Постановление от 1 ноября 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6226/20

Екатеринбург

02 ноября 2020 г.


Дело № А50-40394/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 ноября 2020 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Артемьевой Н. А., Павловой Е. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 28.02.2020 по делу № А50-40394/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 30.07.2019 общество с ограниченной ответственностью «Технопром» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В рамках настоящего дела о банкротстве 10.10.2019 конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с бывшего руководителя общества «Технопром» ФИО1 (далее - ФИО1, ответчик) убытков в размере 5 073 728 руб. 59 коп.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 28.02.2020 заявление конкурсного управляющего полностью удовлетворено; со ФИО1 в пользу общества «Технопром» взыскано 5 073 728 руб. 59 коп. убытков.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2020 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт.

По мнению ФИО1, судами сделан неправомерный вывод о том, что в рамках дела о банкротстве должника имеются несколько обособленных споров об оспаривании сделок, о взыскании убытков, при том, что после смены руководителя и учредителя со ФИО1 на ФИО3 хозяйственная деятельность «Технопром» более не осуществлялась.

Факт смены учредителя должника и его директора истцом не оспаривается, в связи с чем, по мнению заявителя жалобы, непредставление ответчиком документов не свидетельствует о его недобросовестности, документы, подтверждающие использование денежных средств на хозяйственные нужды предприятия либо возврата должнику переданы новому директору предприятия.

Кассатор полагает необоснованным отказ суда апелляционной инстанции в приобщении дополнительных документов, а также вывод судов о том, что ряд супермаркетов являются продовольственными, поскольку в супермаркетах реализуются и товары хозяйственного назначения. Кроме того, податель жалобы ссылается на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности по требованию о взыскании убытков.

Отзыв, поступивший от конкурсного управляющего ФИО2, судом округа не принимается и к материалам кассационного производства не приобщается, поскольку в нарушение части 1 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств его направления или вручения лицам, участвующим в деле, не представлено.

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Технопром» зарегистрировано в качестве юридического лица регистрирующим органом 04.07.2014 за основным государственным регистрационным номером 1145958034716.

Руководителем данной организации в период с 04.07.2014 по 20.11.2018 являлся ФИО1

В ходе анализа движения денежных средств по расчетным счетам общества «Технопром», конкурсным управляющим ФИО2 было установлено, что в период с 06.01.2016 по 10.02.2017 с пластиковых карт № 477714212970037, 4777142010355827, 4777142019666893, VISA Business 4274490010315319, привязанных к расчетным счетам общества «Технопром» (корпоративные карты), открытым в обществе «Альфа-Банк», и в обществе «Сбербанк России», держателем которых является ФИО1, были сняты денежные средства в общей сумме 5 073 728 руб. 59 коп., включая 178 130 руб. 59 коп. использованных в личных нуждах ответчика (в продуктовых супермаркетах, кафе, барах, магазинах одежды (KABARE CAFE, PIVKO PERM, BAR PODKOVA, COYOTE UGLY BAR, GRIL BAR, LENTA-42, PAKHLAVA, SUPERMARKET V, MONETKA, LION, ADIDAS), 4 895 598 руб. снятых наличными денежными средствами.

Ссылаясь на снятие бывшим директором должника ФИО1 через принадлежащие должнику корпоративные карты денежных средств на общую сумму 5 073 728 руб. 59 коп. и отсутствие доказательств использования их на хозяйственные нужды предприятия либо возврата должнику, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с требованием о взыскании с ответчика убытков в указанном размере.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53, пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (единоличный исполнительный орган общества), должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно и обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 1 статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, членами органов управления должника положений Закона о банкротстве, указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Ответственность за причинение убытков носит гражданско-правовой характер, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу пунктов 1, 2 которой, лицо, чьи права нарушены, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере, при этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). При этом для привлечения лица к ответственности в виде взыскания убытков необходимо доказать факт наступления вреда, наличие и размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между наступившими убытками и противоправным поведением ответчика, вину причинителя вреда.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума № 62)).

Согласно разъяснениям пункта 2 постановления Пленума № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в ущерб юридическому лицу.

Из материалов дела о банкротстве следует, что на период совершения спорных платежей руководителем общества «Технопром» являлся ФИО1, который был уполномоченным лицом на распоряжение счетами должника.

Исследовав и оценив представленные в материалы спора доказательства с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в рассмотрении спора, приняв во внимание пояснения ФИО1, согласно которым перечисление денежных сумм со счета должника на счет бывшего директора должника производилось в рамках ведения финансово-хозяйственной деятельности предприятия, при том, что документально подтвердить данные обстоятельства ФИО1 не смог, поскольку при прекращении полномочий руководителя должника авансовые отчеты, а также все документы финансово-хозяйственной деятельности должника передал новому руководителю ФИО4, отметив, что в распоряжении ФИО1 имеются только расписки о принятии авансовых отчетов, к которым суд относится критически, поскольку документы составлены односторонне самим ФИО1, достоверно факт предоставления авансовых отчетов об использовании полученных денежных средств не подтверждают, суды заключили, что достоверных доказательств, подтверждающих обоснованность получения ФИО1 денежных средств со счета должника и их использование в его хозяйственной деятельности для нужд должника, в материалы дела не представлено.

Приняв во внимание отсутствие в материалах дела доказательств передачи документов финансово-хозяйственной деятельности должника ФИО4, являющейся иностранным лицом, что в настоящее время в рамках настоящего дела о банкротстве рассматривается обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего об истребовании у бывших руководителей должника ФИО4 и ФИО1 документов и имущества должника, учитывая данные ФИО1 в ходе судебного заседания от 04.12.2019 пояснения о том, что до настоящего времени у него находится имущество, оборудование должника, что зафиксировано в аудиопротоколе судебного заседания, при этом, озвучив намерение представить суду документы, подтверждающие расходование денежных средств на нужды должника, ответчик по прошествии более двух с половиной месяцев не представил ни одного документа, подтверждающего обоснованность получения им денежных средств должника, суды пришли к выводу о доказанности конкурсным управляющим наличия совокупности обстоятельств для привлечения ФИО1 к ответственности за причинение убытков.

Учитывая изложенное, принимая во внимание, что задолженность перед кредиторами должника полностью сформировалась в период совершения спорных перечислений денежных средств, отметив, что снятие наличных денежных средств на столь значительную сумму в отсутствие встречного предоставления свидетельствует о выводе активов должника из хозяйственного оборота, в результате чего должник лишился имущества (денежных средств), за счет которого могли бы быть погашены денежные обязательства перед кредиторами, суды пришли к выводам о доказанности неправомерности действий ФИО1, повлекших причинение вреда кредиторам должника в размере 5 073 728 руб. 59 коп., а также о наличия причинно-следственной связи между неправомерными действиями и понесенными убытками.

С учетом изложенного, доводы ФИО1 о том, что перечисление денежных сумм со счета должника на его счет производилось в рамках ведения финансово-хозяйственной деятельности предприятия, правомерно отклонены судами как документально не подтвержденные.

Как верно указано судами, разумный и добросовестный директор общества, избрав практику расчета с контрагентами общества, отличающуюся от обычно применяемой в гражданском обороте (перечисление денежных средств с расчетного счета общества на счет контрагента), и предпочтя вести подобные расчеты исключительно путем наличной уплаты денежных средств, обязан приложить все известные и разумные старания с целью исключения в дальнейшем претензий к нему. Между тем, подобных стараний ФИО1 приложено не было, каких-либо документов, подтверждающих обоснованность получения денежных средств, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы ФИО1 на ведение должником хозяйственной деятельности и проведение со стороны налоговых органов проверок, не выявивших какие-либо нарушения, отклонены судами как несостоятельные, с учетом того, что целью налогового контроля выступает в первую очередь правильность ведения налогового учета организации.

Таким образом, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств, доказанности конкурсным управляющим должника заявленных требований, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод заявителя о пропуске срока исковой давности обоснованно отклонен судами, исходя из положений статьи 196, Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 68 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве».

Суды установив, что конкурсный управляющий ФИО2 мог узнать о произведенных ФИО1 действиях по снятию с привязанных к расчетным счетам должника корпоративных карт денежных средств только посредством анализа соответствующих выписок, заключили, что в данном случае срок исковой давности не мог начать течь ранее даты открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства и утверждения ФИО2 в качестве конкурсного управляющего (резолютивная часть решением объявлена 23.07.2019). При этом судами указано, что даже если исчисление начала течения срока исковой производить с даты назначения нового руководителя ФИО3 с 20.11.2018, то срок исковой давности и в этом случае не пропущен.

Ссылка на необоснованный отказ суда апелляционной инстанции в удовлетворении ходатайства о приобщении дополнительных доказательств отклоняется судом округа, поскольку в соответствии с частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными. В рассмотренном случае суд апелляционной инстанции таких причин не установил, а заявитель не доказал объективную невозможность представления документов в суд первой инстанции по не зависящим от него уважительным причинам.

Вопреки доводам кассатора, судами все представленные в материалы дела доказательства были исследованы и оценены в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам исследования и оценки суды пришли к соответствующим выводам. Оценка какого-либо доказательства, сделанная судом не в пользу стороны, представившей это доказательства, не свидетельствует об отсутствии как таковой оценки доказательства со стороны суда.

Вопрос оценки доказательств в силу части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является компетенцией суда, рассматривающего спор по существу.

Несогласие ответчика с выводами судов, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не свидетельствует о допущенной при рассмотрении дела судебной ошибке и не является основанием для отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебных актов, не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 28.02.2020 по делу № А50-40394/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий О.Н. Новикова


Судьи Н.А. Артемьева


Е.А. Павлова