Постановление от 14 апреля 2022 г. по делу № А55-12428/2016

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу


14 апреля 2022 года Дело №А55-12428/2016

гор. Самара

Резолютивная часть постановления оглашена 07 апреля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 апреля 2022 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гадеевой Л.Р.,

судей Александрова А.И., Машьяновой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев 07 апреля 2022 года в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №4,

апелляционные жалобы акционерного общества КБ «Солидарность» и конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Самарской области от 31.01.2022, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО6 в рамках дела №А55-12428/2016 о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Тольяттинская птицефабрика», ИНН <***>

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего – представитель ФИО4 по доверенности от 27.01.2022;

от акционерного общества КБ «Солидарность» - представитель ФИО5 по доверенности от 17.01.2022;

от ФИО6 – представители ФИО7 и ФИО8 по доверенности от 13.11.2021;

от иных лиц – не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 23.08.2018 АО «Тольяттинская птицефабрика», Самарская область, Ставропольский район, с. Александровка, ИНН <***> признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением, в соответствии с которым просит:

«1. Привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Тольяттинская птицефабрика» в сумме 18 711 298 рублей.

2. Привлечь ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Тольяттинская птицефабрика» в сумме 8 031 746 рублей 59 копеек».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 31.01.2022 заявление конкурсного управляющего оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, конкурсный кредитор - акционерное общество КБ «Солидарность», обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Самарской области от 31.01.2022 по делу №А55-12428/2016 отменить, принять по делу новый судебный акт, удовлетворив заявление конкурсного управляющего.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2022 апелляционная жалоба принята к производству.

Также, не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Самарской области от 31.01.2022 по делу №А55-12428/2016 отменить, принять по делу новый судебный акт, удовлетворив заявление конкурсного управляющего.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2022 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего и акционерного общества КБ «Солидарность» доводы апелляционных жалоб поддержали в полном объеме.

Представители ФИО6 возражали относительно доводов апелляционных жалоб по мотивам, изложенным в объяснениях, приобщенных судебной коллегией к материалам дела.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и не явившихся в судебное заседание, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

От финансового управляющего ФИО6 – ФИО9 поступили письменные пояснения, согласно которым он поддерживает доводы апелляционных жалоб.

От ФИО3 поступил отзыв, согласно которому он возражает относительно доводов конкурсного управляющего и акционерного общества КБ «Солидарность».

Поступившие документы приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела.

Рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены судебного акта.

В соответствии со ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, ФИО3 на основании приказа от 02.02.2015 № 16-ПP «О вступлении генерального директора в должность» с 02.02.2015 назначен на должность генерального директора ОАО «Тольяттинская птицефабрика», расположенного по адресу: <...>. 33.

Ставропольским районным судом Самарской области от 20.07.2017 вынесен приговор, из которого следует следующее (стр. 2 и 3 приговора): «Действуя во исполнение своего преступного умысла, в своих личных интересах, ФИО3, преимущественно находясь на территории ОАО «Тольяттинская птицефабрика» по адресу: <...>. 33, в период с 13 февраля по 31 декабря 2015 года, после каждой выплаты заработной платы работникам ОАО «Тольяттинская птицефабрика», зная о необходимости перечисления в соответствующий бюджет исчисленного и удержанного налога на доходы физических лиц, сумма которого составила в вышеуказанный период 21 089 870 рублей, давал указания главному бухгалтеру предприятия и заместителю главного бухгалтера о производстве конкретных перечислений денежных средств предприятия различным контрагентам, игнорируя при этом необходимость перечисления в бюджет удержанного налога на доходы физических лиц в полном объеме, фактически оплатив в названный период удержанный налог на доходы физических лиц лишь частично - в сумме 2 378 572 рубля, то есть умышленно не исполнял таким образом требования п.6 ст.226 Налогового кодекса РФ, обязывающего полностью перечислять в бюджетную систему РФ суммы исчисленного и удержанного налога не позднее дня, следующего за днем выплаты налогоплательщику дохода. При этом за весь период деятельности предприятия с 13 февраля по 31 декабря 2015 года у него имелась реальная возможность производить перечисление в бюджетную систему РФ всех сумм исчисленного и удержанного налога на доходы физических лиц. Вследствие умышленного невыполнения ФИО3 вышеназванных обязанностей налогового агента, в вышеуказанный период у ОАО «Тольяттинская птицефабрика» перед бюджетной системой РФ образовалась задолженность по исполнению обязанности налогового агента по налогу на доходы физических лиц в крупном размете, на общую сумму 711 298 рублей. При этом оставшиеся в его распоряжении в результате не перечисления данного налога денежные средства по указанию ФИО3 расходовались, в нарушение ст.855 ГК РФ на иные цели, в том числе на исполнение обязательства по договору займа от 02.02.2015 перед председателем Совета директоров и акционером ОАО «Тольятти птицефабрика» ФИО6, который был инициатором назначения и утверждения кандидатуры ФИО3 на должность генерального директора ОАО «Тольятти птицефабрика», на сумму 8 031 746 рублей 59 копеек».

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО6 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По мнению конкурсного управляющего, контролирующие лица должника ФИО3, и ФИО6 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности, в связи с тем, что ими в нарушение ст.855 Гражданского кодекса Российской Федерации, при наличии задолженности перед ИФНС, денежные средства направлялись на исполнение обязательства по договору займа от 02.02.2015 перед председателем Совета директоров и акционером ОАО «Тольяттинская птицефабрика» ФИО6, который был инициатором назначения и утверждения кандидатуры ФИО3 на должность генерального директора ОАО «Тольяттинская птицефабрика», на сумму 8 031 746 рублей 59 копеек, так как согласно п.п.1, п.2 ст. ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» - причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона о несостоятельности.

ФИО3 к взысканию предъявлена сумма в размере 18 711 298 рублей. В качестве основания указано, что согласно материалам уголовного дела и экспертизе в период с 02.02.2015 по 31.12.2015 ФИО3 осуществил неполное перечисление НДФЛ в бюджет бюджетной системы Российской Федерации, не исполнив обязанности налогового агента на общую сумму 18 711 298 рублей (стр.11 приговора).

ФИО6 к взысканию предъявлена сумма в размере 8 031 746 рублей 59 копеек. В качестве основания указано, что поскольку названные средства по указанию ФИО3 в нарушение ст.855 ГК РФ были направлены на исполнение обязательства по договору займа от 02.02.2015 перед председателем Совета директоров и акционером ОАО «Тольяттинская птицефабрика» ФИО6, который был инициатором назначения и утверждения кандидатуры ФИО3 на должность генерального директора ОАО «Тольяттинская птицефабрика» (стр. 12 приговора).

Конкурсный управляющий отмечает, что АО «Тольяттинская птицефабрика» имеет непогашенную реестровую задолженность по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование и НДФЛ за период с 2015 года.

Согласно определению Арбитражного суда Самарской области от 27.10.2017 в реестр требований кредиторов АО «Тольяттинская птицефабрика» включено требование ФНС России во вторую очередь реестра требований кредиторов должника: по уплате НДФЛ в размере 17 074 628,59 рублей (основной долг), по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование на страховую часть трудовой пенсии (включая страховые взносы по дополнительному тарифу страховые вносов в размере 10 608 024,48 рублей (основной долг), в третью очередь реестра требований кредиторов должника: по уплате пени по НДФЛ в размере 882 816,79 рублей, по уплате пени по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование к страховую часть трудовой пенсии (включая пени по страховым взносам по дополнительном тарифу страховых вносов) в размере 323 299,52 рублей, по уплате страховых взносов на обязательное медицинское страхование в размере 2 559 527,28 рублей, в том числе основной долг - 2 469 301, 01 рублей, пени - 90 226,26 рублей.

Требование конкурсного управляющего предъявлено на основании пункта 1 части 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Возражая относительно доводов конкурсного управляющего, ФИО3 указывал, что срок трудовой деятельности (02.02.2015-31.05.2016), в период действия которого может возникнуть субсидиарная ответственность ответчика, относится к периоду, в котором действовал Федеральный закон от 28 июня 2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям», которым в статье 10 Закона о банкротстве был введен пункт 5, установивший, в частности, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 этой же статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее заявление лицо узнала или должно было узнать о наличии оснований привлечения. Началом течения данного срока является дата назначения ФИО2 временным управляющим предприятия, то есть 03.08.2017. С момента, когда ФИО2 должен был узнать об основаниях привлечения к субсидиарной ответственности (03.08.2017) до подачи заявления в Арбитражный суд Самарской области (10.09.2021) прошел срок четыре года один месяц и семь дней. На основании изложенного, срок исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности истек. Также, привлечение к уголовной ответственности ответчика основано на деятельности предприятия в 2015 году, до появления у предприятия признаков неплатежеспособности в 2017 году. Конкурсным управляющим не представлены доказательства наличия причинно-следственной связи между несвоевременной выплатой НДФЛ в 2015 году и признанием предприятия банкротом в 2017 году, доказательства, указывающие на прямую связь между несвоевременной выплатой НДФЛ и причинением существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения данной сделки. МИ ФНС №15 в 2015 году не выносило решений о взыскании не уплаченного НДФЛ и на сумму не своевременно внесенного в бюджет НДФЛ начислялись проценты в соответствии с действующим законодательством. Данный факт указывает на не умышленную неуплату налога, а на отсрочку платежей. С февраля по декабрь 2015 в бюджет на уплату налогов и взносов предприятием перечислено 45 695785.59 руб., в том числе порядка 4 млн. рублей на погашение задолженности за 2014 год. Уполномоченный орган включен в реестр кредиторов только 14.09.2017 с суммой задолженности 31 448 296,65 руб. Кроме того ответчиком принимались меры для сокращения затрат предприятия и повышения эффективности. В 2015 году заключен договор с ООО Южно-Уральские технологические системы по замене световых приборов на светодиодные в 30 корпусах. Стоимость договора составила 6 383 000 руб., годовая экономия прогнозировалась в размере 8 669 482 руб., исходя из текущих на тот момент цен на электроэнергию. В 2016 году было принято решение на сокращение премиальной части на 10% сотрудникам предприятия. Привлечение заемных средств по договорам займа с учредителем на сумму 10 млн. руб. осуществлялось для совершения финансовых операций вне бюджета предприятия, с целью недопущения нарушений бюджета и формирования запаса в маточном поголовье. Данные запасы позволили увеличить поголовье в 2015-2016 году. Расчет по договорам производился на протяжении 2015 и 2016 года и полностью расчет не произведен. Рассматривать данные договоры займа как вклад в уставный капитал предприятия нельзя, так как нормами Закона «Об акционерных обществах» увеличение уставного капитала любым из двух способов осуществляется решением на общем собрании акционеров. Данное собрание не проводилось в указанный период. Таким образом, частичный возврат денежных средств по договору займа с ФИО6 должен рассматриваться, как выполнение обязательств предприятия перед кредитором.

Возражая относительно доводов конкурсного управляющего, ФИО6 указывал, что заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности основано исключительно на содержании приговора Ставропольского районного суда Самарской области от 20.07.2017 года по уголовному делу № 1-102/2017. Вместе с тем, из информации, размещенной на официальном сайте Ставропольского районного суда Самарской области, следует, что указанный приговор был обжалован и впоследствии изменен судом апелляционной инстанции. Конкурсным управляющим в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены доказательства размера ущерба. Согласно пунктам 9.4 и 9.5 Положения о Совете директоров АО «Тольяттинская птицефабрика», решения на заседании Совета директоров, в том числе по вопросам об избрании Генерального директора, принимаются большинством голосов присутствующих, при решении вопросов на заседании каждый член Совета директоров обладает одним голосом, при равенстве числа голосов, поданных за принимаемое решение, голос председателя Совета директоров является решающим. При голосовании за избрание ФИО3 на должность Генерального директора АО «Тольяттинская птицефабрика», все пять членов Совета директоров проголосовали за принятие такого решения единогласно. При этом у ФИО6 был всего один голос из пяти. То есть решение было принято коллегиально и единогласно. Также, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Глава III.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» об ответственностиконтролирующих должника лиц введена Федеральным законом от 29.07.2017 N266- ФЗ.

Статьей 4 ФЗ от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений вФедеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс РоссийскойФедерации об административных правонарушениях» установлено, указанный Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу (с 30.07.2017). Рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Как верно указывает суд первой инстанции, обстоятельства, которые указаны заявителем в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, имели место в 2015 году (не перечисление НДФЛ с 02.02.2015 по 31.12.2015).

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу, что настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, и с применением норм процессуального права, предусмотренных Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ, поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано после 01.07.2017.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в действующей редакции аналогичные нормы содержатся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из обстоятельств, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума №53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Согласно пункту 16 постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Однако в соответствии с пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Согласно пункту 18 постановления Пленума №53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, второй абзац пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

В соответствии с пунктом 19 постановления Пленума № 53 доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Ввиду того, что ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, возложение обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам, предусмотренным статьей 15 ГК РФ, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Заявляя о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указывает, что ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по долгам АО «Тольяттинская птицефабрика» в сумме 18 711 298 рублей, так как согласно материалам уголовного дела и экспертизе в период с 02.02.2015 по 31.12.2015 осуществил неполное перечисление НДФЛ в бюджет бюджетной системы Российской Федерации, не исполнив обязанности налогового агента на общую сумму 18 711 298 рублей. ФИО6 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности долгам АО «Тольяттинская птицефабрика» в сумме 8 031 746 рублей 59 копеек, так как названные средства по указанию ФИО3. в нарушение ст. 855 ГК РФ, были направлены на исполнение обязательства по договору займа от 02.02.2015 перед председателем Совета директоров и акционером ОАО «Тольяттинская птицефабрика» ФИО6, который был инициатором назначения и утверждения кандидатуры ФИО3 на должность генерального директора ОАО «Тольяттинская птицефабрика». В качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылается на единственное основание, а именно, приговор Ставропольского районного суда Самарской области от 20.07.2017, на основании которого ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199.1 УК РФ.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего, суд первой инстанции принял во внимание пояснения ФИО3, из которых следует, что уполномоченный орган в 2015 году не выносил решений о взыскании неуплаченного НДФЛ и на сумму несвоевременно внесенного в бюджет НДФЛ начислялись проценты в соответствии с действующим законодательством. С февраля по декабрь 2015 года в бюджет на уплату налогов и взносов предприятием перечислено 45 695 785,59 руб. Кроме того, ответчиком принимались меры для сокращения затрат предприятия и повышения эффективности в период трудовой деятельности (с 02.02.2015 по 31.05.2016).

В 2015 году заключен договор с ООО «Южно-Уральские технологические системы» по замене световых приборов на светодиодные в 30 корпусах. Стоимость договора составила 6 383 000 руб. Годовая экономия прогнозировалась в размере 8 669 482 руб. исходя из текущих на тот момент цен на электроэнергию. В 2016 году принято решение на сокращение премиальной части на 10% сотрудникам предприятия.

Привлечение заемных средств по договорам займа с учредителем на сумму 10 млн. руб. осуществлялось для совершения финансовых операций вне бюджета предприятия, с целью недопущения нарушений бюджета и формирования запаса в маточном поголовье. Данные запасы позволили увеличить поголовье в 2015-2016 году. Расчет по договорам производился на протяжении 2015 и 2016 года и полностью расчет не произведен.

В том числе, порядка 4 млн. рублей направлено на погашение задолженности за 2014 год.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд первой инстанции справедливо указал, что у руководителя должника, действовавшего с должной степенью разумности, добросовестности и осмотрительности, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая деятельность должника, были основания полагать, что указанные финансовые трудности не свидетельствуют об объективном банкротстве и могли быть преодолены в разумный срок.

Судом первой инстанции отклонены доводы конкурсного управляющего о том, что денежные средства направлялись на исполнение обязательства по договору займа от 02.02.2015 перед председателем Совета директоров и акционером ОАО «Тольяттинская птицефабрика» ФИО6, который был инициатором назначения и утверждения кандидатуры ФИО3, как основание причинения ущерба кредитору, как не подтвержденные надлежащими доказательствами.

Вместе с тем, ФИО3 и ФИО6 заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на обращение в суд с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности.

Рассмотрев указанный довод, суд первой инстанции правомерно указал следующее.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.06.2016 по заявлению ООО «Юнитранс» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Тольяттинская птицефабрика», Самарская область, Ставропольский район, с. Александровка, ИНН <***>.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 04.08.2017 в отношении ОАО «Тольяттинская птицефабрика», Самарская область, Ставропольский район, с. Александровка, ИНН <***> введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО2 (ИНН <***>, рег. номер 9061).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 27.10.2017 в реестр требований кредиторов АО «Тольяттинская птицефабрика» включено требование ФНС России во вторую очередь реестра требований кредиторов должника: по уплате НДФЛ в размере 17 074 628,59 рублей (основной долг), по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование на страховую часть трудовой пенсии (включая страховые взносы по дополнительному тарифу страховые вносов в размере 10 608 024,48 рублей (основной долг), в третью очередь реестра требований кредиторов должника: по уплате пени по НДФЛ в размере 882 816,79 рублей, по уплате пени по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование к страховую часть трудовой пенсии (включая пени по страховым взносам по дополнительном тарифу страховых вносов) в размере 323 299,52 рублей, по уплате страховых взносов на обязательное медицинское страхование в размере 2 559 527,28 рублей, в том числе основной долг - 2 469 301, 01 рублей, пени - 90 226,26 рублей.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.04.2018 в отношении АО «Тольяттинская птицефабрика», Самарская область, Ставропольский район, с. Александровка, ИНН <***> введена процедура внешнего управления сроком на 12 месяцев. Внешним управляющим должника утвержден ФИО2 (ИНН <***>, рег. номер 9061)

Решением Арбитражного суда Самарской области от 23.08.2018 (резолютивная часть от 16.08.2018) АО «Тольяттинская птицефабрика», Самарская область, Ставропольский район, с. Александровка, ИНН <***> признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

В соответствии с абзацем 2 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Данная применяемая норма Закона о банкротстве содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, и трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Предполагается, что в пределах объективного срока, отсчитываемого от даты признания должника банкротом, выполняются мероприятия конкурсного производства, включающие в себя, в том числе, выявление сведений об основаниях для предъявления к контролирующим лицам иска о привлечении к субсидиарной ответственности.

Объем ответственности контролирующих и иных лиц по данной категории исков подлежит определению по тем правилам, которые действовали на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения этих лиц к ответственности, то есть на момент совершения противоправных действий.

С учетом положений пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее включения уполномоченного органа в реестр требований кредиторов).

В соответствии с пунктом 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих, в связи с чем срок исковой давности должен исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Судом первой инстанции справедливо отклонен довод конкурсного управляющего о том, что фактически он узнал об имевшемся приговоре суда в связи с появившейся информацией в СМИ, а также ответом 06.08.2021 от УФНС по Самарской области, в котором сообщено об отсутствии запрашиваемой информации, а также указано, что согласно сайту Ставропольского районного суда Самарской области в отношении ФИО3 вынесен приговор от 20.07.2017 о виновности в совершении преступления по ч.1 ст. 199.1 УК РФ, поскольку какие-либо обстоятельства, объективно препятствующие такому обращению с момента его утверждения временным управляющим и включения уполномоченного органа в реестр требований кредиторов, отсутствовали. Тем более что требования уполномоченного органа, включенные в реестр требования кредиторов должника в процедуре наблюдения должника, основаны на неисполнении должником, в том числе, указанного в приговоре суда решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №16/16 от 31.05.2016.

При этом на момент вынесения приговора суда от 20.07.2017 в отношении должника уже была введена процедура наблюдения, обязанности временного управляющего исполнял ФИО2

Заявление конкурсного управляющего поступило в Арбитражный суд Самарской области 10.09.2021 по почте. Между тем на почтовом конверте отсутствует штриховой почтовый идентификатор, а почтовый штемпель, проставленный на лицевой стороне конверта, не позволяет установить точную дату отправки ввиду дефекта шрифта. Вместе с тем доказательств направления заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в арбитражный суд до истечении срока исковой давности конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу, что на дату обращения в суд истек и субъективный годичный и объективный трехлетний сроки исковой давности.

При этом обстоятельства, установленные приговором суда, а именно вмененные ФИО3 действия (бездействие) относительно налогового органа, должны были быть известны арбитражному управляющему при анализе сделок должника и на момент включения ФНС в реестр требований кредиторов.

При указанных обстоятельствах доводы АО КБ «Солидарность» о необходимости исчисления трехгодичного срока исковой давности с 16.08.2018 признается судебной коллегией несостоятельным.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявленных требований в связи с истечением срока исковой давности.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, основания для ее непринятия у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что апелляционная жалоба содержит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции, доводы жалобы направлены на их переоценку с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются материалами дела. В этой связи, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обжалуемое определение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

В соответствии соложениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в настоящем случае не предусмотрена.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 31.01.2022 по делу №А55- 12428/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий Л.Р. Гадеева


Судьи А.И. Александров


А.В. Машьянова