые ссылается такая сторона, при отсутствии их опровержения другой стороной спора.

Иными словами, представление суду утверждающим лицом доказательств, указывающих на его правоту и не скомпрометированных его процессуальным противником, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

В подобной ситуации обязанность по раскрытию доказательств перед судом переходит к противной стороне, которая, действуя добросовестно в соответствии с частью 2 статьи 41 АПК РФ, обязана их раскрыть. В ином случае на эту сторону ложатся негативные последствия в виде вывода суда о существовании того обстоятельства, о котором утверждает ее процессуальный оппонент, не располагающий всей полнотой доказательств.

Вышеизложенные возражения субподрядчика относительно задолженности по давальческим материалам в сумме 1 247 774 рублей 47 копеек подрядчиком не оспорены, расчеты по остаткам давальческих материалов, представленные объединением, обществом не опровергнуты.

Довод ответчика о неполучении ведомостей-отчетов к одностороннему акту опровергается материалами дела, сопроводительное письмо от 25.09.2019 содержит сведения об их направлении подрядчику одновременно с односторонним актом.

Учитывая, что судом установлен факт выполнения субподрядчиком работ, отраженных в одностороннем акте, в том числе с использованием давальческого материала, а, следовательно, имело место его фактическое использование и вовлечение в результат работ, у суда отсутствуют основания не доверять расчетам истца и критически к ним относиться при условии их неопровержения ответчиком.

В судебном заседании представитель истца подтвердил отсутствие фактической возможности возврата материала подрядчику в натуре, не возражал относительно удовлетворения требования в данной части в сумме 536 351 рубля 73 копеек.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о законности и обоснованности встречных требований подрядчика только в данной сумме. В удовлетворении остальной части встречных исковых требований суд отказывает.

По результатам рассмотрения первоначального и встречного исков суд пришел к следующим выводам:

- взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж» в пользу акционерного общества Производственное объединение «Уралэнергомонтаж» 2 839 799 рублей 47 копеек, в том числе 2 217 999 рублей 52 копейки - сумму задолженности, 400 000 рублей - неосновательного обогащения, 221 799 рублей 95 копеек - пени; в удовлетворении остальной части исковых требований отказать;

- взыскать с акционерного общества Производственное объединение «Уралэнергомонтаж» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж» 536 351 рубль 73 копейки - стоимость неизрасходованных и невозвращенных давальческих материалов; в удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказать.

По правилам статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины подлежат возмещению пропорционально удовлетворенным требованиям в рамках каждого иска.

Излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возвращению сторонам из средств федерального бюджета.

В соответствии с абзацем вторым части 5 статьи 170 АПК РФ при полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета.

Данная норма АПК РФ непосредственно связана со статьей 410 ГК РФ, предусматривающей, что одним из оснований прекращения обязательств является зачет. При этом процессуальные действия по подаче встречного иска, основанные на одностороннем волеизъявлении, согласуются с гражданско-правовой природой зачета, для которого тоже достаточно заявления одной стороны.

В силу пункта 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут возникать, а равным образом прекращаться вследствие принятия судебного решения.

В результате зачета требований по первоначальному и встречному искам (часть 5 статьи 170 АПК РФ) с общества с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж» в пользу акционерного общества Производственное объединение «Уралэнергомонтаж» подлежит взысканию 2 303 447 рублей 74 копейки, в том числе 1 681 647 рублей79 копеек - сумма задолженности, 400 000 рублей - неосновательного обогащения, 221 799 рублей 95 копеек - пени, а также 24 738 рублей 16 копеек - судебные расходы по уплате государственной пошлины.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 9, 16, 64, 65, 71, 167, 168, 169, 170, 171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

РЕШИЛ:

исковые требования акционерного общества Производственное объединение «Уралэнергомонтаж» удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж» в пользу акционерного общества Производственное объединение «Уралэнергомонтаж» 2 839 799 рублей 47 копеек, в том числе 2 217 999 рублей 52 копейки - сумму задолженности, 400 000 рублей - неосновательного обогащения, 221 799 рублей 95 копеек - пени, а также 33 873 рубля 50 копеек - судебные расходы по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Встречные исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж» удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества Производственное объединение «Уралэнергомонтаж» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж» 536 351 рубль 73 копейки - стоимость неизрасходованных и невозвращенных давальческих материалов, а также 9 135 рублей 34 копейки - судебные расходы по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказать.

Произвести зачет встречных исковых требований.

По результатам произведенного зачета взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж» в пользу акционерного общества Производственное объединение «Уралэнергомонтаж» 2 303 447 рублей 74 копейки, в том числе 1 681 647 рублей 79 копеек - сумму задолженности, 400 000 рублей - неосновательного обогащения, 221 799 рублей 95 копеек - пени, а также 24 738 рублей 16 копеек - судебные расходы по уплате государственной пошлины.

Возвратить акционерному обществу Производственное объединение «Уралэнергомонтаж» из федерального бюджета государственную пошлину в размере1 595 рублей, уплаченную по платежному поручению № 8105 от 04.05.2018.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Нефтьмонтаж»из федерального бюджета государственную пошлину в размере 9 008 рублей, уплаченную по платежному поручению № 1646 от 08.09.2021.

Настоящее решение может быть обжаловано в Восьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы. Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в суд кассационной инстанции при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения, вынесенного в виде отдельного судебного акта, на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.



Судья Е.В. Инкина