Постановление от 3 октября 2024 г. по делу № А40-27932/2020

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

04.10.2024                                                                                 Дело № А40-27932/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 25.09.2024

Полный текст постановления изготовлен 04.10.2024

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Паньковой Н.М.,

судей: Коротковой Е.Н., Савиной О.Н.

при участии в заседании:

от финансового управляющего должника – лично, паспорт,

от ФИО1 – ФИО2, (доверенность от 30.11.2022),

от ФИО3 – лично, паспорт,

рассмотрев в судебном заседании

кассационную жалобу финансового управляющего должника

на определение Арбитражного суда города Москвы от 06.05.2024,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.07.2024

по заявлению финансового управляющего должника о признании недействительными договора купли-продажи транспортного средства от 07.11.2021 между ФИО1 и ФИО4 и договора купли-продажи автомобиля от 08.11.2021 № 419709 между ФИО4 и ООО «Инчкейп Холдинг» (новое наименование ООО «Борисхоф Холдинг»), и применении последствий недействительности сделок,

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2020 в отношении ФИО5 введена процедура реализации имущества, определением Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2021 финансовым управляющим утвержден ФИО6

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего должника о признании недействительными договора купли-продажи транспортного средства от 07.11.2021 между ФИО1 и ФИО4 и договора купли-продажи автомобиля от 08.11.2021 №419709 между ФИО4 и ООО «Инчкейп Холдинг» (новое наименование ООО «Борисхоф Холдинг»), и применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.05.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.07.2024, в удовлетворении заявления финансового управляющего должника отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 06.05.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.07.2024, и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в связи с допущенными судами нарушениями норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании финансовый управляющий должника на доводах кассационной жалобы настаивал, просил обжалуемые судебные акты отменить, кассационную жалобу удовлетворить.

Представитель ФИО1 и ФИО3 в судебном заседании возражали против удовлетворения кассационной жалобы, просили обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

В материалы дела от ФИО1 поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором указано на отсутствие оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Судом кассационной инстанции отказано в приобщении к материалам дела отзыва ООО «Борисхоф Холдинг» на кассационную жалобу по причине отсутствия доказательств заблаговременного направления отзыва лицам, участвующим в деле, а именно в виду  несоблюдения требований ч. 2 ст. 279 АПК РФ по своевременному направлению участвующим в обособленном споре лицам (разъяснения абз. третьего, четвертого п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции").

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных актов по доводам кассационной жалобы, в силу следующего.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, финансовым управляющим оспаривалась цепочка сделок по выводу транспортного средства должника марки ИНФИНИТИ QX60, 2015 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 5N 1CL0MM2FC532113.

В обоснование заявленного требования финансовый управляющий указывал на то, что транспортное средство является совместно нажитым имуществом супругов ФИО7, следовательно, должно быть включено в конкурсную массу и реализовано в процедуре банкротства должника с целью удовлетворения требований кредиторов. Кроме того, сделка совершена без участия и без какого-либо согласия финансового управляющего на ее совершение.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что спорный автомобиль не приобретался на общие денежные средства супругов, что исключало спорный автомобиль из числа общего имущества супругов, а отсутствие регистрации автомобиля первым покупателем не могло подтверждать цепочку сделок или афиллированность ФИО1 и ФИО4 (первый покупатель), следовательно, правовых оснований для оспаривания сделки по отчуждению автомобиля нет.

По мнению судов, предполагаемая финансовым управляющим взаимосвязь ФИО4 (первый покупатель машины) и ФИО8. (лицо, включенное в страховку) не свидетельствовала о недобросовестных действиях ФИО1, а лишь могла подтвердить намерение продать машину, так как выдача страховки была осуществлена за несколько дней до сделки (27.10.2021 выдана страховка, 07.11.2021 датирован договор купли-продажи).

Кроме того, суды указали на то, что  финансовый управляющий не представил доказательств аффилированности непосредственно ФИО1 по отношению к ФИО4, нет сведений о вхождении данных лиц в одну группу лиц, объединяющую ФИО1, ФИО4 и ФИО8, наличие сведений аффилированности ФИО4 и ФИО8 само по себе недостаточно для возникновения отношений аффилированности с ФИО9, расширения границ группы лиц.

Судами принята позиция ФИО3, ссылающегося на то, что машина была приобретена в 2015 году им и супругой в общую совместную собственность на имя ФИО10 Поскольку у него имеется вид на жительство в Испании, и он периодически  там бывает, возникает необходимость в перегоне спорной машины в указанную  страну.  Между тем, в случае перегона машины в Испанию и оформление там испанских номеров на него, ему необходимо было бы заплатить более 30% налогов/пошлин. В целях минимизации таких расходов было принято решение о перерегистрации машины на ФИО1, так как обозначенные налоги/пошлины не уплачиваются лицами, приобретшими недавно вид на жительство и желающими зарегистрировать машину и оформить испанские номера. Поэтому, в 2017 году ФИО3 занялся переоформлением машины по доверенности с супруги на ФИО1, фактически деньги по договору купли-продажи от ФИО1 он не получали.

Кроме того, ФИО3 содержал машину, оплачивал страховку, штрафы с 2015 года по 2021 год (по дату продажи третьему лицу), а ФИО1 никогда не пользовалась/управляла машиной, к тому времени у нее уже истек срок действия водительских прав.

Учитывая изложенное, суды констатировали, что договор купли-продажи был необходим для формального перехода права собственности в целях потенциального получения вида на жительства ФИО1 в Испании и минимизации налоговых последствий, однако фактическими собственниками и пользователями автомобиля остались прежние владельцы супруги П-вы.

Ввиду изложенного суды пришли к выводу о том, что у сторон не было намерения по отчуждению автомобиля из общей совместной собственности ФИО10 и ФИО3, а ФИО1 стала лишь номинальным владельцем автомобиля.

Финансовый управляющий просил признать недействительными сделками договор купли-продажи от 07.11.2021, согласно которому цена сделки равна 1 800 000 руб. и договор купли-продажи автомобиля от 08.11.2021 № 419709, согласно которому цена сделки равна 1 998 000 руб.

Суды указали, что цены сделок являются рыночными, что подтверждается оценкой стоимости машины на даты оспариваемых сделок, представленной финансовым управляющим, и отметили, что указанный для взыскания размер денежных средств 2 337 000 руб. не соответствует ни одной из оспариваемых сделок, а также оценке, проведенной финансовым управляющим. Более того, оспариваемые договоры были совершены по цене, превышающей установленную оценщиком рыночную стоимость.

Также судами приняты пояснения ФИО11, являющегося действующим собственником спорного транспортного средства, согласно которым он проявил должную степень заботливости и осмотрительности при выборе контрагента по сделке купли-продажи автомобиля, проверке в открытых источниках предыдущих известных ему собственников автомобиля на предмет банкротства, отсутствия обременении на автомобиль.

На основании изложенного суды констатировали, что ФИО11 является добросовестным приобретателем спорного транспортного средства, ввиду чего пришли к выводу о невозможности применении реституцию в виде возврата имущества в натуре в конкурсную массу.

Отклоняя довод о том, что договор купли-продажи автомобиля от 07.11.2021 не прошел государственную регистрацию в ГИБДД, что указывало на отсутствие реальной цели исполнить данной договор, суды указали, что заключение договора купли-продажи автомобиля без его последующей регистрации и с целью его перепродажи и получения прибыли является обычным в деловом обороте, соответствует сложившейся практике договорных отношений хозяйствующих субъектов на российском рынке купли-продажи поддержанных автомобилей.

Также отклоняя довод о том, что договор купли-продажи автомобиля от 07.11.2021 совершен с целью прикрыть договор купли-продажи автомобиля от 08.11.2021 № 419709, суды указали, что несмотря на короткий срок совершения сделки, при отсутствии дополнительных временных затратных процедур по регистрации сделки в ГИБДД или иных органах, совершение указанной сделки является обычной в деловом обороте, соответствует сложившейся практике договорных отношений хозяйствующих субъектов на российском рынке купли-продажи поддержанных автомобилей.

Увеличение стоимости в первых трех договорах купли-продажи автомобиля лишь подчеркивало цель извлечения прибыли всеми последующими собственниками автомобиля при его продаже.

Суды указали, что признание оспариваемых сделок недействительными нарушит права как самой ФИО1, так и последующих лиц по цепочке сделок, в том числе и третьего лица ФИО11, которым могут быть в последующим предъявлены необоснованные, незаконные и несправедливые виндикационные требования по сделкам и применена реституция по ним.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего должника о признании недействительными сделок по купле-продаже транспортного средства и применении последствий недействительности сделок.

Между тем, по результатам кассационного рассмотрения суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций, и исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

При разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

В соответствии с частью 2 статьи 39 СК РФ общим имуществом супругов являются приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено, что в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 СК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункту 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В пункте 9 Постановления № 63 разъясняется, что, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Исходя из смысла указанной статьи, для признания сделки недействительной необходимы следующие обстоятельства:

сделка совершена в течение года до принятия заявления о признании банкротом;

неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

В пункте 1 статьи 174.1 ГК РФ закреплено, что сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности, из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180 ГК РФ).

Исходя из положений пункта 1 и абзаца первого пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством. С даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

Сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны (абзац третий пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Учитывая изложенное, заслуживает внимания довод кассационной жалобы о том, что приобретение ФИО1 транспортного средства у ФИО10 в размере 2 000 000 руб. осуществлялось за счет общих денежных средств. Так, в пункте 2.1 договора цена сделки была согласована в размере 2 000 000 руб., тогда как в пункте 2.2 договора стороны установили, что денежная сумма оплачена покупателем в полном объеме.

Таким образом, кассатор обоснованно обращал внимание судебных инстанций, что  исходя из условий договора сделка по приобретению ФИО1 автомобиля у ФИО10 является возмездной, расчеты между сторонами произведены в полном объеме.

Вопреки выводам судов, письменные доказательства заключенного договора от 14.09.2017 и его возмездности, который исполнен, зарегистрирован в ГИБДД 15.09.2017 на имя ФИО1, не могут быть противопоставлены устным объяснениям аффилированных между собой сторон, в которых они отрицали возмездность и реальность фактически исполненной сделки.

Доказательства того,  что спорный автомобиль был приобретен на личные  денежные средства супруги должника, в материалы дела не представлены. С учетом распределения бремени доказывания, данное обстоятельство подлежит  доказыванию лицами, которые на него ссылаются.

Также заслуживает внимания довод кассационной жалобы о том, что материалы обособленного спора подтверждают наличие противоправных консолидированных действий заинтересованных между собою лиц, действия которых были  направлены на получение налоговой выгоды, в связи с чем они не подлежат защите.

Довод о том, что  ФИО1 не могла управлять транспортным средством по причине истечения срока действия водительского удостоверения, не может быть положен в основу вывода о том, что она фактически являлась номинальным владельцем, поскольку указанное не  запрещает иметь в собственности транспортное средство, являющееся, в рассматриваемом случае, ликвидным актовом, за счет которого может быть пополнена конкурсная масса должника.

Кроме того кассатор обоснованно обращает внимание на то обстоятельство, что ФИО1, ФИО10 и ФИО3 в течение продолжительного периода времени не совершили никаких действий по обратной регистрации права собственности на реальных владельцев супругов П-вых. В связи с чем ФИО1 так и осталась собственником транспортного средства в период с 14.09.2017 до 07.11.2021, реализовав его в процедуре банкротства должника, четыре года владела автомобилем реально.

Кроме того не получил оценки судов довод кассатора о том, что оспариваемая сделка от 07.11.2021 является недействительной применительно к пункту 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве, поскольку транспортное средство было реализовано ФИО1 после того, как решением Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2020 в отношении должника введена процедура реализации имущества.

Кассатор также указывает, что договор купли-продажи от 07.11.2021 является безвозмездной сделкой, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства получения ФИО1 денежных средств от ФИО4

Наличие у ФИО4 финансовой возможности не исследовалось.

Более того, в обоснование довода об аффилированности ФИО1 и ФИО4, кассатор обращает внимание на то, что они являются аффилированными по отношению друг другу лицами через ФИО8, на которого ФИО1 систематически оформляла право на управление автомобилем, и который, в свою очередь, совместно с ФИО4 в период с 28.07.2021 по 03.03.2023 они являлись участниками ООО «Стрим».

Кроме того при рассмотрении требования о признании цепочки сделок не действительными, следует установить признаки недобросовестности/добросовестности каждой из них, и с учетом этого определить последствия не действительности.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции считает, что судебные акты вынесены при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для полного и правильного рассмотрения заявленного требования, что является основанием для отмены принятых по спору судебных актов согласно части 1 статьи 288 АПК РФ.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует вернуться к вопросу о наличии (отсутствии) оснований для признания недействительными договора купли-продажи транспортного средства от 07.11.2021 между ФИО1 и ФИО4 и договора купли-продажи автомобиля от 08.11.2021 № 419709 между ФИО4 и ООО «Инчкейп Холдинг» (новое наименование ООО «Борисхоф Холдинг»), учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 06.05.2024, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.07.2024 по делу №А40-27932/2020 отменить. Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий-судья                                                                Н.М. Панькова


Судьи:                                                                                                            Е.Н. Короткова


                                                                                                                         О.Н. Савина