Постановление от 26 мая 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8489/19

Екатеринбург

27 мая 2020 г.


Дело № А50-21211/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 мая 2020 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Пирской О.Н., Сушковой С.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи

ФИО1, рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Пермского края от 18.11.2019 по делу № А50-21211/2017

и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 23.01.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания

на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 13.04.2020 судебное заседание, назначенное на 22.04.2020, перенесено на 26.05.2020.

В судебном заседании 26.05.2020 в здании Арбитражного суда Пермского края принял участие кредитор ФИО3

Конкурный управляющий должником представил письменное ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие его представителя. Данное ходатайство судом удовлетворено.

Представители других лиц, участвующих в деле, уведомленных о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества

с ограниченной ответственностью «Промышленная инвестиционная компания» (далее – общество «ПИК», должник) конкурсный управляющий должником ФИО4 01.02.2019 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительными заключенных между должником и обществом с ограниченной ответственностью «ПромИнвест» (далее – общество «Проминвест») договоров купли-продажи транспортных средств от 29.01.2016 и применении последствий их недействительности в виде обязания общества «Проминвест» вернуть должнику грузовой автомобиль УАЗ-390944, VIN <***>, 2008 г.в., государственный регистрационный номер <***>, а также кран

КС-55713-1 (КАМАЗ-65115), 1999 г.в., государственный регистрационный номер <***> (далее – спорные транспортные средства).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены временный управляющий общества «Проминвест» ФИО5, ФИО2 и ФИО6.

Конкурсный управляющий заявил об уточнении требований в части применения последействий недействительности сделок и просил взыскать с общества «Проминвест» в конкурсную массу должника денежные средства в размере 1 406 500 руб. Данное уточнение принято судом, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 18.11.2019

(судья Курносова Т.В.) заявление ФИО4 удовлетворено: признаны недействительными заключенные между должником и обществом «Проминвест» договоры купли продажи транспортных средств от 29.01.2016 и применены последствия их недействительности в виде взыскания с общества «Проминвест» в пользу должника денежных средств в сумме 1 406 500 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 23.01.2020 (судьи Чепурченко О.Н., Мартемьянов В.И., Плахова Т.Ю.) определение суда первой инстанции от 18.11.2019 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение от 18.11.2019

и постановление от 23.01.2020 отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, ФИО7, отстраненный от исполнения обязанностей руководителя должника 01.10.2015, не исполнил требование о передаче документов обществу, соответствующую документацию, в том числе отчет о своей деятельности, обществу и новому руководителю ФИО2 не передал. Заявитель считает, что у должника на момент совершения сделки не было признаков неплатежеспособности, так как задолженность перед указанными судами кредиторами возникла в 2017 году и частично погашена, в деле № А50-19571/2016 заявление о признании должника банкротом признано судом необоснованным, и, согласно бухгалтерскому балансу, по состоянию на 01.01.2016 совокупный размер основных средств, запасов, дебиторской задолженности и денежных средств должника превышал размер его кредиторской задолженности. Заявитель полагает, что спорные транспортные средства переданы обществу «Проминвест» по возмездным сделкам, на момент продажи они исчерпали срок полезного использования, были в неудовлетворительном состоянии с нулевой балансовой стоимостью, и нецелесообразность их использования послужила основанием для списания с баланса и определения цены их продажи с учетом цен на рынке аналогичных товаров, технического состояния, затрат на ремонт, содержание, утилизацию и т.п., и оснований для проведения экспертной оценки спорных транспортных средств, которая не является обязательной и ведет к дополнительным расходам должника, не имелось, а в настоящее время оценка указанных факторов, повлиявших на определение цены, посредством сравнительного анализа существующих цен на аналогичные товары, не позволяющего охарактеризовать обоснованность цены продажи, невозможна. По мнению заявителя, суды не учли, что оплата за должника по договору лизинга от 15.12.2014 № 19166/2014 с обществом с ограниченной ответственностью «Каркаде» лизинговых платежей в сумме 2 966 463 руб. 84 коп., превышающей стоимость спорного имущества, говорит об отсутствии цели причинения вреда кредиторам должника и оснований для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Конкурный управляющий ФИО4 по доводам кассационной жалобы возражает, в отзыве просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать, обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между должником (продавец) в лице директора ФИО2 и обществом «Проминвест» (покупатель) также в лице директора ФИО2 заключены договоры купли-продажи транспортных средств от 29.01.2016 № 22/01-4 и № 22/01-1.

По условиям договора № 22/01-4, продавец обязался передать покупателю транспортное средство – автомобиль специальный - КС 55713 (КАМАЗ-65115), 1999 г.в., стоимость которого согласована сторонами в разделе 3 договора в размере 30000 руб.

Из представленных органами внутренних дел сведений следует, что регистрация названного транспортного средства за покупателем произведена 02.02.2016, а последующими его собственниками после общества «Проминвест» указаны с 09.12.2016 - общество с ограниченной ответственностью «БерезникиХимМонтаж» (далее – общество «БХМ»), а с 15.04.2017 по настоящее время – ФИО8.

В материалы дела представлены договоры купли-продажи транспортного средства, предметом которых являлся указанный автомобиль, от 12.08.2016 и 15.04.2017, заключенные между обществом «Проминвест» и обществом «БХМ», а также между последним и ФИО8 В7, в которых стоимость спорного транспортного средства указана в размере 500 000 руб. и 475 000 руб.

По условиям договора № 22/01-1, продавец обязался передать покупателю транспортное средство – грузовой автомобиль – УАЗ-390944, VIN <***>, 2008 г.в., стоимость которого согласована сторонами в разделе 3 договора в размере 30000 руб.

Из представленных органами внутренних дел следует, что регистрация названного транспортного средства за покупателем произведена 02.02.2016, а последующими его собственниками после общества «Проминвест» указаны с 25.01.2017 - ФИО9 и с 07.04.2017 по настоящее время- ФИО10.

В материалы дела представлены договоры купли-продажи транспортного средства, предметом которых являлся указанный автомобиль, от 16.12.2016, 17.01.2017 и 02.04.2017, заключенные между обществом «Проминвест» и обществом с ограниченной ответственностью «Одас», между последним и ФИО9 и впоследствии между ФИО9 и ФИО10, в которых стоимость спорного транспортного средства указана в размере 90000 руб., 90000 и 160 000 руб., соответственно.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21.07.2017 возбуждено производство по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) общества «Промышленная инвестиционная компания».

Определением от 15.09.2017 в отношении должника введено наблюдение, а решением от 02.02.2018 должник признан несостоятельным (банкротом) с введением в отношении него конкурсного производства.

Ссылаясь на то, что сделки по отчуждению спорных транспортных средств совершены должником в пользу в пользу заинтересованного лица по существенно заниженной цене, при наличии признаков неплатежеспособности, в отсутствие фактического встречного предоставления, направлены на вывод имущества из конкурсной массы, в результате чего правам кредиторов причинен вред, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением о признании оспариваемых договоров недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Так, по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть признана недействительной совершенная в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, о чем другая сторона сделки к моменту ее совершения знала, если в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятии?, данного в абзацах 36 и 37 статьи 2 Закона о банкротстве, согласно которым под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное; под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

При этом в соответствии с устойчиво сложившейся судебной практикой по вопросу квалификации оспариваемых сделок в условиях конкуренции общегражданских (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальных, закрепленных в главе III.1 Закона о банкротстве, составов правонарушения признание причиняющей вред кредиторам сделки ничтожной по основаниям статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только лишь в случае выхода обстоятельств ее совершения за пределы признаков недействительности сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Как установлено судами и следует из материалов дела, оспариваемые договоры купли-продажи транспортных средств от 29.01.2016 совершены в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (21.07.2017), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при этом материалами дела подтверждается, что оспариваемые сделки совершены в числе иных сделок по отчуждению имущества должника в тот же период, при наличии у последнего признаков неплатежеспособности/недостаточности имущества, о чем свидетельствуют как выводы, содержащиеся в анализе финансового состояния должника, так и наличие у него значительных неисполненных обязательств перед кредиторами, требования которых в последующем в установленном порядке включены в реестр требований кредиторов должника, в то время как иное не доказано.

Ссылки ФИО2 на бухгалтерский баланс должника по состоянию на 01.01.2016 по результатам исследования и оценки доказательств не приняты судами во внимание, как несостоятельные, в том числе, с учетом того, что данное утверждение не опровергает установленные по результатам исследования и оценки материалов дела обстоятельства, тем более, что в рамках настоящего дела о банкротстве управляющим установлено проведение должником в 2016 году с целью завышения величины совокупных активов (валюты баланса) операции по формированию резервного капитала, не являвшейся реальной финансово-хозяйственной операцией, приведшей к искусственному завышению показателей бухгалтерской отчетности на 2016 год в части размера активов должника в отсутствие источников для пополнения резервного капитала.

Довод ФИО2 о прекращении производства по делу о банкротстве должника № А50-19571/2016 также не принят судами во внимание не имеющий значения для разрешения настоящего спора по существу, поскольку из определения суда от 06.10.2016 об отказе во введении наблюдения и прекращении производства по названному делу следует, что основанием для прекращения производства по делу о банкротстве явилось погашение должником после возбуждения дела о банкротстве долга перед предпринимателем ФИО11 в размере 523 404 руб. 01 коп. и отсутствие на момент рассмотрения обоснованности заявления данного лица заявлений иных кредиторов о признании должника банкротом, а такое погашение долга перед одним из контрагентов с целью устранения предусмотренных пунктом 2 статьи 33 Закона о банкротстве обстоятельств не может свидетельствовать об отсутствии объективной неплатежеспособности должника в спорный период, при том, что иное не доказано.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, с учетом конкретных обстоятельств дела, установив, что стороны спорных сделок согласовали цену данных сделок в размере 30000 руб. за каждое транспортное средство, а данная цена является символической, существенно заниженной и явно не сопоставимой с рыночной стоимостью спорных транспортных средств, которая, согласно экспертному заключению от 23.10.2019 № 3310/11-3/19-42, 96-1/19, на дату совершения сделок составляла 1 185 500 руб. и 221 000 руб., соответственно, а также, исходя из того, что в материалы дела не представлено никаких доказательств обратного, свидетельствующих о том, что спорные транспортные средства находились в неудовлетворительном техническом состоянии, определившем установление за них столь символической стоимости (30 тыс. руб. за каждое), и объясняющих при таком положении дел разумный экономический интерес обществ «Проминвест» и «БХМ», ФИО8, ФИО9, ФИО10 в приобретении и постановке на учет такого неликвидного имущества, а ссылки ФИО2 на то, что при определении продажной цены учитывались существующие цены на рынке аналогичных товаров, неудовлетворительное техническое состояние транспортных средств, затраты на приведение их в состояние, необходимое для их эксплуатации, содержание, утилизацию и т.д., не подтверждены никакими доказательствами, учитывая также, что в деле отсутствуют доказательства оплаты обществом «Проминвест» спорного имущества даже по согласованной сторонами символической цене, и из выписки по расчетному счету общества «Проминвест» такая оплата также не усматривается, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом того, что оспариваемые сделки по отчуждению имущества должника совершены в отсутствие равноценного встречного предоставления, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, не представлены.

Доводы ФИО2 о том, что о наличии встречного предоставления свидетельствует уплата обществом «Проминвест» лизинговых платежей за должника по договору лизинга от 15.12.2014 № 19166/2014, по результатам исследования и оценки доказательств отклонены судами, как имеющие предположительный характер, не подтвержденные надлежащими и достаточными доказательствами и не соответствующие фактическим обстоятельствам дела, поскольку материалами дела подтверждается, что указанный договор и представленные к нему копии платежных поручений относятся к иному транспортному средству (Dong Feng 2014 г.в.), а какие-либо документальные доказательства, позволяющие прийти к выводу о том, что такие суммы подлежали зачету при исполнении обязанности по оплате стоимости спорных транспортных средств, не представлены, также не указывает на это и установленный в оспариваемых договорах от 29.01.2016 порядок внесения оплаты.

Учитывая изложенное, по результатам исследования и оценки всех представленных в материалы дела доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив аффилированность должника и общества «Проминвест» через общего руководителя ФИО2, принимая во внимание, что оспариваемые сделки совершены наряду с иными аналогичными сделками по выводу активов должника, в том числе заключенными на аналогичных, недоступных сторонним участникам гражданского оборота, условиях, по схожей схеме, по многократно заниженной символической цене, в отсутствие действительной цели получения эквивалентной стоимости отчуждаемого имущества, и в результате заключения спорных сделок из состава имущества должника выбыло ликвидное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, чем причинен вред кредиторам должника, выразившийся в отсутствии реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет отчужденного имущества, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом, того, что спорные договоры купли-продажи транспортных средств совершены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника путем вывода активов должника без встречного предоставления, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие названные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, не представлены.

Исходя из вышеизложенного, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для признания спорных сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и, руководствуясь статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 61.6 Закона о банкротстве, учитывая отсутствие доказательств предоставления должнику по сделкам какого-либо встречного предоставления, а также возможности возврата спорных транспортных средств в конкурсную массу, ввиду их последующего отчуждения в пользу третьих лиц, применили последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества «Проминвест» в пользу должника рыночной стоимости спорных транспортных средств в сумме 1 406 500 руб.

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае всей необходимой и достаточной совокупности оснований для признания спорных сделок недействительными, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, так как не свидетельствуют о нарушении судами норм права, были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 18.11.2019 по делу

№ А50-21211/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Ю.А. Оденцова


Судьи О.Н. Пирская


С.А. Сушкова