Постановление от 27 апреля 2022 г. по делу № А65-27733/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-4396/2021

Дело № А65-27733/2019
г. Казань
27 апреля 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 апреля 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Ивановой А.Г., Моисеева В.А.,

при участии:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» ФИО1, лично,

при участии представителей:

некоммерческой организации «Гарантийный фонд Республики Татарстан» – ФИО2, доверенность от 27.08.2020,

общества с ограниченной ответственностью Коммерческого банка экономического развития «Банк Казани» – ФИО3, доверенность от 12.05.2021 № 110,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу некоммерческой организации «Гарантийный фонд Республики Татарстан»

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2022

по делу № А65-27733/2019

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани» и некоммерческой организации «Гарантийный фонд Республики Татарстан» о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.09.2019 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» (далее – должник).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.12.2019 в отношении должника введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.06.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительной сделкой дополнительного соглашения от 29.08.2019 к договору предоставления поручительства субъектам МСП и организациям, образующим инфраструктуру поддержки от 22.03.2019 № 13/19-ПЗ-ЮЛ, заключенного между должником, обществом с ограниченной ответственностью Коммерческим банком экономического развития «Банк Казани» (далее – Банк) и некоммерческой организацией «Гарантийный фонд Республики Татарстан» (далее – Фонд), и применить последствия недействительности сделки, обязав Фонд перечислить в конкурсную массу должника 28 493,15 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) Банк привлечен к участию в деле в качестве ответчика.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2021, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2022, заявленные конкурсным управляющим требования удовлетворены. Признано недействительным дополнительное соглашение от 29.08.2019 к договору предоставления поручительства субъектам МСП и организациям, образующим инфраструктуру поддержки от 22.03.2019 № 13/19-ПЗ-ЮЛ, заключенное между должником, Банком и Фондом. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания Фонда возвратить в конкурсную массу должника 28 493,15 руб.

В кассационной жалобе Фонд просит принятые по обособленному спору судебные акты отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции находит их подлежащими отмене, с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между Банком (кредитор) и должником (заемщик) подписаны индивидуальные условия договора кредитования от 08.02.2019 № 13/19-ЛВ-ЮЛ (кредитная линия под лимит выдачи), по условиям которого кредитор открывает заемщику кредитную линию в размере 20 000 000 руб., но не более 32 000 000 руб., под 14,7% годовых, со сроком возврата 07.08.2019.

Дополнительным соглашением от 07.08.2019 № 2 к договору от 08.02.2019 № 13/19-ЛВ-ЮЛ стороны определили дату окончательного возврата транша и уплаты процентов по нему до 01.10.2019.

Дополнительным соглашением от 01.10.2019 № 3 к договору от 08.02.2019 № 13/19-ЛВ-ЮЛ стороны определили дату окончательного возврата транша и уплаты процентов по нему до 25.10.2019.

Дополнительным соглашением от 25.10.2019 № 6 к договору от 08.02.2019 № 13/19-ЛВ-ЮЛ стороны определили дату окончательного возврата транша и уплаты процентов по нему до 18.11.2019.

Дополнительным соглашением от 18.11.2019 № 7 к договору от 08.02.2019 № 13/19-ЛВ-ЮЛ стороны определили дату окончательного возврата транша и уплаты процентов по нему до 04.12.2019.

В обеспечение обязательств по кредитному договору между должником (заемщик), Банком (кредитная организация) и Фондом (поручитель) заключен договор предоставления поручительства субъектам МСП и организациям, образующим инфраструктуру поддержки от 22.03.2019 № 13/19-ПЗ-ЮЛ, по условиям которого поручитель за обусловленную договором плату обязуется отвечать перед кредитной организацией за исполнение заемщиком обязательств перед кредитной организацией по договору кредитования (кредитная линия под лимит выдачи) от 08.02.2019 № 13/19-ЛВ-ЮЛ на сумму 20 000 000 руб.

Пунктом 1.2 договора поручительства предусмотрено, что ответственность поручителя перед кредитной организацией является субсидиарной и ограничена суммой в размере 13 000 000 руб.

В силу пункта 2.1 договора поручительства заемщик за предоставление поручительства уплачивает поручителю вознаграждение в размере 49 150 руб.

Согласно пункту 6.1 договора поручительства настоящий договор заключен на срок 258 календарных дней и прекращает свое действие 05.12.2019.

Вознаграждение поручителю оплачено должником в сумме 49 150,68 руб. платежным поручением от 22.03.2019 № 328.

Дополнительным соглашением от 07.08.2019 к договору поручительства сторонами срок действия договора поручительства установлен до 27.12.2019, размер вознаграждения поручителя увеличен до 56 986,30 руб. Вознаграждение поручителю в размере увеличения в сумме 7835,62 руб. (с 49 150,68 руб. до 56 986,30 руб.) оплачено должником платежным поручением от 20.08.2019 № 818.

Дополнительным соглашением от 29.08.2019 к договору поручительства сторонами срок действия договора поручительства установлен до 29.11.2019, размер вознаграждения поручителя увеличен до 85 479,45 руб. Вознаграждение поручителю в размере увеличения в сумме 28 493,15 руб. (с 56 986,30 руб. до 85 479,45 руб.) оплачено должником платежным поручением от 29.10.2019 № 891.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что дополнительное соглашение от 29.08.2019 к договору поручительства является недействительной сделкой, которая причинила вред кредиторам, совершена при неравноценном встречном предоставлении со стороны Фонда, поскольку при выплате поручителю дополнительного вознаграждения по дополнительному соглашению от 29.08.2019 срок действия поручительства был сокращен, а оплата дополнительного вознаграждения за сокращение срока действия поручительства не имела для должника экономического смысла, и привела к уменьшению конкурсной массы на 28 493,15 руб., обратился с настоящими требованиями в суд.

При разрешении спора судебные инстанции исходили из того, что на дату совершения сделки (29.08.2019) у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами: ООО «Связьбурмонтаж» (решением Арбитражного суда Тверской области от 05.02.2019 по делу № А6610843/2018 с должника в пользу ООО «Связьбурмонтаж» взыскано 11 637 020,55 руб.); ООО «РариТЭК» (определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.02.2020 требование ООО «РариТЭК» в размере 2 180 005 руб. включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника), сведения о вышеуказанных судебных актах и о наличии взысканной задолженности в свободном доступе размещены в сети Интернет в картотеке арбитражных дел www.kad.arbitr.ru., и пришли к выводу о том, что у должника на указанную дату имелись признаки неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, о чем Банк и Фонд знали или должны были знать.

Также суды, принимая во внимание, что оспариваемой сделкой срок действия договора поручительства сокращен до 29.11.2019 (с установленного ранее срока 27.12.2019), а размер вознаграждения поручителя увеличен до 85 479,45 руб., пришли к выводу о том, что указанное свидетельствует об изменении условий договора поручительства во вред кредиторам должника, поскольку вследствие указанных изменений был сокращён срок поручительства за счёт которого могли быть исполнены обязательства должника перед кредитором.

Судами также отмечено, что должник какой-либо выгоды от заключения данной сделки не получил, а напротив, были израсходованы денежные средства в размере 28 493,15 руб., за счёт которых могли быть погашены требования кредиторов должника.

Установив, что сделка совершена должником при наличии у последнего признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в отсутствие встречного исполнения, в результате ее совершения должник лишился имущества в виде денежных средств в размере 28 493,15 руб., чем был причинен вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки, суды пришли к выводу о наличии совокупности установленных по делу обстоятельств для признания спорной сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Между тем при разрешении спора судами не принято во внимание следующее.

Иск о признании подозрительной сделки недействительной направлен на защиту прав кредиторов, понесших от данной сделки имущественные потери.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходима совокупность следующих обстоятельств: сделка должна быть совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате ее совершения такой вред был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем.

Вывод судов о том, что оспариваемая сделка была совершена с целью причинения вреда кредиторам должника, ввиду сокращения срока действия поручительства дополнительным соглашением от 29.08.2019, в связи с чем требования Банка при наличии указанного соглашения должны исполняться за счет конкурсной массы должника, а не за счёт поручителя по кредитному договору, суд кассационной инстанции находит ошибочным, так как в спорном случае при исполнении кредитных обязательств перед Банком поручителем – Фондом, к последнему перешли бы права кредитора по кредитным обязательствам должника.

Таким образом, вне зависимости от срока действия договора поручительства, должник является обязанным лицом по кредитным обязательствам либо перед Банком, либо перед Фондом (в порядке суброгации), в связи с чем интересы кредиторов должника указанным дополнительным соглашением не затрагиваются.

Между тем специальные составы недействительности сделки, предусмотренные законодательством о несостоятельности, являются средством защиты интересов кредиторов должника, а не иных лиц.

В отношении конкурсного оспаривания судебной практикой выработано толкование, согласно которому при разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2020 № 306-ЭС20-2155, от 26.08.2020 № 305-ЭС20-5613)

В этой связи судам следовало, в частности, установить действительную цель подачи конкурсным управляющим заявления об оспаривании сделки в части сокращения срока поручительства, и выяснить, не направлено ли указанное оспаривание в этой части на преодоление вступившего в законную силу решения Московского районного суда города Казани от 19.10.2020 по делу № 2-493/20, которым Банку было отказано в признании недействительным дополнительного соглашения от 29.08.2019 к договору поручительства и взыскания с Фонда в субсидиарном порядке 12 179 881 руб.

В отношении обстоятельств, касающихся выплаты должником денежных средств в размере 28 493,15 руб. по условиям оспоренного дополнительного соглашения от 29.08.2019, явившихся также основанием для признания его недействительным в целом, судами не принято во внимание следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 424 ГК РФ исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.

Согласно статье 180 ГК РФ недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

В рассматриваемом случае недействительность дополнительного соглашения в части увеличения размера вознаграждения поручителя при сокращении сорока действия договора поручительства не влечет недействительность сделки в целом.

Как разъяснено Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 100 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», признавая сделку недействительной в части, суд в решении приводит мотивы, исходя из которых им был сделан вывод о том, что сделка была бы совершена сторонами и без включения ее недействительной части (статья 180 ГК РФ). При этом в силу пунктов 1 и 4 статьи 421 ГК РФ признание судом недействительной части сделки не должно привести к тому, что сторонам будет навязан договор, который они не намеревались заключать. В связи с этим при решении вопроса о признании недействительной части сделки или сделки в целом суду следует вынести указанный вопрос на обсуждение сторон.

Правовое регулирование, наделяющее суд необходимыми для осуществления правосудия дискреционными полномочиями по определению того, была бы сделка совершена и без включения недействительной ее части исходя из фактических обстоятельств дела, направлено на сохранение стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.11.2013 № 9738/13).

Суды первой и апелляционной инстанций, признавая недействительным спорное дополнительное соглашение, в ходе судебных заседаний не выносили на обсуждение сторон вопрос о соответствии оспаривания дополнительного соглашения целям конкурсного производства, а также о возможности признания указанной сделки недействительной лишь в части увеличения размера вознаграждения поручителя до 85 479,45 руб.

Арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, согласно части 2 статьи 287 АПК РФ, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении, в связи с чем судебные акты подлежат отмене в связи с неполным выяснением существенных для дела обстоятельств, а обособленный спор – передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции на основании пункта 3 части 1 статьи 287 и части 1 статьи 288 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2022 по делу № А65-27733/2019 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судьяМ.В. Коноплёва


СудьиА.Г. Иванова


В.А. Моисеев