Решение от 28 декабря 2020 г. по делу № А45-8878/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

дело № А45-8878/2020
Г. Новосибирск
28 декабря 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 21 декабря 2020 года.

В полном объеме решение изготовлено 28 декабря 2020 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Смеречинской Я.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Механика» (ОГРН <***>, ИНН <***>, г. Иркутск)

к обществу с ограниченной ответственностью «Автоматика.Проектирование.Монтаж» (ОГРН <***>, ИНН <***>, г. Новосибирск),

третьи лица: акционерное общество «Енисейская территориальная генерирующая компания (ТГК-13)» (ОГРН <***>, ИНН <***>, г. Красноярск), общество с ограниченной ответственностью «Байкалекс» (ОГРН <***>, ИНН <***>, г. Иркутск),

о расторжении договора в части исполнения договора о поставке одного аппарата УВО 1.01, поставленного во исполнение спецификации № 2 от 25.05.2016; об обязании возвратить денежные средства в сумме 595 000 рублей, оплаченных за аппарат УВО 1.01; возмещении убытков в сумме 190 000 рублей за ремонтные работы, расходов на судебную экспертизу в сумме 70 800 рублей,

при участии в судебном заседании представителя истца ФИО2 по доверенности от 19.03.2020 (онлайн-заседание), представителя ответчика ФИО3 по доверенности от 15.06.2020,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Механика» (далее – ООО «Механика») обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Автоматика.Проектирование.Монтаж» (далее – ООО «АПМ») о расторжении договора в части исполнения договора о поставке одного аппарата УВО 1.01, поставленного во исполнение спецификации № 2 от 25.05.2016, обязании ответчика вывезти аппарат УВО 1.01 со склада истца, обязании вернуть денежные средства в сумме 595 000 рублей, оплаченные за аппарат УВО 1.01, возмещении убытков в размере 190 000 рублей за ремонтные работы, 70800 рублей судебной экспертизы, возмещении расходов по уплате государственной пошлины, с учетом изменения истцом исковых требований по правилам статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), принятого судом.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерное общество «Енисейская территориальная генерирующая компания (ТГК-13)» (далее – АО «Енисейская ТКГ (ТКГ-13)»), общество с ограниченной ответственностью «Байкалекс» (далее – ООО «Байкалекс»).

Исковые требования ООО «Механика» обоснованы ссылками на статьи 15, 475, 522 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы передачей ответчиком по договору поставки товара (оборудования, включающего четыре дальнобойных аппарата УВО-1.01) ненадлежащего качества, что привело к возникновению у истца убытков в связи с ремонтом оборудования, оплатой судебной экспертизы.

Ответчик, возражая против иска, представил отзывы на исковое заявление, ссылается на недоказанность выявления ненадлежащего качества в период действия гарантийного срока на оборудование, отсутствие уведомления о выявлении недостатков товара в пределах гарантийного срока; выполнение шеф-монтажа и пусконаладочных работ оборудования производились не ООО «АПМ», а иным лицом, что исключает возможность установить условия выполнения указанных работ; аппараты УВО-1.01 смонтированы без проекта; ссылается на экспертное заключение, выполненное в рамках судебной экспертизы по делу по иску АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)» к ООО «Механика», которым установлена конструктивная недоработка – отсутствие защиты от пыли и воды, в то время как ООО «АПМ» поставило аппараты УВО-1.01, оборудованные защитными кожухами, обеспечивающими такую защиту, полагает, что неисправность товара, выявленная его конечным покупателем, возникла в результате недостатков монтажа и пусконаладочных работ, эксплуатации оборудования в отсутствие защитных кожухов; ремонт оборудования выполнялся без привлечения изготовителя или уполномоченной сервисной организации, что исключает распространение гарантийных обязательств ответчика на данный случай; ответчик не принимал участия в проведении экспертизы, совместный с ним акт осмотра оборудования не составлялся; заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)», ООО «Байкалекс», получившие судебные извещения согласно почтовым уведомлениям, извещенные о времени и месте судебного разбирательства посредством публичного размещения определения суда на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет по правилам части 1 статьи 122 АПК РФ, представителей в судебное заседание не направили, ходатайства об отложении судебного разбирательства не заявили.

ООО «Байкалекс» представило отзыв на исковое заявление и письменные пояснения (т. 1 л.д. 77-79, т. 3 л.д. 70-71), поддержало доводы истца, исковые требования считает подлежащими удовлетворению; сообщило, что в апреле-мае 2020 года демонтировало аппараты водяной очистки УВО-1.01, в июне 2020 года получило эти аппараты и приступило к их дефектовке и ремонту; в настоящее время все аппараты полностью разобраны, отдефектованы, заменена большая часть узлов, деталей и даже агрегатов, произведена механическая обработка конструкции, модернизация аппаратов для устранения ранее выявленных недоработок, отгрузка аппаратов на Красноярскую ТЭЦ-2 запланирована после их сборки, испытаний на октябрь-ноябрь 2020 года, все работы выполнены силами ООО «Байкалекс»; изготовлен один новый аппарат УВО-1.01, его поставка планируется одновременно с остальными аппаратами; проведение экспертного исследования аппаратов считает невозможным, так как отремонтированные аппараты не соответствуют тому состоянию, в котором они поступили в ремонт, снятые узлы и детали утилизированы.

АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)» представило отзыв на исковое заявление (т. 2 л.д. 22-24), сообщило о выявлении недостатков оборудования, поставленного ООО «Механика» и смонтированного на котлоагрегате ст. № 1 Красноярской ТЭЦ-2 (четырех аппаратов водяной очистки УВО-1.01), несмотря на неоднократные требования об устранении недостатков и попытки ООО «Механика» отремонтировать оборудование, аппараты продолжали выходить из строя; АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с требованием об устранении недостатков поставленного товара и оплате убытков, в ходе судебного разбирательства его сторонами заключено мировое соглашение, которое не исполнено до настоящего времени; исковые требования ООО «Механика» считает не подлежащими удовлетворению, ссылается на недоказанность расходов истца на ремонтные работы в сумме 190 000 рублей; поддержало заявление ответчика о пропуске срока исковой давности.

Принимая во внимание наличие доказательств надлежащего извещения третьих лиц о времени и месте судебного разбирательства, арбитражный суд рассматривает дело в отсутствие их представителей по правилам статьи 156 АПК РФ.

При рассмотрении дела истец представил заявление об отказе от требования об обязании ответчика вывезти аппарат УВО-1.01 со склада истца (т. 3 л.д. 11, 21).

В соответствии с частью 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично. Арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этом случаях суд рассматривает дело по существу (часть 5 статьи 49 АПК РФ).

Заявление ООО «Механика» об отказе от исковых требований о взыскании основного долга подписано представителем ФИО2, полномочия которого на отказ от исковых требований подтверждены представленной суду доверенностью от 19.03.2020, действующей на дату судебного заседания.

Проверив отказ истца от исковых требований в части взыскания задолженности по возврату суммы предварительной оплаты по правилам статьи 49 АПК РФ, арбитражный суд приходит к выводу, что заявленный представителем истца отказ не противоречит закону, не нарушает права других лиц.

Согласно пункту 4 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

Отказ истца от исковых требований в части взыскания основного долга принят судом. Производство по делу в данной части подлежит прекращению на основании подпункта 4 пункта 1 статьи 150 АПК РФ.

Исследовав представленные истцом доказательства и приводимые им доводы, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, арбитражный суд установил следующее.

Как усматривается из материалов дела, между ООО «Механика» (заказчик) и ООО «АПМ» (подрядчик) заключен договор от 25.05.2016 № 7/16 (т. 1 л.д. 28-29), по условиям которого заказчик поручает и оплачивает, а подрядчик обязуется исполнить следующие работы: изготовление и поставку оборудования согласно спецификациям, являющимся неотъемлемой частью договора, изготовление упаковочной тары и упаковки изготовленного оборудования; организацию транспортно-экспедиционных услуг по доставке изготовленного оборудования (пункт 1.1). Перечень оборудования, сроки поставки и цены определяются спецификацией (пункт 1.2). Технические требования к оборудованию определяются техническим заданием, согласованным обеими сторонами и являющимся неотъемлемой частью договора (приложение № 2) (пункт 1.3).

Обязательства подрядчика согласованы сторонами в разделе 4 договора и включали выполнение всех работ, указанных в пункте 1.1 договора, в объеме, предусмотренном техническим заданием, и сдачу результата работ заказчику в установленные сроки; качество работ должно соответствовать установленным стандартам, требованиям технического задания и быть пригодно для тех целей, для которых заказчик планирует использовать результат выполненных работ (пункт 4.1.1).

В соответствии с пунктом 1.1 договора сторонами согласована спецификация № 2 от 25.05.2016, предусматривавшая изготовление и поставку терминала АПМ ТЛА 1.016.СО.ОД-4 в количестве 1 штука по цене 580 000 рублей, аппаратов УВО-1.01 в количестве 4 штук по цене 595 000; упаковочной тары (ящиков) в количестве 5 штук стоимостью 38 000 рублей.

Общая стоимость товара составила 2 998 000 рублей и была оплачена ООО «Механика» в полном объеме по платежным поручениям от 12.09.2016 № 148 на сумму 200 000 рублей, от 06.07.2016 на сумму 407 000 рублей, от 22.06.2016 № 90 на сумму 185 000 рублей, от 25.05.2016 № 77 на сумму 888 000 рублей, от 02.11.2016 № 193 на сумму 462 800 рублей, от 02.11.2016 № 192 на сумму 2 088 900 рублей, от 26.09.2016 № 156 на сумму 392 000 рублей (т. 1 л.д. 119-125).

Спорное оборудование приобреталось истцом для его дальнейшей поставки покупателю АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)» на основании договора поставки от 13.05.2016 № ЕТГК-16/51, согласно пункту 1.1 которого ООО «Мехника» как поставщик приняло обязательства по заданию покупателя (приложение № 1) поставить оборудование в собственность покупателя и выполнить шеф-монтажные и шеф-наладочные работы по проекту «Реконструкция схемы очистки топочных экранов с установкой аппаратов водяной обдувки котлов БКЗ 420-140 ст. № 1 на филиале «Красноярская ТЭЦ-2» АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)», а покупатель принял обязательства принять оборудование и выполненные работы и оплатить его на условиях договора. Характеристики товара, его наименование, количество, сведения об изготовителе сторонами подлежали согласованию в спецификации (приложении № 2) к договору (т. 1 л.д. 30-39).

ООО «АПМ» произвело поставку товара в адрес ООО «Механика» по товарной накладной от 02.09.2016 № 5, счету-фактуре от 02.09.2016 № 11 (т. 1 л.д. 115-116, т. 2 л.д. 141-142).

В тот же день ООО «Механика» составлены счеты-фактура от 02.09.2016 № 000003, товарная накладная от 02.09.2016 № 4, которыми зафиксирована передача оборудования (терминала локальной автоматики котельного оборудования типа АПМ, устройств водяной очистки УВО-1.01) в адрес АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)», передаточные документы подписаны истцом совместно с филиалом «Красноярская ТЭЦ-2».

Шеф-монтажные и пуско-наладочные работы оборудования в месте его установки выполнены истцом с привлечением подрядной организации ООО «Байкалекс» на основании договора подряда от 06.10.2016 № 1528, по условиям которого последнее как подрядчик обязалось выполнить пуско-наладочные работы четырех аппаратов сажеобдувки Красноярской ТЭЦ-2 в соответствии с программой наладки.

Выполнение истцом шеф-монтажных работ завершилось проведением технического совещания с составлением протокола с участием представителей ООО «Механика», утвержденного главным инженером Красноярской ТЭЦ-2 17.11.2016 (т. 1 л.д. 135-137).

29.11.2016 ООО «Механика» и АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)» составлены совместные акты о выполнении шеф-монтажных и пуско-наладочных работ по договору от 13.05.2016 № ЕТГК-16/51.

В период с января по июль 2017 года АО «Енисейская ТГК (ТГК_13)» неоднократно обращалось к ООО «Механика» с требованиями о проведении гарантийного ремонта, представляло акты осмотра оборудования (т. 3 л.д. 104-118).

В связи с выявлением недостатков оборудования истец обращался к ООО «АПМ», направляя в адрес последнего электронные письма в период с мая 2017 года по апрель 2019 года, содержание которых зафиксировано при составлении протокола осмотра письменных доказательств нотариусом Иркутского нотариального округа ФИО4 от 16.07.2020 (т. 2 л.д. 84-136).

В связи с выявлением недостатков товара АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к ООО «Механика» об обязании устранить недостатки товара в разумный срок, взыскании 165 300 рублей 59 копеек убытков, 460 550 рублей штрафа за поставку некачественного товара и не устранение дефектов в срок по договору поставки от 13.05.2016 № ЕТГК-16/51.

При рассмотрении Арбитражным судом Красноярского края дела № А33-13482/2018 проведена судебная экспертиза, составлено экспертное заключение от 23.11.2018 экспертом ФИО5, - главным специалистом котельного отдела ООО «СибВТИ», в рамках которой проведены экспертные осмотры системы водяной очистки с аппаратами УВО-1.01 котла ст. № 1 Красноярской ТЭЦ-2 с составлением актов от 01.11.2018 № 1 и от 16.11.2018 № 2.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 13.06.2019 по делу № А33-13482/2018 утверждено мировое соглашение, заключенное между АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)» и ООО «Механика», по условиям которого последнее обязалось произвести и поставить новый модернизированный (улучшенный) аппарат устройства водяной очистки УВО-1.01 2019 года, в количестве 1 шт., с техническими характеристиками, соответствующими техническому заданию к договору поставки №ЕТГК-16/51 от 13.05.2016г. на поставку оборудования по проекту «Реконструкция схемы очистки топочных экранов с установкой аппаратов водяной обдувки котла БКЗ 420-140 ст.№1 на филиале «Красноярская ТЭЦ-2» АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)» в комплекте с паспортом и инструкцией по эксплуатации; срок сентябрь 2019 года; произвести ремонт трех ранее поставленных по договору аппаратов водяной очистки в установленном сторонами объеме.

Расходы на оплату судебной экспертизы возмещены ООО «Механика» в пользу АО «Енисейская ТГК (ТГК-13» в сумме 73 800 рублей по платежному поручению от 28.11.2019 № 416 (т. 1 л.д. 118).

С целью проведения ремонта аппаратов УВО -1.01 ООО «Механика» (заказчик) заключило с ООО «Байкалекс» (подрядчик) договор от 16.05.2019 № 16052019, дополнительным соглашением от 26.07.2019 № 4 к которому предусмотрено производство и поставка дальнобойного аппарата водяной обмывки УВО-1.01 стоимостью 595 000 рублей, дополнительным соглашением от 26.07.2019 № 5 предусмотрено выполнение ремонтных работ дальнобойного аппарата УВО-1.01 общей стоимостью 190 000 рублей (т. 1 л.д. 95-101).

Поставка оборудования произведена ООО «Байкалекс» в адрес ООО «Механика» по универсальному передаточному документу от 27.09.2019 (т. 1 л.д. 102). Оплата произведена ООО «Механика» по платежному поручению от 23.10.2019 № 379 на сумму 590 000 рублей (т. 1 л.д. 126).

17.05.2019 ООО «Механика» направило в адрес ООО «АПМ» письмо № 3671, предложив распределить расходы по ремонту трех аппаратов и приобретению нового аппарата УВО-1.01 (т. 1 л.д. 52).

27.12.2019 истец направил в адрес ответчика претензию от 27.12.2019 № 3774, в которой изложил заявление об отказе от договора в части поставки одного аппарата УВО-1.01 (т. 1 л.д. 53-56).

Неисполнение ответчиком претензионных требований послужило основанием для обращения ООО «Механика» в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Исходя из содержания и смысла пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и части 1 статьи 4 АПК РФ правом на судебную защиту обладает лицо, права и охраняемые законом интересы которого нарушены либо оспорены.

Защита гражданских прав осуществляется способами, перечисленными статьей 12 ГК РФ, либо иными способами, предусмотренными законом.

По смыслу статьи 12 ГК РФ способы защиты подлежат применению в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения.

Из вышеприведенных норм следует, что право на обращение в суд за судебной защитой - это установленная законом возможность всякого заинтересованного лица обратиться в суд для возбуждения производства судебной деятельности в целях защиты нарушенного или оспоренного (действительного или предполагаемого) права или охраняемого законом интереса. Заинтересованное лицо, обратившись в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Кодексом, должно доказать суду, в чем заключается нарушение его прав и каким образом, в случае удовлетворении иска, это приведет к восстановлению его нарушенного права.

Статьями 9, 65 АПК РФ закреплен принцип состязательности участников арбитражного процесса, согласно которому каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой (пункт 4 статьи 421 ГК РФ). Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Согласно статье 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Проанализировав условия договора от 25.05.2016 № 7/16 в их взаимосвязи, приняв во внимание буквальное значение содержащихся в договоре слов и выражений, с учетом направленности общей воли сторон на изготовление и передачу для использования в предпринимательской деятельности продукции, согласованной в спецификациях (терминала автоматики АПМ, аппаратов обдувки УВО-1.01), суд полагает, что в нем присутствуют условия, относящиеся к регулированию правоотношений по договору поставки. При этом положения статьи 506 ГК РФ допускают передачу по договору поставки как приобретенных поставщиком товаров, так и производимых им товаров.

В соответствии с частью 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли – продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороны (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). К отдельным видам договора купли – продажи, в частности, к договору поставки товаров, применяются положения, предусмотренные параграфом 1 главы 30 ГК РФ (часть 5 статьи 454 ГК РФ).

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу пункта 5 статьи 454 ГК РФ к договору поставки товаров применяются положения о купле - продаже (параграф 1 главы 30 Кодекса), если иное не предусмотрено правилами об этих видах договоров.

Согласно пункту 1 статьи 469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. Если продавец при заключении договора был поставлен покупателем в известность о конкретных целях приобретения товара, продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для использования в соответствии с этими целями (пункт 2 статьи 469 ГК РФ).

Статьей 470 ГК РФ установлено, что товар, который продавец обязан передать покупателю, должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 Кодекса, в момент передачи покупателю, если иной момент определения соответствия товара этим требованиям не предусмотрен договором купли-продажи, и в пределах разумного срока должен быть пригодным для целей, для которых товары такого рода обычно используются. В случае, когда договором купли-продажи предусмотрено предоставление продавцом гарантии качества товара, продавец обязан передать покупателю товар, который должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 Кодекса, в течение определенного времени, установленного договором (гарантийного срока).

По смыслу статей 469, 470 ГК РФ товар должен соответствовать требованиям, согласованным сторонами в договоре. При этом требования к качеству товара не ограничиваются его соответствием техническому описанию в момент передачи поставщиком, товар должен обладать фактической пригодностью при его эксплуатации в течение согласованного сторонами срока.

Исходя из условий договора от 25.05.2016 № 7/16, при его заключении сторонами согласованы требования к его составу согласно спецификации и качеству, определенные техническим заданием (пункты 1.2, 1.3, 4.1.1).

При заключении договора сторонами составлено техническое задание № 2 к спецификации № 1 от 25.05.2016 на поставку оборудования для паровой и водяной очистки конвективных поверхностей парового котла Е-230-13,8-560 КБТ Сахалинской ГРЭС-2. Из пояснений представителей сторон в судебных заседаниях следует, что никакие другие технические задания к договору сторонами не согласовывались.

В пункте 6.4 договора установлен гарантийный срок на оборудование, составляющий 24 месяца с момента ввода в эксплуатацию, но не более 36 месяцев с момента поставки оборудования на склад грузополучателя.

В силу пункта 1 статьи 475 ГК РФ, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара. В случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы, либо потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору (пункт 2 статьи 475 ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 476 ГК РФ продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого момента. В случае если на товар продавцом была предоставлена гарантия качества, то продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы (пункт 2 статьи 476 ГК РФ).

Из положений статьи 476 ГК РФ следует, что бремя доказывания причин возникновения недостатков товара распределяется между сторонами договора купли-продажи (поставки) в зависимости от того, установлен ли на товар гарантийный срок.

Следовательно, в соответствии с указанными нормами права применительно к данному спору покупатель должен доказать существенность недостатков, возникших до его передачи, а продавец - подтвердить факт возникновения недостатков уже после передачи товара покупателю и вследствие событий, оговоренных в пункте 2 статьи 476 ГК РФ. При этом в случае представления доказательств наличия недостатков товара, обнаруженных в пределах гарантийного срока, действует презумпция возникновения этих недостатков до передачи товара покупателю и по причинам, не связанным с его эксплуатацией. Такая презумпция может быть опровергнута продавцом представлением доказательств возникновения недостатков товара после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы.

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 471 ГК РФ, гарантийный срок начинает течь с момента передачи товара покупателю, если иное не предусмотрено договором купли-продажи.

В рассматриваемом случае течение гарантийного срока на оборудование началось с момента завершения пусконаладочных работ, зафиксированного протоколом технического совещания по результатам проведения шеф-монтажных работ на КА № 1 Красноярской ТЭЦ-2 от 17.11.2016. Соответственно, 24 месяца гарантийного срока с момента ввода оборудования в эксплуатацию истекли 17.11.2018.

Анализ представленной в дело документации, в том числе актов обследования, писем АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)», адресованных ответчику электронных писем истца показывает, что недостатки оборудования, препятствующие его нормальной эксплуатации, были выявлены в период с января 2017 года, о наличии таких недостатков истец извещал ответчика электронными письмами с мая 2017 года.

Представленная в дело переписка свидетельствует об осведомленности ответчика о недостатках товара, выявленных в процессе его эксплуатации, в пределах гарантийного срока.

Следуя материалам дела, недостатки оборудования установлены при проведении судебной экспертизы в рамках судебного дела № А33-13482/2018, находившегося на рассмотрении Арбитражного суда Красноярского края, рассмотрение которого завершилось утверждением судом мирового соглашения.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Определение Арбитражного суда Красноярского края от 13.06.2019 по делу № А33-13482/2018, вопреки доводам истца, не создает никакой преюдиции при рассмотрении настоящего дела, поскольку данным судебным актом утверждено мировое соглашение, то есть соглашение сторон, представляющее собой сделку, вследствие чего к этому соглашению, являющемуся одним из средств защиты субъективных прав, помимо норм процессуального права, подлежат применению нормы гражданского права о договорах, в том числе правила о свободе договора. Изложенное соответствует правовому подходу, сформулированному в пункте 9 постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2014 № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе».

Вместе с этим арбитражный суд принимает как надлежащие и достоверные доказательства акты осмотра от 01.11.2018 № 1, от 16.11.2018 № 2, экспертное заключение от 23.11.2018, составленные при проведении судебной экспертизы в рамках дела № А33-13482/2018, поскольку квалификация эксперта ООО «СибВТИ» ФИО5 подтверждена документально при рассмотрении настоящего дела, документы составлены по результатам натурного осмотра экспертом спорного оборудования в месте его установки, обстоятельства, установленные при проведении указанной экспертизы участвующими в деле лицами не оспорены в ходе рассмотрения дела и доводы в опровержение этих обстоятельств этими лицами не заявлены.

Как следует из экспертного заключения от 23.11.2018, экспертом установлено следующее:

- техническим заданием к договору от 13.05.2016 № ЕТГК-16/51, заключенному между ООО «Механика» и АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)», предусматривалась установка аппарата УВО-1.01 на котле № 1 по проекту 7-171.8/321, разработанному ОАО «Сибирский ЭНТЦ», проект требовал корректировки для установки аппаратов УВО-1.01 на котел, которая произведена не была, то есть аппараты установлены без проекта;

- эксплуатация аппаратов УВО-1.01 осуществлялась в отсутствие защиты от попадания воды и пыли;

- конструктивные особенности аппаратов по изменению угловой скорости перемещения гидромонитора по горизонтали не соответствуют требованиям технического задания к договору от 13.05.2016 № ЕТГК-16/51;

- масса аппарата предусмотрена техническим заданием к указанному выше договору не более 220 кг, а в паспорте УВО-1.01 масса указана 360 кг;

- аппараты находятся в неработающем состоянии, периодически происходит отказ УВО № 2, основной характер отказов – отсутствие движения гидромонитора в автоматическом режиме без индикации аварийной ситуации, сопровождаемый неконтролируемой подачей воды в топочную камеру котла. Основная причина недостатков – это загрязнение приводов горизонтального и вертикального перемещения, что обусловлено конструктивной недоработкой – отсутствием защиты пыли и воды.

В экспертном заключении изложен вывод об обусловленности ненадежной работы аппаратов УВО-1.01 их конструктивными недостатками, отсутствием рабочего проекта их установки, дефектами монтажа, ненадлежащим шеф-монтажем и наладкой.

Выводы, изложенные в экспертном заключении, согласуются с имеющимися в деле материалами, в том числе техническим заданием к договору от 13.05.2016 № ЕТГК-16/51, актами осмотра, составленными в период с января по май 2017 года, протоколом от 17.11.2016, дефектовочной ведомостью от 19.06.2017, и подтверждаются актами осмотров от 01.11.2018 № 1 и от 16.11.2018 № 2, последний из которых составлен с участием представителя истца.

Вместе с этим из руководства по эксплуатации оборудования (аппаратов УВО-1.01), представленных ООО «Байкалекс», следует, что конструкция аппаратов предусматривала устройство защитных кожухов на стойках и корпусе аппаратов (рисунок 1).

Представленной ответчиком экспликацией (сборочным чертежом) на оборудование также подтверждается включение защитного кожуха в состав комплектации аппарата УВО-1.01.

Поставка ответчиком аппаратов УВО-1.01 в комплектации, включающей защитные кожухи стоек и корпуса аппарата, усматривается из следующих материалов:

- протокола от 17.11.2016, которым предписано устранить недостатки монтажа оборудования путем монтажа защитных кожухов на горизонтальных и вертикальных стойках аппаратов;

- акта диагностики дальнобойных аппаратов обдувки УВО-1.01 от 11.11.2016, составленного ООО «ЭнергоТеплоПроект»;

- фотоматериалов, направленных истцом в адрес ответчика в составе электронной переписки, зафиксированной нотариальным протоколом осмотра доказательств.

При этом суд принимает во внимание выполнение шеф-монтажных работ не ответчиком как изготовителем оборудования, а непосредственно истцом и иным лицом, привлеченным истцом. Подрядной организацией, выполнявшей пуско-наладочные, являлось ООО «Байкалекс», что следует из пояснений представителей ООО «Механика» и ООО «Байкалекс» и договора подряда от 06.10.2016 № 1528. В свою очередь ООО «Байкалекс» привлекло ООО «ЭнергоТеплоПроект» для выполнения пусконаладочных работ на основании договора подряда от 06.10.2016 № 17/16-ЭТП.

Согласно руководства по эксплуатации аппаратов УВО-1.01 наладка изделий к использованию должна производится на холодном котле (пункт 3.3.2).

Тем же руководством по эксплуатации установлено, что в случае нарушения правил ввода в эксплуатацию, эксплуатации и технического обслуживания претензии к работе УВО не принимаются.

Анализ представленных суду доказательств в их взаимосвязи показывает отсутствие вины ООО «АПМ» как изготовителя оборудования в конструктивном недостатке товара – отсутствии защитных кожухов. Такой недостаток возник в результате монтажа оборудования без установки этих кожухов, поскольку материалами дела подтверждена поставки в комплектации, предусматривающей их установку.

Остальные дефекты работы оборудования обусловлены недостатками монтажных работ, выполненных непосредственно истцом и привлеченными им подрядными организациями, в отсутствие проекта с нарушением специальных требований к оборудованию, установленных техническим заданием, обязательным в рамках договора между ООО «Механика» и АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)».

Выполнение монтажных работ и пуско-наладочных работ не ответчиком, а иными лицами, исключает вину ответчика в возникновении недостатков, возникших в результате этих работ.

Требования к оборудованию, установленные техническим заданием к договору от 13.05.2016 3 ЕТГК-16/51, являлись обязательными для выполнения ООО «АПМ» при изготовлении оборудования, поскольку такие требования не были доведены до сведения ответчика при заключении договора от 25.05.2016 № 7/16, техническое задание к договору на изготовление оборудования для Красноярской ТЭЦ-2 сторонами не заключалось, специальные технические требования не согласовывались. Обратное из материалов дела не усматривается.

При этом из актов экспертного осмотра от 01.11.2016 № 1, от 16.11.2016 № 2, экспертного заключения следует, что аппараты УВО-1.01 в полной мере соответствовали условиям технического задания, изложенным в приложении № 2 к договору от 25.05.2016.

Таким образом, совокупностью представленных в дело материалов, согласующихся между собой, подтверждается наличие недостатков товара, за которые отвечает ООО «Механика» как поставщик перед АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)» как покупателем в рамках договора поставки от 13.05.2016 № ЕТГК-16/51. Однако наличие недостатков, возникших по причинам, имевшим место до передачи товара покупателю, за которые отвечает ООО «АПМ», опровергается материалами дела.

По смыслу статей 475, 476 ГК РФ предъявлением требований, предусмотренных пунктом 2 статьи 475 ГК РФ, могут быть восстановлены права покупателя, лишившегося по вине поставщика (изготовителя) товара того, на что вправе был рассчитывать при заключении договора, то есть возможности использования товара по назначению без необходимости его систематического ремонта, в том числе и по причине заводского характера.

В рассматриваемом случае представленными суду доказательствами подтверждается возникновение недостатков товара, возникших по причинам, не связанным с его изготовлением или транспортировкой до передачи покупателю, вина ответчика в возникновении этих недостатков при рассмотрении дела не установлена.

Статьей 450 ГК РФ предусмотрена возможность расторжения договора по соглашению сторон или по решению суда по требованию одной из сторон.

В силу пункта 2 статьи 452 ГК РФ требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

По смыслу приведенных выше норм, договор купли – продажи может быть расторгнут по решению суда по требованию покупателя в случае, если установлено наличие существенного нарушения требований к качеству товара и отказ продавца от расторжения договора либо неполучение ответа продавца на требование о расторжении договора.

При этом нарушение требований к качеству товара может быть признано существенным, если обнаружены неустранимые недостатки, либо аналогичные недостатки проявляются неоднократно после их устранения, либо недостатки имеют характер, препятствующий их устранению без несоразмерных расходов и затрат времени. В любом случае, требование о расторжении договора купли – продажи в связи с ненадлежащим качеством товара может быть заявлено покупателем только тогда, когда покупатель не может пользоваться товаром в течение длительного времени именно в связи с недостатками, связанными с действиями поставщика или изготовителя товара до передачи его покупателю.

В рассматриваемом случае указанные выше обстоятельства, являющиеся основанием для реализации истцом права на отказ от договора, судом не установлены. Напротив, материалами дела опровергнуто утверждение истца об указанных им обстоятельствах.

Таким образом, основания для расторжения договора в данном случае отсутствуют, что исключает возникновение на стороне ответчика обязанности по возврату уплаченных за товар денежных средств.

При рассмотрении данного дела судом рассмотрен вопрос о проведении судебной экспертизы с целью установления характера неисправностей спорного оборудования.

При рассмотрении указанного вопроса суд принимает во внимание обстоятельства демонтажа аппаратов УВО-1.01, пояснения ООО «Байкалекс» о завершившемся ремонте трех аппаратов с их полным разбором и заменой деталей, узлов и агрегатов с их последующей утилизацией. Суд также учитывает содержание представленных истцом акта приема-передачи аппаратов водяной обмывки от 30.05.2020, приказа от 01.06.2020 о хранении и ремонте аппаратов водяной обмывки, не позволяющих установить обстоятельства хранения аппаратов и не содержащих сведения об их хранении в условиях, исключающих доступ и внесение изменений в конструкцию аппаратов.

Кроме того, представленная в дело совокупность доказательств, включая экспертное заключение от 23.11.2018 и акты от 01.11.2018 № 1, от 16.11.2018 № 2, поступившие из Арбитражного суда Красноярского края, позволяют с достаточной достоверностью установить конструктивное и техническое состояние спорного оборудования на момент его осмотра экспертом в месте их монтажа, установленное с применением средств фотофиксации.

При таких обстоятельствах арбитражный суд не усматривает возможности проведения судебной экспертизы при рассмотрении настоящего дела.

По требованиям ООО «Механика» о взыскании убытков, понесенных в связи с ремонтом оборудования в сумме 190 000 рублей и оплатой судебной экспертизы в сумме 70 800 рублей, арбитражный суд исходит из следующего.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление от 23.06.2015 № 25) указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Таким образом, в порядке статьи 15 ГК РФ бремя доказывания распределяется следующим образом: истец, заявивший о взыскании убытков, доказывает, что именно ответчик является лицом, в результате действий которого возник ущерб, а также факты причинения вреда и наличия убытков; в свою очередь, на ответчика, заявляющего об освобождении его от возмещения вреда, возлагается обязанность доказать отсутствие причинной связи между его действиями и причиненным истцу ущербом и, что вред причинен не по его вине, при этом его вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В рассматриваемой ситуации расходы истца по ремонту аппаратов УВО-1.01, приобретению нового аппарата, оплате судебной экспертизы находятся в причинной связи с неисправной работы указанного оборудования.

Вместе с этим при рассмотрении дела участвующими в деле лицами представлено документальное подтверждение возникновения неисправностей товара по причинам, не связанным с его изготовлением и поставкой, что исключает как причинную связь несения истцом указанных выше расходов с поведением ответчика в рамках договора от 25.05.2016 № 7/16, так и наличие признаков противоправного поведения ответчика при исполнении данного договора.

С учетом изложенного материалами дела опровергается существование всей совокупности обстоятельств, необходимых для удовлетворения требования о взыскании убытков.

Организуя защиту против иска, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Кодекса.

Статьей 200 ГК РФ, в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, предусмотрено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются Кодексом и иными законами.

Согласно пункту 3 статьи 202 ГК РФ, если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке (процедура медиации, посредничество, административная процедура и т.п.), течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43) разъяснено, что течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

В силу части 4 статьи 4 АПК РФ право на обращение в арбитражный суд по гражданско-правовому спору, возникшему из договора, может быть реализовано лишь после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не уста6новлены законом или договором.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ в определениях от 23.09.2010 № 1155-О-О, от 21.04.2011 № 558-О-О, установление в законе срока исковой давности, а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность отношений участников гражданского оборота, поскольку рассмотрение судами крайне задавненных споров влечет существенный риск появления несправедливых судебных решений и затрудняет процесс доказывания для ответчика, который, в отличие от истца, не имеет юридических средств возбудить судебный процесс вовремя.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 1 Постановления № 43, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При этом право на судебную защиту является непосредственно действующим, соответствующие разъяснения изложены в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.07.2016 № 1421-О. Такое право реализуется способами, установленными законом (статья 12 ГК РФ), что при применении правил об исковой давности предполагает необходимость учета специфики их законодательного регулирования и, соответственно, предварительной правовой квалификации заявленного искового требования.

Как видно из письма АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)» от 19.01.2017 с приложением актов осмотра оборудования, адресованных ООО «Механика», истец приобрел осведомленность о выявлении неисправностей аппаратов УВО-1.01 с момента получения этих писем.

Соответственно, течение срока исковой давности следует исчислять с января 2017 года.

В пункте 7.1 договора от 26.05.2016 № 7/16 сторонами согласован обязательный претензионный порядок урегулирования спора, равный 20 календарным дням с момента получения претензии.

Претензия от 27.12.2019 № 3774 направлена истцом в адрес ответчика курьерской доставкой АО «ДХЛ Интернешнл» и получена последним 30.12.2019, что подтверждается письмом курьерской службы от 30.12.22019. Следовательно, в период претензионного урегулирования спора с 31.12.2019 по 20.01.2020, с учетом положений статьи 193 ГК РФ, течение срока исковой давности было приостановлено.

С учетом изложенного, срок исковой давности по требованиям, возникшим из договора от 26.05.2016 № 7/16, истек не позднее 20.02.2020.

Исковое заявление направлено истцом в арбитражный суд почтовой связью 14.04.2020 согласно календарному почтовому штампу на конверте, то есть за пределами трехлетнего срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Установив обстоятельства дела, исследовав по правилам статьи 71 АПК РФ представленные участвующими в деле лицами доказательства и приводимые ими доводы, арбитражный суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований о расторжении договора поставки, взыскании уплаченных за товар денежных средств, взыскании убытков. В части требования об обязании вывезти товар со склада истца производство по делу подлежит прекращению в связи с отказом от иска.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на истца. В связи с отказом истца от искового требования на основании пункта 3 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации возврату истцу подлежит 70% государственной пошлины, уплаченной за рассмотрение судом данного требования, что составляет 4 200 рублей.

В связи с уменьшением истцом размера исковых требований возврату истцу подлежит государственная пошлина в сумме 2 987 рублей.

Поскольку судебная экспертиза при рассмотрении дела не проводилась, возврату ООО «Механика» с депозитного счета арбитражного суда подлежат денежные средства в сумме 20 000 рублей, уплаченные по платежному поручению от 03.11.2020 № 388. Ответчику следует возвратить денежные средства в сумме 108 000 рублей, перечисленные по платежному поручению от 06.11.2020 № 216.

Руководствуясь статьями 110, пунктом 4 части 1 статьи 150, статьями 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Принять отказ общества с ограниченной ответственностью «Механика» от исковых требований в части требования об обязании вывезти аппарат УВО 1.01.

Производство по делу в указанной части прекратить.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Механика» из средств федерального бюджета государственную пошлину в сумме 7 187 рублей.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Механика» с депозитного счета Арбитражного суда Новосибирской области денежные средства в сумме 20 000 рублей, перечисленные по платежному поручению от 03.11.2020 № 388.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Автоматика.Проектирование.Монтаж» с депозитного счета Арбитражного суда Новосибирской области денежные средства в сумме 108 000 рублей, перечисленные по платежному поручению от 06.11.2020 № 216.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.


Судья Я.А. Смеречинская