Постановление от 22 июня 2023 г. по делу № А40-303368/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

22.06.2023 года

Дело № А40-303368/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 15.06.2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 22.06.2023 года.


Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н.,

судей: Коротковой Е.Н., Паньковой Н.М.,

при участии в заседании:

от ФИО1 – представитель ФИО2 (доверенность от 14.04.2023) – участие онлайн

от ООО «СК-Сафис» - представитель ФИО2 (доверенность от 14.04.2023) – участие онлайн

от ПАО «МОЭК» - представитель ФИО3 (доверенность от 13.12.2021) – участие онлайн

от конкурсного управляющего ООО «АМЖ Групп» - представитель ФИО4 (доверенность от 07.10.2022)

от ООО «Эдисонэнерго» - представитель ФИО5 (доверенность от 06.06.2023)

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ООО «СК-Сафис» и ФИО1,

на определение Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2022,постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2023(№09АП-3182/2023 № 09АП-3183/2023 № 09АП-3185/2023),

по заявлению конкурсного управляющего о привлечении Гнездилова МихаилаВладимировича, ФИО1, ООО «Васту Конструкшн»,ФИО6, ФИО7, Збараг ИгоряИвановича, ООО «СК-Сафис», ООО «Эдисонэнерго» к субсидиарнойответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о признании ООО «АМЖ Групп» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2019 возбуждено производство по делу по заявлению ООО «Областная Керамика» о несостоятельности (банкротстве) ООО «АМЖ Групп».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО8, о чем в газете «Коммерсантъ» от 28.11.2020№ 219 опубликовано сообщение.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ООО «АМЖ Групп» ФИО8 о привлечении ФИО9, ФИО1, ООО «Васту Конструкшн», ФИО6, ФИО7, ФИО10, ООО «СК-САФИС», ООО «Эдисонэнерго» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2022 отказано в привлечении ФИО7, ФИО10, ООО «Эдисонэнерго» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АМЖ Групп».

Суд определил привлечь ФИО9, ФИО1, ООО «Васту Конструкшн», ФИО6, ООО «СК-Сафис» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АМЖ Групп».

Приостановлено рассмотрение вопроса об установлении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2022 оставлено без изменения, апелляционные жалобы ФИО9, ООО «СК-САФИС», ФИО1 - без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 и ООО «СК-САФИС» обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят их отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Полагают, что не имеется оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с совершенными сделками и за доведение должника до банкротства. ФИО1 также указывает на необоснованное привлечение к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве должника.

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного Суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель ФИО1 и ООО «СК-САФИС» (принимал участие онлайн, посредством вэб-конференции) доводы кассационных жалоб поддержал в полном объеме, с учетом возражений конкурного управляющего.

Представители: конкурсного управляющего должника, ПАО «МОЭК» (принимал участие онлайн, посредством вэб-конференции), ООО «Эдисонэнерго» возражали на доводы кассационных жалоб по мотивам, изложенным в отзывах, возражениях (приобщены к материалам дела).

Надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, иные лица, участвующие в деле, своих представителей в суд не направил, что, в силу ч. 3 ст. 284 АПК РФ, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должника основывался на положениях п. 2 ст. 61.11, п. 1 ст. 9 и п. 1 ст. 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и ссылался на не исполнением указанным лицом обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании ООО «АМЖ ГРУПП» несостоятельным (банкротом), а также совершение сделок, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов.

При этом, требование к ООО «СК-САФИС» заявлены конкурсным управляющим как к выгодоприобретателю по сделкам, причинившим, по заявлению управляющего, вред имущественным правам кредиторам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО9 являлся генеральным директором должника с 12.12.2012 по 03.07.2019, ФИО1 являлся генеральным директором должника с 03.07.2019 по 01.6.2020.

В соответствии с п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Согласно п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц, с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий:

- неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд;

- возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца, с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий указывал, что по состоянию на июль 2019 года у должника имелась задолженность, установленная вступившими в законную силу судебными актами, в связи с чем, обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника возникла у руководителя должника не позднее августа 2019 года.

Как было отмечено выше, в указанный период генеральным директором должника являлся ФИО9 (12.12.2012 по 03.07.2019), ФИО1 (03.07.2019 по 01.06.2020), следовательно, именно на них лежала обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве общества.

Между тем данная обязанность руководителями должника не была исполнена, производство по делу о банкротстве возбуждено на основании заявления кредитора.

Оценив представленные доказательства и доводы конкурсного управляющего, суды пришли к выводу, что совокупность указанных обстоятельств свидетельствует о наступлении объективного банкротства в июле 2019 года и наличии обязанности по обращению в суд ФИО1, не позднее августа 2019.

Между тем, судами не учтено следующее.

По смыслу приведенных выше норм права, а также, принимая во внимание правила определения размера ответственности, по данному основанию надлежит установить дату возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с соответствующим заявлением, а также объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Сам по себе факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства, а установление такой даты в отсутствие обязательств, наступивших после нее, исключает возможность привлечения к субсидиарной ответственности по данному основанию.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Между тем, в судебных актах не содержится выводов о наличии и размере обязательств (например, ссылки на новые заключенные договоры и т.д.), возникших у должника после наступления обязанности у контролирующего должника лица ФИО1 обратиться в суд с заявлением о банкротстве Общества и размере таких обязательств, ссылок на какие-либо доказательства и, в целом, указание на представление их конкурсным управляющим в материалы дела, также в судебных актах не имеется.

При этом, при определении размера обязательств, возникших после предполагаемой даты, судам также необходимо учитывать правовую позицию, изложенную в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 N 305-ЭС21-27211, согласно которой задолженность по периодическим платежам по договорам, заключенным должником до наступления даты объективного банкротства в размер субсидиарной ответственности не входит.

Приостанавливая производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, в т.ч. и в данной части, судами также не учтено следующее.

Так, в п. 41 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что, по смыслу п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.


При этом, по смыслу ст. 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства допускается лишь в отношении заявлений, поданных по основаниям ст. 61.11 Закона о банкротстве («Субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов»). Обособленный спор о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусматриваемым ст. 61.12 «Субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника» Закона о банкротстве, не приостанавливается согласно правилам ст. 61.16 Закона о банкротстве, поскольку размер ответственности можно определить непосредственно при рассмотрении заявления и отсутствует необходимость дожидаться реализации имущества.

Учитывая изложенное, в части признания наличия оснований для привлечения ФИО1 за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества подлежит отмене с направлением обособленного спора в данной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В части наличия оснований по ст. 61.11 Закона о банкротстве для привлечения ФИО1 и ООО «СК-САФИС» - как выгодоприобретателя по сделкам, причинившим, вред имущественным правам кредиторам, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд округа соглашается с выводами судов.

Относительно требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО11 к субсидиарной ответственности за совершение убыточных сделок, повлекших банкротство должника, судами установлены следующие обстоятельства.

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

При установлении вины контролирующего финансово-хозяйственную деятельность должника лица необходимо подтверждение фактов его недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между действиями и сделками и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника) (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 53 ГК РФ, абзац 1 п. 1, п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

В п. 16 постановления от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, т.е. те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу ст. 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472).

Согласно разъяснениям, данным в п. 17 постановления от 21.12.2017 № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439 (3-8), при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, в частности, отмечено, что судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно, в любом случае, сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Суды обеих инстанций, исходя из толкования, данного в Письме Федеральной налоговой службы от 16.08.2017 № СА-4-18/16148@ «О применении налоговыми органами положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ» оценочного понятия - существенный вред, с учетом аналогии п. 2 ст. 61.2, ст. 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», ст. 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», исходили из причинения совершенными ответчиками сделками существенного вреда должнику и его кредиторам, исходя из стоимости активов и суммы сделок, эквивалентных 20-25% общей балансовой стоимости имущества должника.

Размер существенности может быть и меньше, если доказать, что выведено имущество, отсутствие которого осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника.

Так, судами установлено, что ФИО9 в ходе своей деятельности в качестве мажоритарного участника должника нанесен существенный вред должнику при заключении и исполнении ряда сделок с ООО «СК-САФИС», которые в дальнейшем признаны недействительными судебными актами в рамках настоящего дела о банкротстве (определениями суда от 06.09.2021, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2021, от 23.09.2021), указанными судебными актами установлена аффилированность должника к ООО «СК-САФИС», а также факт вывода имущества Общества с целью причинения вреда кредиторам.

Как установлено постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 (№ 09АП-57593/2021) и подтверждается трудовыми договорами № 01/12 от 06.11.2012 и №62/19 от 26.06.2019, единоличным исполнительным органом в период с 03.07.2019 по 01.06.2020 являлся ФИО1

ФИО1 обладал компетенцией по совершению всех действий, в том числе сделок от имени должника, представлению интересов последнего перед контрагентами, имел право подписи в платежных документах. Таким образом, ответчик имел возможность и фактически определял действия должника и что именно в результате принятия и реализации им, в том числе, и управленческих решений, наступило банкротство Общества.

Согласно материалам дела, 26.06.2019 между ООО «АМЖ Групп» и ФИО1 был заключен трудовой договор № 62/19, согласно которому ФИО1 был принят на должность генерального директора в ООО «АМЖ Групп» с 26.06.2019 с должностным окладом в размере 350 000 руб.

Сторонами по трудовому договору 28.02.2020 было заключено соглашение о расторжении трудового договора N 62/19, по условиям которого трудовой договор считается расторгнутым, а последним днем работы генерального директора считается 28.02.2020.

ФИО1 были осуществлены выплаты по трудовому договору в следующем размере 4 774 218,13 руб.

Указанный договор заключен за 5 месяцев до возбуждения дела о банкротстве должника ООО «АМЖ Групп».

Определением суда от 26.07.2021 признаны недействительными выплаты ООО «АМЖ Групп» в пользу ФИО1 по трудовому договору № 62/19 в размере 4 343 980,28 руб., которые взысканы с ФИО1 в пользу ООО «АМЖ Групп».

Так, в пользу ООО «МЕРАЛИТ» реализовано ликвидное имущество должника, в частности: а/м КАМАЗ 732457 (65 И 7); а/м Hyundai Santa Fe, а/м TA3-A22R32, бетононасос стационарный BSA-1409-D, экскаватор-погрузчик JCB ЗСХ 4Т.

При этом стоимость имущества была занижена: в частности, экскаватор-погрузчик JCB ЗСХ 4Т продан за 735 000 руб., в то время, как его рыночная цена колеблется в пределах от 2 840 000 руб. до 3 850 000 руб., т.е. дисконт составил около 80%.

Также ООО «МЕРАЛИТ» не были выплачены денежные средства за полученную технику, вместо этого оплата производилась путем взаимозачета.

Также 14.11.2019 между должником и ФИО12 заключено соглашение о зачете взаимных однородных требований на сумму 12 579 455 руб. Определением суда от 03.12.2021 указанная сделка признана недействительной с учетом того, что соглашение о зачете взаимных однородных требований от 14.11.2019 заключено должником в период подозрительности, должник знал о цели заключения настоящего соглашения (о том, что погашается несуществующая между сторонами задолженность), а также должник знал об искусственном создании задолженности, с учетом того, что из конкурсной массы ООО «АМЖ Групп» выбыло имущество на общую сумму 12 579 455 руб.

Таким образом, руководители должника при наличии признаков объективного банкротства должника не предприняли действий, направленных на вывод предприятия из дефолтного состояния, однако, наоборот произвели вывод наиболее ценных активов должника в пользу аффилированных лиц. Само по себе заключение указанных сделок в условиях кризиса у должника является основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Отчуждение ликвидных активов на безвозмездной основе в пользу аффилированных лиц в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами являлось обстоятельством, достаточным для констатации того, что у ответчика имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения сделок, которые фактически были направлены на сокрытие принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания. (Определение Верховного Суда РФ от 30.08.2021 N 305-ЭС19-13080(2,3) по делу № А40-47389/2017).

Определением суда от 06.09.2021, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2021 по делу №А40-303368/2019 сделки по перечислению денежных средств ООО «АМЖ Групп» в адрес ООО «СК-САФИС» на сумму 127 667 331,20 руб. признаны недействительными; судом установлена явная аффилированность должника и ООО «СК-САФИС».

Оспариваемые сделки повлекли за собой предпочтительное удовлетворение требований ответчика перед иными кредиторами должника третьей очереди.

Таким образом, действия должника и ООО «СК-САФИС» направлены на вывод денежных средств аффилированными по отношению друг к другу лицами с целью причинения вреда кредиторам.

При этом указанный вывод денежных средств осуществлялся с явного согласия и одобрения ООО «СК-САФИС», которое не могло не знать о порочности указанных сделок, а также самих договоров подряда, однако, продолжало их исполнять, чем нанесло вред кредиторам в виде невозможности соразмерного удовлетворения их требований в размере 127 667 331,20 руб. При этом, ответчик (ФИО1) не предпринимал каких-либо действий, направленных на изменение или прекращение договоров подряда, заключенных между должником и ООО «СК-САФИС».

Между ООО «СК-САФИС» и ООО «АМЖ Групп» 30.09.2019 был заключен договор купли-продажи N 7ПТ/19, в соответствии с которым ООО «АМЖ Групп» обязалось передать в собственность ООО «СК-САФИС» транспортное средство ГАЗ 330232, 2012 г.в., V3N Х96330232С0750951. Цена вышеуказанного транспортного средства составила 100 000 рублей.

Между ООО «СК-САФИС» и ООО «АМЖ Групп» 30.09.2019 был заключен договор купли-продажи N 8ПТ/19, в соответствии с которым ООО «АМЖ Групп» передает в собственность ООО «СК-САФИС» транспортное средство мини-погрузчик JCB 250, 2017 г.в., VIN <***>.

В соответствии с п. 3.1 договора купли-продажи стоимость вышеуказанного транспортного средства составляет 2 715 600 руб.

При этом, оплата указанных транспортных средств произведена не была, Актом зачета взаимных требований № 01/16/10-19 от 16.10.2019, в соответствии с которым у ООО «АМЖ Групп» имелась задолженность по договору цессии № 01/08-19-ЛК от 01.08.2019 на сумму 3 873 510 руб., а у ООО «СК-САФИС» имелась задолженность в размере 2 715 600 руб. по договору купли-продажи № 8ПТ/19 от 30.09.2019, стороны пришли к соглашению, что размер погашаемого требования по данному акту составляет 2 715 600 руб.

После проведения указанного зачета задолженность ООО «АМЖ Групп» перед ООО «СК-САФИС» стала составлять 1 157 910 руб. по договору цессии № 01/08-19-ЛК от 01.08.2019.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда (№ 09АП-53451/2021) от 23.09.2021 установлен факт аффилированности должника и ООО «СК-САФИС», а также факт отчуждения имущества должником по цене явно ниже рыночной, в частности, рыночная цена а/м ГАЗ 330232, 2012 г.в. составляет 400 000 - 500 000 руб., что в 4-5 раз выше цены, установленной договором купли-продажи № 7ПТ/19.

Также судом установлена направленность всей совокупности сделок по безвозмездному отчуждению ликвидного имущества должника аффилированному лицу в период процедуры наблюдения.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 7 вышеуказанного постановления Пленума, контролирующим должника лицом может быть признано не только то лицо, которое напрямую определяло действия должника, но и лицо, которое извлекало выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения непосредственно контролирующих должника лиц.

В силу общей значительности суммы сделки и специфики должника в виде отсутствия собственного капитала (балансирование на грани дефолта) действия ООО «СК-САФИС» усугубившие положение должника и повлекшие банкротство последнего, что требует возложения всей суммы неудовлетворенных требований кредиторов на соответствующего ответчика.

Согласно п. 17 постановления от 21.12.2017 № 53 в силу прямого указания пп. 2 п. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Для привлечения к субсидиарной ответственности заявителю необходимо доказать наличие: статуса контролирующего должника лица; негативных последствий в виде невозможности полного погашения требований кредиторов; причинно-следственной связи действия (бездействия) контролирующего должника лица с этими последствиями.

Для оценки вины лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, используется абстрактная модель ожидаемого поведения в той или иной ситуации разумного и добросовестного участника имущественного оборота. Участвуя в гражданском обороте, руководитель обязан был принимать все меры для того, чтобы не причинить вреда имуществу или личности другого участника оборота и при определении того, какие меры следует предпринять, проявлять ту степень заботливости и осмотрительности, которая требуется от него по характеру его участия в обороте.

Содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определенным образом.

При этом в данном случае действует презумпция виновности.

Согласно п. 2 ст. 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство, то есть именно данное лицо должно доказать, что оно не должно было и не могло предвидеть наступление этих последствий. Не проявление должной меры заботливости и осмотрительности означает наличие их вины в причинении убытков кредиторам юридического лица - банкрота (абзац 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ).

На основании изложенного, суд округа не находит оснований для отмены судебных актов в части установления наличия совокупности всех необходимых условий для привлечения ФИО1 и ООО «СК-САФИС» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АМЖ-Групп» по ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с ч. 3 ст. 15 АПК РФ принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 15, ч. 1 ст. 168, ч. 2 ст. 271, п. 3 ч. 1 ст. 287, ч. 1 ст. 288 АПК РФ, принятые по делу определение и постановление судов не отвечают требованиям законности и достаточной обоснованности, в связи с чем подлежат отмене в части с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Суду необходимо учесть названные выше обстоятельства и устранить допущенные нарушения, правильно применить нормы материального и процессуального права и принять законный и обоснованный судебный акт, исходя из обстоятельств, установленных судом в рамках настоящего дела о банкротстве, принимая во внимание задачи судопроизводства в арбитражных судах.

На основании изложенного, кассационная жалоба ФИО1 в части привлечения к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным ст. 61.12 Закона о банкротстве, подлежит удовлетворению, а судебные акты отмене с направлением обособленного спора в данной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2023по делу № А40-303368/2019 отменить в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании ООО «АМЖ Групп» несостоятельным (банкротом), в отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2023 по делу № А40-303368/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.



Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий-судья О.Н. Савина

Судьи: Е.Н. Короткова

Н.М. Панькова