Постановление от 19 февраля 2026 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1940/25

Екатеринбург

20 февраля 2026 г.

Дело № А07-6072/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 16 февраля 2026 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 февраля 2026 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Осипова А.А., Пирской О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи

ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.07.2025 по делу № А07-6072/2023

и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 10.11.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные

о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет, явку в суд округа не обеспечили.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие:

представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность

от 26.01.2026);

финансовый управляющий имуществом ФИО4 ФИО5 лично.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.11.2023 ФИО4 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО5 (далее – финансовый управляющий, управляющий).

В Арбитражный суд Республики Башкортостан поступило заявление финансового управляющего о признании сделок по отчуждению должником двух транспортных средств в пользу ФИО2 (далее также – ответчик) недействительными и применении последствий их недействительности

в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу денежных средств

в размере, эквивалентном стоимости отчужденного имущества.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан

от 09.07.2025, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2025, заявленные требования удовлетворены: заключенные между должником и ФИО2 сделки

по отчуждению двух транспортных средств признаны недействительными, применены последствия их недействительности в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу денежных средств в общей сумме 3 462 712 руб.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 09.07.2025

и постановление апелляционного суда от 10.11.2025 отменить и принять

по спору новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований управляющего, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Податель жалобы, возражая против выводов судов, приводит доводы о пропуске управляющим трехлетнего срока исковой давности для оспаривания сделок, указывая

на осведомленность управляющих об их совершении как минимум с момента инвентаризации имущества должника. Заявитель жалобы настаивает

на отсутствии в данном случае оснований для признания сделок

по отчуждению транспортных средств недействительными, отмечая,

что аффилированность сторон сделки таковым обстоятельством не является, а наличие у должника на момент совершения сделок признаков неплатежеспособности и причинение в результате их совершения вреда кредиторам не доказаны.

Представитель ФИО2 в судебном заседании доводы кассационной жалобы поддержал, настаивал на ее удовлетворении.

Финансовый управляющий в судебном заседании против доводов кассационной жалобы возражал, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, представил соответствующий отзыв, который приобщен судом округа к материалам дела.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа

в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ),

в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела,

ФИО4 с 29.07.1988 состоит в зарегистрированном браке

с ФИО2

Должник с 21.01.2010 является единственным участником

общества с ограниченной ответственностью «Домстрой» (далее –

общество «Домстрой») и в период с 23.08.2016 также исполнял функции его единоличного исполнительного органа.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан

от 27.08.2018 на основании заявления уполномоченного органа

возбуждено производство по делу № А07-24253/2018 о банкротстве

общества «Домстрой».

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан

от 19.10.2018 по делу № А07-24253/2018 в отношении общества «Домстрой» введена процедура наблюдения; решением того же суда от 24.01.2019 общество «Домстрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

В рамках указанного дела о банкротстве конкурсным управляющим обществом «Домстрой» было подано заявление о привлечении

ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности.

Определением суда от 22.06.2021 по делу № А07-24253/2018, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021 и Арбитражного суда Уральского округа от 21.12.2021, заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично: с ФИО4 в пользу общества «Домстрой»

в порядке субсидиарной ответственности взысканы денежные средства

в сумме 31 215 036 руб. 77 коп. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Как следует из содержания указанных судебных актов, основанием

для привлечения должника к субсидиарной ответственности послужили совершенные им действия по сокрытию (непередаче) документов и иных товарно-материальных ценностей общества «Домстрой», что не позволило управляющему сформировать конкурсную массу и провести мероприятия конкурсного производства, в том числе оспорить сделки, выявить и взыскать дебиторскую задолженность.

Определением суда от 31.01.2023 по делу № А07-24253/2018 произведена замена взыскателя по определению суда от 22.06.2021 в части суммы 30 695 226 руб. 21 коп. с общества «Домстрой» на ФИО7.

Затем определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.03.2023 на основании заявления ФИО7 возбуждено настоящее дело о банкротстве ФИО4; определением суда от 17.07.2023

в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов; решением от 29.11.2023 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом) с введением в отношении его имущества процедуры реализации.

В ходе выполнения мероприятий процедуры банкротства финансовым управляющим выявлено, что ранее за должником были зарегистрированы

два транспортных средства – Mercedes-Benz Viano Cdi 2.2 (с 11.04.2015)

и Land Rover Discovery-4 (с 01.10.2016).

Впоследствии, 28.09.2018 указанные автомобили были сняты с учета

за должником и в тот же день зарегистрированы за ФИО2

Ссылаясь на отсутствие в его распоряжении документов, на основании которых произведено отчуждение спорного имущества, ввиду истечения срока их хранения у регистрационного органа и непередачи таковых должником, при этом указывая, что оспариваемые сделки по отчуждению имущества являются мнимыми, совершены между заинтересованными лицами на безвозмездной основе в условиях наличия потенциальной возможности привлечения должника к субсидиарной ответственности

по обязательствам подконтрольного ему общества с целью вывода ликвидного имущества от обращения на него взыскания, финансовый управляющий обратился с рассматриваемым заявлением о признании

их недействительными сделками на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона

с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 названного Кодекса).

Гражданское законодательство исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Мнимость сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным реальным намерением, и в сокрытии действительного смысла сделки заинтересованы обе ее стороны, а совершая сделку лишь для вида, стороны верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).

Совершая мнимые сделки, их стороны, будучи заинтересованными

в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать

во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Суды первой и апелляционной инстанций, установив,

что оспариваемые сделки совершены 28.09.2018, а настоящее дело

о банкротстве возбуждено 13.03.2023, заключили, что оспариваемые сделки совершены за пределами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание, что ФИО2 является супругой должника, суды констатировали, что должник и ответчик являются заинтересованными лицами в понимании статьи 19 Закона о банкротстве, ввиду чего презюмируется осведомленность ответчика о финансовом состоянии должника и наличии обязательств перед кредиторами.

По результатам исследования представленных в материалы дела доказательств, доводов и возражений лиц, участвующих в деле, анализа хронологии возникновения обязательств перед кредиторами суды установили, что на дату совершения спорных сделок у должника имелись неисполненные и в последующем включенные в реестр требований кредиторов обязательства перед кредиторами, требования которых в большей части возникли в результате привлечения должника в рамках дела

№ А07-24253/2018 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Домстрой», также возникшим до совершения спорных сделок.

Проанализировав обстоятельства совершения оспариваемых сделок, суды установили, что отчуждение спорного имущества осуществлено должником через незначительное время после возбуждения производства

по делу № А07-24253/2018 о банкротстве общества «Домстрой»,

при этом приняли во внимание установленные в рамках указанного дела

о банкротстве обстоятельства наличия у подконтрольного должнику общества признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества уже по состоянию на 2016-2017 годы и отсутствия у него ликвидных активов для погашения кредиторской задолженности, размер которой на указанный период превышал 50 000 000 руб. (статьи 16, 69 АПК РФ).

Исходя из того, что ФИО4 как учредителю общества «Домстрой» и его руководителю было известно финансовое положение указанного общества и отсутствие у него возможности надлежащим образом исполнять обязательства перед кредиторами, суды констатировали, что

он на момент совершения спорных сделок не мог не осознавать наличие реальной возможности привлечения его к гражданско-правовой ответственности на значительную сумму по обязательствам

общества «Домстрой».

Изложенные обстоятельства в своей взаимосвязи с тем, что отчуждение имущества произведено в отношении аффилированного лица – супруги,

в условиях непредставления ответчиком либо должником доказательств, подтверждающих возмездный характер сделок либо свидетельствующих

о наличии у ФИО2 финансовой возможности самостоятельно приобрести транспортные средства (статья 65 АПК РФ), а также с учетом того, что данные сделки являются не единственными сделками, совершенными должником в соотносимый период в пользу членов своей семьи, позволили судам заключить, что подобное поведение должника не может быть признано добросовестным, фактически должник, прогнозируя риск последующего привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Домстрой», совершил действия, направленные на вывод ликвидного имущества от обращения на него взыскания по неисполненным обязательствам, что причинило вред кредиторам.

Делая вывод о недобросовестности поведения должника и его супруги, суды также приняли во внимание отсутствие в материалах дела разумного обоснования цели приобретения ФИО2 спорных автомобилей, в том числе с учетом отсутствия у нее водительского удостоверения, дающего право на управление транспортным средством, консататировав, что фактически транспортные средства остались в пользовании и под контролем должника, на которого после перерегистрации транспортных средств были оформлены договоры их страхования.

При изложенных обстоятельствах, на основании детального исследования имеющихся в материалах дела доказательств, руководствуясь приведенными нормами права с учетом фактических обстоятельств данного конкретного дела, учитывая, что оспариваемые сделки совершены в период банкротства подконтрольного должнику общества, привлечение

к субсидиарной ответственности по обязательствам которого послужило основанием для признания ФИО4 банкротом в рамках настоящего дела, при их совершении стороны действовали согласованно исключительно с противоправной целью причинить вред иным лицам, истинная воля сторон сделок была направлена на создание видимости вовлечения спорного имущества в гражданский оборот через искусственное создание фигуры внешне добросовестного приобретателя (смена титульного владельца),

в результате совершения спорных сделок из конкурсной массы безвозмездно выбыло ликвидное имущество, что привело к нарушению прав кредиторов должника, при этом стороны сделки не могли не осознавать нарушение прав иных кредиторов, имеющих право на получение удовлетворения своих требований из конкурсной массы должника, суды первой и апелляционной инстанций признали доказанным наличие всех обстоятельств, указывающих на недействительность сделок на основании статьи 170 ГК РФ, тогда

как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства и свидетельствующие об ином, не представлены.

Определяя подлежащие применению последствия недействительности сделки, суд, руководствуясь положениями статьи 167 ГК РФ, статьей 61.6 Закона о банкротстве, исходя из того, что в настоящее время спорное движимое имущество находится в собственности третьего лица, принимая

во внимание представленные управляющим сведения о рыночной стоимости отчужденного имущества, а именно отчет об оценке, согласно которому

на дату заключения спорный сделок стоимость автомобиля Land Rover Discovery-4 составляла 1 929 661 руб., а автомобиля Mercedes-Benz Viano Cdi 2.2 – 1 533 051 руб. в отсутствие иных относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что на момент отчуждения указанного имущества его стоимость являлась иной по отношению

к стоимости, указанной в отчете об оценке, суды в качестве последствий недействительности договора взыскали с ФИО2 в конкурсную массу должника денежные средства в общей сумме 3 462 712 руб.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Приведенные в кассационной жалобе доводы относительно пропуска управляющим трехлетнего срока исковой давности для оспаривания сделок являлись предметом исследования суда апелляционной инстанции

и мотивированно им отклонены. В соответствии с пунктом 1

статьи 181 ГК РФ по требованию об оспаривании сделки по основаниям, предусмотренным статьей 170 названного Кодекса, применяется трехгодичный срок исковой давности. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать

о начале ее исполнения. Применительно к изложенному суд апелляционной инстанции заключил, что в данном случае для финансового управляющего, являющегося независимым лицом, срок исковой давности подлежит исчислению в любом случае не ранее, чем с даты объявления арбитражным судом резолютивной части определения суда о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина и утверждении финансового управляющего (10.07.2023), на основании чего констатировал, что на момент подачи финансовым управляющим настоящего заявления (25.08.2024) предельный срок исковой давности, установленный пунктом 1 статьи 181 ГК РФ, не пропущен. Позиция ответчика об ином несостоятельна и основана на ошибочном толковании норм права.

Приведенные в кассационной жалобе доводы не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебных актов либо опровергнуть выводы судов. Несогласие подателя жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального и процессуального права и не может быть положено

в обоснование отмены обжалуемых судебных актов.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

Поскольку производство по кассационной жалобе завершено, суд округа на основании статьи 283 АПК РФ отменяет принятое определением суда кассационной инстанции от 05.02.2026 приостановление исполнения обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.07.2025

по делу № А07-6072/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.07.2025 по делу № А07-6072/2023

и постановления Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 10.11.2025 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 05.02.2026.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Э. Шавейникова

Судьи А.А. Осипов

О.Н. Пирская