Решение от 4 сентября 2024 г. по делу № А65-18489/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


г. Казань Дело № А65-18489/2023


Дата принятия решения – 04 сентября 2024 года.

Дата объявления резолютивной части – 23 июля 2024 года.


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи А.Г. Абдуллаева,

при ведении протокола секретарём судебного заседания Л.А. Мухаметшиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «МусТранс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Кран-Сервис» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 1 738 322 руб. долга,

с участием:

от истца – представитель ФИО1,

от ответчика – директор ФИО2,

от третьего лица – представитель ФИО1,



УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «МусТранс» (далее – общество «МусТранс») обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Кран-Сервис» (далее – общество «Кран-Сервис») о взыскании 1 738 322 руб. долга.

В обоснование исковых требований указано на необоснованное уклонение ответчика от оплаты выполненных работ по договору подряда № 02/12-01 от 02.12.2019.

В последующем истец заявил дополнительное требование о взыскании процентов за пользование коммерческим кредитом в размере 2 177 135 руб. 44 коп. с последующим начислением процентов до даты погашения долга.

Дополнительное требование о взыскании процентов за пользование коммерческого кредита принято судом на основании статей 40 и 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), а также пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», исходя из реализации задач арбитражного судопроизводства, неразрывной связи требования о взыскании долга и процентов за просрочку его возврата. Эти требования имеют единые основания возникновения и подтверждены одними и теми же доказательствами.

В ходе судебного разбирательства истцом произведено уменьшение размера долга до 1 589 632 руб. 34 коп., а также размера процентов за пользование коммерческим кредитом до 2 166 668 руб. 88 коп. за период с 10.10.2020 по 03.07.2024 с последующим начислением процентов до даты погашения долга.

В дальнейшем представитель истца уменьшил размер долга на сумму произведённого зачёта 196 909 руб. 57 коп. до суммы 1 392 722 руб. 77 коп., а также размер процентов по коммерческому кредиту до суммы 1 934 491 руб. 93 коп. по состоянию на 29.07.2024 с дальнейшим начислением процентов до даты фактического погашения долга.

Уменьшение цены иска принято арбитражным судом на основании статьи 49 АПК РФ.

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал по изложенным в заявлении основаниям, отказавшись от ходатайства об уточнении иска от 29.08.2024.

Ответчик в судебном заседании иск не признал по основаниям, изложенным в отзыве и письменных пояснениях, поддержал ходатайство о вызове свидетелей; на вопрос суда об основаниях такого ходатайство представитель ответчика указал о том, что такие основания содержатся в письменном заявлении.

Судом в удовлетворении ходатайства о вызове свидетелей отказано, поскольку ответчиком не указаны лица, которых он просит допросить. Кроме того, установление факта выполнения работ и оформления документации посредством допроса свидетелей на предмет определения работников, проводивших ремонт, а также оформлявших документацию не отвечает критерию относимости доказательств к предмету рассматриваемого спора.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения присутствовавших в судебном заседании представителей сторон, арбитражный суд считает следующее.

В силу положений статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определённый объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

В силу статьи 746 ГК РФ оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда.

Как следует из материалов дела, между истцом (подрядчик) и ответчиком (заказчик) заключён договор подряда № 02/12-01 от 02.12.2019, предметом которого является обязательство подрядчика выполнить работы по ремонту производственных помещений в здании ремонтной зоны и офисных помещений на втором этаже здания АБК, расположенном по адресу: г. Казань, <...>, а также обязательство генподрядчика принять и оплатить выполненные работы.

Пунктом 3.1 договора ориентировочная стоимость работ определена в размере 1 935 231 руб. 50 коп., а окончательная цена определяется по фактически выполненным объёмам с учётом единичных расценок подрядчика и подтверждённых подписанными сторонами актами о приёмке выполненных работ формы КС-2 и справкой о стоимости работ формы КС-3

Срок окончания работ установлен не позднее 31.03.2020 (пункт 4.3 договора).

Согласно пункту 1 статьи 743 ГК РФ подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объём, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ.

Уведомлением от 31.03.2020 истец уведомил ответчика о готовности работ к сдаче.

Согласно подписанным сторонами в двухстороннем порядке актам о приёмке выполненных работ формы КС-2 № 1 и № 2 от 24.01.2020, а также справке о стоимости выполненных работ и затрат формы КС-3 № 1 от 24.01.2020 стоимость выполненных истцом и принятых ответчиком работ составила 1 935 231 руб. 50 коп. При подписании актом и справки со стороны ответчика каких-либо возражений относительно объёма и качества работ, выполненных подрядчиком и содержащихся в подписанных актах, не заявлено, допустимых и относимых доказательств, указывающих на завышение истцом стоимости и объёма работ, не добыто и арбитражному суду не представлено.

Кроме того, наличие долга заказчика по оплате работ на вышеуказанную сумму подтверждён двухсторонним актом сверки взаимных расчётов за период с 01.01.2020 по 10.07.2020 (том 1, л.д. 38).

Ответчик, возражая относительно наличия обязательства по рассматриваемому договору подряда, заявил о фальсификации представленных в материалы дела договора подряда, протоколов согласования договорной цены к этому договору, актов о приёмке выполненных работ формы КС-2 № 1 и № 2 от 24.01.2020, а также справки о стоимости выполненных работ и затрат формы КС-3 № 1 от 24.01.2020.

Заявляя о фальсификации перечисленных документов, ответчик указал о том, что они не подписывались руководителем ФИО3, который умер 18.09.2021, что подтверждается свидетельством о смерти <...> от 20.09.2021.

С целью проверки заявления о фальсификации, а также удовлетворяя ходатайство ответчика определением арбитражного суда от 12.02.2024 назначено проведение судебной почерковедческой и технико-криминалистической экспертизы, на разрешение которой поставлены следующие вопросы:

1. определить кем, ФИО3 или другим лицом, выполнена подпись от имени ФИО3, содержащаяся в договоре подряда №02/12-01 от 02.12.2019; протоколе согласования договорной цены (приложение№1) к договору подряда №02/12-01 от 02.12.2019; протоколе согласования договорной цены (приложение№2) к договору подряда №02/12-01 от 02.12.2019; справке о стоимости выполненных работ и затрат формы КС-3 № 1 на сумму 1 935 455 руб.; акте о приёмке выполненных работ формы КС-2 №1 на сумму 1 530 455 руб.; акте о приёмке выполненных работ формы КС-2 №2 на сумму 404 776 руб. 50 коп., актах освидетельствования скрытых работ № 1 от 24.01.2020, № 2 от 24.01.2020, № 3 от 24.01.2020;

2. определить, нанесены ли оттиски печати с текстом «…«Кран-Сервис»…» в договоре подряда №02/12-01 от 02.12.2019; протоколе согласования договорной цены (приложение№1) к договору подряда №02/12-01 от 02.12.2019; протоколе согласования договорной цены (приложение№2) к договору подряда №02/12-01 от 02.12.2019; справке о стоимости выполненных работ и затрат формы КС-3 № 1 на сумму 1 935 455 руб.; акте о приёмке выполненных работ формы КС-2 №1 на сумму 1 530 455 руб.; акте о приёмке выполненных работ формы КС-2 №2 на сумму 404 776 руб. 50 коп.; актах освидетельствования скрытых работ № 1 от 24.01.2020, № 2 от 24.01.2020, № 3 от 24.01.2020 печатью ООО Фирма «Кран-Сервис», образцы оттисков которой представлены для сравнения.

Производство почерковедческой и технико-криминалистической экспертизы поручено Федеральному бюджетному учреждению «Средне-Волжский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации», эксперту ФИО4.

Согласно заключению Федерального бюджетного учреждения «Средне-Волжский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» подписи от имени ФИО3, расположенные в договоре подряда, протоколах согласования договорной цены, справке о стоимости выполненных работ формы КС-3 № 1 на сумму 1 935 455 руб., актах о приёмке выполненных работ формы КС-2 на суммы 1 530 455 руб. и 404 76 руб. 50 коп. выполнены самим ФИО3.

Для разрешения вопроса о соответствии печати эксперту были направлены свободные образцы документов с печатью общества «Кран-Сервис», а также экспериментальные образцы печати.

Полученные образцы были разделены экспертом на группы и сделан вывод, что исследуемая печать в документах (договоре, протоколах согласования цены, актах формы КС-2 и справке формы КС-3, акта освидетельствования скрытых работ №№ 1- 3) и образцы печати групп №№ 3, 4, 5, а также экспериментальные образцы оттисков печати нанесены разными печатными формами.

Установить соответствие печатных форм в договоре подряда и актах освидетельствования скрытых работ с печатными формами, проставленными в группе № 1 (перечисленных экспертом документах) не представилось возможным.

Исследуемые оттиски печати в договоре подряда и актах освидетельствования скрытых работ и образец оттиска печати 2-ой группы (в акте потребления электроэнергии) нанесены разными оттисками печати.

Установить соответствие печатных форм в справке формы КС-3, актах формы КС-2 и протоколах согласования договорной цены с печатными формами, проставленными во 2-ой группе (в акте потребления электроэнергии) не представилось возможным.

Оттиски печати в справке формы КС-3, актах о приёмке выполненных работ формы КС-2, протоколах согласования договорной цены и образцы оттисков печати 1-ой группы нанесены разными печатными формами.

Доказательств необоснованности и неправомерности выводов эксперта, содержащихся в представленном экспертном заключении, сторонами не добыто и арбитражному суду не представлено. Основания подвергать сомнению выводы эксперта у суда отсутствуют.

Экспертное заключение по своему содержанию являются полным, а выводы эксперта – подробными, аргументированными и последовательными. Содержание представленного заключения, являющегося письменным доказательством по делу, согласуется с иными представленными документами. Каких-либо оснований полагать, что заключение по результатам экспертизы содержит неправильные по существу выводы и не считать данное заключение надлежащим доказательством, у суда не имеется.

Ввиду того, что противоречивость и недостоверность результатов проведённой судебной экспертизы истцом не доказаны, выводы судебной экспертизы не опровергнуты, ходатайство о проведении повторной экспертизы является необоснованным и не подлежащим удовлетворению по вышеприведённым основаниям.

Ходатайство ответчика о проведении повторной почерковедческой и технико-криминалистической экспертизы фактически сводится к несогласию ответчика с результатами проведения экспертизы, что само по себе не может являться основанием для удовлетворения указанного ходатайства, а также для не принятия результатов проведённой судебной экспертизы.

В удовлетворении ходатайства о вызове судебного эксперта отказано, поскольку представленное экспертное заключение является ясным и понятным для понимания. Вызов эксперта является правом, а не обязанностью суда, и данном конкретном случае необходимость реализации такого права арбитражный суд не усматривает.

В нарушении статьи 65 АПК РФ ответчиком не добыто и не представлено арбитражному суду доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы, а также ставящих под сомнение выводы экспертов.

Таким образом, экспертным заключением доводы ответчика о сфальсифицированности подписи ФИО3 не подтверждены.

Оценка представленных доказательств с позиции несоответствия проставленных печатей осуществляется судом в их совокупности и взаимосвязи с иными имеющимися в материалах дела доказательствами.

В соответствии со статьёй 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создаёт, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.).

Согласно пункту 5 статьи 2 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество вправе иметь печать, штампы и бланки со своим наименованием, собственную эмблему, а также зарегистрированный в установленном порядке товарный знак и другие средства индивидуализации.

Юридическое значение печати общества заключается в удостоверении его оттиском подлинности подписи (подписей) лица (лиц), управомоченного представлять общество, а также того факта, что соответствующий документ исходит от индивидуально определённого общества как юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота.

С учётом того, что организация может обладать несколькими печатными формами, наличие которых находится вне зоны контроля контрагентов, само по себе установление принадлежности подписи руководителя в договоре, приложениях к нему, актах о приёмке выполненных работ и справке о стоимости выполненных работ и затрат является достаточным основанием для отказа в удовлетворении ходатайства о фальсификации. Достоверно установить количество печатей у общества на момент заключения договора подряда и приёмки выполненных работ в настоящее время невозможно. Руководитель, от волеизъявления которого зависит изготовление печатей организации, умер.

Установление же факта соответствия подписи руководителя ФИО3 в вышеуказанных документах свидетельствует о полномочиях лица на совершение юридически значимых действий от лица данной организации и, следовательно, подтверждает волеизъявление ответчика на возникновение рассматриваемого обязательства.

Иных доказательств, свидетельствующих о сфальсифицированности договора подряда, протоколах согласования договорной цены, справке о стоимости выполненных работ формы КС-3 № 1 на сумму 1 935 455 руб., актах о приёмке выполненных работ формы КС-2 на суммы 1 530 455 руб. и 404 76 руб. 50 коп. истцом не добыто и арбитражному суду не представлено.

Проверка соответствия подписи ФИО3 выполнена в отсутствие экспериментальных образцов его подписи по причине смерти последнего. Однако, для производства экспертизы арбитражным судом на исследование были направлены документы с подписью ФИО3 (свободные образцы подписей), представленные как истцом, так и ответчиком, включая его подписанные ФИО3 общегражданский паспорт, договоры, нотариальная доверенность и др. Данные документы явились предметом экспертного исследования, а вывод судебной почерковедческий экспертизы носит не предположительный, а утвердительный характер.

При таких обстоятельствах, заявление о фальсификации удовлетворению не подлежит.

Представленные ответчиком рецензии ООО «Бюро криминалистической экспертизы «Автограф» № 1112-Р/24 от 21.06.2024 и АНО Исследовательский центр «Эксперт-Защита» № 023-07/24 от 15.07.2024 на заключения судебной экспертизы является мнением иных, не привлечённых судом к участию в деле специалистов, тогда как оценка экспертного заключения относится исключительной компетенции арбитражного суда, рассматривающего дело, а не иных специалистов, мнение которых не может служить единственным основанием для опровержения выводов судебного эксперта, предупреждённого об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения.

Вышеуказанные рецензии составлены вне рамок судебной экспертизы, без проведения натурного осмотра и исследования имеющихся в материалах дела доказательств, не опровергают и не исключают правомерность, полноту и обоснованность экспертного заключения, составленного по результатам судебной экспертизы. Предметами рецензий указано исследование экспертного заключения и цифровых скан-копий документов, а не сами объекты исследования, являющиеся предметом спора по настоящему делу и поступившие в распоряжение судебному эксперту.

В отличие от внесудебных экспертных оценок именно заключение судебной экспертизы составлено по результатам оценки всех собранных по делу доказательств и с проведением натурного осмотра объектов исследования.

В связи с наличием между сторонами спора относительно объёма, стоимости и качества выполненных работ, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.02.2024 назначено проведение судебной строительно-технической экспертизы, на разрешение которой поставлены следующие вопросы:

1. определить объём и стоимость фактически выполненных ООО «Мус-Транс» работ по договору подряда № 02/12-01 от 02.12.2019;

2. установить соответствие выполненных работ качеству, предъявляемому строительным нормам и правилам, договором, проектной документации, определяющей объем, сроки выполнения и содержание работ, подтверждённые соответствующими документами;

3. в случае установления недостатков определить характер возникновения недостатков (дефектов), причину их возникновения, определить способ и стоимость их устранения в соответствии с договором подряда № 02/12-01 от 02.12.2019.

Производство экспертизы поручено обществу с ограниченной ответственностью «Центр независимой оценки «Эксперт» (далее – ООО «ЦНО «Эксперт»), экспертам ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8.

Заключением экспертов ООО «ЦНО «Эксперт» № 1658-СТС/КЗН от 27.05.2024 объём выполненных подрядчиком работ сведён в табличной форме, содержащейся на стр. 58 – 59 экспертного заключения). Стоимость фактически выполненных работ определена в размере 1 655 453 руб. 30 коп.

Кроме того, выявлено наличие недостатков в выполненных работах – разнотонность окрашенных стен, следы от инструмента; стоимость устранения недостатков определена в размере 65 820 руб.

В силу положений стать 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами и никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Назначение судебной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, в связи с чем арбитражный суд назначает экспертизу по делу только в том случае, если имеется необходимость в назначении экспертизы с учётом предмета спора и возникли вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.03.2018 по делу № 305-ЭС18-645, А40-164626/2015, пункт 17 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Исходя из положений частей 4, 5, 7 статьи 72, пункта 2 части 4 статьи 170 АПК РФ заключение эксперта не имеет приоритетного значения перед другими доказательствами.

Оценка представленного экспертного заключения произведена судом по правилам оценки доказательств в совокупности с показаниями экспертов, данных в судебном заседании, а также имеющимися в материалах дела доказательствами.

Судом также отмечается, что выводы судебной строительно-технической экспертизы коррелируются с иными собранными по настоящему делу доказательствами – доказательствами выполнения работ, актом сверки расчётов, заключением Федерального бюджетного учреждения «Средне-Волжский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» относительно соответствия подписи ФИО3 как в договоре подряда, так и в актах о приёмке выполненных работ формы КС-2 и справке о стоимости выполненных работ и затрат формы КС-3.

Ввиду того, что противоречивость и недостоверность результатов проведённой судебной строительно-технической экспертизы не доказаны, выводы этой судебной экспертизы не опровергнуты, у суда отсутствуют основания для не принятия экспертного заключения в качестве допустимого и относимого доказательства по рассматриваемому спору.

Возражения ответчика относительно акта сверки, представленного истцом, отклоняются арбитражным судом, поскольку акт сверки не является исключительным и единственным доказательством наличия задолженности. Наличие задолженности установлено арбитражным судом не по акту сверки, а исходя из доказательств выполнения работ, включая акты о приёмке выполненных работ и заключение судебной строительно-технической экспертизы.

Самим ответчиком представлены копии актов сверок, в которых наличие спорного долга отсутствует. Во-первых, как указано выше, установление наличие задолженности произведено арбитражным судом на основании доказательств фактического выполнения работ – актов о приёмке выполненных работ, заключения судебной строительно-технической экспертизы. Во-вторых, в представленных ответчиком копиях актов сверок отсутствует указание на наличие обязательства, по которому они составлены при том, что между сторонами имеются обязательства по договору аренды, наличие которых подтверждено обеими сторонами.

При этом в акте сверки, представленном истцом, содержится указание на обязательство, по которому он составлен – договор подряда № 02/12-01 от 02.12.2019. Однако, несмотря на заверение акта печатью ответчика, документ не содержит сведения о наименовании лица, подписавшего его от имени общества «Кран-Сервис», следовательно, отсутствуют основания для утверждения о его подписании ФИО3. Соответственно, акт сверки не может служить доказательством признания ответчиком спорного долга.

При таких обстоятельствах, оснований для проведения судебной экспертизы с целью проверки соответствия подписи ФИО3 не имеется.

Относительно фальсификации актов освидетельствования скрытых работ (далее – АОСР) арбитражный суд указывает следующее.

В порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста).

В рассматриваемом случае указанные ответчиком АОСР являются исполнительной технической документацией на строительные работы, которые были представлены как при производстве судебной экспертизы. Вопрос о достоверности этих доказательств поставлен под сомнение лишь после производства судебной экспертизы, на момент проведения судебной экспертизы возражения по достоверности АОСР ответчиком не заявлялись.

Из содержания экспертного заключения следует, что выводы о наличии и качестве тех или иных строительных работ были сделаны на основе произведённых экспертами натурных осмотров и совокупности представленных сторонами доказательств (актах о приёмке выполненных работ, накладных на поставку строительных материалов), а не исключительно на АОСР.

Как указано в абзаце 2 пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 декабря 2021 г. № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» в силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

Исходя из положений части 1 статьи 64, части 2 статьи 65, статьи 67 АПК РФ не подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, которое заявлено в отношении доказательств, не имеющих отношения к рассматриваемому делу, а также если оно подано в отношении документа, подложность которого, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства.

Ходатайство ответчика фактически сводится к оспариванию доказательственной силы документов исполнительной технической документации как опосредующих, по мнению заявителя, результаты экспертного заключения, с которым он не согласен. Однако, сами по себе АОСР, оспариваемые ответчиком, не являются основанием возникновения обязательства заказчика по оплате спорных работ, а потому не имеют для разрешения спора существенного значения.

Выводы судебного решения основаны на результатах проведённых судебных экспертиз, актах о приёмке выполненных работ формы КС-2, товарных накладных на поставку строительных материалов, а также на фактическом восприятии экспертами объектов исследования. В отношении установленных строительных работ выводы экспертов об их наличии основаны на их фактическом существовании, что обуславливает и фактическое наличие строительных материалов, без использования которых выполнение работ невозможно.

Судом учитываются, что АОСР подписаны не только сторонами, но и представителем ООО «Мустранссервис» как лицом, выполнявшим работы, подлежащие освидетельствованию, полномочия которого ответчиком не оспорены.

Более того, на вопрос арбитражного суда самим ответчиком указано, что фактическое производство работ и наличие результата их выполнения им не оспариваются. Возражения сводятся к тому, что строительные работы были выполнены в рамках арендных обязательств, а не договора подряда.

Следовательно, объективная необходимость в назначении судебной экспертизы АОСР отсутствует, а фактическое выполнение работ ответчиком сомнению не подвергнуто.

Относительно возражения ответчика о выполнении истцом работ в рамках договора аренды судом отмечается, что данный довод противоречит договору подряда, протоколам согласования цены, актам приёмки выполненных работ формы КС-2 и справке о стоимости выполненных работ формы КС-3.

Утверждение ответчика о том, что подписание договора подряда ответчиком лишено смысла ввиду того, что обязанность по проведению ремонта помещений возложена на арендатора (истца), не может служить доказательством, опровергающим наличие подрядных взаимоотношений. Арбитражный суд не может руководствоваться размышлениями ответчика относительно целесообразности заключения им того или иного договора, поскольку выбор способа ведения своей хозяйственной деятельности является прерогативой самого ответчика как самостоятельного участника гражданского оборота, осуществляющего свою предпринимательскую деятельность самостоятельно по своему усмотрению и на свой риск (статья 2 ГК РФ).

Таким образом, стоимость качественно выполненных ответчиком работ составляет 1 589 632 руб. 34 коп. Именно исходя этой суммы истцом было произведено уменьшение цены иска. В последующем сумма долга уменьшена истцом на сумму зачёта в размере 196 909 руб. 57 коп., произведённого по правилам статьи 410 ГК РФ на основании заявления истца от 28.06.2023, направленного ответчику 29.06.2023 (том 1, л.д. 39-42, 66). Таким образом, остаток задолженности составляет 1 392 722 руб. 77 коп.

Оплата работ не подлежит уменьшению на предусмотренное пунктом 3.5 договора гарантийное удержание, так как установленный пунктом 8.2 договора гарантийный срок в 12 месяцев с акта приёмки выполненных работ истёк.

В соответствии с пунктами 3.8, 3.8.1 договора подряда работы выполняются подрядчиком на условиях коммерческого кредита. Размер процентной ставки после истечения периода отсрочки платежа составляет 0, 1 % от стоимости выполненных, но не оплаченных работ за каждый день пользования денежными средствами до момента фактической оплаты работ.

Учитывая данное договорное условие подрядного обязательства, истцом произведено начисление процентов за пользование коммерческим кредитом за период с 10.10.2020 по 03.07.2024 с дальнейшим начислением процентов до даты фактического погашения долга.

Исходя из отсрочки платежа в 90 дней, предусмотренной пунктом 3.7 договора, срок оплаты наступает с 24.04.2020. Истцом начисление процентов по коммерческому кредиту произведено с 10.10.2020.

Ответчиком расчёт процентов по коммерческому кредиту не оспорен и не опровергнут, свой контррасчёт не представлен. Данный расчёт проверен судом и признаётся верным. Размер процентов по коммерческому кредиту по состоянию на 03.09.2024 составит 1 984 629 руб. 95 коп.

При существующем поведении сторон по реализации своих процессуальных прав по доказыванию взаимных требований, у суда отсутствуют объективные основания для иной правовой оценки установленных и изложенных в настоящем решении фактических обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В силу статей 9 и 41 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в том числе в части представления (непредставления) доказательств, заявления ходатайств о проверке достоверности сведений, представленных иными участниками судебного разбирательства, а также имеющихся в материалах дела.

С позиции вышеприведённых обстоятельств, исходя из установленных принципов состязательности арбитражного процесса и равенства его участников, арбитражный суд считает иск подлежащим удовлетворению.

На основании части 1 статьи 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине и судебной строительно-технической экспертизе подлежат отнесению на ответчика пропорционально размеру удовлетворённого иска. Расходы за проведение почерковедческой и технико-криминалистической экспертизы, оплаченной ответчиком, также относится на него, поскольку результат экспертизы состоялся не в пользу ответчика, а в удовлетворении заявления о фальсификации арбитражным судом было отказано.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 АПК РФ, арбитражный суд



РЕШИЛ:

иск удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кран-Сервис» в пользу общества с ограниченной ответственностью «МусТранс» 1 392 722 руб. 77 коп. долга, 1 984 629 руб. 95 коп. процентов за пользование коммерческим кредитом, проценты за пользование коммерческим кредитом, начисляемые на сумму 1 392 722 руб. 77 коп., исходя из ставки 0, 1 % от фактического размера долга, начиная с 04.09.2024 и по день фактической уплаты долга, а также 185 000 руб. расходов по экспертизе и 30 383 руб. в счёт возмещения расходов по государственной пошлине.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кран-Сервис» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 9 504 руб.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.



Судья А.Г. Абдуллаев