Постановление от 27 мая 2019 г. по делу № А23-5564/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А23-5564/2017
г. Калуга
27 мая 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20.05.2019

Постановление в полном объеме изготовлено 27.05.2019


Арбитражный суд Центрального округа в составе:


Председательствующего Смотровой Н.Н.

Судей Андреева А.В.

Канищевой Л.А.

при участии в судебном заседании:

ФИО1 – финансового управляющего имуществом должника ФИО2,

ФИО3 – представителя ФИО2 по доверенности от 05.02.2019,


рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО2 - ФИО1 на определение Арбитражного суда Калужской области от 25.12.2018 (судья Шатская О.В.) по заявлению о признании недействительным договора дарения от 23.12.2014 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2019 (председательствующий судья Тучкова О.Г., судьи: Волкова Ю.А., Волошина Н.А.) по делу № А23-5564/2017,



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Калужской области от 20.06.18 ФИО2 (далее – ФИО2, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1.

26.06.18 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2, должник) финансовый управляющий ФИО1 обратился в суд с заявлением, в котором просил:

- признать недействительным заключённый должником с ФИО4 договор дарения от 23.12.14, предметом которого являются: 1) 1/2 (50%) квартиры с кадастровым номером 40:13:00 01 14:0016:4032:0010 по адресу: <...>; 2) 1/2 (50%) земельного участка с кадастровым номером 40:13:070206:99, расположенного на землях населенных пунктов, предоставленного для ведения личного подсобного хозяйства, площадью 1577 кв. м по адресу: Калужская обл., Малоярославецкий р-н, д. Максимовка; 3) 1/2 (50%) здания котельной с кадастровым номером 40:13:0110 00:0000:2741, по адресу: Калужская обл., Малоярославецкий р-н, д. Афанасово; 4) 1/2 (50%) земельного участка с кадастровым номером 40:13:070501:74, расположенного на землях населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации объекта недвижимости, площадью 1054 кв. м по адресу: Калужская обл., Малоярославецкий р-н, д. Афанасово;

- применить последствия недействительности сделки в виде: 1) возврата в собственность ФИО2 1/2 (50%) квартиры с кадастровым номером 40:13:00 01 14:0016:4032:0010 по адресу: <...>; 2) взыскания с ФИО4 денежной суммы в размере 1 582 174,84 руб. в конкурсную массу должника ввиду продажи оставшихся переданных по договору дарения от 23.12.14 объектов третьим лицам (с учётом уточнённых согласно ходатайству № 01 от 27.11.18 (т.2, л.д. 65-71) в порядке ст. 49 АПК РФ и принятых судом требований).

В качестве оснований для признания договора дарения недействительным в силу ст. ст. 10, 166, 167, 168 ГК РФ финансовый управляющий ссылается на то, что:

- на момент заключения договора дарения ФИО2 имел обязательства по трём договорам поручительства от 21.02.14, в последующем перетекающим в обязательства по договору поручительства от 23.10.15 № 15-МSЛ-136-000109-П2.;

- 23.05.15 и 19.06.15 ФИО2 также заключает договоры поручительства, по которым в качестве поручителя обеспечивает исполнение обязательств по кредитным договорам юридических лиц, учредителем и руководителем которых он является;

- в сентябре 2016 года между ФИО2 и его супругой ФИО4 заключён брачный договор, которым установлен режим раздельной собственности супругов.

По мнению финансового управляющего, ФИО2 заключил 23.12.14 договор дарения с целью причинения вреда кредиторам по названным договорам поручительства, денежные обязательства перед которыми имелись как на дату заключения договора дарения (договоры поручительства от 21.02.14 перетекающие в договор поручительства от 23.10.15), так и в последующем (договоры поручительства от 23.05.15 и 19.06.15), для намеренного сокрытия имущества от обращения на него взыскания по названным договорам поручительства (т.1, л.д. 5-8, 105-108; т.2, л.д. 65-71).

Определением суда от 02.07.18 в качестве заинтересованного лица (ответчика по требованиям) к рассмотрению спора привлечена ФИО4

Определением Арбитражного суда Калужской области от 25.12.18, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.19, заявление финансового управляющего имуществом ФИО2 ФИО1 оставлено без удовлетворения.

Суды не усмотрели в заключении 23.12.14 договора дарения нарушений ст. 10 ГК РФ в отношении интересов кредиторов по договорам поручительства, на которые ссылался финансовый управляющий.

Не согласившись с указанными судебными актами, финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на неполное исследование фактических обстоятельств дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, на неправильное применение судами норм материального и процессуального права.

Оспаривая вывод судов об отсутствии на момент совершения договора дарения у должника кредиторов, заявитель жалобы указывает на кредитные договоры подконтрольных ФИО2 предприятий, в которых должник выступает поручителем. При этом наличие у должника обязательства по договору поручительства управляющий связывает с датой подписания договора от 21.02.14. Полагает, что указанные договоры поручительства следует рассматривать как единое целое с договором поручительства от 23.10.15 с ПАО «БИНБАНК».

Дополнительно к доводам, заявленным в суде первой инстанции, финансовый управляющий ссылается на то, что должник целенаправленно уменьшал размер своих имущественных прав путем заключения договоров дарения и брачного договора, так как знал о наличии у подконтрольных ему предприятий финансовых проблем. Этот довод обосновывается тем, что в период заключения договора дарения, в отношении ООО «ТД Хоз-стройинструмент», учредителем которого являлся ФИО2, проводилась налоговая проверка, по результатам которой ООО «ТД Хозстройинструмент» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения (решение от 10.07.15) и ФИО2 привлечён к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 199 УК РФ (приговор от 02.05.17). На сегодняшний день у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

Заявитель жалобы полагает, что апелляционный суд неправомерно не приобщил к материалам дела дополнительно представленные им доказательства в обоснование новых оснований для признания договора дарения недействительным (привлечение к налоговой и уголовной ответственности), поскольку они только подтверждают заявленные им требования.

В отзыве на кассационную жалобу должник ФИО2, ссылаясь на законность и обоснованность принятых по спору судебных актов, просит в удовлетворении кассационной жалобы финансового управляющего ФИО1 отказать.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном гл. 35 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного заседания, за исключением финансового управляющего и должника, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем на основании ч. 3 ст. 284 АПК РФ судебное заседание проводится в их отсутствие.

До начала судебного заседания от финансового управляющего в суд кассационной инстанции поступило ходатайство о приобщении к материалам дела решения ИФНС России № 9 по г. Москве от 10.07.15 о привлечении ООО «Торговый Дом Хозстройинструмент» к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В судебном заседании ФИО1 поддержал ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Представитель должника возражала против удовлетворения ходатайства.

Рассмотрев ходатайство финансового управляющего о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств суд кассационной инстанции признал его не подлежащим удовлетворению ввиду следующего.

Суд кассационной инстанции в силу своих полномочий, установленных ст. 286 АПК РФ, проверяет правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Таким образом, суд округа лишен права принимать и исследовать доказательства, которые не были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций.

Учитывая изложенное, ходатайство о приобщении дополнительных доказательств подлежит отклонению, а решение ИФНС России № 9 по г. Москве возврату финансовому управляющему ФИО1

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил жалобу удовлетворить.

Представитель должника возражала против отмены принятых по спору судебных актов, ссылаясь на их законность и обоснованность.

Проверив в порядке ст. 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 23.12.14 между ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно передал в собственность одаряемого:

- 1/2 (50%) квартиры с кадастровым номером 40:13:00 01 14:0016:4032:0010 по адресу: <...>;

- 1/2 (50%) земельного участка с кадастровым номером 40:13:070206:99, расположенного на землях населенных пунктов, предоставленного для ведения личного подсобного хозяйства, площадью 1577 кв. м по адресу: Калужская обл., Малоярославецкий р-н, д. Максимовка;

- 1/2 (50%) здания котельной с кадастровым номером 40:13:0110 00:0000:2741, по адресу: Калужская обл., Малоярославецкий р-н, д. Афанасово;

- 1/2 (50%) земельного участка с кадастровым номером 40:13:070501:74, расположенного на землях населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации объекта недвижимости, площадью 1054 кв. м по адресу: Калужская обл., Малоярославецкий р-н, д. Афанасово.

Согласно п. 1.2. договора одаряемый в дар от дарителя указанное имущество принял.

25.12.14 произведена государственная регистрация права собственности в отношении вышеуказанных объектов в пользу одаряемого.

Судами на основании соглашения об определении долей в праве долевой собственности от 25.12.14 и от 22.12.14, брачного договора от 22.09.16 установлено, что ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) являются супругами, брак зарегистрирован отделом ЗАГС Малоярославецкой районной администрации Калужской области 15.06.01.

03.08.17 к производству суда принято заявление акционерного общества «РУНА-БАНК» о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

11.12.17 определением суда названное заявление было признано обоснованным и в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО1

20.06.18 судом принято решение, которым должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО1

Ссылаясь на то, что при совершении договора дарения имущества в действиях должника имеются признаки злоупотребления правом, что сделка совершена в отношении заинтересованного лица – супруги должника, финансовый управляющий ФИО1 на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон № 127-ФЗ), ст. 10, 166, 167, 168 ГК РФ обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании договора дарения недействительным.

Исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со ст. 71 АПК РФ с учётом заявленных финансовым управляющим оснований для признания сделки недействительной, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных управляющим требований, исходя из следующего.

Пунктом 1 ст. 32 Закона № 127-ФЗ установлено, что дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закона № 127-ФЗ отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Федерального закона.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в федеральном законе (п. 1 ст. 61.1 Закона № 127-ФЗ).

В силу п. 1 ст. 213.32 Закона № 127-ФЗ заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В рассматриваемом случае финансовым управляющим оспаривается договор дарения от 23.12.14, заключенный должником, не имеющим статуса индивидуального предпринимателя,

С учётом этого, основываясь на положениях п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», суды правильно указали, что оспаривание данной сделки возможно только по основаниям ст.ст.10, 168 ГК РФ.

Финансовый управляющий возражений против данного вывода судов не заявил, уточнив, что он просит признать договор дарения недействительным на основании ст.ст. 10, 166, 167, 168 ГК РФ.

Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах; не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать пятого ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исходя из анализа названных правовых норм, обращаясь с заявлением об оспаривании сделки (сделок), заявитель должен доказать, что при ее заключении стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, либо злоупотребили правом в иных формах.

В поданном в суд первой инстанции заявлении с учётом уточнений к нему, в качестве оснований для признания договора дарения недействительным в силу ст. ст. 10, 166, 167, 168 ГК РФ финансовый управляющий ссылался на то, что:

- на момент заключения договора дарения ФИО2 имел обязательства по трём договорам поручительства от 21.02.14, впоследующем перетекающим в обязательства по договору поручительства от 23.10.15 № 15-МSЛ-136-000109-П2.;

- 23.05.15 и 19.06.15 ФИО2 также заключает договоры поручительства, по которым в качестве поручителя обеспечивает исполнение обязательств по кредитным договорам юридических лиц, учредителем и руководителем которых он является;

- в сентябре 2016 года между ФИО2 и его супругой ФИО4 заключён брачный договор, которым установлен режим раздельной собственности супругов.

По мнению финансового управляющего, ФИО2 заключил 23.12.14 договор дарения с целью причинения вреда кредиторам по названным договорам поручительства, денежные обязательства перед которыми имелись как на дату заключения договора дарения (договоры поручительства от 21.02.14 перетекающие в договор поручительства от 23.10.15), так и впоследующем (договоры поручительства от 23.05.15 и 19.06.15), для намеренного сокрытия имущества от обращения на него взыскания по названным договорам поручительства (т.1, л.д. 5-8, 105-108; т.2, л.д. 65-71).

Финансовый управляющий полагает, что, совершая сделки по отчуждению имущества (договоры дарения, заключение брачного договора) в пользу заинтересованного лица ФИО4 - своей супруги, должник сознательно ухудшал свое имущественное положение, при этом, принимая на себя обязательства по договорам поручительства, значительно превышающие его финансовые возможности. Отмечает, что на сегодняшний день у должника отсутствует имущество для погашения требований кредиторов.

По мнению управляющего, в действиях супруги должника также имеются признаки злоупотребления правом, поскольку не могла не знать о том, что в результате совершения оспариваемой сделки произойдет уменьшение размера имущества ФИО2 и что в результате данной сделки будут ущемлены имущественные права его кредиторов.

Кроме того, она не могла не знать о наличии у ФИО2 кредиторов, поскольку сама предоставляла залог в обеспечение кредитных обязательств ООО «Торговый Дом Хозстройинструмент».

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суды исходили из того, что по смыслу ст. 364 ГК РФ поручитель отвечает перед кредитором в случае неисполнения обязательств по основному договору.

Судами установлено, что по состоянию на дату заключения договора дарения у ФИО5 не имелось задолженности перед кредиторами по договорам поручительства от 21.02.14.

Суд кассационной инстанции отклоняет как неосновательный довод финансового управляющего о том, что задолженность ФИО2 как поручителя по договорам поручительства возникла в день заключения данных договоров поручительства - 21.02.14, обязательства по которым перетекли в договор поручительства от 23.10.15, в связи с чем, по мнению финансового управляющего, договор дарения следуют считать заключённым в период наличия у ФИО2 неисполненных денежных обязательств по указанным договорам поручительства.

Этот же довод заявлялся ФИО2 и в судах первой, апелляционной инстанций, которые правомерно отклонили его, сославшись на следующее.

Сам факт поручительства должника, в отсутствие объективных, относимых и допустимых доказательств наличия обязательств перед кредитором (банком) на дату совершения оспариваемой сделки, не может служить доказательством совершения сделки исключительно с намерением на причинение вреда третьим лицам, злоупотребления правом.

За время рассмотрения заявленных финансовым управляющим требований, судам не представлены доказательства наличия оснований для ответственности поручителя ФИО2 по указанным договорам поручительства, то есть, наличия задолженности основного заемщика перед банком по состоянию на дату совершения оспариваемой сделки.

Из предоставленного должником в материалы спора ответа банка «ТРАСТ» (ПАО) от 18.10.18, являющегося правопреемником АО «РОСТ БАНК» по договору поручительства от 21.02.14, следует, что у банка отсутствуют претензии к ФИО2 в связи с договором поручительства на его имя, и договоры списаны 30.10.15.

Довод финансового управляющего о том, что обязательства ФИО2 как поручителя по договорам поручительства от 21.02.14 не прекратились, как на это указывает АО «РОСТ БАНК», а «перетекли» в договор поручительства от 23.10.15, отклоняется судом округа как неосновательный. Этого из названых договоров не следует.

Суды также установили, что из предоставленной финансовым управляющим справки налогового органа от 26.12.2017 следует, что и в 2014, и в 2015 годах ФИО2 имел доходы как от участия в юридических лицах, так и от исполнения полномочий в представительном органе местного самоуправления.

Из материалов дела также следует, что ФИО2 не был единственным поручителем по кредитным договорам обеспечиваемым его поручительством по договорам от 21.02.14: по договорам поручителями выступали также одно физическое лицо и три юридических лица. Одно из этих юридических лиц обеспечивало кредитные договоры также залогом принадлежащего ему на праве собственности недвижимого имущества.

С учётом изложенного суды первой и апелляционной инстанций пришли к основанному на материалах дела выводу об отсутствии у ФИО2 неисполненных денежных обязательств, задолженности по состоянию на 23.12.14 - дату заключения обжалуемого в деле договора дарения.

Основываясь на изложенном суды первой и апелляционной инстанций правомерно отказали в признании недействительным договора дарения от 23.12.14 по заявленным финансовым управляющим в суде первой инстанции основаниям, связанным с заключением должником договоров поручительства.

При этом суды также обосновано указали на то, что заключение должником договоров поручительства после совершения оспариваемой сделки (в марте, июне и октябре 2015 года) по обязательствам подконтрольных ему юридических лиц, не свидетельствует о наличии предусмотренных ст. 10 ГК РФ оснований для признания оспариваемой сделки недействительной как заключенной с намерением причинить вред будущим кредиторам должника, поскольку кредиторы, являющиеся профессиональными участниками рынка, действуя с должной осторожностью и осмотрительностью, имели возможность проверки финансового положения поручителя ФИО2, принимая от него поручительство по обязательствам юридических лиц.

Факт совершения оспариваемой сделки в отношении заинтересованного лица, к которым относится супруга должника, в отсутствие у должника кредиторов на дату совершения данной сделки, по мнению нижестоящих судов также не может свидетельствовать о наличии у сторон сделки исключительного намерения причинить вред другим лицам.

В связи с отказом в удовлетворении требования о признании сделки недействительной, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования о применении последствий недействительности сделки.

Суд кассационной инстанции соглашается с данными выводами судов.

Доводы финансового управляющего о том, что о должник, зная о своем имущественном положении, а именно об его отсутствии, взял на себя обязательства поручителя по кредитным договорам значительных размеров, что в результате заключения договора дарения от 23.12.2014 как должник, так и вторая сторона сделки умышленно злоупотребили правом, причинив материальный вред кредиторам в виде уменьшения размера имущества, ссылка финансового управляющего ФИО1 на брачный договор, заключенный 22.09.2016 между ФИО2 и ФИО4, как на доказательство признания договора дарения от 26.12.2014 недействительным, были предметом исследования судов и получили правое обоснование.

Оснований для переоценки выводов судов в силу положений ст. 286 АПК РФ у суда кассационной инстанции не имеется.

Суд кассационной инстанции отклоняет доводы кассатора о необоснованном не приобщении апелляционным судом к материалам дела дополнительных доказательств в связи со следующим.

Как следует из текста обжалуемого постановления, отказывая в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, представленных с дополнением к апелляционной жалобе № 01 от 07.02.19 (т.2, л.д. 125-131) апелляционный суд исходил из того, что в нарушение ч. 2 ст. 268 АПК РФ финансовый управляющий не представил доводов в обоснование уважительности причин, не позволивших ему представить данные доказательства при рассмотрении дела в суде первой инстанции.

Из материалов дела следует, что финансовым управляющим к дополнениям к апелляционной жалобе были приложены дополнительные доказательства, которые не были предметом исследования суда области, в частности решение ИФНС России № 9 и приговор Ленинского районного суда г.Москвы от 02.05.2017 в отношении ФИО2

При этом управляющий не только не обосновал невозможность представления данных документов в суд первой инстанции, но и не заявил ходатайство об их приобщении к материалам дела: такое ходатайство отсутствует как в просительной части дополнений к апелляционной жалобе № 01 от 07.02.19, так и в мотивировочной части данного документа. Также такое ходатайство как отдельный документ не поименовано в числе приложений к дополнениям к апелляционной жалобе № 01 от 07.02.19.

С учётом этого в силу прямого указания ч.2 ст. 268 АПК РФ у суда апелляционной инстанции отсутствовали правовые основания для приобщения к материалам дела приложенных к названным дополнениям дополнительных доказательств.

Ссылка финансового управляющего на то обстоятельство, что приложенные к апелляционной жалобе документы носили информационный характер не может быть принята во внимание, поскольку представление в суд того или иного доказательства должно быть обоснованно и подтверждать или опровергать требование лица, участвующего в деле.

Кроме того, данные дополнительные доказательства представлялись в подтверждение наличия новых, не заявляющихся суду первой инстанции оснований для признания договора дарения ничтожным.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции правомерно в пределах предоставленных ему ч.1 ст. 268 АПК РФ полномочий повторно рассмотрел заявление финансового управляющего о признании недействительным договора дарения по тем основаниям и с учётом тех доказательств, которые были заявлены и представлены финансовым управляющим - заявителем данного требования в суде первой инстанции: с учётом доводов о договорах поручительства.

При таких обстоятельствах судом кассационной инстанции не могут быть приняты во внимание приведённые в кассационной жалобе доводы о необходимости признания договора дарения от 23.12.14 ничтожным по тем основаниям, что должник целенаправленно уменьшал размер своих имущественных прав путем заключения данного договора, так как в период заключения договора дарения, в отношении ООО «ТД Хозстройинструмент», учредителем которого являлся ФИО2, проводилась налоговая проверка, по результатам которой ООО «ТД Хозстройинструмент» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения (решение от 10.07.15) и ФИО2 привлечён к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 199 УК РФ (приговор от 02.05.17).

Это обусловлено тем, что приведённые доводы при рассмотрении спора по существу в суде первой инстанции не заявлялись, в суде апелляционной инстанции они были заявлены с процессуальными нарушениями, ввиду чего они не могли быть оценены судами первой и апелляционной инстанций.

Суд кассационной инстанции в силу п. 2 ст. 287 АПК РФ не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в определении суда первой или постановлении суда апелляционной инстанций.

Оспариваемые судебные акты приняты в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и нормами права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ безусловным основанием к отмене обжалуемых судебных актов судами не допущено.

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения кассационной жалобы финансового управляющего ФИО1 и отмены судебных актов не имеется.

В связи с тем, что при принятии кассационной жалобы к производству заявителю была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины, по результатам ее рассмотрения с ФИО2 в соответствии со статьей 110 АПК РФ подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст.ст. 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд


ПОСТАНОВИЛ:


определение Арбитражного суда Калужской области от 25.12.2018 по заявлению о признании недействительным договора дарения от 23.12.2014 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2019 по делу № А23-5564/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу кассационной жалобы в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Н.Н. Смотрова


Судьи А.В. Андреев


Л.А. Канищева