Решение от 18 июля 2023 г. по делу № А53-39241/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Ростов-на-Дону

«18» июля 2023 года Дело № А53-39241/22

Резолютивная часть решения объявлена «11» июля 2023 года

Полный текст решения изготовлен «18» июля 2023 года


Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Гафиулина А. В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

ФИО2

к ФИО3, ФИО4,

третьи лица: ФИО5, общество с ограниченной ответственностью «Темп»

о признании сделки по приобретению доли в уставном капитале общества недействительной (ничтожной)


по встречному исковому заявлению

ФИО3

к ФИО2, ФИО4,

третьи лица: ФИО5, общество с ограниченной ответственностью «Темп»

о признании сделки по приобретению доли в уставном капитале общества недействительной (ничтожной) в части,


при участии до перерыва:

от истца (по первоначальному иску): представитель ФИО6 по доверенности от 13.09.2022;

от ответчика (по первоначальному иску): представитель ФИО7 по доверенности от 07.12.2022.

от третьего лица: представитель ФИО8 по доверенности от 07.12.2022,


после перерыва:

от истца (по первоначальному иску): представитель ФИО6 по доверенности от 13.09.2022;

от ответчика (по первоначальному иску): представитель ФИО7 по доверенности от 07.12.2022.



установил:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к ФИО3 о признании сделок по приобретению доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Темп» по распискам от 14.07.2019 на сумму 7 500 000 рублей и от 24.04.2020 на сумму 4 000 000 рублей недействительными (ничтожными); о применении последствий недействительности сделок по распискам от 04.07.2019 на сумму 7 500 000 рублей и от 24.04.2020 на сумму 4 000 000 рублей взыскав с ФИО3 11 500 000 рублей.

24.01.2023 от ФИО3 поступило встречное исковое заявление к ФИО2 с требованиями:

- признать договор купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Темп» от 04.07.2019 недействительным по признакам притворности в части определения стоимости 15% доли в размере 2700,00 руб. и порядка оплаты, признав действительным соглашение между ФИО3 и ФИО2 от 04.07.2019 г. об установлении иной цены, изложив п. 10 договора следующим образом: «Указанную долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Темп» продавцы продают покупателю за 7500000,00 (Семь миллионов пятьсот тысяч) руб. Расчет между сторонами будет произведен путем передачи денежных средств по расписке»;

- признать договор купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Темп» от 24.04.2020 недействительным по признакам притворности в части определения стоимости 8% доли в размере 1440,00 руб. и порядка оплаты, признав действительным соглашение между ФИО3 и ФИО2 от 24.04.2020 г. об установлении иной цены, изложив п.9 договора следующим образом: «Покупатель купил у продавца долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Темп» за 4000000,00 (Четыре миллиона) рублей. Расчет между сторонами будет произведен путем передачи денежных средств по расписке».

Определением суда от 15.02.2023 встречное исковое заявление принято к рассмотрению.

Определением суда от 15.06.2023 к участию в деле в качестве соответчика по первоначальному и встречному искам привлечен ФИО4.

Представитель истца (по первоначальному иску) поддержал заявленные требования в полном объеме, против удовлетворения встречного искового заявления возражал.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) возражал против удовлетворения первоначального искового заявления, поддержал встречное исковое заявление.

05.07.2023 от ФИО4 в материалы дела поступил отзыв, согласно которому, ответчик возражал против удовлетворения первоначального искового заявления, указав суду на то, что условия сделки оговорены и согласованны сторонами и по просьбе покупателя часть денежных средств в счет оплаты долей передавалась ФИО2 ФИО3 по рукописной расписке. Кроме того, ответчик считает пропущенным срок исковой давности.

Судебное заседание проводится в отсутствие неявившихся лиц участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, суд установил следующее.

04.07.2019 между ФИО3, ФИО4 (далее - продавцы) и ФИО2 (далее - покупатель) был заключен нотариально удостоверенный Договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Темп» (далее – Договор №1).

Согласно п. 1 указанного Договора №1 продавцы продали 15 процентов в уставном капитале ООО «Темп», из них ФИО3 - 10 процентов, ФИО4 – 5 процентов, а Покупатель приобрел долю в размере 15 процентов в уставном капитале ООО «Темп».

В соответствии с п. 10 Договора № 1 указанную долю продавцы продают покупателю за 2 700 руб., из них: ФИО3 за 1 800 руб., ФИО4 за 900 руб. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора.

Помимо этого, 04.07.2019 ответчиком была составлена собственноручная расписка, согласно которой он получил от ФИО2 сумму 7 500 000 руб. за проданную им долю в размере 10% в уставном капитале ООО «Темп», а также за проданную ФИО4 долю в размере 5% в уставном капитале ООО «Темп».

24.04.2020 между ФИО3 (далее - продавец) и ФИО2 (далее - покупатель) также был заключен нотариально удостоверенный Договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Темп» (далее – Договор № 2).

Согласно условиям Договора № 2 (п. 1) продавец продал 8 процентов долей в уставном капитале ООО «Темп», а покупатель купил долю в размере 8 процентов в уставном капитале ООО «Темп» за 1 440 руб. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора.

24.04.2020 ФИО3 была составлена собственноручная расписка, согласно которой ответчик получил от истца сумму 4 000 000 руб. за проданную долю в размере 8% в уставном капитале ООО «Темп».

Таким образом, за проданные доли в совокупности ответчиком ФИО3 была получена денежная сумма в размере 11 504 140 руб., из которой 4 140 руб. были получены по нотариально удостоверенным соглашениям, 11 500 000 – по распискам.

При этом фактически денежная сумма по распискам передавалась истцом по первоначальному иску ответчику после приобретения доли в качестве вклада в деятельность ООО «Темп». Не обладая специальными познаниями и опытом работы в коммерческой деятельности, ФИО2 полагал, что денежные средства, переданные по распискам, увеличат стоимость долей в ООО «Темп», что позволит ему в последующем продать свою долю по значительно большей цене.

В декабре 2020 г. истцом было принято решение о продаже своей доли в ООО «Темп» ФИО5

28.12.2020 между ФИО2, ФИО9 (Продавцами) и ФИО5 (Покупателем) был заключен нотариально удостоверенный Договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Темп» (далее – Договор №3).

Указанную долю в уставном капитале ООО «Темп» продавцы продают покупателю за 9 000 руб., из них: ФИО2 за 4 140 руб., ФИО9 за 4 860 руб. (п. 6 Договора №3).

При этом истец полагал, что аналогично предыдущим ситуациям оставшаяся часть суммы за продажу доли в размере 11 500 000 руб. будет выплачена ему по расписке.

Однако денежную сумму в размере 11 500 000 руб., которая была передана ответчику по собственноручным распискам, ФИО2 не получил.

Переданные по распискам деньги в ООО «Темп» не поступили, были использованы на личные цели ФИО3, по его усмотрению, что подтверждается также стоимостью доли ФИО2 при отчуждении ее ФИО5 (доля была приобретена за 4 140 руб. и продана за такую же сумму).

15.09.2022 истцом в адрес ответчика и третьего лица ФИО5 были направлены письменные претензии с требованием о возврате полученных по распискам 11 500 000 руб.

Однако ответ на заявленные требования не получен, письма вернулись в связи с истечением срока хранения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО2 в суд с настоящим иском.

В обоснование встречного искового заявления ФИО3 ссылался на то обстоятельство, что по своему смыслу и содержанию указанные расписки являются дополнительными соглашениями сторон об изменении цены заключенных 04.07.2019 и 24.04.2020 договоров купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Темп».

09.12.2022 ФИО3 направил ФИО2 письма с просьбой явиться по месту заключения договоров купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Темп» от 04.07.2019 и 24.04.2020 с целью нотариального удостоверения дополнительных соглашений об изменении цены указанных договоров.

Однако ФИО2 не явился в назначенное время в нотариальные конторы, что подтверждается актами от 19.12.2022 и 20.12.2022, составленными в нотариальных конторах нотариуса ФИО10 и нотариуса ФИО11

Таким образом, покупатель уклонился от нотариального удостоверения соглашений об установлении иной цены договора, что явилось основанием обращения в арбитражный суд со встречным иском.

ФИО2 согласовал совершение указанных сделок по той цене, которая указана в расписках от 04.07.2019 и 24.04.2020 путем передачи ФИО3 после заключения нотариальных договоров купли-продажи доли в уставном капитале общества от 04.07.2019 и 24.04.2020 иной суммы, существенно отличающейся от цены в договорах.

Таким образом, по мнению истца по встречному иску, договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Темп» от 04.07.2019 и договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Темп» от 24.04.2020 являются недействительными по признакам притворности в части определения стоимости доли и порядка расчетов, так как заключены на иных условиях о цене и порядке расчетов, указанных в расписках от 04.07.2019 и 24.04.2020.

Также истцом по встречному иску заявлено о пропуске ФИО2 трехлетнего срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности расписки от 04.07.2019.

Рассмотрев материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Статьей 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ. Из указанной нормы следует, что предъявление иска, с учетом характера нарушенного права, должно иметь своей целью реальное восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в арбитражный суд лица.

Защита гражданских прав осуществляется способами, закрепленными в ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права (п. 1 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 и 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В соответствии с п. 1-3, 11 ст. 21 ФЗ от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" переход доли или части доли в уставном капитале общества к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам осуществляется на основании сделки, в порядке правопреемства или на ином законном основании.

Участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Исходя из положений пункта 1 статьи 158, пункта 1 статьи 161, статьи 163 Гражданского кодекса Российской Федерации законом может быть установлено требование о соблюдении простой письменной либо нотариальной формы сделки.

В пункте 11 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению путем составления одного документа, подписанного сторонами. Несоблюдение нотариальной формы влечет за собой недействительность этой сделки.

В силу пункта 12 названной статьи доля или часть доли в уставном капитале общества переходит к ее приобретателю с момента нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, либо в случаях, не требующих нотариального удостоверения, с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц соответствующих изменений на основании правоустанавливающих документов.

Исключения из правил обязательного нотариального удостоверения сделок, направленных на отчуждение доли в уставном капитале общества, указаны в абзаце втором пункта 11 статьи 21 названного закона.

Из содержания нотариально удостоверенного Договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Темп» от 04.07.2019, заключенного между ФИО3, ФИО4 и ФИО2, следует, что продавцы продали 15 процентов в уставном капитале ООО «Темп», из них ФИО3 - 10 процентов, ФИО4 – 5 процентов, а покупатель купил долю в размере 15 процентов в уставном капитале ООО «Темп» (п. 1 Договора).

Указанную долю продавцы продают покупателю за 2 700 руб., из них: ФИО3 за 1 800 руб., ФИО4 за 900 руб. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора (п. 10 Договора).

Согласно содержанию нотариально удостоверенного Договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Темп» от 24.04.2020 г., заключенного между ФИО3 и ФИО2, Продавец продал 8 процентов долей в уставном капитале ООО «Темп», а покупатель купил долю в размере 8 процентов в уставном капитале ООО «Темп» за 1 440 руб. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора (п. 1 Договора).

Таким образом, сторонами в установленном законом порядке была соблюдена нотариальная форма договора по отчуждению доли в уставном капитале общества, расчет произведен в полном объеме.

При этом в ходе судебного разбирательства ответчик по первоначальному иску не отрицал получение денежных средств в размере 11 500 000 руб. по собственноручным распискам от 04.07.2019 и от 24.04.2020, согласно которым он получил от ФИО2 сумму 7 500 000 руб. за проданную им долю в размере 10% в уставном капитале ООО «Темп» и за проданную ФИО4 долю в размере 5% в уставном капитале ООО «Темп», а также 4 000 000 руб. за проданную долю в размере 8% в уставном капитале ООО «Темп».

Однако суд расценивает указанные сделки как ничтожные ввиду несоблюдения обязательной для них нотариальной формы.

Довод истца по встречному иску о том, что расписки являются дополнительными соглашениями сторон об изменении цены договоров купли-продажи доли в уставном капитале ОО «Темп», не может быть принят во внимание судом ввиду следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 452 ГК РФ соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Если бы стороны при составлении расписок подразумевали изменение цены, указанной в нотариально удостоверенных договорах, то дополнительные соглашения должны были быть заключены последними также в нотариальной форме.

Каких-либо препятствий к нотариальному удостоверению дополнительных соглашений не имелось. Доказательств обратного истцом по встречному иску не представлено.

В соответствии с п. 1 ст. 165 ГК РФ если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а другая сторона уклоняется от такого удостоверения сделки, суд по требованию исполнившей сделку стороны вправе признать сделку действительной.

Таким образом, для применения указанной нормы необходимо доказать факт уклонения ответчика по встречному иску от заключения сделки в установленной законом форме.

Само по себе направление предложения ФИО3 ФИО2 о нотариальном удостоверении изменений в заключенные договоры в ходе судебного разбирательства через несколько лет после написания расписок не свидетельствует об уклонении истца по первоначальному иску от удостоверения сделки.

Из содержания расписок не следует, что они должны были быть удостоверены нотариально, никаких намерений по такому удостоверению у продавца изначально и в последующем не было. Сама форма расписок в связи с отсутствием подписи покупателя не могла быть нотариально удостоверена.

Указанные предложения были направлены после обращения ФИО2 в арбитражный суд с иском о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности. До этого момента в течение более чем 3-х лет после расписки от 04.07.2019 и более чем 2,5 лет после расписки от 24.04.2020 никаких требований об изменении условий договора от ФИО3 не поступало.

Данные выводы подтверждаются также судебной практикой Арбитражного суда Московского округа (Постановление от 24 февраля 2021 г. по делу №А40-5128/2020): «истцом не представлено доказательств того, что уклонение ответчика от нотариального удостоверения носит реальный характер. Признание сделки действительной сопряжено с выяснением обстоятельств, связанных с уклонением от удостоверения сделки, в том числе установлением недобросовестного поведения стороны по сделке, требующей нотариального удостоверения.

Уклонение должно носить реальный характер, позиция истца по отношению к ответчику должна быть активной до обращения в суд. Разрешая вопрос о действительности сделки, суд учитывает причины, по которым сделка не была удостоверена нотариально, а также поведение каждой из ее сторон».

Нельзя согласиться с утверждением ответчика об уклонении истца от нотариального удостоверения сделки в связи со следующим.

ФИО3 утверждает о притворности нотариально удостоверенных договоров купли-продажи долей в ООО «Темп», указывая, что намерения обеих сторон были направлены на прикрытие этими сделками реальных договоров – расписок, в которых была прописана действительная цена сделки. Тем самым ответчик признает, что намерения обеих сторон не были направлены на нотариальное удостоверение прикрываемых сделок (по распискам), в противном случае, не было бы никакой необходимости в оспаривании первых (нотариально удостоверенных) по причине того, что последующие сделки (с большей стоимостью) были бы также нотариально удостоверены.

Таким образом, оспаривание ответчиком сделок по притворности противоречит его утверждению о своем намерении нотариального удостоверения сделки (отсутствию намерения совершить притворную сделку).

Кроме того, о том, что не было намерения как со стороны истца, так и со стороны ответчика нотариального удостоверения расписок от 04.07.2019 и от 24.04.2020 свидетельствует их форма – расписка, а не дополнительное соглашение, подписанное обеими сторонами, а равно составление их в один день с соответствующими договорами купли-продажи долей в ООО «Темп». При наличии намерения нотариального удостоверения сделок с указанием иной стоимости, расписки бы не составлялись, а эта цена изначально была бы указана в нотариально удостоверенных договорах купли-продажи.

К тому же расписки могут быть нотариально удостоверены только той стороной, которая их подписывала. Поэтому уклонения от нотариального удостоверения могло быть только со стороны ФИО3, их подписавшего, подписи истца в этих расписках отсутствуют, подписывать он их и не должен был, что не отрицалось ответной стороной.

Следовательно, направление ответчиком истцу уведомления о необходимости явиться к нотариусу для нотариального удостоверения по сути содержания расписок через несколько лет после их составления и после обращения истца в суд по их оспариванию является недобросовестным поведением ответчика.

Также суд полагает, что в рамках настоящего спора отсутствуют правовые основания для применения положений закона о притворности сделки.

В силу п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

В ходе судебного разбирательства не установлена воля обеих сторон на совершение притворной сделки.

Кроме того, никаких иных правовых последствий в результате исполнения нотариально удостоверенной сделки с определенной стоимостью не возникло.

Намерения сторон сделки были направлены на переход долей от продавца покупателю и получение оплаты продавцом от покупателя за них, что и было реализовано.

Довод ответчика о том, что нотариально удостоверенные договоры являются недействительными в части цены, также является необоснованным в связи со следующим.

Для признания недействительной сделки в этой части необходимо подтверждение намерения обеих сторон на заключение договора на меньшую сумму и прикрытие этим реального договора на большую сумму.

Однако представленные в материалы дела расписки от 04.07.2019 и от 24.04.2020 содержат указание о том, что Продавец (ответчик) получил от покупателя соответственно 7 500 000 руб. и 4 000 000 руб. за долю в уставном капитале ООО «Темп». Расписки выполнены только за подписью ответчика ФИО3

Согласно пояснений истца оплата передавалась им истцу в качестве вклада в деятельность в ООО «Темп» для увеличения имущества ООО, а не в качестве оплаты за долю. Указанное утверждение ФИО3 не опровергнуто.

Также не предоставлено ответчиком доказательств иной по сравнению с указанной в нотариально удостоверенных договорах стоимости доли в ООО «Темп» на момент ее продажи ФИО2 Документы о фактической стоимости доли в материалах дела отсутствуют. Ходатайство о назначении экспертизы для определения стоимости долей на момент продажи истцу не заявлялось.

Таким образом, ответчиком не доказано намерения истца на заключение договора купли-продажи доли в ООО «Темп» по иной стоимости по сравнению с той, которая указана в нотариально удостоверенных договорах купли-продажи долей в ООО от 04.07.2019 и от 24.04.2020.

Помимо этого, ФИО3 утверждает о своем намерении нотариального удостоверения цены, указанной в расписках и уклонении другой стороны от такого нотариального удостоверения. Тем самым, он указывает на свое стремление надлежащим образом юридически оформить договор по стоимости доли, обозначенной им в расписках.

Указанное не характерно для притворной сделки, когда намерения обеих сторон направлены на надлежащее юридическое оформление прикрывающей (притворной) сделки без намерения надлежащим образом юридически оформить прикрываемую.

Более того, в рассматриваемом споре невозможно применить последствия недействительности договоров в виде установления иной цены, так как расписки также являются недействительными сделками ввиду несоблюдения установленной законом нотариальной формы сделки по отчуждению долей в уставном капитале общества.

В п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" предусмотрено, что прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Как следует из положений закона, несоблюдение нотариальной формы сделки по отчуждению доли в уставном капитале общества влечет ее ничтожность.

Требования искового заявления ФИО2 основаны на признании расписок недействительными сделками ввиду несоблюдения установленной законом нотариальной формы.

Следовательно, положения расписок не могут быть признаны действительными и применимыми в рамках правовых последствий недействительности иных сделок.

Данный вывод подтверждается также судебной практикой Верховного Суда Российской Федерации, оставившего без изменения Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа (дело №А56-19865/2015), указавшего следующее: «сделка по отчуждению доли в уставном капитале Общества подлежала нотариальному удостоверению. Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце четвертом пункта 87 Постановления № 25, прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами. Поскольку достигнутое продавцом и покупателем соглашение о цене отчуждаемой доли в уставном капитале Общества не было нотариально удостоверено, а также учитывая, что согласно пункту 11 статьи 21 Закона № 14-ФЗ несоблюдение нотариальной формы влечет за собой недействительность этой сделки, вывод судов первой и апелляционной инстанций о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований следует признать основанным на неправильном применении приведенных норм материального права, что в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов».

Таким образом, невозможно применение правовых последствий в виде цены, указанной в расписках в связи с несоответствием их одному из условий действительности сделки, а именно несоблюдением ее формы.

К тому же, заявляя рассматриваемые встречные исковые требования о признании сделки притворной, истец, ФИО3, подтверждает, что его воля была направлена на достижение иных правовых последствий с момента исполнения оспариваемой сделки.

Согласно п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Вместе с тем, ответчиками по первоначальному иску заявлено о применении срока исковой давности.

В соответствии с п. ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

В настоящем случае суд признает пропущенным трехлетний срок по требованиям о применении последствий недействительности расписки от 04.07.2019, поскольку с исковым заявлением истец обратился в суд 16.11.2022.

На сновании изложенного, первоначальные исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Суд признает сделку по приобретению доли в уставном капитале ООО «Темп» по расписке от 24.04.2020 на сумму 4 000 000 руб. недействительной и взыскивает с ФИО3 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 4 000 000 руб.

В удовлетворении остальной части первоначальных исковых требований надлежит отказать.

Встречные исковые требования удовлетворению не подлежат по основаниям, изложенным выше, а также с учетом заявления ответчика о применении срока исковой давности по требованию о признании договора купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Темп» от 04.07.2019 недействительным по признакам притворности в части определения стоимости 15% доли в размере 2700,00 руб. и порядка оплаты, который суд признает суд пропущенным.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

первоначальные исковые требования удовлетворить частично.

Признать сделку по приобретению доли в уставном капитале ООО «Темп» по расписке от 24.04.2020 на сумму 4 000 000 руб. недействительной.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 4 000 000 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 36 084,70 руб.

В остальной части отказать.

В удовлетворении встречного искового заявления отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья А.В. Гафиулина