Решение от 15 марта 2021 г. по делу № А08-3430/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Народный бульвар, д.135, г. Белгород, 308000

Тел./ факс (4722) 35-60-16, 32-85-38

сайт: http://belgorod.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А08-3430/2017
г. Белгород
15 марта 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 09 марта 2021 года

Полный текст решения изготовлен 15 марта 2021 года

Арбитражный суд Белгородской области в составе судьи Киреева В.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2 (Украина, г. Харьков) к ООО «ГЕЙЗЕР» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО3 (г. Орел Орловской области) и ФИО4 (Белгородская область, Ракитянский район, с. Вышние Пены) о признании незаключенными и недействительными: договора займа под проценты от 12.08.2013 и дополнительных соглашений к нему №№1-12, договора займа под проценты от 30.01.2014 и дополнительных соглашений к нему №№1, 2, договора беспроцентного займа от 20.10.2014 и дополнительных соглашений к нему №№1-24,

в отсутствие сторон, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации по делу на сайте суда http://belgorod.arbitr.ru.,

установил:

ФИО2 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Белгородской области с иском, с учетом уточнений от 15.05.2017, к ООО «ГЕЙЗЕР» (далее – Общество, ответчик), ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) и ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик) о признании незаключенными и недействительными договора займа под проценты от 12.08.2013 и дополнительных соглашений к нему №№1-12; договора займа под проценты от 30.01.2014 и дополнительных соглашений к нему №№1, 2; договора беспроцентного займа от 20.10.2014 и дополнительных соглашений к нему №№1-24.

В обоснование исковых требований истец указал, что участниками ООО «ГЕЙЗЕР» являются истец, владеющий долей 54% уставного капитала Общества, и ФИО3, владеющая долей 46% уставного капитала Общества. С 18.04.2013 по 01.12.2016 директором Общества являлся ФИО4, с 01.12.2016 директором Общества является ФИО5 Между ФИО3 (займодавец) и ФИО4 (заемщик) были заключены договоры займа от 12.08.2013, 30.01.2014 и 20.10.2014, а также дополнительные соглашения к ним. Однако денежные средства на счет или в кассу Общества ФИО4 не вносились. Договоры были заключены с целью нанесения убытков Обществу, между заинтересованными лицами, после того, как ФИО4 был уволен с должности директора Общества. Общего собрания участников Общества по вопросу одобрения договоров займа и дополнений к ним не проводилось, истец как участник Общества согласия на заключение оспариваемых договоров не давал. Заключение договоров привело к необоснованным расходам для Общества по уплате процентов.

К исковому заявлению истцом были приложены копии оспариваемых договоров с приложениями, на которых имеются подписи ФИО3, ФИО4 и оттиски печати ООО «ГЕЙЗЕР».

В ходе рассмотрения дела в судебном заседании представитель ответчика - ФИО3 возражал против удовлетворения иска по доводам, изложенным в представленном суду письменном отзыве на иск, и на основании представленных суду письменных доказательств, а также заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Представитель ответчиков ООО «ГЕЙЗЕР» и ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска по доводам, изложенным в отзывах на иск, при этом указал, что время составления и подписания оспариваемых договоров в первоначальном виде не помнит, тексты оспариваемых договоров были восстановлены.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 18.07.2019 по делу №А08-3430/2017, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2019 в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 17.02.2020 решение Арбитражного суда Белгородской области от 18.07.2019 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2019 по делу №А08-3430/2017 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Белгородской области.

Суд кассационной инстанции в своем постановлении указал, что судебные акты выводы об обстоятельствах, связанных с субъектным составом оспариваемых сделок, применительно к положениям статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также сведений об установлении судом факта наличия или отсутствия одобрения сделок, не содержат, при этом имеют существенное значение для квалификации спорных сделок. Доводы истца об убыточном характере договоров от 12.08.2013 и 30.01.2014 в силу их условий о подлежащих уплате процентах в размере 25% годовых также не получили оценки в оспариваемых судебных актах. Заявленный истцом довод о крупности оспариваемых сделок, в том числе с учетом разъяснений, данных в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 №27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», в виде оценки количественного критерия, корпоративного порядка совершения таких сделок, установленных законом и уставом общества (в случае установления у оспариваемых сделок признаков крупности), также не оценен судами. Вывод суда о пропуске срока исковой давности сделан без учета и оценки фактических обстоятельств дела, а именно того, что спорные договоры, датированные 2013 и 2014 годами, фактически изготовлены не ранее марта 2017 года, при этом сведения об их существовании на протяжении всего периода не содержатся в бухгалтерской и иной документации, в том числе доступной истцу как участнику общества. Судом не выяснено, по каким причинам до проведения судебной экспертизы ФИО4 не сообщалось о восстановлении договоров, с учетом чего не дана оценка поведению указанного лица на предмет злоупотребления своими правами (статья 10 ГК РФ), что само по себе может служить основанием для отклонения тех или иных доводов лица. Ни материалы дела, ни судебный акт не содержат информации о проверке судом обстоятельств утраты договоров, в том числе, когда утрачены документы, была ли проведена обществом по указанному факту проверка, утрачены ли оба экземпляра договоров (в соответствии с пунктом 7.5 договоров при их заключении составлено два экземпляра), при каких обстоятельствах договоры были восстановлены после марта 2017 года с проставлением печати от имени общества ФИО4 в период отсутствия у него полномочий директора общества. Применительно к заявленному предмету исковых требований о признании незаключенными и недействительными договоров займа, необходимо рассмотреть вопрос о том, имеет ли решение Октябрьского районного суда г. Белгорода от 27.09.2017 по делу №2-1370-2017 преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела (статья 69 АПК РФ), с учетом того, что по указанному делу не разрешались вопросы действительности договоров займа, как по оспариваемым в настоящем деле основаниям (сделки с заинтересованностью, крупные, требующие одобрения собранием участников общества), так и по основаниям ничтожности. В связи с этим, суду необходимо исследовать все обстоятельства заключения оспариваемых сделок, в том числе применительно к заявленным истцом основаниям для признания сделок незаключенными, оценить, не могут ли служить соответствующие обстоятельства основанием считать сделки ничтожными. С учетом этого, суду следует, оценив выводы судебной экспертизы и обстоятельства настоящего дела, поведение лиц, участвующих в деле на предмет добросовестного использования своих прав и обязанностей, установить действительные намерения и цели сторон при оформлении договоров и рассмотреть вопрос о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными (ничтожными) по соответствующим основаниям (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). В зависимости от выводов, к которым придет суд по обозначенным вопросам, соответственно подлежит разрешению вопрос необходимости (отсутствия таковой) рассмотрения судом оспоримых оснований для признания сделок недействительными, заявленных истцом.

При новом рассмотрении Арбитражным судом Белгородской области дела представитель истца в ходе рассмотрения дела настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме по основаниям, указанным в исковом заявлении, представитель ответчиков возражал против удовлетворения иска.

Учитывая наличие у суда доказательств надлежащего извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного разбирательства, дело рассмотрено в отсутствие представителей не явившихся участников процесса в порядке статей 123, 156 АПК РФ Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), по имеющимся в деле доказательствам.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Исходя из положений статей 9, 12 ГК РФ, статьи 4 АПК РФ, обращение в суд должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, установление наличия у такого лица принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав лица, обратившегося в суд.

При этом механизм защиты нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в соответствии с пунктом 2 статьи 11 ГК РФ должен применяться в случаях действительных, а не мнимых (предполагаемых) нарушений прав и законных интересов участников гражданского оборота.

Лицо, обратившееся за судебной защитой, должно доказать, что его право или интерес действительно нарушены противоправным поведением ответчика, а также возможность восстановления предполагаемо нарушенного права избранным способом защиты (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.05.2016 №308-КГ16-4314).

Кроме того, разрешение судом спора должно урегулировать конфликтную ситуацию, а не порождать правовую неопределенность в правоотношениях участников гражданского оборота.

Согласно статье 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с положениями статей 307, 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

По правилам пункта 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В силу пункта 2 статьи 432 ГК РФ договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Согласно пункту 1 статьи 433 ГК РФ предусмотрено, что договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.

В соответствии с частью 1 статьи 807 ГК РФ (в редакциях действующих на даты, указанные в оспариваемых договорах) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

В пункте 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2012 года, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2012, указано, что в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 807 ГК РФ договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. При этом установлено, что в подтверждение исполнения договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ). То обстоятельство, что сторонами не был заключен договор займа в письменной форме, не лишает истца права ссылаться в подтверждение существования обязательственных правоотношений на иной документ, удостоверяющий передачу заимодавцем определенной денежной суммы.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.04.2014 №19666/13, перечисление истцом на расчетный счет ответчика денежных средств с указанием в платежном поручении их назначения по договору займа и принятие их последним подтверждают заключение договора займа. Так как договор займа является реальным, то несоблюдение письменной формы договора в виде одного документа, подписанного сторонами, не лишает такую сделку юридической силы при документальном удостоверении передачи займодавцем определенной денежной суммы заемщику. Согласно пункту 1 статьи 810 ГК РФ в случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение 30 дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

Как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.04.2011 №16324/10, при подтверждении передачи суммы займа заемщику, но наличии разногласий по срокам ее возврата договор займа не может считаться незаключенным. К правоотношениям сторон, возникшим в результате заключения такого договора, подлежат применению положения пункта 1 статьи 810 ГК РФ, согласно которым в случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом. Даже в случае отсутствия договора займа, как единого подписанного сторонами документа, основания спорных платежей, с учетом доказанности реального исполнения займодавцем своей обязанности по предоставлению займа у заемщика, в свою очередь, возникает обязательство по возврату заемных денежных средств. Наступление срока исполнения данного обязательства должно определяться в соответствии с требованиями пункта 1 статьи 810 ГК РФ.

Таким образом, исполнение займодавцем своих обязательств по договору займа может подтверждаться платежным поручением, выпиской из лицевого счета заемщика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.09.2004 №7446/04 по делу №А40-41198/03-52-414).

В силу пункта 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно части 1 статьи 313 ГК РФ исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.

Изучив доводы искового заявления и отзывов на него, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, арбитражный суд полагает иск удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Во-первых, из представленной Агентством по страхованию вкладов – конкурсным управляющим ОАО АКБ «ПРОБИЗНЕСБАНК» информации движения денежных средств по счету ООО «ГЕЙЗЕР» за период с 12.08.2013 по 20.08.2014 следует, что в кассу банка на счет ООО «ГЕЙЗЕР» 12.08.2013 внесено 2500,00 руб., 09.09.2013 – 2000,00 руб., 10.10.2013 – 340000,00 руб., 21.11.2013 – 140000,00 руб., 25.11.2013 – 350000,00 руб., 02.12.2013 – 280000,00 руб., 10.12.2013 – 500000,00 руб., 11.12.2013 – 180000,00 руб., 11.12.2013 – 300000,00 руб., 12.12.2013 – 130000,00 руб., 27.12.2013 – 1500000,00 руб. с указанием назначения платежа «поступление займов от учредителя», «поступление займов» и «поступление займов и в погашение кредитов». В данном случае даты и суммы внесенных денежных средств совпадают с датами и суммами, указанными в дополнительных соглашениях №№1-12 к договору займа №б/н от 12.08.2013.

Также на счет ООО «ГЕЙЗЕР» в ОАО АКБ «ПРОБИЗНЕСБАНК» с аналогичным назначением платежа было внесено 31.01.2014 – 20000,00 руб.,05.02.2014 – 314000,00 руб. В данном случае даты и суммы внесенных денежных средств совпадают с датами и суммами, указанными в дополнительных соглашениях №№1,2 к договору займа №б/н от 30.01.2014.

Из представленной ВТБ 24 (ПАО) информации движения денежных средств по счету ООО «ГЕЙЗЕР» следует, что за период с 20.08.2014 по 31.08.2015 на счет ООО «ГЕЙЗЕР» 20.10.2014 – 465000,00 руб., 29.10.2014 – 150000,00 руб., 13.11.2014 – 500000,00 руб., 15.01.2015 – 146000,00 руб., 05.02.2015 – 340000,00 руб., 10.02.2015 – 200000,00 руб., 01.04.2015 – 40000,00 руб., 15.04.2015 – 53000,00 руб., 17.04.2015 – 7000,00 руб., 29.04.2015 – 83000,00 руб., 30.04.2015 – 30000,00 руб., 14.05.2015 – 53000,00 руб., 20.05.2015 – 108000,00 руб. 29.05.2015 – 26000,00 руб., 01.06.2015 – 16000,00 руб., 03.06.2015 – 25000,00 руб., 11.06.2015 – 110000,00 руб., 15.06.2015 – 40000,00 руб., с указанием назначения платежа «взнос по дог.беспроцентного займа б/н от 20.10.2014. Займ-ц ФИО3». В данном случае даты и суммы внесенных денежных средств совпадают с датами и суммами, указанными в дополнительных соглашениях №№1-18 к договору займа №б/н от 20.10.2014.

В ходе рассмотрения настоящего спора истцом не опровергнут факт реальности заемных правоотношений между сторонами договоров займа.

По настоящему делу истцом не представлено отвечающих требованиям главы 7 АПК РФ доказательств того, что правоотношения, указанные в выписках по счету в качестве основания платежа, не являются таковыми, а денежные средства перечислены ошибочно либо на основании иных правоотношений, возникших между истцом, ответчиком либо иным лицом и предусматривающих право заемщику не возвращать займодавцу полученную от него денежную сумму.

Статьей 65 АПК РФ установлена обязанность лиц, участвующих в деле, доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (статья 9 АПК РФ).

Исходя из положений статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Таким образом, наличие либо отсутствие между сторонами заемных правоотношений не может быть подтверждено либо опровергнуто данными бухгалтерского учета, в рассматриваемом случае, ООО «ГЕЙЗЕР».

Оценив действия сторон с позиции статей 807, 808 ГК РФ, суд приходит к выводу о возникновении между сторонами заемных правоотношений, поскольку перечисление ФИО3 на расчетный счет ООО «ГЕЙЗЕР» денежных средств с указанием в платежном поручении их назначения - по договору займа - и принятие их последним подтверждают заключение договора займа.

Так как договор займа является реальным, то несоблюдение письменной формы договора в виде одного документа, подписанного сторонами, не лишает такую сделку юридической силы при документальном удостоверении передачи займодавцем определенной денежной суммы заемщику.

Более того, как следует из материалов дела, ФИО3 обратилась в Октябрьский районный суд г. Белгорода с иском к ООО «ГЕЙЗЕР» о взыскании 4698000,00 руб. долга по договорам займа от 20.10.2014, 15.04.2016, 06.05.2016, 13.05.2016, 16.05.2016, 18.05.2016, 24.05.2016, 26.07.2016, с учетом объединения дел в одно производство и уточнения исковых требований.

Решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 10.05.2017 по делу №2-1245-2017, оставленным без изменения апелляционным определением Белгородского областного суда от 22.08.2017 №33-3893/2017, исковые требования ФИО3 к ООО «ГЕЙЗЕР» оставлены без удовлетворения.

Вынося указанные судебные акты, суды первой и апелляционной инстанций установили, что 20.10.2014 между истцом и ответчиком был заключен договор беспроцентного займа, по условиям которого займодавец ФИО3 передает заемщику ООО «ГЕЙЗЕР» заем, срок и сумма каждого займа указывается в дополнительном соглашении, которое является неотъемлемой частью договора, а заемщик обязуется вернуть указанную в дополнительном соглашении сумму займа в установленный срок. К указанному договору беспроцентного займа в период времени с 20.10.2014 по 24.12.2015 было заключено 24 дополнительных соглашения, по условиям которых займодавец ФИО3 передала заемщику ООО «ГЕЙЗЕР» беспроцентный заем в общем сумме 3021000,00 руб. на срок до 31.12.2016. По договорам беспроцентного займа, заключенным между истцом и ответчиком 06.05.2016, 13.05.2016, 16.05.2016, 18.05.2016 и дополнительным соглашениям к ним, 24.05.2016, 26.07.2016 ФИО3 предоставила ООО «ГЕЙЗЕР» беспроцентный заем в общей сумме 757000,00 руб. на срок до 01.03.2017. Согласно условиям заключенных договоров суммы займа внесены на расчетный счет ООО «ГЕЙЗЕР» в филиале №3652 ВТБ 24 (ЗАО) г. Воронеж через директора общества ФИО4 в общей сумме 4696000,00 руб., что подтверждается выпиской из расчетного счета ответчика за период с 20.10.2014 по 03.11.2016. Зачисление денежных средств заемщика на счет заимодавца является достаточным основанием для признания заемного обязательства исполненным с момента зачисления таких денежных средств. При этом отсутствие указания на назначение платежа в платежных документах само по себе не может свидетельствовать о неисполнении заемщиком своего обязательства. С расчетного счета ООО «ГЕЙЗЕР» на банковскую карту ФИО3 переведены денежные средства на общую сумму 4750000,00 руб., при этом в платежах от 05.08.2016, 08.08.2016, 09.08.2016, 16.08.2016, 22.08.2016, 09.09.2016, 15.09.2016 на общую сумму 3250000,00 руб. в графе «назначение платежа» указано - внесение денежных средств в счет возврата беспроцентного займа. Поскольку заемщик возвратил на банковскую карту кредитора сумму, равную 4750000,00 руб., то есть в большем размере, чем общая сумма беспроцентных займов – 4696000,00 руб., суд первой инстанции пришел к выводу об исполнении ответчиком своих обязательств по возврату заемных денежных средств по договорам займов от 20.10.2014, 15.04.2016, 06.05.2016, 13.05.2016, 16.05.2016, 18.05.2016, 24.05.2016, 26.07.2016 и дополнительных соглашений к ним. Погасив беспроцентные займы ранее установленного договорами срока, заемщик реализовал свое право, предусмотренное абзацем 2 пункта 2 статьи 810 ГК РФ, на досрочный возврат займа, что не является основанием для отмены решения суда при установленных по делу обстоятельствах. При таких обстоятельствах, суды пришли к выводу о недоказанности заявленных требований.

Кроме того, ФИО3 обратилась в Октябрьский районный суд г. Белгорода с иском к ООО «ГЕЙЗЕР» о взыскании 7087375,00 руб. долга по договорам займа от 12.08.2013 и от 30.01.2014.

Решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 27.09.2017 по делу №2-1370-2017, оставленным без изменения апелляционным определением Белгородского областного суда от 13.02.2018 №33-6880/2017 (33-562/2018), исковые требования ФИО3 к ООО «ГЕЙЗЕР» удовлетворены частично в размере 7033375,00 руб.

Вынося указанные судебные акты, суды первой и апелляционной инстанций установили, что 12.08.2013 и 30.01.2014 между истцом и ответчиком был заключен договор займа, по условиям которого займодавец ФИО3 передает заемщику ООО «ГЕЙЗЕР» заем. Срок и сумма каждого займа указывается в заключенных к договорам дополнительных соглашениях. Указанные денежные средства по договорам займа и дополнительным соглашениям к ним были внесены на расчетный счет ООО «ГЕЙЗЕР», открытый в ОАО АКБ «Пробизнесбанк», что подтверждается выпиской по счету. Так, 12.08.2013 внесено 2500,00 руб., 09.09.2013 – 2000,00 руб., 10.10.2013 – 340000,00 руб., 21.11.2013 – 140000,00 руб., 25.11.2013 – 350000,00 руб., 02.12.2013 – 280000,00 руб., 10.12.2013 – 500000,00 руб., 11.12.2013 – 180000,00 руб., 11.12.2013 – 300000,00 руб., 12.12.2013 – 130000,00 руб., 27.12.2013 – 1500000,00 руб., 31.01.2014 – 20000,00 руб.,05.02.2014 – 314000,00 руб. Основание зачисления на расчетный счет – поступление займа, в том числе и от учредителя.

Также суды указали, зачисление денежных средств заемщика на счет заимодавца является основанием для признания заемного обязательства исполненным с момента зачисления таких денежных средств. Доказательств, что Обществом ФИО3 возвращены денежные средства по договорам займа, суду не представлено. При этом, доводы, что договоры займа были заключены между заинтересованными лицами, после того, как ФИО4 был уволен с должности директора ООО «ГЕЙЗЕР» и не имел полномочий на их заключения, несостоятельны. Доказательств, что между Щ-выми имелась какая-либо заинтересованность, не имеется. Ссылка, что в договорах займа были определены проценты за пользование денежными средствами в размере 25%, что значительно превышает ставку рефинансирования ЦБ РФ, не свидетельствуют о недействительности указанных договоров, поскольку в соответствии со статьей 421 ГК РФ стороны свободны в заключении договора. Доводы, что для заключения договоров необходимо было одобрение общего собрания Общества, поскольку имелась заинтересованность в их заключении, неубедительны.

Суд апелляционной инстанции в своем определении также указал, что наличие, либо отсутствие в материалах настоящего дела документов, подтверждающих согласование крупной сделки по предоставлению займа ООО «ГЕЙЗЕР», не влияет на существо спора. Ссылка, что в бухгалтерском балансе Общества отсутствует информация о долгосрочных кредитах Общества, которая является обязательной, неубедительны, поскольку нарушение финансовой дисциплины на предприятии не является определяющим критерием для отказа в иске. Доводы об отсутствии финансовой возможности на предоставление денежных средств в заем, основаны на неверном толковании заявителем норм материального и процессуального права, о незаконности решения суда не свидетельствует, так как в силу положений статьи 807 ГК РФ факт наличия, либо отсутствия у заимодавца денежных средств не является имеющим значение и не подлежал установлению по делу при разрешении спора о взыскании задолженности по договору займа. К тому же, законом не предусмотрена обязанность заимодавца доказывать наличие и источники денежных средств для передачи их в долг.

Частями 1 и 2 статьи 6 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 №1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», а также частями 2 и 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что вступившие в законную силу постановления федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Российской Федерации, а также их законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и другие обращения являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Неисполнение постановления суда, а равно иное проявление неуважения к суду влекут ответственность, предусмотренную федеральным законом.

Обязательность исполнения судебных решений является неотъемлемым элементом права на судебную защиту, неисполнение судебного акта или неоправданная задержка его исполнения согласно правовой позиции, сформированной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 25.01.2001 №1-П, рассматривается как нарушение права на справедливое правосудие в разумный срок.

В силу части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Установленные в приведенных выше судебных актах судов общей юрисдикции обстоятельства о заключенности оспариваемых договоров на условиях в них указанных и реальном их исполнении в силу положений части 3 статьи 69 АПК РФ имеют преюдициальное значение при рассмотрении настоящего дела и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Согласно позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума от 23.07.2009 №57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного акта, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 №30-П).

Учитывая изложенные выше обстоятельства и положения законодательства достаточных основания для признания оспариваемых истцом договоров незаключенными не имеется.

В ходе рассмотрения дела представителем истца заявлено ходатайство о проведении по делу судебной экспертизы для выяснения даты составления оспариваемых договоров и приложений к нему «возрасту» данных документов, поскольку, по мнению представителя истца, оспариваемые сделки заключены после 23.11.2016, то есть после того, как ФИО4 был уволен с должности директора ООО «ГЕЙЗЕР».

При рассмотрении дела установлено, что подлинники договоров №б/н от 30.01.2014, №б/н от 12.08.2013 и №б/н от 20.10.2014, заключенных между ФИО3 и ООО «ГЕЙЗЕР», приобщены к материалам гражданских дел №2-1245-2017 и №2-1370/2017, находящихся в производстве Октябрьского районного суда г. Белгорода.

В связи с этим арбитражным судом в Октябрьский районный суд г. Белгорода направлен запрос от 27.11.2017 за №С-5/1363 о предоставлении оригиналов указанных выше документов.

Октябрьским районным судом г. Белгорода письмом от 27.11.2017 за №К-309 представлены Арбитражному суду Белгородской области оригиналы договоров №б/н от 30.01.2014 и №б/н от 12.08.2013, заключенных между ФИО3 и ООО «ГЕЙЗЕР». При этом сообщено, что оригинал договора №б/н от 20.10.2014, заключенного между ФИО3 и ООО «ГЕЙЗЕР», выдан 20.09.2017 представителю ФИО3 на основании его заявления.

Определениями арбитражного суда по настоящему делу от 04.12.2017, 12.01.2018, 12.02.2018 ФИО3 указывалось на предоставление суду оригинала договора №б/н от 20.10.2014, заключенного между ФИО3 и ООО «ГЕЙЗЕР», выданного Октябрьским районным судом г. Белгорода ее представителю.

Однако истребуемое судом доказательство ФИО3 арбитражному суду не представлено. Вместе с этим, материалами дела, в том числе неоднократно представленными суду письменными позициями и ходатайствами, подтверждается факт, того, что ФИО3 известно о вынесенных судом по настоящего делу определений, обязующих ФИО3 предоставить суду истребуемые доказательства.

В связи с этим, определением Арбитражного суда Белгородской области от 19.03.2018, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2018, по настоящему делу с ФИО3 в доход федерального бюджета Российской Федерации взыскано 2500,00 руб. судебного штрафа за не представление истребованных арбитражным судом доказательств по делу.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 19.03.2018 ходатайство истца о назначении по делу судебной технической экспертизы удовлетворено; по делу назначена судебная техническая экспертиза, проведение которой поручено ведущему эксперту Федерального бюджетного учреждения Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации ФИО6 На разрешение эксперта поставлен вопрос: «Какова дата выполнения печатного текста, нанесения оттиска печати ООО «ГЕЙЗЕР» и рукописных подписей в договорах №б/н от 30.01.2014 и №б/н от 12.08.2013, заключенных между ФИО3 и ООО «ГЕЙЗЕР», а при невозможности установления даты, каков временный период выполнения печатного текста, нанесения оттиска печати ООО «ГЕЙЗЕР» и рукописных подписей в договорах №б/н от 30.01.2014 и №б/н от 12.08.2013, заключенных между ФИО3 и ООО «ГЕЙЗЕР»?

Согласно заключению эксперта от 15.02.2019 №3018/2-3 и письменному пояснению эксперта от 03.05.2019 давность выполнения подписей в графах «Займодавец» в договорах №б/н от 30.01.2014 и №б/н от 12.08.2013, заключенных между ФИО3 и ООО «ГЕЙЗЕР», не соответствуют датам, указанным в документах. Данные записи и оттиски печатей «Гейзер» выполнены не ранее марта 2017 года или позднее. Установить давность выполнения печатного текста и подписей в графах «Заемщик» в указанных договорах не представилось возможным.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Белгородской области от 10.07.2017 по делу №А08-9043/2016, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, удовлетворены исковые требования ФИО3 к ООО «ГЕЙЗЕР» о признании недействительным решения общего собрания участников ООО «ГЕЙЗЕР», оформленного протоколом общего собрания участников ООО «ГЕЙЗЕР» №1/2016 от 23.11.2016.

По делу №А08-9043/2016 суд установил, что ООО «ГЕЙЗЕР» создано на основании решения общего собрания участников общества от 18.04.2013, директором общества избран ФИО4 24.11.2016 ФИО5 в ИФНС России по г. Белгороду представлено заявление по форме Р14001 о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ и протокол №1/2016 от 23.11.2016 общего собрания участников ООО «ГЕЙЗЕР». Из указанного протокола следует, что участники общества решили единогласно снять с должности директора ООО «ГЕЙЗЕР» ФИО4, избрать на должность директора ООО «ГЕЙЗЕР» ФИО5 На основании решения регистрирующего органа от 01.12.2016 №15494А в ЕГРЮЛ внесена запись в сведения о лице, имеющем право действовать от имени ООО «ГЕЙЗЕР» без доверенности ФИО5 Однако, доказательств извещения ФИО3 о созыве и проведении общего собрания участников ООО «ГЕЙЗЕР» не представлено, документов по подготовке и проведению общего собрания участников Общества от 23.11.2016 в материалах регистрационного дела не имеется, между тем, согласно имеющимся в материалах дела копии и оригинала протокола №1/2016 общего собрания учредителей Общества следует, что 23.11.2016 на собрании присутствовали участники Общества ФИО2 и ФИО3 Согласно заключению проведенной по делу судебной экспертизы №4044/4-3 от 28.04.2017 подпись от имени ФИО3 в протоколе №1/2016 общего собрания участников Общества от 23.11.2016 - выполнена не самой ФИО3

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц директором ООО «ГЕЙЗЕР» является ФИО4, о чем имеется запись регистрирующего органа от 16.10.2017.

В судебном заседании ответчик ФИО4 пояснил, что представленные на экспертизу оспариваемые договоры были восстановлены после утраты данных договоров в первоначальном виде, когда должность директора ООО «ГЕЙЗЕР» незаконно занимал ФИО5 В это время большая часть бухгалтерской документации за 2013-2016 года была уничтожена и он как директор общества вынужден был их восстанавливать, в подтверждение чего представил обнаруженные им испорченные оригиналы договоров займа от 12.08.2013 и от 30.01.2014 (том 6 листы дела 37 – 40). Также ФИО4 сослался на то, что действующим законодательством не запрещено восстанавливать, переподписывать ранее заключенные договоры. При этом указал, что проверка по факту уничтожения, повреждения спорных договоров обществом не проводилась.

В рассматриваемом случае, судом не установлено обстоятельств, безусловно свидетельствующих о злоупотреблении ФИО4 своим правом представлять доказательства, с учетом отсутствия у него юридического образования. Пояснения ФИО4 не противоречат указанным выше обстоятельствам – фактического предоставления денежных средств по оспариваемым договорам займа, незаконной смене в ноябре 2016 года руководства ООО «ГЕЙЗЕР» и правовой позиции самого истца при рассмотрении дела №А08-9043/2016.

В порядке статьи 161 АПК РФ судом рассмотрено заявление представителей истца о фальсификации представленных ФИО4 в материалы дела доказательств – испорченных договоров займа от 12.08.2013 и от 30.01.2014 (том 6 листы дела 37 – 40).

Судом приняты предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявлений о фальсификации доказательств.

В ходе судебного заседания ФИО4 пояснил, что объективно подтвердить подлинность представленных им испорченных договоров займа от 12.08.2013 и от 30.01.2014 он не может, поскольку данные документы им были обнаружены в мусорной куче в пос. Майский Белгородского района Белгородской области, и не уверен, подписывал ли их.

ФИО4 выразил несогласие об исключении указанных доказательств из числа доказательств по делу, поскольку данные документы, как указано выше, им были обнаружены.

О проведении судебной экспертизы данных договоров лица, участвующие в деле не заявили. Оснований для назначения судом судебной экспертизы не имеется, с учетом фактического состояния договоров займа от 12.08.2013 и от 30.01.2014 (том 6 листы дела 37 – 40) и позиции лиц, участвующих в деле.

Исследовав все обстоятельства дела в совокупности, суд признает заявления о фальсификации доказательств необоснованными по следующим основаниям.

Закрепление в АПК РФ правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности.

Фальсификация доказательств заключается во внесении заведомо ложных сведений в имеющиеся документы, вещественные и иные доказательства, а также создание нового доказательства, содержание которого является заведомо ложным.

Как следует из материалов дела представленные ФИО4 испорченные экземпляры договоров займа от 12.08.2013 и от 30.01.2014 (том 6 листы дела 37 – 40) соответствуют по форме и содержанию экземплярам аналогичных договоров займа, поступивших из Октябрьского районного суда г. Белгорода и представленных самим истцом в копиях.

При этом факт создания экземпляров договоров займа от 12.08.2013 и от 30.01.2014 (том 6 листы дела 37 – 40) либо внесение в них заведомо ложных сведений судом в судебном заседании не подтвержден.

Заявление лица, участвующего в деле, о несоответствии содержания доказательства обстоятельствам дела при отсутствии признаков фальсификации или обнаружение такого несоответствия самим судом (например, документ не отвечает действительным обстоятельствам дела ввиду случайной ошибки) влечет рассмотрение и разрешение этого вопроса не по правилам статьи 161 АПК РФ, а по общим правилам оценки доказательств (статья 71 АПК РФ).

Суд имеет возможность разрешить дело без учета информации, содержащейся в указанных документах, безотносительно к тому, были ли они признаны подложными или действительными.

Во-вторых, согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании пунктов 1-3 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время.

Исходя из положений статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

При рассмотрении требования о признании сделки недействительной, как совершенной с нарушением предусмотренного Федеральным законом от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) порядка совершения крупных сделок и в совершении которой имеется заинтересованность (далее - сделка с заинтересованностью), подлежат применению статья 173.1 и пункт 2 статьи 174 ГК РФ с учетом особенностей, установленных указанным законом (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 №27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»).

В пунктах 1 и 2 статьи 173 ГК РФ указано, что сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

На основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено следующее. Пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Согласно пункту 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 №27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» положения Закона об акционерных обществах и Закона об обществах с ограниченной ответственностью в редакции Закона №343-ФЗ подлежат применению к сделкам, совершенным после даты вступления в силу Закона №343-ФЗ (1 января 2017 года) (статья 4 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 45 Закон об обществах с ограниченной ответственностью (в редакции, действующий в рассматриваемы период) определено, что сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями настоящей статьи.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, в том числе, если они являются стороной сделки, владеют (каждый в отдельности или в совокупности) двадцатью и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной сделки, занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной сделки.

В пункте 5 статьи 45 Закон об обществах с ограниченной ответственностью (в редакции, действующий в рассматриваемы период) указано, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

Суд отказывает в удовлетворении требований о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, недействительной при наличии одного из следующих обстоятельств, в том числе, не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 46 Закон об обществах с ограниченной ответственностью (в редакции, действующий в рассматриваемы период) крупной сделкой является сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки. Крупными сделками не признаются сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, а также сделки, совершение которых обязательно для общества в соответствии с федеральными законами и (или) иными правовыми актами Российской Федерации и расчеты по которым производятся по ценам, определенным в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, или по ценам и тарифам, установленным уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Решение об одобрении крупной сделки принимается общим собранием участников общества.

В силу пункта 5 статьи 46 Закон об обществах с ограниченной ответственностью (в редакции, действующий в рассматриваемы период) крупная сделка, совершенная с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

Суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, недействительной при наличии одного из следующих обстоятельств, в том числе, если не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

Разъясняя положения Закона об обществах с ограниченной ответственностью, действующие в рассматриваемы период, Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 3 постановления от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» указал, что лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано, в том числе, доказать нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 ГК РФ, абзац пятый пункта 5 статьи 45 и абзац пятый пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац пятый пункта 6 статьи 79 и абзац пятый пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах).

Об отсутствии нарушения интересов общества и его участников может свидетельствовать, в частности, то, что предоставление, полученное обществом по сделке, было равноценным отчужденному имуществу.

Если суд установит совокупность обстоятельств, указанных в пункте 3 настоящего постановления, сделка признается недействительной (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью»).

В пункте 20 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 №90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и пункте 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.03.2001 №62 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением хозяйственными обществами крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» разъяснено, что не относятся к крупным сделкам заключенные в процессе осуществления обычной хозяйственной деятельности кредитные договоры и договоры займа независимо от размера полученного по ним кредита или займа.

Само по себе отсутствие надлежащего решения компетентного органа управления обществом об одобрении крупной сделки не является достаточным основанием для признания ее судом недействительной по иску участника общества. Соответствующий иск может быть удовлетворен в том случае, если совершение сделки повлекло за собой возникновение неблагоприятных последствий для общества или его участников, что привело к нарушению их прав и охраняемых законом интересов, и целью обращения в суд является восстановление этих нарушенных прав и интересов. При этом бремя доказывания наличия таких неблагоприятных последствий в соответствии со статьей 65 АПК РФ лежит на истце.

Между тем, несмотря на то, что согласно пункту 8.3.14 Устава ООО «ГЕЙЗЕР» (утвержден протоколом общего собрания участников №1 от 18.04.2013) оспариваемые договоры имеют признаки крупной сделки, а решения общих собраний участников Общества об одобрении этих договоров отсутствуют, истец в нарушение статьи 65 АПК РФ не представил суду доказательств, отвечающих требованиям главы 7 АПК РФ, подтверждающих, что заключение оспариваемых договоров займа являлись заведомо экономически необоснованными, нецелесообразными и убыточными и привели к неблагоприятным последствиям для общества.

Факты причинения ответчиками убытков либо наличие иных неблагоприятных последствий в результате заключения оспариваемых договоров займа не доказаны. Сам факт заключения оспариваемых сделок не свидетельствует об их убыточности для общества.

Как следует из материалов дела, оспариваемые договоры являлись возмездным.

Исходя из бухгалтерского баланса ООО «ГЕЙЗЕР» за 2014, 2015 и 2016 года (том 2 листы дела 83 – 152) каких-либо убытков общество не понесло в связи с заключением оспариваемых договоров займа.

Кроме того, согласно представленной Банком России информации средневзвешанные процентные ставки по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям на срок более 3 лет, в январе 2014 составляли 10,28% годовых в рублях (том 6 лист дела 77). Таким образом, достаточных оснований считать, что оспариваемые договоры, с учетом их условий о процентах за пользование займом в размере 25% годовых, были заключены на заведомо и значительно невыгодных для ООО «ГЕЙЗЕР» условиях, не имеется.

Суд также учитывает время фактического предоставления ФИО3 заемных денежных средств ООО «ГЕЙЗЕР» по оспариваемым договорам, а именно непосредственно в день заключения дополнительных соглашений к ним, отсутствия каких-либо проверок кредитоспособности заемщика и применения положений §2 ГК РФ при получении денежных средств в банке или иной кредитной организации.

Более того, истцом не представлено ни одного объективного и достоверного доказательства, подтверждающего факт наличия какой-либо заинтересованности в совершении оспариваемых сделок, с учетом того, что 28.02.2013 брак между ФИО4 и ФИО3 расторгнут на основании решения мирового судьи судебного участка №03 Северного района г. Орла Орловской области и свидетельства о расторжении брака 1-ТД №597776 Территориального отдела ЗАГС г. Орла Управления ЗАГС Орловской области (том 1 лист дела 92), иного, в том числе о наличии между ФИО4 и ФИО3 на момент совершения оспариваемых сделок фактических брачных отношений, истцом в материалы дела не представлено.

Получение заемщиком денежных средств по договору займа от заимодавца не свидетельствует о том, что нарушаются права заемщика. Доказательства того, что заемщик и заимодавец при заключении оспариваемого договора действовали с целью причинить вред ФИО2 не представлены (статьи 65 и 9 АПК РФ). Более того, истец в ходе рассмотрения дела не указал, каким образом заключенный договор займа нарушает его права и законные интересы и каким образом удовлетворение судом исковых требований приведет к восстановлению его нарушенного права (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2021 №310-ЭС20-24470 по делу №А08-9500/2017).

Суд также учитывает, что исходя из анализа информации движения денежных средств по счетам ООО «ГЕЙЗЕР» в ОАО АКБ «ПРОБИЗНЕСБАНК» и ВТБ 24 (ПАО), поступивших на счета Общества, заемные денежные средства незамедлительно расходовались на финансово-хозяйственные нужды Общества. Привлечение ООО «ГЕЙЗЕР» заемных денежных средств от участника Общества ФИО3, являлось обычной практикой в деятельности Общества, что подтверждается представленными самим истцом в материалы дела договорами займа от 15 апреля 2016 года, 06, 13, 18, 16, 24 мая 2016 года, 26 июля 2016 года, которые истцом не оспариваются.

Доводы ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности признаются судом необоснованными по следующим основаниям.

Согласно статье 195 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

На основании пунктов 1 и 2 статьи 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии со статьей 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 №27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

В силу пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» срок давности по иску о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее одобрения, исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что такая сделка требовала одобрения в порядке, предусмотренном законом или уставом, хотя бы она и была совершена раньше.

Поскольку информация об оспариваемых договорах в бухгалтерском балансе Общества отражена не была, общих собраний по вопросам одобрения данных сделок не было, истец не имел реальной возможности узнать об имевших, по его мнению, место нарушениях и предъявить настоящий иск до апреля 2017, то есть после возбуждения Октябрьским районным судом города Белгорода дел по искам ФИО3 к ООО «ГЕЙЗЕР» о взыскании задолженности по оспариваемым договорам.

Вместе с этим, данные обстоятельства не влияют на выводы суда по существу заявленных требований - об отказе в удовлетворении иска.

Также суд считает, что ФИО4, с учетом предмета спора, не является надлежащим ответчиком по делу, поскольку не являлся стороной оспариваемых сделок, а представлял интересы одной из сторон сделок.

В силу статей 64, 65 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в установленном порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования лиц, участвующих в деле. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, выполнив указания кассационной инстанции, вновь исследовав обстоятельства и материалы дела, оценив в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании в совокупности и во взаимной связи, исходя из анализа вышеназванных норм права и правовой оценки существенных обстоятельств дела, суд полагает, что иск ФИО2 удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца.

При этом, исходя из разъяснений, изложенных в пункте 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 №46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», если в заявлении, поданном в арбитражный суд, объединено несколько взаимосвязанных требований неимущественного характера, то по смыслу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации уплачивается государственная пошлина за каждое самостоятельное требование.

При подаче искового заявления истцом была уплачена государственная пошлина в размере 18000,00 руб. (чек-ордеры от 16.04.2017 и от 15.05.2017).

Однако истцом заявлено два самостоятельных требования (о признании недействительными договоров, о признании незаключенными договоров) в отношении трех договоров. В связи с этим, с истца в силу положений статьи 110 АПК РФ, подпункта 1 пункта 1 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации и пункта 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 №46 в федеральный бюджет подлежит взысканию 18000,00 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 176 АПК РФ, арбитражный суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО2 отказать полностью.

Взыскать с ФИО2 (Украина, г. Харьков) в федеральный бюджет 18000,00 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Белгородской области в соответствии с главами 34 и 35 АПК РФ в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после принятия обжалуемого решения, в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого решения. Дата изготовления решения в полном объеме считается датой принятия решения.

Судья В.Н. Киреев