Постановление от 22 сентября 2024 г. по делу № А47-7554/2023

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-9875/2024
г. Челябинск
23 сентября 2024 года
Дело № А47-7554/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 сентября 2024 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Волковой И.В.,

судей Журавлева Ю.А., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Клочкович С.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 07.06.2024 по делу №А47-7554/2023 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.



Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 23.05.2023 возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) должника ФИО1 (ИНН <***>, СНИЛС <***>).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2023 (резолютивная часть от 19.06.2023) в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал».

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» №117(7562) от 01.07.2023.

Кредитор - ФИО1 (сын должницы) 26.01.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением, согласно которому просил признать недействительной ничтожной сделку по отчуждению ФИО1 (его матерью) в пользу ФИО3 (его сестры) жилого дома, расположенного по адресу: <...>, одноэтажный, общей площадью 54.9 кв.м, и земельного участка под домом с кадастровым номером: 56:44:0248003:29, площадью 627 кв.м; вернуть указанное выше имущество в конкурсную массу ФИО1

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 07.06.2024 (резолютивная часть от 03.05.2024) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение суда от 07.06.2024.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО1 указывает, что должник имел неисполненные обязательства перед ФИО4 на момент заключения сделки, при этом имущество перешло в собственность дочери должника. По мнению кредитора, сделка совершена с целью злоупотребления правом. Срок исковой давности не пропущен, так как интерес в оспаривании договора появился у кредитора с момента признания его наследником.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 16.09.2024.

Судом в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к материалам дела приобщены отзывы на апелляционную жалобу, поступившие от ФИО1, ФИО3 (вх.№49047 от 21.08.2024, №50265 от 27.08.2024).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили, отзывы не представили.

От должника поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя (вх.№49048 от 21.08.2024).

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 13.04.2012 между ФИО4 (ПРОДАВЕЦ (мать по отношению к покупателю)) и ФИО1 (ПОКУПАТЕЛЬ (дочь по отношению к продавцу)) заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка (далее по тексту договор купли-продажи).

Согласно п. 1 Договора купли-продажи, продавец продал, а покупатель купил в частную собственность жилой дом, адрес объекта: <...>. Указанный жилой дом, одноэтажный, общей площадью 54.9 кв.м. Земельный участок под домом с кадастровым номером: 56:44:0248003:29, площадью 627 кв.м.

Общая стоимость жилого дома и земельного участка составляет 2 000 000 руб. (п.8 Договора купли-продажи).

Свои обязательства по договору купли-продажи ФИО5 не исполнила, сумму по договору не оплатила.

Решением Ленинского районного суда города Оренбурга от 28.08.2013 (Далее по тексту - решение Ленинского районного суда) удовлетворены исковые требования ФИО4 к ФИО1 о взыскании: 2 000 000,00 руб. в счет оплаты стоимости объекта недвижимости по договору-купли-продажи; 206 250,00 руб. в счет процентов за пользование чужими денежными средствами; 5 000,00 руб. в счет возмещения судебных расходов; 1 200,00 руб. в счет возмещения расходов за нотариальное удостоверение доверенности; 10 000,00 руб. в счет возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя, всего 2 222 450 рублей.

Из решения Ленинского районного суда города Оренбурга кредитору стало известно, что согласно выписке из ЕГРН от 24.04.2013 за №01/038/2013-422 жилой дом, расположенный по адресу: <...>, отчужден ФИО1 в пользу ФИО3 (дочери должника) по договору дарения от 08.04.2013.

Кредитор отмечает, что отсутствие оплаты в пользу ФИО4 по договору купли-продажи, заключенному между ФИО1 и ФИО4 свидетельствует о безвозмездности сделки, заключенной между ФИО6 и ФИО3 В данном случае имел место сговор двух лиц (матери - ФИО1 и дочери - ФИО7), а заключенный между ними договор купли-продажи прикрывает собой сделку по дарению.

До момента смерти (28.09.2020) ФИО4 являлась получателем денежных средств от ФИО1 по исполнительному листу, выданному во исполнение Ленинского районного суда.

Согласно свидетельства о праве на наследство по завещанию от 12.04.2022 года, ФИО1 (внук ФИО4) получил от умершей следующее наследство: 7/8 долей в праве собственности на недополученную сумму денежных средств в размере 1 759 635, 08 коп., причитающихся наследодателю на основании решения Ленинского районного суда г. Оренбурга от 28.08.2013. ФИО1 получила по наследству 1/8 доли.

Определением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 02.12.2022 установлено процессуальное правопреемство, произведена замена взыскателя ФИО4 на ФИО1. Некоторое время ФИО1 получал денежные средства по исполнительному производству, пока ФИО1 не обратилась с заявлением о признании себя банкротом. ФИО1 уже предпринимала попытки для частичного освобождения от имеющихся обязательств по Договору купли-продажи. Так, решением Ленинского районного суда г. Оренбурга по делу №2-6372/2022 от 27.09.2022 частично удовлетворено исковое заявление ФИО1 к ФИО1 о взыскании алиментов. С ФИО1 в пользу ФИО1 взысканы алименты на ее содержание в размере 3 000 руб. пожизненно начиная с 25.07.2022. Апелляционным определением от 06.12.2022 решение Ленинского районного суда было отменено.

При этом судом было отмечено (стр.5 Апелляционного определения), что удерживаемые в рамках исполнительного производства о взыскании в пользу ФИО1 из пенсии ФИО1 денежные средства в счет исполнения обязательства, установленного решением суда от 28.08.2013, не могут случить основанием для признания истца ФИО1, нуждающейся и возложения на ответчика ФИО1 обязанности по ее содержанию, поскольку свидетельствует о злоупотреблении правом ФИО1

Определением кассационного суда от 02.03.2023 №88-4536/2023, апелляционное определение оставлено без изменения, кассационная жалоба ФИО1 без удовлетворения. Кассационный суд поддержал выводы суда апелляционной инстанции.

Таким образом, ФИО1 имела целью взыскать с ФИО1 денежные средства в размере 7 000,00 руб., которые он получает от нее как от должника по исполнительному производству. Злоупотребление правом с ее стороны установлено судом. Более того, банкротство ФИО1 по сути является преднамеренным.

Кредитор просит признать вышеуказанную сделку недействительной на основании статьи 10, пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ. Согласно доводам заявителя, сделка по отчуждению недвижимого имущества является мнимой; должник после совершения сделки продолжает сохранять контроль над этим имуществом.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции пришел к выводу, что не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении спорной сделки стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, кроме того, пропущен срок исковой давности на предъявление требований.

Из материалов дела следует, что оспариваемый договор заключен 08.04.2013 за пределами трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (23.05.2023), то есть за пределами периода подозрительности, предусмотренного п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ установлено, что пункты 1 и 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинения вреда кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Таким образом, спорная сделка не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Кредитор при ее оспаривании ссылается на положения ст.ст. 170, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, судом первой инстанции не установлено оснований для квалификации спорной сделки в качестве сделки, совершенной без намерения создать соответствующие правовые последствия, а также по ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; злоупотребление правом, судом также не установлено.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены Гражданским кодексом Российской Федерации.

Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Наличие умысла обоих участников оспариваемой сделки судом не установлено.

Доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении договора дарения от 08.04.2013 стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, в материалы дела не представлены.

Таким образом, суд пришел к правильному выводу, что достаточных доказательств, позволяющих квалифицировать действия ответчика как злоупотребление правом, заявителем не представлено.

Согласно п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении (постановление). В целях признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Из разъяснений, изложенных в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Вместе с тем, таких признаков суд первой инстанции не выявил.

В данном случае ФИО1 (сын должницы) оспаривает договор дарения ФИО1 (его матерью) ФИО3 (его сестре) жилого дома и земельного участка, совершенный 08.04.2013 и зарегистрированный Управлением Росреестра по Оренбургской области 18.04.2013, считая данный договор притворным.

При этом, заявителем не раскрыты основания, по которым он считает оспариваемый договор притворным: какую сделку прикрывает договор дарения, какую иную цель при заключении данного договора преследовали его стороны, какова была иная цель у совершенной матерью и дочерью сделки нежели та, которая предусмотрена подписанным ими договором дарения.

Доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении сделки по отчуждению недвижимого имущества ФИО3 стороны действовали исключительно с целью причинения вреда кредиторам и нарушением пределов осуществления гражданских прав, в материалы дела не представлено.

Суду не представлено доказательств наличия у ФИО1 пророченных неисполненных обязательств перед кредиторами, с целью избежания исполнения которых была совершена оспариваемая сделка.

Таким образом, оценив представленные доказательства в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания спорного договора недействительным, основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела; иные основания для признания договора дарения от 08.04.2013 недействительным, кредитором не заявлены.

Кроме того, об отчуждении ФИО1 жилого дома и земельного участка ее сын - ФИО1 действительно знал из решения Ленинского районного суда города Оренбурга от 28.08.2013, в абзаце третьем страницы 3 которого изложено данное обстоятельство, на что он сам указывает в рассматриваемом заявлении. При этом с заявлением об оспаривании сделки дарения, совершенной его матерью в пользу дочери, ФИО1 обратился лишь 26.01.2024. То есть с того момента, как заявителю стало известно об отчуждении дома и земельного участка его матерью, прошло более 10 лет.

Между тем, согласно статье 195 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности. В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Истечение срока исковой давности являлось самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования кредитора.

На основании изложенного, отклоняются доводы апелляционной жалобы о том, что сделка заключена с заинтересованным лицом – дочерью должника, при наличии недобросовестности поведения сторон сделки.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины по апелляционной жалобе, подлежат распределению между сторонами по правилам, установленным ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 07.06.2024 по делу №А47-7554/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий судья                                         И.В. Волкова


Судьи:                                                                               Ю.А. Журавлев


С.В. Матвеева