Постановление от 20 февраля 2018 г. по делу № А42-5389/2017

/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А42-5389/2017
20 февраля 2018 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 20 февраля 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Зотеевой Л.В.

судей Протас Н.И., Сомовой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания: Бурак К.Д.

при участии:

от истца (заявителя): Мамугин А.С. – доверенность от 09.01.2018;

от ответчика (должника): не явились, извещены;

от 3-го лица: не явились, извещены;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-34166/2017) УФАС по Мурманской области

на решение Арбитражного суда Мурманской области от 09.11.2017 по делу № А42-5389/2017 (судья Беляева Л.Е.), принятое


по заявлению АО "Мурманэнергосбыт"

к УФАС по Мурманской области

3-е лицо: ГЖИ Мурманской области, МИФНС по крупнейшим налогоплательщикам по Мурманской области, ИП Жидких П.П., ИП Егорова И.И., ИП Шульгин К.В., Агаев Д.С., Следникова Е.М., Бучина Л.Н., Балаганская И.А., Кузнецов И.Н., Чиликина Л.И., Толчев А.В., Малик М.Н., Администрация МО по г.п. Кандалакша, Администрация МО ЗАТО г. Североморск, Администрация МО Терский район

о признании незаконными решения и предписания от 20.06.2017 по делу № 05-03-17/9 о нарушении антимонопольного законодательства



установил:

Акционерное общество «Мурманэнергосбыт» (далее – Общество, АО «МЭС», заявитель) обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с заявлением о признании незаконными решения и предписания Управления Федеральной антимонопольной службы по Мурманской области (далее – Управление, антимонопольный орган) от 20.06.2017 по делу № 05-03-17/9 о нарушении антимонопольного законодательства.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Государственная жилищная инспекция Мурманской области (далее – ГЖИ), Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам по Мурманской области (далее – МИФНС), индивидуальный предприниматель Жидких П.П., индивидуальный предприниматель Егорова И.И., индивидуальный предприниматель Шульгин К.В., Агаев Д.С., Следникова Е.М., Бучина Л.Н., Балаганская И.А., Кузнецов И.Н., Чиликина Л.И., Толчев А.В., Малик М.Н., Администрация муниципального образования ЗАТО г. Североморск (далее – администрация Североморска), Администрация муниципального образования городское поселение Кандалакша Кандалакшского района (далее – администрация Кандалакши), Администрация муниципального образования городское поселение Мурмаши Кольского района (далее – администрация Мурмаши), Администрация муниципального образования Терский район Мурманской области (далее – администрация Терский район), Прокуратура Мурманской области.

Решением Арбитражного суда Мурманской области от 09.11.2017 заявление удовлетворено, оспариваемые акты УФАС признаны недействительными.

В апелляционной жалобе Управление Федеральной антимонопольной службы по Мурманской области просит решение суда первой инстанции отменить, как принятое с нарушением норм материального права и несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. По мнению подателя жалобы, переход на отопление жилых помещений с использованием индивидуальных источников теплоснабжения является допустимым, оплата за потребленную тепловую энергию должна осуществляться за фактически оказанные услуги в соответствии с положениями статей 536, 541 и 546 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а отсутствие в Правилах № 354 механизма расчета платы за услуги по отоплению мест общего пользования в многоквартирном доме, часть помещений которого отключена от централизованного теплоснабжения и переведена на электрообогрев, не делает легитимным выставление теплоснабжающей организацией счетов за фактически не оказанную услугу по отоплению помещений.

В судебном заседании представитель АО «МЭС» доводы жалобы отклонил по основаниям, приведенным в письменном отзыве, просил оставить решение суда первой инстанции – без изменения, апелляционную жалобу УФАС – без удовлетворения.

УФАС просило рассмотрение апелляционной жалобы отложить в связи с нахождением представителя Управления в очередном отпуске.

Апелляционная коллегия, рассмотрев данное ходатайство, не нашла оснований для его удовлетворения, так как характер спора и собранные по делу доказательства позволяют рассмотреть апелляционную жалобу в настоящем судебном заседании, нахождение одного из сотрудников УФАС в очередном отпуске не является достаточным основанием для отложения рассмотрения дела.

Остальные участники дела извещены надлежащим образом, в судебное заседание своих представителей не направили.

От МИФНС, Администрации Терского района, Агаева Д.С., Малика М.Н., Чиликиной Л.И. поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которой поддержаны доводы УФАС.

ГЖИ в своем отзыве поддержало позицию АО «МЭС», просила оставить решение суда без изменения, полагая его законным и обоснованным.

Дело рассмотрено апелляционным судом в порядке статей 156 и 266 АПК РФ без участия УФАС и третьих лиц.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, в Управление поступили заявления о злоупотреблении АО «МЭС» доминирующим положением путем предъявления требований об оплате услуг по отоплению гражданам, проживающих в помещениях, в установленном порядке переведенных на обогрев с помощью электрической энергии: - коллективное заявление жителей Кандалакшского района (представитель Агаев Д.С.), с приложением документов по помещениям (ул. Борисова, д. 6 кв. 23, ул. Советская, Д. 2А кв. 14, ул. Кировская аллея, д. 7 кв. 9); - аналогичное коллективное заявление жителей многоквартирного дома № 2а по ул. Советская в г. Кандалакша (Балаганской И.А., Бучиной Л.Н., Следниковой Е.М., Кузнецова И.Н.), с приложением документов по помещениям (кв. №№ 2, 10, 14); - аналогичное коллективное заявление жителей ЗАТО г. Североморск (представитель Малик М.Н.), с приложением документов по помещениям (ул. Корабельная, д. 6 кв. 20, ул. Кирова, д. 3, кв. 59, ул. Сизова, д. 3 кв. 30, ул. Сафонова, д. 18 кв. 16); - аналогичное заявление гражданина Толчева А.В. в отношении жилого помещения по адресу: п.г.т. Мурмаши, ул. Кайкова, д. 16 кв. 4, с приложением документов; - аналогичное заявление индивидуального предпринимателя Шульгина К.В. в отношении нежилого помещения по адресу: г. Кандалакша, ул. Данилова, д. 25/2. - аналогичное заявление индивидуального предпринимателя Егоровой И.И. в отношении нежилого помещения по адресу: г. Кандалакша, ул. Данилова, д. 13; - аналогичное заявление индивидуального предпринимателя Жидких П.П. в отношении нежилого помещения по адресу: г. Кандалакша, ул. Кандалакшское шоссе, д. 25; - аналогичное коллективное заявление жителей п.г.т. Умба Терского района (представитель Чиликина Л.А.), с приложением документов по помещению (ул. Советская, д. 10 кв. 53).

Управление приказом от 09.03.2017 № 43 возбудило дело № 05-03-17/9 по признакам нарушения АО «МЭС» части 1 статьи 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции). Этим же приказом создана комиссия по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства.

20.06.2017 по делу № 05-03-17/9 Комиссией УФАС принято решение о признании в действиях АО «МЭС» нарушения части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, выразившегося в злоупотреблении доминирующим положением на рынке услуг по теплоснабжению в муниципальных образованиях Кандалакшский район, ЗАТО г. Североморск, п.г.т. Умба, п.г.т. Мурмаши в границах своих тепловых сетей, путем предъявления собственникам (нанимателям, арендаторам) жилых и нежилых помещений, в установленном порядке отключенных от централизованного отопления и переведенных на альтернативное отопление, требований об оплате услуг по отоплению в объеме, который не был получен потребителями, что привело к ущемлению неопределенного круга потребителей.

Предписанием от 20.06.2017 по делу № 05-03-17/9 на Общество возложена обязанность прекратить злоупотребление доминирующим положением на рынке услуг по теплоснабжению в границах вышеуказанных муниципальных образований, а именно: не предъявлять собственникам (нанимателям, арендаторам) жилых и нежилых помещений, в установленном порядке отключенных от централизованного отопления и переведенных на альтернативное отопление, сообщившим об этом в АО «МЭС» с представлением подтверждающих документов, требований об оплате услуг по отоплению в объеме, который не был получен потребителями.

Не согласившись с решением и предписанием УФАС, АО «МЭС» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции признал недействительным оспариваемые решение и предписание антимонопольного органа, не усмотрев в действиях заявителя нарушения части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.

Апелляционная коллегия полагает выводы суда правильными и не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В силу статей 1 и 3 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции, Закона № 135-ФЗ) целями названного Закона являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков, а сферой применения - отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции.

Частью 1 статьи 10 Закона № 135-ФЗ установлен императивный запрет для занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта на осуществление действий (бездействия), результатом которых являются или могут явиться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц, (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей.

Как правомерно отметил суд, состав правонарушения, выражающегося в злоупотреблении хозяйствующим субъектом доминирующим положением, является материальным, поскольку в его конструкцию включены определенные последствия, одним из которых может быть ущемление интересов других лиц либо неопределенного круга потребителей. Для квалификации действий хозяйствующего субъекта как не соответствующих части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции по мотиву ущемления интересов неограниченного круга потребителей, подлежат установлению одновременно следующие обстоятельства: доминирующее положение хозяйствующего субъекта; совершение хозяйствующим субъектом действий, выходящих за допустимые пределы осуществления гражданских прав; наличие или угроза ущемления интересов других лиц в результате действий хозяйствующего субъекта; наличие объективной взаимосвязи между доминирующим положением, совершением деяния и его негативными последствиями либо возможностью наступления таких последствий.

При определении обстоятельств осуществления хозяйствующим субъектом своего субъективного права должны приниматься во внимание требования специального закона, предоставляющего соответствующее право и определяющего порядок его реализации. Так, не может быть признана злоупотреблением доминирующим положением реализация хозяйствующим субъектом права тем способом и в той форме, которые прямо предписаны специальным законодательством.

Действия хозяйствующих субъектов, результатом которых является или может являться ущемление интересов других лиц, не могут быть признаны злоупотреблением доминирующим положением, если на возможность совершения таких действий прямо указано в нормативном акте, регулирующем соответствующую сферу деятельности.

Нормы антимонопольного законодательства в части регулирования предпринимательской деятельности хозяйствующего субъекта, занимающего доминирующее положение на товарном рынке, корреспондируют с нормами и принципами гражданского законодательства, не допускающими недобросовестное осуществление гражданских прав и исполнение обязанностей, что прямо следует из совокупности положений статей 9 и 10 ГК РФ.

По результатам проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке в порядке, утвержденном Приказом Федеральной антимонопольной службы от 28.04.2010 № 220, Комиссией УФАС установлено, что АО «МЭС» занимает доминирующее положение на рынке услуг по теплоснабжению в рассматриваемый период: в Кандалакшском районе с долей 78,5% в муниципальном образовании и 100% - в границах своих сетей; в ЗАТО г. Североморск с долей 100% как по объему реализации в муниципальном образовании, так и в границах своих сетей; в п.г.т. Умба с долей 91,2% в муниципальном образовании и 100% - в границах своих сетей; в п.г.т. Мурмаши с долей 100% в границах своих сетей.

Продуктовые границы товарного рынка определены как услуга теплоснабжения конечного потребителя, включая производство, передачу, сбыт тепловой энергии. АО «МЭС» как ресурсоснабжающая организация владеет тепловыми сетями, технологически присоединенными к МКД, в которых расположены жилые и нежилые помещения потребителей, что при отсутствии договоров теплоснабжения между Обществом и исполнителями коммунальных услуг определяет возможность Общества предоставлять потребителям коммунальную услугу по отоплению.

Поскольку для данного рынка является характерным оказание услуг теплоснабжения потребителям в пределах расположения тепловых сетей теплоснабжающих или теплосетевых организаций, при проведении анализа товарного рынка, географические границы рынка были ограничены границами муниципальных образований Кандалакшский район, ЗАТО г. Североморск, п.г.т. Умба, п.г.т. Мурмаши.

Состав хозяйствующих субъектов, действующих на рассматриваемом рынке, определен Управлением на основании информации, представленной администрациями вышеуказанных муниципальных образований.

Установив доминирование на вышеуказанном рынке по поставке коммунальной услуги «отопление», суд первой инстанции согласился с выводами УФАС о том, что на ОА «МЭС» распространяются запреты, установленные частью 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.

Для целей применения части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции (в редакции, действующей с 05.91.2016), понятие неопределенного круга потребителей используется в контексте множественности (не единичности) числа потребителей, как участников рынка, чьи права и законные интересы могут быть затронуты действиями лица, занимающего доминирующее положение.

В рассматриваемом случае, действиями хозяйствующего субъекта, занимающего доминирующее положение на рынке оказания услуг теплоснабжения, были затронуты права большого числе потребителей данных услуг, которые перешли на альтернативный способ отопления своих помещений.

Вместе с тем, само по себе доминирующее положение хозяйствующего субъекта не является объектом правового запрета, если такие действия совершены в допустимых пределах осуществления гражданских прав и не противоречат установленным нормативными правовыми актами правилам и норам в соответствующей сфере.

Как установлено в ходе проверки Управлением и отражено в оспариваемом решении, начиная с 01 января 2015 года и по настоящее время собственникам (арендаторам, нанимателям) помещений от АО «МЭС» поступают квитанции об оплате услуг теплоснабжения: для МКД, не оборудованных общедомовыми приборами учета, расчет стоимости коммунальной услуги по отоплению производится исходя из норматива коммунальной услуги и общей площади помещения; для МКД, оборудованных приборами учета тепловой энергии, расчет осуществляется исходя из объема поступившей в дом тепловой энергии и общей площади помещения. Такие расчеты производились и счета выставлялись в том числе потребителям, перешедшим на альтернативные источники отопления своих жилых помещений.

В качестве нарушения антимонопольного законодательства оспариваемым решением Обществу вменено совершение конкретных действий по выставлению потребителям счетов по оплате услуги теплоснабжения в объеме, не соответствующем фактическому объему оказанной и полученной услуги.

Возможность перехода на отопление жилых помещений в МКД с использованием индивидуальных квартирных источников тепловой энергии предусмотрена Законом № 190-ФЗ «О теплоснабжении». Разрешение этого вопроса возложено на органы местного самоуправления.

Как правильно указал суд, проверка законности произведенных переустройств (демонтажа приборов отопления) и соблюдение правил перевода на электрообогрев спорных жилых (нежилых) помещений (помещений иных лиц), не являлась предметом проверки Управления и не относится к предмету рассматриваемого спора.

Отопление МКД представляет собой единую систему, подключенную к централизованной системе отопления. Вместе с тем, как следует из части 15 статьи 14 Закона № 190-ФЗ «О теплоснабжении» в случае, если МКД в надлежащем порядке подключен к центральной системе теплоснабжения, перевод отдельных помещений в нем на индивидуальное отопление допускается только в случаях, определенных схемой теплоснабжения.

Данное положение установлено в целях сохранения теплового баланса всего жилого здания, поскольку при переходе на индивидуальное теплоснабжение хотя бы одной квартиры в МКД происходит изменение температуры в примыкающих помещениях, изменяется гидравлический режим во внутридомовой системе теплоснабжения.

Схемы теплоснабжения спорных МКД, предусматривающие возможность перехода на отопление с использованием индивидуального квартирного источника тепловой энергии в рассматриваемый период, а также доказательства, подтверждающие разработку проектов реконструкции системы отопления спорных МКД, представлены в отношении не всех домов, но, как уже было установлено выше, данное обстоятельство не является предметом рассматриваемого спора.

При этом следует отметить, что такая схема была утверждена в городском поселении Кандалакша только в 2017 года постановлением Администрации МО Городское поселение Кандалакша от 23.08.2017 № 575 (том 9, л.д 58). По Терскому району такая схема утверждена тоже только в 2017 году (том 9, л.д. 116).

Более того, как правильно указал суд, использование альтернативных тепловых источников для обогрева личных жилых помещений не освобождает собственников помещений от обязанности нести бремя содержания общего имущества дома и, следовательно, вносить плату за отопление на общедомовые нужды.

В силу пункта 1 части 2 статьи 155, части 1 статьи 157 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ) плата за жилое помещение и коммунальные услуги вносится на основании платежных документов (в том числе платежных документов в электронной форме, размещенных в системе). Размер платы за коммунальные услуги рассчитывается исходя из объема потребляемых коммунальных услуг, определяемого по показаниям приборов учета, а при их отсутствии исходя из нормативов потребления коммунальных услуг, утверждаемых органами государственной власти субъектов Российской Федерации в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354 утверждены Правила, которые регулируют отношения по предоставлению коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в МКД и жилых домов, в том числе отношения между исполнителями и потребителями коммунальных услуг, устанавливают их права и обязанности, порядок заключения договора, содержащего положения о предоставлении коммунальных услуг, а также порядок контроля качества предоставления коммунальных услуг, порядок определения размера платы за коммунальные услуги с использованием приборов учета и при их отсутствии, порядок перерасчета размера платы и изменения ее размера при предоставлении коммунальных услуг ненадлежащего качества, определяют основания и порядок приостановления или ограничения предоставления коммунальных услуг, а также регламентируют вопросы, связанные с наступлением ответственности исполнителей и потребителей коммунальных услуг (далее – Правила № 354).

В силу положений вышеуказанных Правил, управляющая организация как лицо, предоставляющее потребителям коммунальные услуги, является исполнителем коммунальных услуг, статус которого обязывает ее заключать с ресурсоснабжающими организациями договоры о приобретении коммунальных ресурсов, используемых при предоставлении коммунальных услуг потребителям; оказывать коммунальные услуги того вида, которые возможно предоставить с учетом степени благоустройства многоквартирного дома, а также дает право требовать с потребителей внесения платы за потребленные коммунальные услуги.

Как установлено судом, в спорных МКД управление осуществлялось посредством выбора управляющей организации; договор энергоснабжения, заключенный управляющей организацией с энергоснабжающей организацией, был расторгнут, иной договор не заключался.

Из буквального толкования пункта 14 Правил № 354 следует, что если управляющая организация или иной исполнитель коммунальных услуг не заключит договор с ресурсоснабжающей организацией, данная организация обязана приступить к предоставлению коммунальной услуги соответствующего вида непосредственно собственникам и пользователям помещений в многоквартирном доме.

Таким образом, в отсутствие договора между ресурсоснабжающей организацией и управляющей компанией договорные отношения в силу закона возникают непосредственно между ресурсоснабжающей организацией и собственниками помещений в МКД, в том числе по начислению платы за коммунальные услуги, предоставленные потребителю в жилом и нежилом помещении, плату за коммунальные услуги, потребляемые в процессе использования общего имущества в многоквартирном доме.

Наличие у собственников спорных жилых (нежилых) помещений обязанности по оплате тепловой энергии, потребленной на общедомовые нужды, Управлением не оспаривается.

Правилами № 354 не предусмотрен особый порядок оплаты коммунальной услуги по отоплению потребителями, помещения которых переведены на электрообогрев. При этом, потребитель коммунальной услуги по отоплению вне зависимости от выбранного способа управления МКД вносит плату за эту услугу совокупно без разделения на плату за потребление указанной услуги в жилом или нежилом помещении и плату за ее потребление в целях содержания общего имущества МКД, что следует из содержания пунктов 40 (второй абзац), 42, 42.1 Правил.

Таким образом, действующее нормативное регулирование не позволяет ресурсоснабжающей организации применить при расчете платы какой-либо иной порядок, нежели предусмотрено Правилами № 354, а также не предусматривает формул расчета, позволяющих в ситуации, когда отдельные квартиры переведены на индивидуальное отопление, рассчитать потребленный тепловой ресурс на общедомовые нужды.

В материалы дела представлено Заключение специалиста (ООО «Север») от 28.04.2016 № 15/04/2016 (том 5, л.д. 49-73), сделанное по заказу Агеевой Д.В., в котором специалист приходит к выводу о том, что в доме, оборудованном общедомовым прибором учета, но при отсутствии индивидуальных приборов учета во всех квартирах с водным отоплением, произвести расчеты возможно в соответствии с пунктом 42(1) Правил № 354, однако при этом, собственники помещений, перешедших на индивидуальное отопление, и не получающие фактически услугу по водяному отоплению, оплачивают расходы по теплоснабжению только на общедомовые нужды, порядок оплаты которой принимается на общем собрании собственников, что и должно учитываться при начислении платы теплоснабжающей организацией.

Из материалов дела также видно, что в некоторых регионах местные Администрации определили порядок расчета и взимания платы за отопление мест общего пользования в МКД, в которых в ряде квартир установлены индивидуальные источники отопления.

Однако, материалами дела не подтверждается и участвующими в деле лицами не представлены доказательства принятия таких нормативных правовых актов на территории Мурманской области. Не исследованы антимонопольным органом также вопросы о том, приняты ли на общих собраниях собственниками спорных МКД решения о распределении платы за потребленный тепловой ресурс на общедомовые нужды.

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.06.2008 № 30 «О некоторых вопросах, возникших в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства» оценивая действия (бездействие) как злоупотребление доминирующим положением, следует учитывать положения статьи 10 ГК РФ, части 2 статьи 10, части 1 статьи 13 Закона о защите конкуренции, и, в частности, определять, были ли совершены данные действия в допустимых пределах осуществления гражданских прав либо ими налагаются на контрагентов неразумные ограничения или ставятся необоснованные условия реализации контрагентами своих прав.

Так, не может быть признана злоупотреблением доминирующим положением реализация хозяйствующим субъектом права тем способом и в той форме, которые прямо предписаны специальным законодательством, регулирующим соответствующую сферу деятельности.

Ссылка Управления на то, что переход на самостоятельный электрообогрев квартир породил законодательную коллизию, а Общество в рассматриваемом случае воспользовалось неурегулированностью нормативного порядка расчетов, чтобы получить неосновательное обогащение, несостоятельна и не подтверждена надлежащими доказательствами.

В отсутствие надлежащего правового регулирования, противоречивой судебной практики, когда в гражданских спорах суды общей юрисдикции и арбитражные суды по разному подходят к решению спорных вопросах (о взыскании задолженности за потребленный тепловой ресурс), оснований для признания Общества допустившим злоупотребление своим доминирующим положением в отношении неопределенного круга лиц не имеется.

Судом первой инстанции правомерно установлено, что вменяемые Обществу нарушения в области расчетов за отопление не подпадают под императивный запрет, предусмотренный частью 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции. Споры, возникшие в связи с теплоснабжением помещений, расположенных в МКД, не свидетельствуют о направленности действий Общества на ущемление прав неопределенного круга лиц.

В отсутствие доказательств нарушения заявителем части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, суд первой инстанции также правомерно признал недействительным выданное на основании этого решения предписание.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы все значимые для дела обстоятельства и дана им надлежащая оценка по правилам статьи 71 АПК РФ, правильно применены и истолкованы нормы материального права, не допущено нарушений процессуальных норм.

Доводы апелляционной жалобы аналогичны доводам, приведенным УФАС и остальными участниками дела при рассмотрении в суде первой инстанции, которым судом дана надлежащая правовая оценка.

Правовых и фактических оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы Управления не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



постановил:

Решение Арбитражного суда Мурманской области от 09 ноября 2017 года по делу № А42-5389/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу Управления Федеральной антимонопольной службы по Мурманской области - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.



Председательствующий

Л.В. Зотеева

Судьи


Н.И. Протас


Е.А. Сомова