Постановление от 12 августа 2025 г. по делу № А58-3615/2021

Четвертый арбитражный апелляционный суд

улица Ленина, дом 145, Чита, 672007, http://4aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А58-3615/2021
г. Чита
13 августа 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 30 июля 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 13 августа 2025 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гречаниченко А.В.,

судей Корзовой Н.А., Сидоренко В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Соколовой А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1 и конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Фонд развития региональной авиации и ТБ» ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 02 апреля 2025 года по делу № А58-3615/2021 по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Фонд развития региональной авиации и ТБ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) ФИО2 о привлечении ФИО1, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в деле по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «АИСТ» о признании общества с ограниченной ответственностью «Фонд развития региональной авиации и ТБ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

20.05.2021 в арбитражный суд поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «АИСТ» о признании общества с ограниченной ответственностью «Фонд развития региональной авиации и ТБ»  несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 07.09.2021 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утверждён арбитражный управляющий ФИО2.

Решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 28.02.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО2

06.02.2024 конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании доказанным наличие оснований и привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц: ФИО1, ФИО3 и ФИО4.

Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 02.04.2025 производство в части требования о признании доказанным наличие оснований для привлечения контролирующего должника лица ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника вследствие причинения убытков должнику в размере 7 518 171, 03 руб. прекращено. Признано доказанным наличие оснований для привлечения контролирующего должника лица ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Фонд развития региональной авиации и ТБ». В привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Фонд развития региональной авиации и ТБ» отказано. Производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом по делу, ФИО1 и конкурсный управляющий обжаловали его в апелляционном порядке.

ФИО1 в апелляционной жалобе указывает на неправомерность выводов суда относительно наличия у должника признаков неплатежеспособности с 26.07.2019, поскольку должник исполнял обязательства перед иными кредиторами, работниками должника, а неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника. Считает, что причиной банкротства должника явился корпоративный конфликт и бездействие нового директора ФИО3, который при наличии двух неисправных самолетов, арендованных у ООО «Авиакомпания «АИСТ», не прекратил аренду самолетов и не вернул их собственнику, при это организация не вела предпринимательскую деятельность. Полагает, что отчет по результатам специального аудиторского задания, составленный ООО АКФ "Северо-Восток Аудит", не может быть признан допустимым и достоверным доказательством.

Конкурсный управляющий ООО «Фонд развития региональной авиации и ТБ» ФИО2 в апелляционной жалобе указывает, что ФИО3 и ФИО4 являются контролирующими должника лицами и не могли не знать, что должник после 26.07.2019 стал отвечать признакам неплатежеспособности, однако не исполнили требования п. 3.1. ст. 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 ФИО1 просит оставить апелляционную жалобу ФИО2 без рассмотрения ввиду отсутствия предмета спора, обязать Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) при новом рассмотрении установить ответственность ФИО3 за нарушение срока 15.03.2020, определить размер причиненных им убытков.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО1 конкурсный управляющий ФИО2 просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 ФИО3 просит оставить апелляционную жалобу без удовлетворения, обжалуемое определение без изменения.

В отзыве на апелляционные жалобы ФИО4 просит обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

В судебном заседании 29.07.2025 в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 30.07.2025.

В порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы рассматриваются в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Определением заместителя председателя Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2025 в составе суда, рассматривающего настоящее дело, произведена замена судьи Луценко О.А. на судью Сидоренко В.А.

Дело рассмотрено в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей пределы и полномочия апелляционной инстанции.

Рассмотрев доводы лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства и пришел к следующим выводам.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц:

ФИО1 - бывшего руководителя должника,

ФИО3 - бывшего руководителя должника и участника должника с долей в уставном капитале в размере 34%,

ФИО4 - участника должника с долей в уставном капитале в размере 33%,

к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, по статье 61.12 Закона о банкротстве и за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  (заявление исх. № 132 от 30.01.2024, т. 1, л.д. 3 и дополнение к заявлению исх. № 227 от 30.09.2024, т. 2, л.д. 8).

1. В силу пункта 1 статьи 61.12 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно сведениям, представленным ФНС России (т.1, л.д. 60):

-руководителями должника были следующие лица:

- ФИО1  в период с 01.02.2019 по 14.01.2020;

- ФИО3 в период с 15.01.2020 по 21.02.2022 дата оглашения резолютивной части об открытия конкурсного производства в отношении должника, согласно решения Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 28.02.2022;

-участниками (учредителями) должника являются/являлись:

- ФИО3 с 01.02.2019 с долей в размере 34 %;

- ФИО4 с 01.02.2019 с долей в размере 33 %;

- ФИО1  с 01.02.2019 по 06.05.2020;

- ООО «Фонд развития региональной авиации и ТБ»  с 07.05.2020 с долей в размере 33 %.

При таких обстоятельствах, ФИО1, ФИО3 и ФИО4 являются контролирующими должника лицами, поскольку ФИО1 и ФИО3 являлись руководителями должника, а ФИО4 имел право совместно с ФИО3 распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала общества (67 %), с учетом общих интересов.

При этом учтено, что ФИО4 и ФИО3 являются собственниками воздушного судна (самолет) АН RA-33375, согласно свидетельства о регистрации № 1421 от 04.04.2018 (т. 2, л.д. 80), используемого в предпринимательской деятельности должника, что подтверждается затратами по его использованию (дополнение к отзыву ФИО4 от 01.10.2024, т. 2, л.д. 18).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 года № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При этом необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является видом гражданско-правовой ответственности, т.е. наступает при наличии вины. В связи с этим по смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязанности по уплате обязательных платежей (п. 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016).

Конкурсный управляющий указывает на неплатежеспособность должника с 26.07.2019, поскольку должник прекратил исполнять денежные обязательства перед кредиторами.

В соответствии с абзацем 6 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Согласно абзацу 38 статьи 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При установлении признаков неплатежеспособности принимается во внимание следующее.

Определением суда по настоящему делу от 01.12.2021 требование Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Республике Саха (Якутия) включено в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Фонд развития региональной авиации и ТБ» в размере 417 832, 01 рубля, из них: основной долг в размере 345 487, 57 рублей, пени в размере 71 894, 44 рубля за период с 26.07.2019 по 06.09.2021, штрафы в размере 450 рублей, в составе третьей очереди.

По смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств и/или наличие хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с последующим включением указанных обязательств в реестр требований кредиторов должника подтверждают факт неплатежеспособности должника в спорный период (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710(3) по делу N А40-177466/2013).

Соответственно материалами дела подтверждается просрочка обязательного платежа в бюджет за период с 26.07.2019.

Исходя из пункта 6 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, моментом возникновения обязанности по уплате налога является день окончания налогового периода, а не день представления налоговой декларации или день окончания срока уплаты налога.

Таким образом, обязанность по уплате налога, взимаемого с налогоплательщика, выбравшего в качестве объекта налогообложения доходы, уменьшенные на величину расходов за 2019 год, возникла у должника с 26.07.2019, 31.12.2019, - то есть в период деятельности ответчика - бывшего руководителя должника ФИО1

Добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязанности по уплате обязательных платежей.

Согласно отчету конкурсного управляющего от 30.01.2025, конкурсная масса должника сформирована на сумму 3 998 тыс. рублей дебиторской задолженности (с отметкой, что расшифровка дебиторской задолженности отсутствует, также отсутствует (не передана) первичная документация). Размер требований кредиторов должника, включенных в реестр требований кредиторов должника, составляет 6 594 684, 34 руб. Удовлетворение требований кредиторов в ходе процедуры банкротства должника не производилось.

Ответчик ФИО1  указывает, что под его руководством (с 01.02.2019 по 13.01.2020) должник вел прибыльную деятельность.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 16.09.2021 и от 26.03.2024 (т. 1, л.д. 7, 63)  должник зарегистрирован в качестве юридического лица 01.02.2019.

До возбуждения дела о банкротстве должника (28.06.2021), согласно бухгалтерских балансов (т. 1, л.д.129-138), чистая прибыль должника за 2019 с корректировкой 1 составила 604 тыс. рублей,  убыток за 2020 и 2021 составил 1 041 тыс. рублей и 1 247 тыс. рублей соответственно.

Пунктом 2 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

По мнению конкурсного управляющего, вышеуказанное обязательство по подаче заявления о банкротстве должника должно было быть исполнено контролирующими  должника лицами (дополнение  к заявлению исх. № 277 от 08.12.2024, т. 2, л.д. 107):

- ФИО1 в срок до 26.08.2019;

- ФИО3 в течение месяца с даты вступления в должность 15.01.2020 до 15.03.2020;

- ФИО4 в срок до 26.08.2019.

Дело о банкротстве должника возбуждено определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 28.06.2021 по заявлению кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «АИСТ», т.е. по истечении более 1,5 лет после даты возникновения обязанности руководителя должника обратиться с заявлением должника в суд.

Суд первой инстанции указал, что признаки неплатежеспособности должника возникли с 26.07.2019, руководитель должника должен был обратиться с заявлением о признании должника банкротом, согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств, т.е. 26.08.2019.

Суд первой инстанции рассчитал объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве и до даты возбуждения дела о банкротстве должника, а именно в период с 26.08.2019 по 28.06.2021 в реестр требований кредиторов должника включены требования следующих кредиторов:

- ООО «Авиакомпания «Аист»» на сумму 1 459 482 рубля за период с сентября по декабрь 2019 по определению от 07.09.2021 о введении процедуры наблюдения;

- ООО «Авиакомпания «Аист»» на сумму 2 283 870 рублей за период с 01.01.2020 по 27.03.2020 по определению от 14.12.2021;

- ООО «Авиакомпания «Аист»» на сумму 1 179 701, 26 рубль за период с 24.03.2020 по 12.09.2020 по определению от 22.06.2023;

- уполномоченного органа на сумму 417 832, 01 рубля за период с 26.07.2019 по 06.09.2021 по определению от 01.12.2021;

- уполномоченного органа на сумму 188 799, 07 рублей за период с 1 квартала 2020 по 1 квартал 2021 по определению от 20.10.2022;

- ФИО3 на сумму 97 000 рублей за период с 13.02.2020 по 03.09.2020 по определению от 15.08.2022;

- ФИО3 на сумму 968 200 рублей за период с 01.04.2020 по 27.06.2021 по Апелляционному определению Верховного Суда Республики Саха (Я) от 21.08.2023.

Согласно пункту 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве в размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 настоящего Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции указал, что требования бывшего руководителя должника ФИО3 не подлежат включению в размер ответственности, поскольку ФИО3  знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что основанием для возбуждения дела о банкротстве должника послужило наличие задолженности должника по договорам, заключенными бывшим руководителем должника ФИО1 в период неплатежеспособности должника, указав, что его бездействие повлекло негативные последствия для вышеуказанных кредиторов в виде невозможности удовлетворения задолженности в размере 5 529 684, 34 рубля, возникших за период 26.08.2019 по 28.06.2021 и как следствие включенные в реестр требований кредиторов должника и не возможностью погашения приоритетно в режиме текущих платежей.

Дополнительные долговые обязательства должника, возникшие после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве и до возбуждения дела о банкротстве, приняты должником в период руководства должником ответчиком ФИО1

Не установлен объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (размер ответственности) в период руководства должником бывшим руководителем должника ФИО3, а также отсутствуют доказательства виновных действий участника должника ФИО4 и ФИО3 В связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, предусмотренных статьей 61.12 Закона о банкротстве, в отношении бывшего руководителя должника ФИО3 и участника должника ФИО4

Также судом первой инстанции учтено, что бывшим руководителем должника ФИО3 и участником должника ФИО4 производились действия по выходу из кризисной ситуации (проведение аудита, увольнение директора ФИО1, проведение инвентаризации, подача заявления о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1, взыскание дебиторской задолженности, предоставление займов, оплата кредиторской задолженности, приобретение запасных частей, попытки урегулировать спор с кредитором ООО «АК «Аист», работа по восстановлению работы должника – подготовка документов на получение/продление сертификата летной годности самолета, и т.д. (дополнение к отзыву от 01.10.2024, т. 2, л.д.18).

В связи с чем в удовлетворении требований конкурсного управляющего должника в части о признании доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя должника ФИО3 и участника должника ФИО4 по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве отказано.

2. Конкурсный управляющий также в качестве основания привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности ссылается на причинение бывшим руководителем должника ФИО1 убытков должнику в размере 7 518 171, 03 руб., взысканные определением суда по настоящему делу от 19.06.2024 с ФИО1 в пользу должника.

Из смысла подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" субсидиарная ответственность по обязательствам несостоятельного должника фактически представляет собой разновидность иска о взыскании убытков (п. 2 Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2024 N 305-ЭС23-22266). Согласно разъяснению, изложенному в пункте 57 Постановления N 53 по смыслу взаимосвязанных положений абзаца первого пункта 5 и абзаца первого пункта 6 статьи 61.14, пункта 3 статьи 61.19 Закона о банкротстве не допускается повторное разрешение в рамках дела о банкротстве требования о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, если ранее требование о привлечении этого же лица по тем же основаниям, поданное в защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, уже было предъявлено и рассмотрено в том же деле о банкротстве. При этом даже ссылка на иную презумпцию, но подтверждающуюся теми же фактами, не устраняет тождественности оснований иска (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2021 N 301-ЭС20-18311(2)).

В связи с изложенным суд первой инстанции пришел к выводу о тождественности заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в части причинения вреда должнику ФИО1 на сумму 7 518 171, 03 руб., ранее рассмотренному судом заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО1 в размере 7 518 171, 03 руб. и в порядке пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ прекратил производство в указанной части.

Учитывается, что постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 04.07.2025 по настоящему делу определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда по спору об убытках отменено, спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в текущий период не завершен.

3. Следующим основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника является невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а именно: договора об организации и обеспечении транспортного обслуживания N 6 от 14.08.2019, заключенного между должником и ФИО5 и причинение убытков должнику недобросовестными действиями бывшего руководителя должника ФИО1 в размере 7 518 171, 03 руб. (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, дополнение к заявлению исх. № 227 от 30.09.2024, т. 2, л.д. 8).).

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (п. 23 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2024 по настоящему делу договор об организации и обеспечении транспортного обслуживания N 6 от 14.08.2019 заключенный между ООО "Фонд развития гражданской авиации и ТБ" и ФИО5 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки: взыскать со ФИО5 в пользу ООО "Фонд развития гражданской авиации и ТБ" 1 959 010 рублей.

В названном постановлении станволено, что между индивидуальным предпринимателем ФИО5 (исполнитель, ответчик) и ООО "Фонд развития региональной авиации и ТБ" (заказчик, должник) заключен договор об организации и обеспечении транспортного обслуживания N 6 от 14.08.2019, по которому заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство по оказанию заказчику транспортных услуг, а заказчик обязуется оплатить оказанные ему с надлежащим качеством услуги в размере и сроки, в соответствии с условиями настоящего договора. Согласно отчета ООО АКФ "Северо-Восток Аудит" по результатам специального аудиторского задания ООО "Фонд развития региональной авиации и ТБ" по проверке финансово-хозяйственной деятельности в период работы директора ФИО1 и выявления случаев хищения в ООО "Фонд развития региональной авиации и ТБ" аудитором сделаны следующие выводы:

- директор общества ФИО1 недобросовестно исполнил свои уставные полномочия в части обязанности действовать в интересах общества добросовестно и разумно, в том числе: заключение и оплата в размере 1 959,1 тыс. руб., в отсутствие производственной необходимости, договора об организации и обеспечении автотранспортного обслуживания N 6 от 14.08.2019, поскольку это решение не соответствует обычным условиям гражданского оборота, факт получения обществом автотранспортных услуг не доказан, в первичных документах отсутствуют объемы, стоимость единицы услуги и место оказания услуг, решение носит признаки действий коррупционной направленности (п. 3.1 отчета). В указанном отчете в разделе "Расчеты с контрагентами" в том числе проанализирован спорный договор. Указано, что работы не индивидуализированы, указан только предмет: организация и обеспечение транспортного обслуживания; отсутствует наименование единицы измерения услуг и ее стоимость; отсутствие в предмете договора индивидуализации объекта делает невозможным проверку факта оказания услуг и не позволяет документально проверить ее разумность, обоснованность и фактическое исполнение. При таких обстоятельствах апелляционный суд оценивает пояснения ФИО1, также представленные в материалы спора по запросу апелляционного суда, о том, что услуги были фактически оказаны должнику ФИО5, с учетом изложенных выше обстоятельств, как избранную позицию защиты. Указанные пояснения противоречат иным доказательствам по делу и также ничем не подтверждены,  апелляционный суд приходит к выводу о том, что ответчиком не подтвержден факт реального оказания ответчиком должнику услуг по организации и обеспечении автотранспортного обслуживания по спорному договору на сумму 1 959 010 руб. в период с 14.08.2019 по 08.11.2019. Таким образом, исходя из анализа имеющихся в материалах спора доказательств, усматривается мнимость представленного договора оказания услуг.

Соответственно, материалами дела подтверждается, что сделка на сумму 1 959 010 рублей (договор об организации и обеспечении транспортного обслуживания N 6 от 14.08.2019) признанная судом недействительной, совершена ответчиком – бывшим руководителем должника ФИО1

На основании изложенного, сделка от 14.08.2019 на сумму 1 959 010 рублей, совершенная ФИО1 в период неплатежеспособности должника являлась убыточной (с учётом приведенных данных бухгалтерского баланса).

В пункте 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

При этом неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. (абз. 2 п. 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Также в пункте 17 постановления от 21.12.2017 N 53 Пленум Верховного Суда РФ обратил внимание на то, что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (абзац первый пункта 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Таким образом, при появлении признаков неплатежеспособности должника в ситуации наличия задолженности по обязательным платежам руководитель должника ФИО1 предпринял действия, направленные на вывод активов должника, путем заключения недействительной сделки, чем причинил существенный вред имущественным правам кредиторов и что не отвечает требованиям пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации об обязании лица, входящего в состав органов юридического лица действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

Суд полагает установленным, что при наличии признаков неплатежеспособности должника, руководителем должника ФИО1  была совершена спорная сделка, являвшаяся для самого должника убыточной и причинившая существенный вред кредиторам (пункт 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53), что привело к невозможности погашения требований кредиторов должника.

Таким образом, обстоятельства настоящего спора позволяют признать обоснованным доводы конкурсного управляющего о необходимости привлечения ФИО1 к предусмотренной Законом о банкротстве субсидиарной ответственности.

Суд признает доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Доводы ответчика о том, что указанная сделка является действительной , отклоняются, при наличии доказательств обратного.

Иных обстоятельств и сделок, заключение которых могло бы привести к банкротству должника, не приведено.

Также суд первой инстанции указал, что из материалов дела не следует злонамеренность действий ответчиков ФИО3 и ФИО4, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов, что является основанием для отказа в удовлетворении требования о привлечении указанных контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В данном случае заявитель не представил достаточных доказательств о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) указанных лиц, а именно конкурсным управляющим не доказан факт наличия каких-либо неверных управленческих решений ответчиков ФИО3 и ФИО4 повлекших убыточную деятельность должника.

При таких обстоятельствах причинно-следственная связь между вменяемыми ответчикам  ФИО3 и ФИО4 действиями и невозможностью формирования конкурсной массы должника судом не установлена.

В удовлетворении требований конкурсного управляющего в отношении  ответчиков ФИО3 и ФИО4 по основанию подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве отказано.

Суд первой инстанции также установил, что требования бывшего руководителя должника и участника должника ФИО3 на сумму 97 000 рублей за период с 13.02.2020 по 03.09.2020 по определению от 15.08.2022 и на сумму 968 200 рублей за период с 01.04.2020 по 27.06.2021 по апелляционному определению Верховного Суда Республики Саха (Я) от 21.08.2023 включены в реестр требований кредиторов должника, и указал, что, с учетом абзаца 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве,  указанные требования не подлежат взысканию с ответчика.

С учётом пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, рассмотрение заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами, поскольку на дату судебного разбирательства идет формирование конкурсной массы, и определить точный размер ответственности ответчиков невозможно.

В пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" также разъяснено, что по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

Таким образом, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности невозможно определить размер ответственности, суд после установления всех иных имеющих значение фактов вправе приостановить рассмотрение этого заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Доводы апелляционных жалоб рассмотрены и подлежат отклонению, отсутствие оснований для ответственности других ответчиков установлено судом первой инстанции; доводы ФИО1 также получили надлежащую оценку в обжалуемом определении, с которой соглашается апелляционный суд.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: https://kad.arbitr.ru/.

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четвёртый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 2 апреля 2025 года по делу № А58-3615/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение одного месяца с даты принятия путем подачи жалобы через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий                                                                 А.В. Гречаниченко


Судьи                                                                                               Н.А. Корзова


В.А. Сидоренко