Решение от 31 июля 2017 г. по делу № А01-382/2017

Арбитражный суд Республики Адыгея

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А01-382/2017
г. Майкоп
31 июля 2017 года
Резолютивная часть решения объявлена 25.07.2017г.

Решение изготовлено в полном объеме 31.07.2017г.

Арбитражный суд Республики Адыгея в составе судьи Н.Г. Мусифулиной, при ведении протокола помощником ФИО1, рассмотрев в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи исковое заявление Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Нижегородской области (ОГРН <***>, ИНН <***>, <...>) к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Адыгея» (ОГРН <***>, ИНН <***>, <...>) о взыскании пеней и штрафа за ненадлежащее исполнение государственного контракта в размере 1 327 410 рублей, при участии:

в Арбитражном суде Нижегородской области представителя истца ФИО2 (полномочия и личность установлены судом, оказывающим содействие в проведении заседания),

в Арбитражном суде Республики Адыгея представителя ответчика ФИО3 (доверенность в деле),

УСТАНОВИЛ:

Главное управление Федеральной службы исполнения наказаний по Нижегородской области (далее также - Управление, истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Адыгея с иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Адыгея» (далее также - Учреждение, ответчик) о взыскании пеней в размере 679 185 рублей и штрафа в размере 648 225 рублей за ненадлежащее исполнение государственного контракта от 17.05.2016 № 127 на поставку мяса свинины.

Заявленные требования мотивированы ненадлежащим исполнением поставщиком обязательств по поставке товара для государственных нужд.

В отзыве на иск и дополнении к нему, ответчик не признал заявленные требования, ссылаясь на наступление при исполнении контракта непредвиденных обстоятельств (полное уничтожение поголовья свиноводческого комплекса в связи с эпидемией африканской чумы свиней), обусловивших невозможность проведения поставки мяса. Просил с учетом характера нарушения и имущественного положения ответчика, применить положения статьи 333 ГК РФ.

В судебном заседании представитель истца поддержала иск в заявленном объеме, пояснив суду, что до августа 2016г. сотрудничество с ответчиком носило конструктивный характер. Последующие поставки, согласованные условиями контракта в августе, сентябре, ноябре 2016г. произведены не были. Письмом исх. от 22.09.2016г. Учреждение сообщило государственному заказчику о невозможности осуществления поставок в связи с заражением поголовья африканской чумой свиней. Вместе с тем, данное обстоятельство, не является основанием к освобождению ответчика, осуществляющего хозяйственную деятельность, от принятых на себя обязательств, поскольку, по мнению истца, Учреждением не были приняты все зависящие от него меры, направленные на избежание инфицирования поголовья свиней. Также, нарушение срока поставки мяса свинины в августе 2016г., какими-либо обстоятельствами обусловлено не было. Поскольку Учреждением допущены нарушение сроков поставки товара и объем товара, предусмотренный контрактом, не поставлен в адрес государственного заказчика на дату его расторжения, истец считает обоснованным применение мер ответственности в виде пеней и штрафа.

Представитель ответчика поддержала ранее доведенный до суда отзыв, указывая на то, что в августе 2016г. на территории соседнего свиноводческого предприятия АО «Дан Куб» была зафиксирована вспышка африканской чумы свиней. В связи с нахождением свиноводческого комплекса ответчика в непосредственной близости от эпизоотического очага, поставщиком были введены ограничительные мероприятия на оборот животных продуктов, в целях наблюдения за поголовьем до истечения инкубационного периода проявления заболевания и недопущения вывоза потенциально зараженной продукции. В сентябре 2016г. Постановлением главы администрации (губернатора) Краснодарского края № 739 от 22.09.2016 на территории откормочной площадки Учреждения введен карантин, территория данного объекта признана эпизоотическим очагом. Данные обстоятельства были доведены до государственного заказчика, как посредством телефонных переговоров, так и письменно. Ссылки представителя истца о нарушении ответчиком правил карантина животных или других ветеринарно-санитарных правил, просила отклонить ввиду их необоснованности, указав, что Постановление государственного управления ветеринарии Краснодарского края от 11.10.2016 по делу № 10,101-74/16-10 об административном правонарушении, которым Учреждение было признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 10.6 КоАП РФ, не было обжаловано по причине отсутствия должностного лица, полномочного осуществлять распорядительные действия от имени Учреждения, ввиду привлечения начальника Учреждения к уголовной ответственности. Также, указывая на то, что в связи с эпидемией, ответчиком нарушены несколько государственных внутрисистемных контрактов по поставке мяса свинины и им принимаются меры по возвратам авансирования, проводятся расчеты с поставщиками кормов, и т.д., без наличия источника поступления денежных средств от хозяйственной деятельности, ответчик находится в кризисном финансовом состоянии, ввиду чего просила снизить размер штрафных санкций, заявленных ко взысканию истцом.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

17 марта 2016г. между Главным управлением Федеральной службы исполнения наказаний по Нижегородской области (государственный заказчик) и Федеральным казенным учреждением «Исправительная колония № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Адыгея» (поставщик) был заключен государственный контракт № 127 на поставку мяса свинины в количестве, по цене и в сроки, установленные ведомостью поставки (л.д.9-17).

В соответствии с ведомостью поставки, к поставке согласовывалось четыре партии:

- 18 000 кг. стоимостью 3 483 000 рублей в июле 2016г.

- 18 000 кг. стоимостью 3 483 000 рублей в августе 2016г.

- 18 000 кг. стоимостью 3 483 000 рублей в сентябре 2016г.

- 13 000 кг. стоимостью 2 515 500 рублей в ноябре 2016г.

Согласно пункту 10.4 контракта в случае просрочки исполнения поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней).

Так, в соответствии с пунктом 10.5 контракта пени начисляются в случае нарушения срока поставки товара, указанного в ведомости поставки, по формуле П = (Ц-В) х С, за каждый день просрочки.

Также пунктом 10.6 контракта предусмотрена возможность взыскания штрафа в размере 5% от цены контракта за недопоставку товара к моменту окончания срока его действия, за не возврат авансового платежа, за иное ненадлежащее исполнение контракта, за исключением просрочки исполнения обязательства.

В соответствии с пунктом 10.8 контракта сторона освобождается от уплаты неустойки, если докажет, что неисполнение контракта произошло вследствие непреодолимой силы или по вине другой стороны.

Во исполнение условий контракта заказчик произвел 30% авансирование в размере 3 889 350 рублей (п/п от 03.06.2016 № 754804).

29 июля 2016г. Учреждение поставило первую партию товара весом 18 146, 5 кг. на сумму 3 511 347 рублей 75 копеек.

С учетом условий контракта, государственным заказчиком осуществлена оплата 70% от поставленной партии товара, что подтверждено платежным поручением от 13.07.2016 на сумму 2 457 943 рубля 42 копейки.

Представленными доказательствами подтверждено, что производство мяса свинины осуществлялось Учреждением на территории арендованного имущественного комплекса по откорму и содержанию свинопоголовья, расположенного по адресу: Краснодарский край, Абинский район, ст. Мингрельская, ул. Восточная 4 (договор аренды от 18.03.2016 № 45, л.д. 130-136).

Из пояснений представителя Учреждения и свидетеля ФИО4, установлено, что 16 сентября 2016г. на откормочной площадке ответчика начался падеж скота.

Проведенными контрольными мероприятиями на территории арендованного Учреждением свинокомплекса была выявлена и зарегистрирована вспышка африканской чумы свиней (далее - АЧС) (экспертиза ФГБУ «Краснодарская межобластная ветеринарная лаборатория» № 3002 от 19.09.2016).

Постановлением главы администрации (губернатора) Краснодарского края № 739 от 22.09.2016 на территории откормочной площадки учреждения, установлены ограничительные мероприятия (карантин); территория данного объекта признана эпизоотическим очагом; утвержден перечень ограничений на оборот животных, продуктов животноводства, кормов и кормовых добавок на территории данного объекта и в угрожаемых зонах, согласно приложению к данному постановлению.

Приказом государственного управления ветеринарии Краснодарского края от 22.09.2016 № 304, во исполнение вышеуказанного постановления губернатора, организованы мероприятия по отчуждению животных и изъятию продуктов производства (л.д.106).

Актом от 26.09.2016 подтверждено отчуждение 1 168 голов животных / 86 187 кг (л.д.148).

В связи с невозможностью исполнения государственного контракта, поставщик уведомил о наступлении обстоятельств, препятствующих поставке товара, в том числе и письмом от 22.09.2016г., что следует из пояснений представителей сторон.

Соглашением от 14.11.2016 № 381 стороны подтвердили прекращение обязательств по контракту с момента его подписания (л.д. 22-23).

В связи с ненадлежащим исполнением контракта, государственный заказчик обратился к поставщику с требованием от 15.11.2016 об уплате неустойки (л.д. 28-30).

Данные факты подтверждаются имеющимися в деле письменными доказательствами и представителями сторон не оспариваются.

Спорные правоотношения по своей правовой природе подпадают под правовое регулирование общих норм обязательственного права, содержащихся в части первой Гражданского кодекса Российской Федерации, главы 30 части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, а также специальному регулированию нормами Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее Закон № 44-ФЗ).

В соответствии с частью 8 статьи Закона № 44-ФЗ, под государственным или муниципальным контрактом понимается договор, заключенный от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации (государственный контракт), муниципального образования (муниципальный контракт) государственным или муниципальным заказчиком для обеспечения соответственно государственных нужд, муниципальных нужд.

В силу статьи 526 Гражданского кодекса Российской Федерации по государственному или муниципальному контракту на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд поставщик (исполнитель) обязуется передать товары государственному или муниципальному заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный или муниципальный заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Согласно части 4 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.

Так, согласно части 6 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

При этом в соответствии с частью 7 статьи 34 Закона № 44-ФЗ пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере, определенном в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, но не менее чем одна трехсотая действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Также согласно части 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом.

В соответствии с положениями статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Положениями статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации, установлено правило о надлежащем исполнении обязательства, в соответствии с его условиями и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового обороты или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Как было указано, согласно товарной накладной от 29.06.2016, первая партия товара весом 18 146,5 кг. на сумму 3 511 347 рублей 75 копеек, была принята государственным заказчиком. Последующие поставки, согласованные в августе, сентябре и ноябре 2016г. поставщиком не проведены.

Оценивая требования истца и возражения ответчика в указанной части, суд находит заслуживающим внимания факт возникновения АЧС на откормочной площадке ответчика.

В соответствии с пунктом 24.1 Ветеринарных правил осуществления профилактических, диагностических, ограничительных и иных мероприятий, установления и отмены карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов африканской чумы свиней, утв. Приказ Минсельхоза России от 31.05.2016 № 213 в эпизоотическом очаге запрещается: перемещение и перегруппировка животных; убой всех видов животных, реализация животных и продуктов их убоя, а также кормов; отгрузка всей продукции животноводства и растениеводства, производимой (изготавливаемой) в эпизоотическом очаге; выезд и въезд транспорта, не задействованного в мероприятиях по ликвидации очага АЧС и (или) по обеспечению жизнедеятельности людей, проживающих и (или) временно пребывающих на территории, признанной эпизоотическим очагом, на территорию (с территории) эпизоотического очага; а также посещение посторонними лицами зараженных и подозреваемых в заражении территорий, заготовка кормов и подстилочного материала для сельскохозяйственных животных; осуществляется изъятие всех свиней и продуктов убоя в соответствии с правилами отчуждения животных и изъятия продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 26.05.2006 № 310.

Таким образом, материалами дела объективно подтверждается невозможность исполнения Учреждением обязательства по поставке мяса в период после 22.09.2016г. (день введения карантина в связи с выявления АЧС) и проведением отчуждения всего свинопоголовья, о чем заказчик был уведомлен.

Как указывалось ранее, согласно пункту 10.5 контракта пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения подрядчиком обязательства, предусмотренного контрактом, и устанавливается в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком, и определяется согласно формуле в соответствии с пунктом 6 Правил № 1063.

С учетом установленного судом факта нарушения Учреждением срока поставки товара, поставщиком допущена просрочка по передаче государственному заказчику партии товара за август 2016г. на сумму 3 454 652 рубля 25 копеек (с учетом объема поставки в июле), в период с 01.09.2016г. по 14.11.2016г., за сентябрь 2016г. на сумму 3 483 000 рублей в период с 01.10.2016г. по 14.10.2016г.

Проверив расчет пени, представленный истцом, суд находит его не соответствующим условиям договора, поскольку Управлением применена к расчету ключевая ставка в размере 10%, тогда как с 19.06.2017г., согласно Информации Банка России от 16.06.2017, ключевая ставка была снижена до 9 %. Также истцом не принят во внимание фактический толеранс по предыдущей поставке.

При таких условиях, суд находит представленный ответчиком контррасчет пени за просрочку исполнения обязательств по поставке товара за период с 01.09.2016г. по 14.11.2016г., исходя из действующей на момент вынесения решения ключевой ставки Банка России равной 9%, на сумму недопоставленного товара, в размере 607 439 рублей 55 копеек, отвечающим требованиям закона.

Разрешая требование истца о взыскании штрафа и отклоняя возражения ответчика о невозможности применения двух мер ответственности за одно и тоже нарушение, суд принимает во внимание следующее.

Законом установлена возможность определения санкции за неисполнение обязательств по контракту в виде сочетания штрафа и пени.

Исходя из пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, штраф и пеня являются разновидностями неустойки. Термин "штраф" обычно употребляется в тех случаях, когда речь идет о неустойке в виде процента или в твердой сумме, взыскиваемых однократно. Термин "пеня" принят в отношении неустойки, которая исчисляется в виде процента к сумме неисполненного обязательства и взыскивается за каждый день его нарушения или в течение определенного периода времени.

Гражданское законодательство допускает одновременное применение двух мер ответственности за одно и тоже правонарушение в том случае, когда договором установлена неустойка в виде сочетания штрафа и пеней за одно нарушение.

В пункте 10.1 контракта указано, что за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по контракту стороны несут ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и контрактом.

Контрактом от 17.05.2016 предусмотрена ответственность поставщика за недопоставку товара к моменту окончания срока его действия в виде штрафа в размере 5% от цены контракта (648 225 рублей п. 10.6) и пеня за нарушение срока поставки товара, в размере не менее одной трехсотой ставки рефинансирования от цены контракта, пропорционально объему исполненного (п.10.5).

В соответствии с пунктом 1 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Из буквального толкования пунктов 10.1, 10.5 и 10.6 контракта прямо не следует, что истцом заявлены одновременно ко взысканию штраф и пени за одно и тоже нарушение.

Принимая во внимание, что в договоре предусмотрено одновременное применение нескольких видов ответственности, что не противоречит части 5 статьи 34 Закона № 44-ФЗ и Правилам № 1063, суд полагает возможным взыскание с Учреждения одновременно с пеней и суммы штрафа.

При рассмотрении дела ответчиком заявлено о снижении размера неустойки в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 60 и 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление № 7), на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме - штраф или в виде периодически начисляемого платежа - пени (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации). Подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются также в случаях, когда неустойка определена законом, в том числе и Федеральным законом от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 № 683-О-О указано, что пункт 1 статьи 333 Кодекса закрепляет право суда уменьшить размер подлежащей уплате неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, и, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что согласуется с положением статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Системный анализ положений действующего законодательства о неустойке, конституционно-правовой смысл указанной нормы права, изложенный в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О, а также сложившаяся судебно-арбитражная практика по рассматриваемому вопросу позволяют прийти к выводу о том, что к основополагающим принципам российского права, в частности, относится принцип обеспечения нарушенных прав, гарантией реализации которого является соблюдение требования о соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств, предусмотренного статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации сформулировал правовую позицию, в соответствии с которой санкции штрафного характера должны отвечать требованиям справедливости и соразмерности. Принцип соразмерности предполагает установление ответственности за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, компенсационного характера применяемых санкций, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств. Таким образом, неустойка носит компенсационный характер и призвана уменьшить неблагоприятные последствия, вызванные нарушением обязательства.

В силу пункта 73 постановления Пленума № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Согласно п. 69, 71 постановления Пленума от 24.03.2016 № 7, подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). Если должником является коммерческая организация, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам) (пункт 74 постановления Пленума от 24.03.2016 № 7).

При рассмотрении дела ответчиком представлены достаточные доказательства, подтверждающие невозможность надлежащего исполнение своих обязательств по поставке товара в полном объеме после 22 сентября 2016г. С точки зрения субъектного состава (поставщик - федеральное казенное учреждение) и источника его финансирования (бюджет Российской Федерации), ответчиком, при отсутствии у него товара, подлежащего передаче по государственному контракту, не могла быть проведена его замена на аналогичный товар, имеющийся на рынке, ввиду того, что к сделке, направленной на замещение товара, также должны быть применены нормы Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Относительно наличия в действиях сотрудников Учреждения нарушений ветеринарных правил, установленных при рассмотрении дела А32-38331/2016, а именно не проведение ежемесячной очистки и дезинфекции кормовых бункеров, не обеспечение размещения перед входом в места содержания животных хозяйства дезванночек, не обеспечение размещения мастерской хозяйства вне производственной зоны хозяйства и тд., начальником ветеринарной службы УФСИН России по Республике Адыгея ФИО4, допрошенной в качестве свидетеля, были даны следующие пояснения.

С 16.09.2016г. по 17.09.2016 г. на откормочной площадке ответчика пало 4 свиньи. Несмотря на информированность сотрудников ветслужбы о карантинных мероприятиях в соседнем районе, сразу не было доложено о произошедшем ввиду отсутствия видимых симптомов заболевания (угнетенное состояние, отказ от корма и (или) воды, отсутствие нормальной реакции, на раздражающие факторы). После получения сведений о выявлении возбудителя африканской чумы свиней, с 19.09.2016г. допуск в производственную зону физических лиц, не задействованных в обслуживании свиней, был запрещен. Между тем в акте от 30.09.2016 № 10-35/16-06, отражено присутствие на территории производственной зоны механика, обеспечивающего работу комплекса. Также персоналом соблюдались санитарные нормы по ношению специальной одежды и обуви; входы в места содержания животных, были оборудованы дезковриками, увлажненным дезраствором (что является допустимой альтернативой дезванночкам). Привлечение Учреждения к административной ответственности по формальным признакам имело место, по мнению свидетеля, в связи с непринятием должностным лицом (начальником колонии) мер к защите интересов Учреждения. С учетом отсутствия достоверных сведений о причине возникновения АЧС на территории откормочной площадки ответчика по его вине, отказом в проведении проверки по инициативе Учреждения поставщика кормов, и возможного занесения вируса механическими переносчиками (птицы, грызуны, бывшие в контакте с больными и павшими свиньями), полагает, что Учреждением были приняты все зависящие от него меры по недопущению АЧС и последующие – по ликвидации заболевания.

Оценивая данные доказательства в совокупности, суд полагает необходимым обратить внимание на то, что в соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Преюдициальная связь судебных актов арбитражных судов обусловлена указанным свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот факт в отношениях между теми же сторонами. Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности.

При таких обстоятельствах, суд признает в действиях ответчика установленным состав ненадлежащего исполнения государственного контракта как в части нарушения сроков поставки товара, так и в части недопоставки товара к моменту истечения срока его действия, влекущего наложение мер ответственности.

Определяя размер штрафных санкций, суд принимает во внимание, что начисление неустойки по государственному контракту без учета условий, вызвавших невозможность надлежащего исполнения обязательств должником, будет противоречить принципу обеспечения восстановления нарушенных прав, поскольку создаст преимущественные условия кредитору, который был проинформирован о возникновении эпидемии АЧС в сентябре 2016г., и как следствие – невозможности исполнения контракта, однако при этом, меры по его расторжению были приняты только в ноябре 2016г., что повлекло увеличение периода просрочки и размера пени.

Одновременно с этим, суд отмечает, что истцом не представлены доказательства превышения затрат на приобретение аналогичного товара у третьих лиц в связи с его недопоставкой ответчиком, по цене значительно отличающейся от цены, установленной в прекращенном контракте, указывающие на соразмерность размера заявленных штрафных санкций возможному размеру убытков кредитора.

Исходя из условий контракта, ответчик, являясь структурным подразделением Федеральной службы исполнения наказаний России, выступал поставщиком для государственных нужд внутрисистемного характера (обеспечение продовольствием спецконтингента учреждений исполнения наказаний).

Принимая решение, суд также обращает внимание на то, что согласно части 4 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации казенное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам казенного учреждения несет собственник его имущества.

Оценив имеющиеся в деле доказательства, с учетом состава участников настоящего спора, порядка их финансирования, фактических обстоятельств исполнения государственного контракта, длительности неисполнения обязательства, а также взыскания с ответчика как пени, так и штрафа, и руководствуясь необходимостью соблюдения баланса между допущенным нарушением и наступившими последствиями, суд считает возможным снизить заявленные ко взысканию пени до 141 364 рублей 37 копеек и штраф - до 324 112 рублей 50 копеек.

Данный размер неустойки, по мнению суда, компенсирует потери истца в связи с несвоевременным исполнением ответчиком обязательств по договору, является справедливым, достаточным и соразмерным последствиям нарушения обязательств.

В силу требований статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов, отнесения судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, и другие вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

За рассмотрение арбитражным судом искового заявления при цене иска – 1 327 410 рублей подлежала уплате государственная пошлина в размере 26 274 рублей.

Распределяя судебные расходы, суд руководствуется принципом отнесения их на сторону, виновную в возникновении спора пропорционально объему удовлетворенных требований.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины, а Учреждение не является государственным органом (подпункт 1.1), и его участие в настоящем деле не обусловлено осуществлением публичных функций по защите государственных, общественных интересов (подпункт 1), а связано с осуществлением хозяйственной деятельности, направленной на извлечение прибыли, суд полагает, в данном случае ответчик не является субъектом, освобожденным от уплаты государственной пошлины в силу пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации.

Применение судом положений статьи 333 ГК РФ и снижение неустойки не относятся к случаям частичного удовлетворения иска, когда судебные расходы по правилам, установленным статьей 110 АПК РФ, относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Принимая во внимание признание требований истца состоятельными в части взыскания пеней исходя из иных размера ключевой ставки и суммы задолженности, нежели заявленных в иске, суд на основании частей 1, 5 статьи 110 АПК РФ, возлагает на ответчика обязанность пропорциональной уплаты государственной пошлины в размере 25 557 рублей.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Адыгея (Адыгея)» (ИНН <***>, ОГРН <***>, <...>) в пользу Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Нижегородской области (ОГРН <***>, ИНН <***>, <...>) пени за нарушение срока поставки товара по государственному контракту № 127 от 17.05.2016 в размере 141 364 рублей 37 копеек, штраф за недопоставку товара в размере 324 112 рублей 50 копеек, а всего 465 476 рублей 87 копеек.

Взыскать с федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Адыгея (Адыгея)» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 25 557 рублей.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, а также в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу, если это решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции. Жалоба подается через суд, вынесший решение.

Судья Н.Г. Мусифулина