Постановление от 9 апреля 2025 г. по делу № А55-16326/2024

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

10 апреля 2025 года Дело № А55-16326/2024

№11АП-678/2025

г. Самара

резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2025 года

полный текст постановления изготовлен 10 апреля 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Дегтярева Д.А., судей: Копункина В.А., Романенко С.Ш.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Герасимовой Е.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании 03 апреля 2025 года апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью "Холдинговая компания "Бизнесинвестгрупп" на решение Арбитражного суда Самарской области от 03.12.2024 по делу №А55-16326/2024 (судья Балькина Л.С.)

по иску общества с ограниченной ответственностью "Холдинговая компания "Бизнесинвестгрупп"

к индивидуальному предпринимателю ФИО1

о запрете,

при участии в судебном заседании:

от истца - не явились, извещены надлежащим образом,

от ответчика - представители ФИО2 по доверенности от 03.02.2025, ФИО3 по доверенности от 03.02.2025,

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Холдинговая компания "Бизнесинвестгрупп" (далее – «истец») обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – «ответчик») о запрете использования обозначения «Усадьба» при осуществлении деятельности по реализации товаров ( произведенных третьими лицами).

Решением Арбитражного суда Самарской области от 03.12.2024 по делу №А55-16326/2024 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец обратился с апелляционной жалобой. Как полагает заявитель, судом нарушены нормы материального и процессуального права, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в поведении истца отсутствует злоупотребление правом.

Истец просит решение Арбитражного суда Самарской области от 03.12.2024 по делу №А55-16326/2024 отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленного иска.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2025 апелляционная жалоба истца оставлена без движения, заявителю предложено в срок до 13.02.2025 устранить обстоятельства, послужившие основанием для оставления жалобы без движения.

После устранения обстоятельств, которые послужили основанием для оставления жалобы без движения, последняя определением от 14.02.2025 принята к производству, судебное заседание по рассмотрению жалобы назначено на 03.04.2025г.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. В соответствии со статьями 123 и 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка лица, участвующего в деле, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела.

Ответчиком представлен отзыв, согласно которому первый полагает, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, т.к. судом верно применены нормы материального и процессуального права, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, основаны на верной оценке имеющихся в деле доказательств.

Представители ответчик в судебном заседании 03.04.2025 просили отказать в удовлетворении апелляционной жалобы и оставить обжалуемое решение суда без изменения.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав в судебном заседании представителей ответчика, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено арбитражным судом, истец являлся правообладателем товарных знаков: № 820578 «Усадьба», зарегистрированный с приоритетом от 05.02.2001, в частности, в отношении услуг «демонстрация товара; сбыт товара через посредников» 35 класса МКТУ; и № 820579 «Усадьба», зарегистрированный с приоритетом от 12.04.2012, в частности, в отношении услуг «демонстрация товара; сбыт товара через посредников» 35 класса МКТУ.

В обоснование заявленного иска истец ссылался на то, что при проведении закупки товара в магазине, находящемся по адресу: <...>, им было выявлено, что использование ответчиком обозначения «Усадьба» для реализации товаров, и что используемые ответчиком обозначения имеют высокую степень сходства с принадлежащими истцу товарными знаками, а товары, в отношении которых ответчик использует спорные обозначения, являются идентичными либо имеют высокую степень однородности с товарами, в отношении которых зарегистрированы товарные знаки истца.

В связи с изложенным, истец заявил требование о запрете на основании пп.2 п.1 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации использования обозначения при осуществлении деятельности по реализации товаров, просил запретить ответчику использовать обозначение «Усадьба» при осуществлении деятельности по реализации товаров (произведенными третьими лицами).

В свою очередь ответчик ссылался на то, что услуги ответчика по реализации товара различного наименования и применения неоднородны с услугами, для которых зарегистрирован защищаемый знак обслуживания истца (35-го класса МКТУ), ответчик осуществляет розничную торговлю цветами и другими растениями, семенами и удобрениями, играми и игрушками, косметическими и товарами личной гигиены, сувенирами, изделиями народных художественных промыслов, предметами культового назначения через торговый магазин на территории г. Жигулевска, при этом, использование слова «Усадьба» обозначает род продаваемой ответчиком продукции таких как цветы, растения, семена, удобрения, которые используются для благоустройства усадьб. Как считает ответчик , истец не представил надлежащих доказательств использования спорного товарного знака при осуществлении им предпринимательской деятельности, в том числе путем заключения лицензионных договоров и их регистрации, реального исполнения этих договоров. Таким образом, истец создаёт видимость использования товарного знака, учитывая, что истцом не представлена информацию о том, в отношении каких конкретных товаров используется ООО «ХК «Бизнесинвестгрупп» товарный знак «Усадьба», с какого времени и каков объем использования ООО «ХК «Бизнесинвестгрупп» товарного знака «Усадьба», какова степень известности и узнаваемости товарного знака «Усадьба», однородны ли товары ООО «ХК «Бизнесинвестгрупп» и ИП ФИО1, использует ли ООО «ХК «Бизнесинвестгрупп» товарный знак «Усадьба» в городе Жигулёвске, имеет ли ООО «ХК «Бизнесинвестгрупп» лицензионный договор либо договор об отчуждении товарного знака «Усадьба». Коды деятельности ОКВЭД истца и ответчика не совпадают, потому ответчик не мог использовать спорный товарный знак на товарах и услугах, какие производит истец.

Отказывая в удовлетворении заявленного иска, арбитражный суд первой инстанции исходил из следующего.

Пунктом 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" предусмотрено, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Экспертиза назначается только для разрешения возникших при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний.

Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482 утверждены Правила составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков (далее - Правила).

Согласно пункту 41 Правил обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах.

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 данных Правил.

В пункте 42 Правил установлено, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Факт злоупотребления истцом правом при обращении с иском в суд является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Товарный знак служит для индивидуализации товара (статьи 1477, 1481 ГК РФ), являясь одним из средств охраны промышленной собственности, направленным на охрану результата производства.

Как разъяснено в пункте 154 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 10), в силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ исключительное право использования товарного знака принадлежит лицу, на имя которого соответствующий товарный знак зарегистрирован (правообладателю).

Следовательно, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в защите права на товарный знак (даже в случае, если в суд представляются доказательства неправомерности регистрации товарного знака) до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительным в порядке, предусмотренном

статьей 1512 ГК РФ, или прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном статьей 1514 ГК РФ.

Вместе с тем суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

Соответственно, суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если исходя из фактических обстоятельств конкретного спора, установит злоупотребление правом со стороны правообладателя товарного знака (факт недобросовестной конкуренции).

Между тем, с учетом установленного ГК РФ общего требования о необходимости использования зарегистрированного товарного знака являются недобросовестными и не подлежат судебной защите такие действия обладателя права на товарный знак, которые направлены на создание препятствий к использованию даже тождественных или сходных с ним до степени смешения обозначений, в случае отсутствия фактического его использования самим правообладателем, поскольку у истца, не приложившего в установленный законом период времени усилий для использования товарного знака, отсутствует нарушенное право. Попытка получить такую защиту при отсутствии достойного защиты интереса (например, при имитации нарушения права) является злоупотреблением правом со стороны истца.

Суд, кроме факта неиспользования товарного знака правообладателем, должен также учесть цель регистрации товарного знака, реальное намерение правообладателя его использовать, причины неиспользования. В случае же установления того, что правообладателем был зарегистрирован товарный знак не с целью его использования самостоятельно или с привлечением третьих лиц, а лишь с целью запрещения третьим лицам использовать соответствующее обозначение, в защите такого права указанному лицу судом может быть отказано.

Истец не представил надлежащих доказательств использования спорного товарного знака при осуществлении им предпринимательской деятельности, в том числе путем заключения лицензионных договоров и их регистрации, реального исполнения этих договоров. Таким образом, истец создаёт видимость использования товарного знака.

Суду необходимо оценить как обстоятельства обращения истца с иском, так и обстоятельства использования им товарного знака.

Отказ в иске на основании статьи 10 ГК РФ возможен и в случае, когда действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом. Действия общества свидетельствуют о злоупотреблении правом.

Указанный подход соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 23.07.2015 по делу № А08-8802/2013 и от 20.01.2016 по делу № А08-8801/2013, а также в определении Верховного Суда РФ от 03.02.2022 года № 309-ЭС21-28368 и постановления Суда по интеллектуальным правам от 14.10.2024 года по делу № А76-18026/2020.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2015 №310-ЭС15-2555, являются недобросовестными и не подлежат судебной защите такие действия обладателя права на товарный знак, которые направлены на создание препятствий к использованию даже тождественных или сходных с ним до степени смешения обозначений, в случае отсутствия фактического его использования самим правообладателем, поскольку у истца, не приложившего в установленный законом период времени усилий для использования товарного знака, отсутствует нарушенное право. Попытка получить такую защиту при отсутствии достойной защиты интереса (например, при имитации нарушения права) является злоупотреблением правом со стороны истца.

Истец не предоставил в суд доказательства наличия у истца какого-либо развитого производства товаров и активной деятельности по оказанию услуг, продаже товаров.

Угроза смешения зависит от сходства противопоставляемых товарного знака и спорного обозначения, а также оценки однородности обозначенных ими товаров и услуг.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122).

В соответствии с постановлениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 № 2979/06 и № 3691/06, угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг, от различительной способности знака с более ранним приоритетом; от сходства противопоставляемых знаков.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между использованным обозначением и товарным знаком следует руководствоваться Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила № 482), а также Методическими рекомендациями по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам от 31.12.2009 № 197 (далее - Методические рекомендации № 197).

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, изложена правовая позиция, согласно которой при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

При установлении смешения сходных обозначений проводится анализ однородности товаров, для которых зарегистрирован защищаемый истцом товарный знак, со спорным товаром ответчика.

Как следует из пункта 45 Правил № 482, при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

Признаки однородности товаров подразделяются на основные и вспомогательные. К основным признакам относятся: род (вид) товаров; назначение товаров; вид материала, из которого изготовлены товары. Остальные признаки относятся к вспомогательным.

При выявлении какой-либо степени сходства обозначений и какой-либо степени однородности услуг осуществляется анализ возможности смешения сравниваемых обозначений. При этом суд должен учесть влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Как указывалось выше, при анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров (услуг), но и различительная способность защищаемого истцом товарного знака.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления № 10 вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

В глазах потребителя товарный знак истца и обозначение, используемое ответчиком, не могут вызывать у потребителя ассоциации об их принадлежности одному источнику и восприниматься потребителем как названия, индивидуализирующие услуги, оказываемые одним и тем же лицом.

При этом, 35 класс МКТУ может быть использован для различного вида деятельности, что позволяет истцу манипулировать регистрацией прав на товарный знак «Усадьба» исходя из коньюктуры рынка при использовании хозяйствующими субъектами данного знака в различных сферах деятельности.

Следовательно, необходимо учесть, что услуги ответчика по реализации товара различного наименования и применения неоднородны с услугами, для которых зарегистрирован защищаемый знак обслуживания истца (35-го класса МКТУ).

Регистрация в качестве товарного знака общеизвестного и широко употребляемого слово русского языка «Усадьба» не с целью его использования для индивидуализации оказываемых услуг, а с целью создания препятствий коммерческой деятельности третьим лицам, использующих в своей деятельности сходные общеизвестные обозначения, не может быть признана в качестве добросовестного поведения профессионального участника гражданского оборота. Территориально стороны осуществляют деятельность в разных городах и субъектах Российской Федерации, а доказательств осуществления истцом какой-либо предпринимательской деятельности на территории города Жигулевска в материалы дела не представлено, что объективно препятствует возможности смешения их деятельности в глазах потребителей.

Цель использования товарных знаков истцом противоречит основной функции товарного знака, состоящей в индивидуализации производимых и реализуемых товаров, и свидетельствует о недобросовестном поведении истца, о злоупотреблении им своим правом, что противоречит положениям статьи 10 ГК РФ.

Установив факт злоупотребления правом, арбитражный суд в удовлетворении иска отказал.

Доводы апелляционной жалобы были предметом рассмотрения суда первой инстанции и сводятся к несогласию с оценкой доказательств судом первой инстанции, с которой арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм и их официальных разъяснений, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Из приведенных выше правовых норм также следует, что под злоупотреблением правом понимается и ситуация, когда лицо действует формально в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным способом.

Повторно изучив исковое, доводы апелляционной жалобы и материалы дела, установлено, что доводы истца основаны на цитатах из различных судебных актов и правовых позиций. Между тем в настоящем деле иные фактические обстоятельства, ссылка заявителя на примеры из судебной практики в силу положений ст.64 АПК РФ не являются доказательствами.

Материалы дела не содержат доказательств реального использования истцом спорных товарных знаков в своей деятельности, лицензионное соглашение не представлено.

Истец ссылается на диск видеозаписи, из которого якобы следует использование товарных знаков истца в деятельности ИП ФИО4 по соответствующему соглашению.

Из представленных истцом видеозаписей (л.д.11) следует, что ответчик реализует непродовольственные товары для дачи, сада, ИП ФИО4 реализует продукты питания. При этом реализуемая продукция явно не однородна, товарные знаки Усадьба истец в г. Жигулевске Самарской области не использует. Истцом не представлены доказательства того, что в глазах потенциальных потребителей товарные знаки истца и используемое ответчиком обозначение вызывают либо могут вызвать ассоциации об их принадлежности одному источнику и воспринимаются потребителями как названия индивидуализирующие услуги, оказываемые одним и тем же лицом.

Кроме того, как разъяснено в абзаце третьем пункта 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации также не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции считает доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направленными на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что заявитель в апелляционной жалобе не ссылается на доказательства, и не приводит доводы, которые бы не были учтены и оценены судом первой инстанции, равно как и доказательства, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционный суд приходит к выводу о том, что дело рассмотрено судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам, в связи с чем, не имеется правовых оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

При обращении с апелляционной жалобой заявитель оплатил государственную пошлину 30 000 рублей платежным поручением от 13.02.2025 №37. Поскольку в удовлетворении жалобы было отказано, судебные расходы по оплате госпошлины в соответствии со ст.ст. 110,271 АПК РФ следует отнести на ее заявителя.

руководствуясь статьями 110, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Самарской области от 03.12.2024 по делу №А55-16326/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Суд по интеллектуальным правам с направлением кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийД.А. Дегтярев

СудьиВ.А. Копункин

С.Ш. Романенко